Святыня Бахауллы в Бахджи: История и значение

Введение

Могила основателя веры Бахаи в Бахжи, близ Акко, Израиль.
Во время обязательных молитв бахаи обращаются к Кибле, которой является Святыня Бахауллы. Это сопоставимо с практикой мусульман, обращающихся к Каабе во время ежедневной молитвы, или христиан и иудеев, обращающихся к Иерусалиму. Баб изменил направление молитвы на Того, Кого Бог явит, роль, которую впоследствии принял на себя Бахаулла. Бахаи при жизни Бахауллы молились, обращаясь к Нему, пока место Его упокоения не стало фиксированным направлением молитвы после Его погребения. Существовала скрижаль, разъясняющая это, но она была похищена нарушителями Завета. Святыня и окружающие её сады, а также особняк Бахжи были включены в Список всемирного наследия ЮНЕСКО в июле 2008 года.

История

Эта территория была первоначально садом, посаженным Сулейманом-пашей, правителем Акко, для своей дочери Фатимы, и он назвал его Бахджи. Позже эта местность была еще больше облагорожена Абдулла-пашей, а в 1831 году, когда Ибрагим-паша осаждал Акко, он использовал это имение в качестве своей штаб-квартиры. Имущество было известно своими прекрасными садами и прудом, питаемым акведуком. Затем это владение перешло к христианской семье Джамалов. В 1870 году Уди Хаммар, богатый купец из Акко, который также изначально владел домом Аббуда, купил у Джамалов часть земли рядом с особняком Абдулла-паши и построил особняк Бахджи над более ранним и меньшим зданием, которое Абдулла-паша построил для своей матери. Уди Хаммар поместил над дверью арабскую надпись в 1870 году, которая гласит: «Приветствия и благословения покоятся на этом особняке, который с течением времени возрастает в великолепии. В нем множество чудес и диковинок, и перо бессильно их описать». Уди Хаммар построил дом для своей семьи, и после смерти был похоронен в гробнице в юго-восточном углу стены, окружающей здание. В 1879 году эпидемия заставила жителей бежать, и здание опустело. После смерти Абдул-Баха святыня была занята Мирзой Мухаммадом Али и его сторонниками, которые силой захватили ключи от святыни в январе 1922 года. Губернатор Акко приказал вернуть ключи властям, и у святыни был поставлен стражник. В начале 1923 года ключи были возвращены Шоги Эффенди. В 1950-х годах Шоги Эффенди разработал планы для будущей надстройки, которая должна была окружить всю территорию и включать платформу с 95 мраморными колоннами высотой 6 метров каждая. Шоги Эффенди назвал святыню Дарья-йи-Нур (Океан Света), который принял Кух-и-Нур (Гора Света, Святыня Баба) под свою тень. У входа в эти сады установлены декоративные кованые ворота, называемые «Воротами Коллинза», в честь Амелии Коллинз.

The area was originally a garden planted by Sulayman Pasha, who was the ruler of Acre, for his daughter Fatimih, and he named it Bahji. Later the area was further beautified by ʻAbdu'llah Pasha, and in 1831 when Ibrahim Pasha besieged Acre he used the property as his headquarters. The property was well known for its beautiful gardens and pond fed by an aqueduct. The property then fell into the possession of a Christian family, the Jamals. In 1870 ʻUdi Khammar, a wealthy merchant from Acre who also originally owned the House of ʻAbbúd, bought some of the land from the Jamals close to the mansion of ʻAbdu'llah Pasha and built the Mansion of Bahji, over an earlier and smaller building, which Abdu'llah Pasha had built for his mother. Udi Khammar placed an Arabic inscription over the door in 1870 which reads: "Greetings and salutation rest upon this Mansion which increaseth in splendour through the passage of time. Manifold wonders and marvels are found therein, and pens are baffled in attempting to describe them." ʻUdi Khammar had built the house for his family, and when he died was buried in a tomb in the south east corner of the wall directly around the building. In 1879 an epidemic caused the inhabitants to flee and the building became vacant. The shrine, after ʻAbdu'l Bahá's death, was occupied by Mírzá Muhammad ʻAlí and his supporters, who forcibly took the keys to the shrine in January 1922. The governor of Acre ordered the keys to be returned to the authorities and a guard was posted at the shrine. In early 1923 the keys were returned to Shoghi Effendi. In the 1950s, Shoghi Effendi had made plans for a future superstructure, which would surround the whole area and would include a platform with 95 marble columns, each 6 meters high. Shoghi Effendi has called the shrine the Daryá yi Núr (Ocean of Light), which has taken the Kúh i Núr (Mountain of Light, the Shrine of the Báb) under its shadow. At the entrance to these gardens stands a wrought iron decorative gate called "Collins Gate" named after Amelia Collins.