Принцип кооперации в лингвистике: максимы Грайса

Введение

Термин, используемый в лингвистической прагматике, описывает принципы, регулирующие функционирование кооперативного общения.

В социальных науках в целом и в лингвистике в частности, принцип кооперации описывает, как люди достигают эффективной коммуникации в обычных социальных ситуациях – то есть, как говорящие и слушающие действуют совместно и взаимно принимают друг друга, чтобы быть понятыми определенным образом. Философ языка Пол Грайс ввёл это понятие в своей прагматической теории, утверждая следующее:

Иными словами: говорите то, что необходимо, когда необходимо и так, как необходимо. Соответственно, принцип кооперации подразделяется на четыре максимы общения Грайса, называемые Грайсовскими максимами: количество информации, правдивость, уместность и ясность изложения. Эти четыре максимы описывают конкретные рациональные принципы, которые соблюдаются людьми, следующими принципу кооперации в стремлении к эффективному общению. Применение Грайсовских максим позволяет объяснить связь между высказываниями и тем, что из них понимается. Хотя принцип сформулирован как предписание, он предназначен для описания нормативного поведения людей в разговоре. Лесли Джеффрис и Дэниел МакИнтайр (2010) описывают максимы Грайса как «обобщающие предположения, которые мы обычно имеем в виду, вступая в разговор». Предположение о соблюдении максим помогает интерпретировать высказывания, которые на первый взгляд кажутся нарушающими их; такое нарушение часто сигнализирует о подразумеваемых значениях, которые дополняют смысл высказывания.

Максимы Грис

Понятие кооперативного принципа было введено лингвистом Полом Грайсом в его прагматической теории. Грайс исследовал способы, которыми люди извлекают смысл из языка. В своем эссе «Логика и разговор» (1975) и книге «Исследования в области значения слов» (1989) Грайс изложил четыре ключевые категории, или максимы, общения — количество, качество, релевантность и способ изложения, — в соответствии с которыми существуют более конкретные максимы и субмаксимы. Они описывают конкретные рациональные принципы, соблюдаемые людьми, которые следуют кооперативному принципу в стремлении к эффективному общению. В своей книге Грайс использует следующую аналогию для иллюстрации этих максим: «Я ожидаю, что ваш вклад будет искренним, а не ложным. Если мне нужен сахар в качестве ингредиента для торта, который вы помогаете мне приготовить, я не ожидаю получить соль; если мне нужна ложка, я не ожидаю получить ложку из резины». Часто адресат высказывания может дополнить явное, поверхностное значение предложения, предполагая, что говорящий соблюдает максимы. Такие дополнительные значения, если они подразумевались говорящим, называются разговорными импликатурами. Например, в следующем обмене:
А (прохожему): У меня кончился бензин.
В: За углом есть заправка.
А предположит, что В соблюдает максиму релевантности. Однако ответ В имеет значение для А только в том случае, если заправка открыта; следовательно, он содержит импликатуру «Заправка открыта». Комики и писатели часто намеренно нарушают грисовские максимы, скрывая полную правду и выбирая слова ради эффекта повествования и впечатления читателя. Говорящие, которые намеренно нарушают максимы, обычно рассчитывают на то, что их слушатель поймет их скрытую импликатуру. В случае с неловким другом он, скорее всего, поймет, что говорящий на самом деле не делает комплимент. Таким образом, сотрудничество все еще имеет место, но уже не на буквальном уровне. Когда говорящие нарушают максиму, они все равно делают это с целью выразить определенную мысль. Следовательно, грисовские максимы выполняют свою функцию как при соблюдении, так и при нарушении. В противовес этому, Харниш (1976) отмечает, что Грайс утверждает, что его максимы действуют только в тех беседах, где действует принцип сотрудничества. Жители Мадагаскара предпочитают не сотрудничать, придавая большее значение престижу владения информацией. (В этом случае можно также сказать, что это менее кооперативная система коммуникации, поскольку передается меньше информации.) Некоторые утверждают, что максимы расплывчаты. Это может объяснить критику, что грисовские максимы можно легко неверно истолковать как руководство по этикету, инструктирующее говорящих о том, как быть моральными и вежливыми собеседниками. Однако, несмотря на формулировку, грисовские максимы предназначены лишь для описания общепринятых характеристик успешного кооперативного общения.

The concept of the cooperative principle was introduced by linguist Paul Grice in his pragmatic theory. Grice researched the ways in which people derive meaning from language. In his essay Logic and Conversation (1975) and book Studies in the Way of Words (1989), Grice outlined four key categories, or maxims, of conversation—quantity, quality, relation, and manner—under which there are more specific maxims and sub maxims. These describe specific rational principles observed by people who follow the cooperative principle in pursuit of effective communication. In his book, Grice uses the following analogy for this maxim: "I expect your contributions to be genuine and not spurious. If I need sugar as an ingredient in the cake you are assisting me to make, I do not expect you to hand me salt; if I need a spoon, I do not expect a trick spoon made of rubber." Often the addressee of an utterance can add to the overt, surface meaning of a sentence by assuming the speaker has obeyed the maxims. Such additional meanings, if intended by the speaker, are called conversational implicatures. For example, in the exchange
A (to passer by): I am out of gas. B: There is a gas station round the corner. A will assume that B obeyed the maxim of relation. However, B's answer is only relevant to A if the gas station is open; so it has the implicature "The gas station is open." The Gricean maxims are therefore often purposefully flouted by comedians and writers, who may hide the complete truth and choose their words for the effect of the story and the sake of the reader's experience. Speakers who deliberately flout the maxims usually intend for their listener to understand their underlying implicature. In the case of the clumsy friend, he will most likely understand that the speaker is not truly offering a compliment. Therefore, cooperation is still taking place, but no longer on the literal level. When speakers flout a maxim, they still do so with the aim of expressing some thought. Thus, the Gricean maxims serve a purpose both when they are followed and when they are flouted. To push back on this point, Harnish (1976) points out that Grice only claims his maxims hold in conversations where the cooperative principle is in effect. The Malagasy speakers choose not to be cooperative, valuing the prestige of information ownership more highly. (It could also be said in this case that this is a less cooperative communication system, since less information is shared.) Some argue that the maxims are vague. This may explain the criticism that the Gricean maxims can easily be misinterpreted to be a guideline for etiquette, instructing speakers on how to be moral, polite conversationalists. However, the Gricean maxims, despite their wording, are only meant to describe the commonly accepted traits of successful cooperative communication.