Введение

Преступление против марксистско-ленинского евразийского государства.
Антисоветская агитация и пропаганда (АСА) являлась уголовным преступлением в Советском Союзе. Изначально этот термин использовался как синоним контрреволюционной агитации. Последний термин применялся сразу после Октябрьской революции 1917 года. Данное преступление было закреплено в уголовном законодательстве в 1920-х годах и пересмотрено в 1950-х годах в двух статьях Уголовного кодекса РСФСР. Это преступление широко использовалось против советских диссидентов.

Сталинская эпоха

В 1920-х годах новые Уголовные кодексы ввели преступление антисоветской агитации и пропаганды как одну из многих форм контрреволюционной деятельности, объединенных в статье 58 Уголовного кодекса РСФСР. Статья вступила в силу 25 февраля 1927 года и действовала на протяжении всего периода сталинизма. Статья 58:10, "пропаганда и агитация, направленные на свержение или подрыв советского строя", наказывались лишением свободы на срок не менее шести месяцев, вплоть до смертной казни в периоды войны или смуты. При применении в период правления Сталина эта формулировка на практике могла означать практически что угодно, в зависимости от толкования следователя или осведомителя органов государственной безопасности; в результате обвинение стало чрезвычайно эффективным инструментом в политических или личных распрях и интригах.

Статья 190-1

Вскоре после показательного суда над Даниэлем Синявским в советский Уголовный кодекс была добавлена статья 190-1, «Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советское государство и общественный строй» (1966), которая являлась смягченной версией статьи 70. По сути, она повторяла статью 70, но без положения о «антисоветской цели». Наказание было менее суровым: до трех лет лишения свободы. Антисоветское политическое поведение, в частности, открытое выражение несогласия с властями, демонстрации с требованием реформ и написание книг, у некоторых определялось одновременно как преступный акт (например, нарушение статей 70 или 190-1), как симптом (например, «бредовые идеи реформизма») и как диагноз (например, «вялотекущая шизофрения»). 70-я и 190-я статьи Уголовного кодекса, касающиеся «клеветнических измышлений, дискредитирующих советский строй» и «антисоветской агитации и пропаганды», послужили формальным основанием для вынесения приговоров Владимиру Буковскому, Петру Григоренко, Валерии Новодворской, Жоресу Медведеву, Андрею Амальрику и многим другим диссидентам к месяцам, а иногда и годам неопределенного содержания в психиатрических учреждениях. 19 февраля 1986 года ядерный физик и диссидент Андрей Дмитриевич Сахаров в своем письме Михаилу Горбачеву написал, что «применение судами статей 70 и 190-1 является вопиющим преследованием за убеждения». В 1990 году, за год до фактического окончания советского режима, «антисоветская агитация и пропаганда» были исключены из Уголовного кодекса РСФСР после трех десятилетий применения.

Постсоветская Россия

В апреле 1989 года статья 70 была переформулирована в рамках серии законодательных изменений, внесенных в период перестройки. Она была сформулирована более строго и стала явно связана с применением насилия. Термины "антисоветская агитация и пропаганда" были заменены на "публичные призывы", "подрыв" (подрыв) и "свержение" (свержение). В октябре 1992 года, после распада Советского Союза, российское законодательство сохранило состав преступления, заключающийся в "публичных призывах к насильственному изменению конституционного строя или захвату власти, а также в массовом распространении материалов, содержащих такие призывы", наказываемом лишением свободы на срок до трех лет или штрафом в размере двадцати минимальных месячных заработных плат. В новом Уголовном кодексе Российской Федерации, вступившем в силу 1 января 1997 года, состава преступления, аналогичного "антисоветской пропаганде", не предусмотрено. В последнее время регрессивные тенденции в поправках к действующему законодательству побудили адвоката Анри Резника выразить обеспокоенность по поводу появления фразы "антироссийский" в некоторых законодательных предложениях.