Введение

Родившийся в Швейцарии немецкий генетик,
швейцарский слаломист.

Эрнст Рудин (19 апреля 1874 – 22 октября 1952) — швейцарский по происхождению немецкий психиатр, генетик, евгеник и нацист, получивший известность благодаря Эмилю Крейпелину и занявший должность директора Немецкого института психиатрических исследований в Мюнхене. Хотя ему приписывают роль пионера в изучении наследственности психических заболеваний, он также выступал за, разрабатывал, оправдывал и финансировал массовую стерилизацию и преднамеренное убийство взрослых и детей в медицинских учреждениях.

Начало карьеры

Рудин родился 19 апреля 1874 года в Санкт-Галле, Швейцария, в семье Конрада Рудина, продавца текстиля. С 1893 по 1898 год он изучал медицину в Женеве, Лозанне, Неаполе, Гейдельберге, Берлине, Дублине и Цюрихе. В 1909 году он стал старшим лектором и старшим врачом в Мюнхенской психиатрической больнице, сменив Алоиса Альцгеймера. Данные Рудина не выявили достаточно высокого риска развития шизофрении у родственников, чтобы объяснить это простым рецессивным геном, как полагали он и Крейпелин, поэтому он выдвинул теорию о двух рецессивных генах, чтобы попытаться это объяснить. Это объясняется "ошибочным убеждением" в том, что только одна или небольшое число генетических вариаций могут вызывать подобные состояния. Тем не менее, Рудин был пионером и усовершенствовал сложные методы проведения исследований наследственности, на протяжении десятилетий широко цитировался в международной литературе и до сих пор считается "отцом психиатрической генетики". На Рудина оказал влияние его зять, давний друг и коллега Альфред Плёц, которого считали "отцом" расовой гигиены и который в 1895 году впервые ввёл этот термин. В 1904 году он был назначен соредактором недавно основанного «Архива расовой гигиены и социальной биологии», а в 1905 году стал одним из соучредителей Немецкого общества расовой гигиены (вскоре ставшего международным) вместе с Плёцем. В 1910 году он опубликовал статью в «Архивах», в которой утверждал, что медицинская помощь психически больным, алкоголикам, эпилептикам и другим является искажением естественных законов отбора, и что медицина должна способствовать очищению генофонда.

Растущее влияние

В 1917 году в Мюнхене был создан новый Немецкий институт психиатрических исследований (известный как DFA на немецком языке; переименован в Институт психиатрии Макса Планка после Второй мировой войны), разработанный и продвигаемый Эмилем Крейпелином. В Институте был создан отдел генеалогических и демографических исследований (GDA) – первый в мире, специализирующийся в области психиатрической генетики – и Крейпелин назначил Рудина руководителем этого отдела. В 1924 году институт вошел в состав престижного Общества императора Вильгельма. В 1925 году Рудин вернулся в Швейцарию, где три года проработал полным профессором психологии и директором психиатрической клиники Базельского университета. Рудин был одним из первых, кто писал о «опасностях» наследственных дефектов и предполагаемой ценности нордической расы как «создателей культуры». В 1930 году Рудин был ведущим представителем Германии на Первом Международном конгрессе по психической гигиене, проходившем в Вашингтоне (США), и выступал за евгенику. С 1935 по 1945 год он был президентом Общества немецких неврологов и психиатров (GDNP), позднее переименованного в Немецкую ассоциацию психиатрии, психотерапии и неврологии (DGPPN). Американский Фонд Рокфеллера финансировал визиты и работу многочисленных международных исследователей в психиатрическом генетическом отделении Рудина, вплоть до 1939 года. Среди них были Элиот Слейтер и Эрик Стромгрен, считающиеся основоположниками психиатрической генетики в Великобритании и Скандинавии соответственно, а также Франц Йозеф Каллман, ставший ведущим специалистом в области исследований близнецов в США после эмиграции в 1936 году. С самого начала Рудин был «расовым фанатиком», одержимым чистотой «немецкого народа». Однако в 1988 году его также описали как «не столько фанатичного нациста, сколько фанатичного генетика». Его идеи по снижению заболеваемости шизофренией оказались полным провалом, несмотря на то, что от 73% до 100% диагностированных подверглись стерилизации или были убиты.