Введение

Трубный сигнал из Кракова

Мариацкий сигнал трубы (польск. Hejnał mariacki; польское произношение: , происходит от венгерского выражения Szűz Mária hajnala, означающего «рассвет Святой Марии») — традиционный польский пятинотный трубный сигнал, тесно связанный с историей и традициями Кракова. Он исполняется каждый час ровно, четыре раза подряд в каждом из четырех сторон света трубачом с самой высокой башни базилики Святой Марии в городе. Полуденное исполнение транслируется по радио по всей Польше и миру.

Происхождение

Настоящее происхождение и автор hejnał неизвестны. Первое письменное упоминание о нём содержится в записях о выплатах городским служащим 1392 года. Слово "хейнал" происходит от венгерского слова "хайнал", означающего "рассвет". Эти два факта согласуются с предполагаемым происхождением во времена короля Людовика I "Венгерского" (правил в Польше в 1370–1382 годах) или его дочери Ядвиги, королевы Польши (правила в 1384–1399 годах). Во многих европейских городах сигналы труб использовались для оповещения об открытии и закрытии городских ворот на рассвете и в сумерках. Четыре направления, в которых сейчас звучит сигнальная труба Святой Марии, приблизительно соответствуют четырем главным воротам Кракова до того, как в XIX веке были снесены три из четырёх ворот. Источники XVI века упоминают других трубачей на других башнях, и возможно, что прерванный гимн изначально предназначался для того, чтобы второй трубач у ворот мог подать сигнал об окончании открытия или закрытия ворот. В исторические времена сигналы труб с башни церкви Святой Марии также использовались для предупреждения о пожарах и других опасностях.

Легенды

Согласно популярной легенде 20-го века, во время монгольского нашествия на Польшу (обычно упоминается нашествие 1241 года), монгольские войска под предводительством генерала Субутая приблизились к Кракову. Часовой на башне костёла Святой Марии подал сигнал тревоги, исполняя Хейна́л, и городские ворота были закрыты до того, как татары смогли устроить засаду. Однако трубач был ранен стрелой в горло и не завершил гимн, и это – легендарное объяснение того, почему его исполнение обрывается незадолго до конца. Самая ранняя письменная версия этой легенды содержится в прологе к детской книге американца Эрика П. Келли «Трубач Краковский» 1928 года. Келли, преподававший в Ягеллонском университете в 1925–1926 годах, признался, что не очень хорошо владел польским языком, когда писал эту историю, и полагался на друзей, говорящих по-французски, для перевода. Часть современной легенды может происходить из более позднего исторического эпизода, когда трубач умер от естественных причин во время дежурства в полночь 7 июля 1901 года. В туристическом справочнике 1926 года нечётко указано, что смерть трубача стала причиной преждевременного окончания гимна, но не упоминается осада татарами или стрелы. Другой возможный источник – версия легенды о Лайконике, написанная Людвиком Анчичем в 1861 году, в которой описывается часовой и вторгшиеся татары, но не упоминаются стрелы или смерть часового. Возможно, Келли был первым, кто записал полную версию существующей краковской легенды, которая ускользнула от внимания более ранних собирателей. Не исключено, что он стал жертвой розыгрыша или случайно смешал две разные истории. Примечательно, что в подробном путеводителе по Кракову 1931 года профессора Кароля Эстрихера-младшего эта история не упоминается. Независимо от происхождения истории Келли, она стала популярной в Кракове. Первая письменная версия полного варианта легенды о татарах и стреле на польском языке появилась в туристическом справочнике 1935 года. Вторая – в продолжении Ксаверия Прушинского (который был студентом Ягеллонского университета во время преподавания Келли и впоследствии стал ассистентом Эстрихера) под названием «Трубач Самарканда», которое также связано с легендой о Лайконике. После Второй мировой войны роль Келли в легенде была в значительной степени забыта, и легенда стала передаваться в истинно народном духе. Согласно другой недавней традиции, четыре направления, в которых звучит мелодия, посвящены: королю (на юг, в сторону Вавельского замка); мэру или епископу – в сторону ратуши или епископского дворца на улице Канонической, горожанам – в сторону Главной рыночной площади, а крестьянам и гостям – в сторону полей за пределами Кракова и Краковских Барбаканов. В конце каждой мелодии трубач приветствует зрителей на площади, которые, как ожидается, ответят ему тем же.

Позднее использование

Традиционно Хёйналь играли два раза в день, обычно на рассвете и в сумерках; позднее добавили полдень. Сегодня трубач играет каждый час, хотя сообщается, что иногда сонные трубачи пропускают один из ранних утренних часов. С 1927 года Хёйналь транслируется в прямом эфире на Polskie Radio (польском национальном радио) из церкви Святой Марии ежедневно в полдень. Краковский Хёйналь хорошо известен по всей Польше и является национальным символом. Во время Второй мировой войны трубач из 2-го польского корпуса исполнил эту мелодию, чтобы объявить о победе Польши в битве за Монте-Кассино 18 мая 1944 года. Исторические записи свидетельствуют о том, что исполнение Хёйналя отменялось и возобновлялось несколько раз, с особенно длительным перерывом перед его возобновлением в 1810 году. Дважды Хёйналь Марияцкий был заменен траурной песней «Łzy Matki» (Слёзы Матери). Первый раз это произошло в полдень 3 апреля 2005 года в связи со смертью папы Иоанна Павла II накануне, а второй – в две минуты после полудня 11 апреля 2010 года после гибели президента Леха Качиньского и его супруги Марии Качиньской.

Игроки

Изначально Hejnał исполнялся городскими стражниками, но с XIX века его исполняют действующие члены пожарной охраны, которые также используют церковную башню в качестве наблюдательного пункта. В башне дежурят как минимум четыре трубача, работающие посменно. Самым долго служившим трубачом был Адольф Смиетана, который играл Hejnał в течение 36 лет, начиная с 1926 года. Семья Колтонов играла Hejnał на протяжении трех поколений подряд. В октябре 2004 года Ян Колтон вышел на пенсию после 33 лет службы в башне. Его отец до этого 35 лет был трубачом Hejnał, а его сын – один из четырех нынешних трубачей. 11 июня 2000 года мелодия была занесена в Книгу рекордов Гиннеса после того, как её исполнили почти 2000 трубачей со всего мира, включая военные оркестры из Польши, Великобритании, Бельгии и Испании, а также гражданских лиц. Самый молодой трубач был восьми лет, а самый старший – 79 лет.