Клара Лемлих: Лидер восстания 20 000 рабочих-швейниц.

Введение

Клара Лемлич Шавелсон (28 марта 1886 – 12 июля 1982) – уроженка Украины, американская еврейка, профсоюзный организатор. Она была лидером «Восстания двадцати тысяч» – массовой забастовки работниц швейной промышленности Нью-Йорка в 1909 году, где она выступила на идише с призывом к действию. Впоследствии, из-за своей профсоюзной деятельности, она была внесена в черный список, вступила в Коммунистическую партию США и стала активисткой по защите прав потребителей. В последние годы жизни, будучи проживавшей в доме престарелых, она помогала организовать персонал.

Ранние годы

Лемлих родилась 28 марта 1886 года в бывшем русском, ныне украинском городе Городок в еврейской семье. Выросшая в преимущественно идишскоязычной деревне, юная Лемлих научилась читать по-русски, несмотря на возражения родителей, подрабатывала шитьем петель и писала письма для неграмотных соседей, чтобы заработать деньги на книги. После того как сосед познакомил её с революционной литературой, Лемлих стала убеждённой социалисткой. В 1903 году, после погрома в Кишинёве, она эмигрировала в США вместе с семьёй. По прибытии в Нью-Йорк Лемлих смогла найти работу в швейной промышленности. Условия труда там стали ещё хуже по сравнению с началом века: новая промышленная швейная машина позволяла работодателям требовать от работников вдвое большую выработку, при этом работники часто должны были обеспечивать себя машинами и носить их на работу и обратно. Лемлих, вместе со многими своими коллегами, восстала против длинных рабочих часов, низкой оплаты труда, отсутствия перспектив карьерного роста и унизительного отношения со стороны начальства. Лемлих вступила в Международный союз работников швейной промышленности (ILGWU) и была избрана в исполнительный совет местного отделения № 25 ILGWU. Лемлих быстро завоевала авторитет среди своих коллег, возглавив несколько забастовок мастериц блузок и бросив вызов преимущественно мужскому руководству профсоюза с призывом организовать женщин-работниц швейной промышленности. Она сочетала в себе смелость с обаянием (её знали как прекрасную певицу) и личную храбрость (в 1909 году она вернулась к пикету после того, как ей сломали несколько рёбер).

Лемлих привлекла внимание общественности на массовом собрании, проходившем в Cooper Union 22 ноября 1909 года. В течение двух часов ведущие деятели американского рабочего движения и социалистические лидеры Нижнего Ист-Сайда говорили в общих чертах о необходимости солидарности и подготовки. Стремясь к конкретным действиям, а не только к словам, Лемлих потребовала предоставить ей слово. Поднявшись на платформу, она сказала:

Толпа откликнулась с энтузиазмом и, приняв модифицированную версию древней еврейской клятвы верности — «Если я предам дело, которому сейчас клянусь, пусть эта рука отсохнет от руки, которую я сейчас поднимаю», — проголосовала за всеобщую забастовку. В течение следующих двух дней бастовали около 20 000 из 32 000 работников швейной промышленности; эта забастовка вошла в историю как Восстание двадцати тысяч. Лемлих взяла на себя ведущую роль в организации забастовки, выступая на митингах, пока не сорвала голос. Забастовка продолжалась до 10 февраля 1910 года и привела к заключению коллективных договоров почти во всех мастерских, за исключением Triangle Shirtwaist.

Избирательное право

Включенная в черный список в индустрии и находясь в конфликте с консервативным руководством ILGWU, Лемлих посвятила себя кампании за избирательное право женщин. Как и ее коллеги Роуз Шнайдерман и Полин Ньюман, Лемлих представляла избирательное право женщин как необходимое для улучшения жизни работающих женщин как на работе, так и вне ее. У производителя есть голос; у работодателей есть голоса; у бригадиров есть голоса, у инспекторов есть голоса. У работницы нет голоса. Когда она просит сделать здание, в котором она вынуждена работать, чистым и безопасным, чиновники не обязаны ее слушать. Когда она просит не работать так много часов, они не обязаны ее слушать. Пока мужчины в законодательном собрании штата Нью-Йорк в Олбани не будут представлять ее интересы так же, как интересы работодателей и бригадиров, она не получит справедливости; она не получит достойных условий труда. Именно поэтому работающая женщина теперь говорит, что она должна иметь право голоса. Лемлих, как и Ньюман и Шнайдерман, также имела серьезные личные и политические разногласия с женщинами из высшего и среднего класса, которые возглавляли движение за избирательное право. Мэри Берд уволила Лемлих по причинам, которые до конца не ясны, менее чем через год после того, как наняла ее для участия в кампании за избирательное право в 1911 году. Лемлих продолжила свою деятельность в области избирательного права, основав Лигу избирательного права наемных работников – альтернативу организациям среднего класса, выступавшим за избирательное право, вместе с Шнайдерман, Леонорой О’Райли и двумя другими работницами швейной промышленности. Однако, хотя Лига принимала в свои ряды только женщин рабочего класса, она зависела от поддержки женщин, не принадлежащих к рабочему классу, и, уважая пожелания своих сторонников, примкнула к Национальной американской ассоциации сторонниц избирательного права женщин – организации, которой она видела себя как альтернативу, – а не к Женскому комитету Социалистической партии. Тем не менее, Лига избирательного права наемных работников прекратила свое существование после организации успешного митинга в Купер-Юнион, на котором выступили Лемлих, Шнайдерман и другие. Лемлих продолжила свою деятельность в Женской профсоюзной лиге, в то время как Шнайдерман, покинувшая WTUL в тот период, устроилась на работу в ILGWU, прежде чем вернуться в WTUL несколько лет спустя. Другие активистки, такие как Полин Ньюман, работали под эгидой Социалистической партии, которая поддерживала избирательное право, хотя многие в руководстве считали это отвлечением от более важной борьбы классов.

Blacklisted from the industry and at odds with the conservative leadership of the ILGWU, Lemlich devoted herself to the campaign for women's suffrage. Like her colleagues Rose Schneiderman and Pauline Newman, Lemlich portrayed women's suffrage as necessary for the improvement of working women's lives, both inside and outside the workplace. The manufacturer has a vote; the bosses have votes; the foremen have votes, the inspectors have votes. The working girl has no vote. When she asks to have a building in which she must work made clean and safe, the officials do not have to listen. When she asks not to work such long hours, they do not have to listen. . [U]ntil the men in the Legislature at Albany represent her as well as the bosses and the foremen, she will not get justice; she will not get fair conditions. That is why the working woman now says that she must have the vote. Lemlich, like Newman and Schneiderman, also had strong personal and political differences with the upper and middle class women who led the suffrage movement. Mary Beard fired Lemlich, for reasons that are not entirely clear, less than a year after hiring her to campaign for suffrage in 1911. Lemlich continued her suffrage activities, founding the Wage Earner’s Suffrage League, a working class alternative to middle class suffrage organizations, along with Schneiderman, Leonora O'Reilly, and two other women garment workers. Yet while the League admitted only working class women to membership, it was dependent on non working class women for support and, in deference to its supporters' wishes, affiliated with the National American Woman Suffrage Association — the organization to which it saw itself as an alternative — rather than with the Socialist Party Women's Committee. The Wage Earner’s Suffrage League passed out of existence, however, after organizing a successful rally at Cooper Union at which Lemlich, Schneiderman, and others spoke. Lemlich continued her suffrage activities for the Women's Trade Union League, while Schneiderman, who quit the WTUL at that time, went to work for the ILGWU before returning to the WTUL several years later. Other activists, such as Pauline Newman, worked under the aegis of the Socialist Party, which supported suffrage even though many in the leadership considered it a distraction from the more urgent business of class struggle.

Защита прав потребителей

Лемлич вышла замуж за Джо Шэвелсона в 1913 году. У пары было трое детей: Ирвинг Чарльз Велсон, Марта Шейвлсон Шаффер и Рита Шейвлсон Маргулес. Переехав в рабочий район Восточного Нью-Йорка, а затем в Брайтон-Бич, она не возвращалась к работе, за исключением редких случаев частичной занятости, в течение следующих тридцати лет. Вместо этого она посвятила себя воспитанию семьи и организации домохозяек. Другие уже организовывали подобные объединения в этом районе до Лемлих: еврейские домохозяйки в Нью-Йорке бойкотировали кошерные мясные лавки в знак протеста против высоких цен в первом десятилетии двадцатого века, а Бруклинский союз арендаторов проводил забастовки против повышения арендной платы и боролся с выселениями. После вступления в Коммунистическую партию, которая в основном презирала саму идею организации потребителей, Лемлих и Кейт Гитлоу, мать Бенджамина Гитлоу, попытались создать союз домохозяек, который бы решал не только вопросы потребительского рынка, но и проблемы жилья и образования. Объединенный совет домохозяек рабочего класса также собирал средства и оказывал помощь бастующим в Пасаике, штат Нью-Джерси, во время ожесточенной забастовки 1926 года. В 1929 году, после создания Женской комиссии при Коммунистической партии, Лемлих основала Объединенный совет женщин рабочего класса (UCWW), который в конечном итоге насчитывал почти пятьдесят отделений в Нью-Йорке, а также отделения в Филадельфии, Сиэтле, Чикаго, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско и Детройте. Организация привлекала членов из числа коммунистов, но не ассоциировала Совет с КП и не призывала не являющихся членами партии членов Совета также вступить в партию. В 1935 году Объединенный совет UCWW организовал масштабный бойкот мясных магазинов в знак протеста против высоких цен на мясо, используя тактику мобильных пикетных групп, которые закрыли более 4000 мясных магазинов в Нью-Йорке. Забастовка приобрела общенациональный характер, и UCWW получил поддержку за пределами еврейских и афроамериканских общин, на которые он изначально был ориентирован в Нью-Йорке. В последующие годы UCWW переименовался в Прогрессивные женские советы в рамках политики Народного фронта того времени. Однако в 1938 году партия прекратила поддержку советов и прекратила выпуск изданий, ориентированных на женщин. Лемлих продолжала активно участвовать в работе PWC и была местным лидером после того, как Совет примкнул к Международному рабочему ордену в 1940-х годах. Советы организовывали еще более масштабные бойкоты в знак протеста против высоких цен в 1948 и 1951 годах, прежде чем обвинения в доминировании Коммунистической партии привели к его развалу в начале 1950-х годов. В 1952 году штат Нью-Йорк приказал распустить IWO. Лемлих продолжила свою деятельность в рамках Федерации еврейских женских клубов имени Эммы Лазарус, которая собирала средства для Красного Могена Давида, протестовала против ядерного оружия, выступала за ратификацию Конвенции Организации Объединенных Наций о геноциде, выступала против войны во Вьетнаме и заключила союзы с Sojourners for Truth, организацией по защите гражданских прав афроамериканских женщин. Лемлих также активно участвовала в деятельности Советов безработных и в создании Совета имени Эммы Лазарус, который поддерживал права арендаторов. В 1931 году Совет имени Эммы Лазарус заявил, что никто не будет выселен в Брайтон-Бич из-за неспособности платить арендную плату, а затем подтвердил это, мобилизовав сторонников для предотвращения выселений и возвращения мебели арендаторов в их квартиры в тех случаях, когда власти пытались осуществить выселение. Лемлих оставалась непоколебимым членом Коммунистической партии, осуждая суд и казнь Розенбергов. Ее паспорт был аннулирован после поездки в Советский Союз в 1951 году. Она ушла на пенсию с работы в швейной промышленности в 1954 году, а затем долго боролась с ILGWU за получение пенсии. В 1960 году она вышла замуж за Абе Голдмана, старого знакомого из рабочего движения. После смерти Голдмана в 1967 году она переехала в Калифорнию, чтобы быть рядом со своими детьми и родственниками. В возрасте 81 года она поступила в еврейский дом престарелых в Лос-Анджелесе. Будучи жительницей, она убедила руководство присоединиться к бойкоту винограда и салата, организованному Объединенными сельскохозяйственными рабочими, и помогла санитарам организовать профсоюз.

Lemlich married Joe Shavelson in 1913. The couple had three children: Irving Charles Velson, Martha Shavelson Schaffer, and Rita Shavelson Margules. Moving to the solidly working class neighborhood of East New York, then later to Brighton Beach, she did not return to work, other than on an occasional part time basis, for the next thirty years. Instead she devoted herself to raising a family and organizing housewives. Others had organized in this area before Lemlich: Jewish housewives in New York had boycotted kosher butchers to protest high prices in the first decade of the twentieth century and the Brooklyn Tenants Union led rent strikes and fought evictions. After joining the Communist Party, which largely disdained the notion of consumer organizing, Lemlich and Kate Gitlow, mother of Benjamin Gitlow, attempted to organize a union of housewives that would address not only consumers' issues, but housing and education as well. The United Council of Working Class Housewives also raised money and organized relief for strikers in Passaic, New Jersey during the bitter 1926 strike. In 1929, after the Communist Party created a Women's Commission, Lemlich launched the United Council of Working Class Women (UCWW), which eventually had nearly fifty branches in New York City, as well as affiliates in Philadelphia, Seattle, Chicago, Los Angeles, San Francisco, and Detroit. The organization recruited among CP members, but did not identify the Council with the CP or press non Party members of the Council to join the party as well. The United Council of UCWW led a widespread boycott of butcher shops to protest high meat prices in 1935, using the militant tactics of flying squadrons of picketers that shut down more than 4,000 butcher shops in New York City. The strike became nationwide and the UCWW won support outside the Jewish and African American communities to which it had been limited in New York. The UCWW renamed itself the Progressive Women's Councils the following years as part of the Popular Front politics of the day. The Party withdrew support for the councils and discontinued publications aimed at women, however, in 1938. Lemlich continued to be active in the PWC, however, and was a local leader in it after it affiliated with the International Worker's Order in the 1940s. The Councils organized even broader boycotts to protest high prices in 1948 and 1951, before accusations of Communist Party dominance destroyed it in the early 1950s. The IWO was ordered dissolved by the state of New York in 1952. Lemlich continued her activities as part of the Emma Lazarus Federation of Jewish Women's Clubs, which raised funds for Red Mogen David, protested nuclear weapons, campaigned for ratification of the United Nations' Convention on Genocide, opposed the War in Vietnam, and forged alliances with Sojourners for Truth, an African American women's civil rights organization. Lemlich was also active in Unemployed Councils activities and in founding the Emma Lazarus Council, which supported tenant rights. The Emma Lazarus Council declared in 1931 that no one would be evicted in Brighton Beach for inability to pay rent, then backed that up by rallying supporters to prevent evictions and returning tenants' furniture to their apartments in those cases in which authorities attempted to effect eviction. Lemlich remained an unwavering member of the Communist Party, denouncing the trial and execution of the Rosenbergs. Her passport was revoked after a trip to the Soviet Union in 1951. She retired from garment work in 1954, then fought a long battle with the ILGWU to obtain a pension. In 1960, she married Abe Goldman, an old labor movement acquaintance. After Goldman's death in 1967, she moved to California to be near her children and in laws. At age 81, she entered the Jewish Home for the Aged in Los Angeles. As a resident, she persuaded the management to join in the United Farm Workers boycotts of grapes and lettuce and helped the orderlies there to organize a labor union.