Введение
Неаутентичное действие
В экзистенциализме недобросовестность – это психологический феномен, при котором индивиды действуют неаутентично, уступая внешнему давлению общества, чтобы принять ложные ценности и отречься от своей изначальной свободы как разумных существ. Недобросовестность также происходит из связанных с ней понятий самообмана и ресентимента.
Свобода и выбор
Критическое положение в экзистенциалистской мысли заключается в том, что индивиды всегда свободны делать выбор и направлять свою жизнь к своей избранной цели или "проекту". Это утверждение подразумевает, что индивиды не могут избежать этой свободы, даже в самых тяжелых обстоятельствах. Например, даже колонизированные жертвы империи обладают выбором: подчиниться правлению, вести переговоры, совершить самоубийство, сопротивляться ненасильственно или дать отпор. Хотя внешние обстоятельства могут ограничивать индивидов, это ограничение, называемое фактичностью, не может принудить человека выбрать один путь вместо другого. В этом смысле индивид сохраняет определенную свободу выбора. По этой причине индивид может выбирать в состоянии душевной муки, полностью осознавая последствия. Для Жан-Поля Сартра, утверждать, что одна из множества сознательных возможностей имеет несомненный приоритет (например, "Я не могу рисковать своей жизнью, потому что я должен содержать семью") – значит принимать на себя роль объекта в мире, а не свободного субъекта, оказываясь просто на милость обстоятельств (существо "в себе", которое является лишь своей собственной фактичностью, то есть оно "есть" внутри себя и действует там как ограничение). Для Сартра такое отношение является явным самообманом.
Намеренное сознание и свобода
Согласно этой философии, люди всегда осознают, что они больше, чем то, что им доступно в сознании; они не сводятся лишь к тому, что осознают. В этом смысле человека нельзя определить как "интенциональный объект" сознания, включающий ограничения, налагаемые фактичностью, личной историей, характером, телом или объективной ответственностью. По словам Сартра, "человеческая реальность есть то, чем она не является, и не есть то, чем она является". Например, быть врачом, но стремиться "превзойти" это, чтобы стать свиноводом. Человек есть то, чем он не является – свиновод, а не то, чем он является – врач. Согласно Сартру, человека можно определить лишь отрицательно, как "то, чем он не является", и это отрицание является единственным позитивным определением "того, чем он есть". Исходя из этого, индивид осознает множество альтернативных реакций на свою свободу выбора в конкретной ситуации, поскольку ни одна ситуация не может предписать единственный ответ. Человек может притворяться, что эти возможности ему недоступны, принимая социальные роли и системы ценностей, чуждые его природе, но само это принятие – решение, ставшее возможным благодаря его свободе и отчужденности от этих ролей и ценностей. "Самообман" – это парадоксальное свободное решение отрицать свою неизбежную свободу.
Сартр
Сартр приводит в пример официанта, чьи движения и речь немного чересчур «официантские». Его голос полон желания угодить; он несёт еду скованно и нарочито; «его движение быстрое и направлено вперёд, немного слишком точное, немного слишком стремительное». Его преувеличенное поведение иллюстрирует, что он разыгрывает роль официанта, предстаёт как объект в мире и как автомат, чья суть – быть официантом. То, что он очевидно играет роль, свидетельствует о том, что он осознаёт, что он не (просто) официант, а скорее сознательно обманывает себя. Другой пример Сартра – молодая женщина на первом свидании. Она игнорирует очевидные сексуальные намёки в комплиментах её кавалера относительно её внешности, но принимает их как слова, обращённые к ней как к человеческому сознанию. Когда он берёт её за руку, она позволяет ей безразлично остаться в его ладони, «ни соглашаясь, ни сопротивляясь – как вещь», отказываясь ни ответить на жест, ни упрекнуть его. Таким образом, она откладывает момент, когда ей придётся выбирать: признать его намерение и отвергнуть его или согласиться на его ухаживания. Она удобно рассматривает свою руку лишь как вещь в мире, а его комплименты – как не имеющие отношения к её телу, играя на её двойственной человеческой природе как физического существа и как сознания, отделённого и свободного от этой физичности. Сартр утверждает, что, действуя с дурной волей, официант и женщина отрицают свою свободу, используя эту самую свободу для этого. Они явно знают, что свободны, но активно отказываются это признавать. В этом отношении дурная воля парадоксальна: действуя с дурной волей, человек активно отрицает свою свободу, при этом полагаясь на неё для осуществления этого отрицания. Однако Лесли Стивенсон полагает, что эта характеристика самого официанта как примера дурной воли является неверной интерпретацией намерений Сартра.
Де Бовуар
Симона де Бовуар описала три основных типа женщин, живущих в духе самообмана: нарцисс, отрицающую свою свободу, представляя себя как желаемый объект; мистик, вкладывающую свою свободу в абсолютную идею; и женщину, поглощенную любовью, растворяющую свою личность в личности мужчины. Она также считала, что так называемый "Серьезный человек", подчиняющий себя внешней цели, также живет в духе самообмана, поскольку отрицает свою собственную свободу.
Два вида сознания
Сартр утверждает, что сознание, с которым мы обычно воспринимаем окружающий мир, отличается от рефлексии над этим сознанием; то есть, от сознания "того, что мы осознаём этот мир". Первый вид сознания, предшествующий размышлениям о нашем предшествующем опыте, – это предрефлексивное сознание. Рефлексия над предрефлексивным сознанием – это рефлексивное сознание. Сартр утверждает, что это нельзя назвать бессознательным в том смысле, в котором использовал этот термин Фрейд. Он приводит пример погони за автобусом: человек не осознаёт, что "он бежит за автобусом", пока не прекратит бежать, потому что до этого его сознание сосредоточено на самом автобусе, а не на факте погони. В этом смысле сознание всегда подразумевает самосознание ("бытие для себя"). Поскольку, по Сартру, сознание также включает в себя осознание своей отчуждённости от мира и, следовательно, свободы, индивид может всегда осознавать и это. Однако можно манипулировать этими двумя уровнями сознания, так что рефлексивное сознание интерпретирует объективные ограничения ситуации как непреодолимые, в то время как предрефлексивное сознание продолжает осознавать альтернативные возможности.
Свобода и нравственность
Человек убеждает себя, в определенном смысле, в необходимости действовать под влиянием внешних обстоятельств, чтобы избежать мук свободы. Сартр утверждает, что люди "обречены быть свободными"; принимают ли они "объективную" моральную систему, чтобы делегировать выбор, или руководствуются лишь прагматическими соображениями, они не могут не осознавать, что фундаментально не являются частью этой системы. Более того, будучи потенциальными объектами сознания, человек фундаментально не является частью самого себя, а скорее именно тем, что сознание определяет как противоположность всему, что может быть осознано. В сущности, Сартр полагал, что человечество не может избежать ответственности, принимая внешнюю моральную систему, поскольку само принятие такой системы является выбором, который мы одобряем – явно или неявно – и за который должны нести полную ответственность. Он утверждает, что невозможно избежать этой ответственности, поскольку любая попытка отделить себя от свободы выбора сама по себе является проявлением выбора, а выбор зависит от воли и желаний человека. Он говорит: "Я несу ответственность даже за свое желание избежать ответственности". Как человек, нельзя утверждать, что собственные действия предопределены внешними силами; это краеугольный камень экзистенциализма. Человек "обречен" на эту вечную свободу; люди существуют прежде, чем определяется сущность человеческой идентичности. Нельзя определить себя как вещь в мире, поскольку существует свобода быть иным. Индивид не является "философом" как таковым, поскольку в какой-то момент он прекратит деятельность, определяющую его как "философа". Любая роль, которую человек принимает, не определяет его, поскольку рано или поздно принятие этой роли прекратится; то есть, нам будут назначены другие роли – "шеф-повар", "мать" и так далее. Я не является постоянным и не может быть объектом в мире. Хотя нельзя приписывать положительную ценность определениям, применимым к себе, сохраняется возможность сказать, чем человек не является. Эта внутренняя тревога, вызванная моральной неопределенностью, является центральной темой экзистенциализма, поскольку эта тревога демонстрирует личное чувство ответственности за выбор, который человек делает на протяжении жизни. Без акцента на личном выборе человек может использовать внешнюю моральную систему как инструмент для оправдания аморальных поступков, что ведет к отрицанию себя. Согласно экзистенциализму, профессионалы, посвятившие себя определенным моральным кодексам – священники, толкующие священные писания, юристы, толкующие Конституцию, врачи, дающие клятву Гиппократа – вместо того, чтобы освобождаться от ответственности при исполнении своих обязанностей, должны осознавать свою значимость в этом процессе. Это осознание предполагает подвергать сомнению моральность каждого выбора, нести ответственность за последствия своих решений и, следовательно, постоянно переоценивать собственную и чужую постоянно меняющуюся человеческую сущность. Нельзя проявлять непорядочность, отрицая свободу выбора и ответственность. Принятие на себя бремени личной ответственности во всех ситуациях может быть пугающим, но, указывая на свободу личности, Сартр стремится показать, что социальные роли и моральные системы, которые люди принимают, защищают их от моральной ответственности за свои действия.