Самоконтроль: аспекты, теория и история

Введение

Аспект ингибиторного контроля

сходные термины

Самоконтроль — это аспект ингибиторного контроля, одна из ключевых исполнительных функций. Исполнительные функции — это когнитивные процессы, необходимые для регулирования собственного поведения с целью достижения конкретных целей. Считается, что самоконтроль подобен мышце: проявления самоконтроля расходуют ограниченный ресурс. В краткосрочной перспективе чрезмерное использование самоконтроля приводит к истощению этого ресурса. Однако в долгосрочной перспективе практика самоконтроля может укреплять и улучшать способность контролировать себя со временем. Связанным понятием в психологии является эмоциональная саморегуляция. Самоконтроль также является ключевым понятием в общей теории преступности — одной из основных теорий в криминологии. Эта теория была разработана Майклом Готфредсоном и Трэвисом Хирши в их книге «Общая теория преступности» (1990). Готфредсон и Хирши определяют самоконтроль как различную склонность индивидов избегать преступных действий вне зависимости от обстоятельств, в которых они оказываются. Люди с низким самоконтролем, как правило, импульсивны, нечувствительны к другим, склонны к риску, недальновидны и испытывают трудности в вербальном общении. Около 70% вариативности в данных анкет, отражающих одну конструкцию самоконтроля, оказалось обусловленной генетическими факторами.

Как добродетель

В классическом понимании добродетель самообладания обычно называлась "воздержанием" и противопоставлялась пороку акрасии, или невоздержания. "Сила воли" – еще один распространенный синоним. Иногда самообладание в условиях определенных искушений включалось в другие добродетели. Например, самообладание в ситуациях, вызывающих страх, понималось как мужество, а самообладание в гневе – как кротость. Христиане могут описывать борьбу с акрасией как битву между духом (устремленным к Богу) и плотью (погруженной в грех). Когда приближалось распятие, Иисус почувствовал отвращение к этой задаче и заметил: "дух готов, но плоть немощна". Апостол Павел в Послании к римлянам жаловался: "Я не понимаю, что делаю. Ибо я делаю не то, что хочу, а то, что ненавижу. Я знаю, что во мне, то есть в моей плоти, не живет добро. Желание делать добро есть во мне, но не сила". Святой Августин в своих "Исповеди" писал: "В юности я молился: 'Дай мне целомудрие и воздержание, но не сейчас'". Связанная с этим добродетель умеренности, или софросины, обсуждалась философами и религиозными мыслителями от Платона и Аристотеля до наших дней. Одним из самых ранних и известных примеров самообладания как добродетели была добродетель умеренности Аристотеля, заключающаяся в наличии хорошо обдуманного и умеренно регулируемого набора желаний. Пороки, связанные с умеренностью Аристотеля, – это потакание своим страстям (недостаток) и бесчувственность (избыток). Недостаток или избыток относится к степени умеренности: недостаток умеренности ведет к излишествам, а избыток – к бесчувственности или чрезмерному контролю. Аристотель предложил такую аналогию: невоздержанный человек подобен городу с плохими законами, а человек, лишенный самообладания, – городу, в котором есть хорошие законы, но они не соблюдаются.

Противодействие

Желание – это эмоционально заряженная мотивация к определенному объекту, человеку или деятельности, часто, но не ограничиваясь этим, связанная с удовольствием или облегчением от дискомфорта. Желания различаются по силе и продолжительности. Желание превращается в искушение, когда оно затрагивает или вторгается в сферу самоконтроля человека, если поведение, вызванное желанием, противоречит его ценностям или другим целям саморегуляции. Ограничением исследований желания является то, что люди желают разных вещей. В исследовании того, чего люди желают в реальных условиях, в течение недели было собрано 7827 самоотчетов о желаниях, включая различия в частоте и силе желаний, степень конфликта между желаниями и другими целями, а также вероятность сопротивления искушению и успешность этого сопротивления. Наиболее распространенными и сильными являются желания, связанные с базовыми потребностями, такими как еда, питье и сон. Дилеммы самоконтроля возникают, когда долгосрочные цели сталкиваются с краткосрочными результатами. Контрактивная теория самоконтроля утверждает, что, столкнувшись с такой дилеммой, мы уменьшаем значимость мгновенного вознаграждения, одновременно усиливая важность наших общих ценностей. Когда людей просили оценить привлекательность различных закусок перед принятием решения, они отдавали предпочтение полезным батончикам перед шоколадными. Однако, когда их просили оценить привлекательность после выбора закуски, существенной разницы не наблюдалось. Кроме того, когда студенты колледжа заполнили анкету до окончания срока регистрации на курсы, они оценивали досуг как менее важный и приятный, чем после истечения этого срока. Чем сильнее и доступнее искушение, тем более выраженной будет девальвация. Одной из наиболее распространенных дилемм самоконтроля является конфликт между желанием нездоровой или излишней пищи и желанием поддерживать долгосрочное здоровье. Признаком излишней пищи могут быть и чрезмерные траты на определенные виды потребления, например, питание вне дома. Незнание того, сколько потратить, или перерасход бюджета на питание вне дома может быть симптомом недостатка самоконтроля. Участники эксперимента оценили новую закуску как значительно менее полезную, когда ее описывали как очень вкусную, по сравнению с тем, когда ее описывали как лишь слегка вкусную. Не имея никакой другой информации о продукте, само упоминание о хорошем вкусе запускало механизм противодействия самоконтролю и побуждало обесценивать искушение ради здоровья. Более того, когда участникам предлагали сильное искушение – одну большую миску чипсов – они воспринимали чипсы как более калорийные и съедали их меньше, чем участники, столкнувшиеся со слабым искушением – тремя маленькими мисками чипсов, хотя в обоих случаях общее количество чипсов было одинаковым. Слабые искушения ложно воспринимаются как менее вредные, поэтому самоконтроль не активируется, и люди чаще поддаются желанию; это подтверждает контрактивную теорию самоконтроля. Слабые искушения представляют большую проблему, чем сильные, поскольку они кажутся менее способными подорвать долгосрочные ценности.

Desire is an affectively charged motivation toward a certain object, person, or activity, often, but not limited to, one associated with pleasure or relief from displeasure. Desires vary in strength and duration. A desire becomes a temptation when it impacts or enters the individual's area of self control, if the behavior resulting from the desire conflicts with an individual's values or other self regulatory goals. A limitation to research on desire is that people desire different things. In research into what people desire in real world settings, over one week 7,827 self reports of desires were collected, including differences in desire frequency and strength, degree of conflict between desires and other goals, and the likelihood of resisting desire and success of the resistance. The most common and strongly experienced desires are those related to bodily needs like eating, drinking, and sleeping. Self control dilemmas occur when long term goals clash with short term outcomes. Counteractive Self Control Theory states that when presented with such a dilemma, we lessen the significance of the instant rewards while momentarily increasing the importance of our overall values. When asked to rate the perceived appeal of different snacks before making a decision, people valued health bars over chocolate bars. However, when asked to do the rankings after having chosen a snack, there was no significant difference of appeal. Further, when college students completed a questionnaire prior to their course registration deadline, they ranked leisure activities as less important and enjoyable than when they filled out the survey after the deadline passed. The stronger and more available the temptation is, the harsher the devaluation will be. One of the most common self control dilemmas involves the desire for unhealthy or unneeded food consumption versus the desire to maintain long term health. An indication of unneeded food could also be over expenditure on certain types of consumption such as eating away from home. Not knowing how much to spend, or overspending one's budget on eating out, can be a symptom of a lack of self control. Experiment participants rated a new snack as significantly less healthy when it was described as very tasty compared to when they heard it was just slightly tasty. Without knowing anything else about a food, the mere suggestion of good taste triggered counteractive self control and prompted them to devalue the temptation in the name of health. Further, when presented with the strong temptation of one large bowl of chips, participants both perceived the chips to be higher in calories and ate less of them than did participants who faced the weak temptation of three smaller chip bowls, even though both conditions represented the same amount of chips overall. Weak temptations are falsely perceived to be less unhealthy, so self control is not triggered and desirable actions are more often engaged in; this supports the counteractive self control theory. Weak temptations present more of a challenge to overcome than strong temptations, because they appear less likely to compromise long term values.

Строительные уровни

Мышление, характеризующееся высоким уровнем концептуализации, когда люди "вынуждены делать дополнительные выводы относительно содержания, контекста или значения происходящих вокруг них действий и результатов", будет воспринимать цели и ценности в глобальном, абстрактном смысле, в то время как концептуализация низкого уровня акцентирует внимание на конкретных, определенных идеях и категориях. Различные уровни концептуализации определяют активацию самоконтроля в ответ на искушения. Один из способов вызвать концептуализацию высокого уровня – задавать человеку серию вопросов "почему?", приводящих к все более абстрактным ответам, в то время как концептуализация низкого уровня вызывается вопросами "как?", приводящими к более конкретным ответам. При прохождении теста неявных ассоциаций люди с индуцированной концептуализацией высокого уровня значительно быстрее ассоциируют искушения (например, шоколадные батончики) с "плохим", а здоровый выбор (например, яблоки) – с "хорошим", чем те, кто находится в условиях концептуализации низкого уровня. У людей с индуцированной концептуализацией высокого уровня также значительно выше вероятность выбрать яблоко в качестве перекуса, а не шоколадный батончик. У человека, не прилагающего сознательных или активных усилий к самоконтролю, искушения могут быть ослаблены лишь путем индуцирования концептуализации высокого уровня. Абстракция концептуализации высокого уровня может напоминать людям об их масштабных ценностях, таких как здоровый образ жизни, что снижает значимость текущей искусительной ситуации.

Человек и не человек

Положительная корреляция между лингвистическими способностями и самоконтролем была установлена на основе экспериментов с обыкновенными шимпанзе. Исследования человеческого самоконтроля обычно моделируются с использованием системы токенов: поведенческой программы, в которой участники группы могут зарабатывать токены за различные желательные действия и обменивать их на разнообразные подкрепляющие стимулы. Различия в методологии исследований – с использованием токенов или обусловленных подкреплений у людей и субпервичных стимулов у животных – наводят на мысль о возможных процедурных артефактах. Одним из процедурных различий была задержка в периоде обмена: животные могли и, вероятно, получали подкрепление немедленно, в то время как людям приходилось ждать "периода обмена", когда они могли обменять свои токены на деньги, обычно в конце эксперимента. Когда это было сделано с животными (голубями), их реакция оказалась схожей с человеческой: самцы демонстрировали значительно меньше самоконтроля, чем самки. Лог, о чьих работах будет сказано подробнее ниже, отмечает, что в ее исследовании самоконтроля мальчики проявляли меньше самообладания, чем девочки. Она утверждает, что во взрослом возрасте способности к самоконтролю у мужчин и женщин в основном уравниваются. Это может указывать на то, что способность человека к самоконтролю возрастает по мере взросления и осознания последствий импульсивности. Данное предположение будет рассмотрено далее. Большинство исследований в области самоконтроля исходят из того, что самоконтроль в целом предпочтительнее импульсивности. Соответственно, почти все исследования в этой области проводятся с этой точки зрения; импульсивность редко рассматривается как более адаптивный ответ в экспериментальных условиях. Некоторые специалисты в области психологии развития рассматривают самоконтроль с учетом того, что импульсивность иногда может быть более адаптивной реакцией. По их мнению, нормальный человек должен обладать способностью быть как импульсивным, так и контролируемым, в зависимости от того, какой подход наиболее целесообразен. Однако исследований в этом направлении проводится относительно немного. В самых неблагоприятных обстоятельствах люди с наибольшим самоконтролем и устойчивостью имеют больше шансов преодолеть трудности, такие как бедность, некачественное образование, небезопасная среда и т.д. Те, кто находится в невыгодном положении, но обладает высоким самоконтролем, часто получают высшее образование, находят работу и достигают лучших психосоциальных результатов, хотя данные о влиянии на здоровье в более позднем возрасте противоречивы. Психологический феномен, известный как "Джон Генриизм", предполагает, что целеустремленные и амбициозные люди, неустанно стремящиеся к успеху в отсутствие достаточной поддержки и ресурсов, могут – подобно одноименному народному герою XIX века, умершему от аневризмы после победы над паровой буровой установкой в соревновании по забиванию железнодорожных костылей – довести себя до смерти (или до состояния, близкого к ней). В 1980-х годах социоэпидемиолог Шерман Джеймс обнаружил, что афроамериканцы в Северной Каролине непропорционально часто страдают от сердечных заболеваний и инсультов. Он предположил, что "Джон Генриизм" является причиной этого явления.

Positive correlation between linguistic capability and self control has been inferred from experiments with common chimpanzees. Human self control research is typically modeled by using a token economy system: a behavioral program in which individuals in a group can earn tokens for a variety of desirable behaviors and can cash in the tokens for various backup, positive reinforcers. The difference in research methodologies with humans using tokens or conditioned reinforcers versus non humans using sub primary forces suggested procedural artifacts as a possible suspect. One procedural difference was in the delay in the exchange period: Non human subjects can and most likely would access their reinforcement immediately; human subjects had to wait for an "exchange period" in which they could exchange their tokens for money, usually at the end of the experiment. When this was done with non human subjects (pigeons), they responded much like humans in that males showed much less control than females. Logue, who is discussed more below, points out that in her study on self control it was boys who responded with less self control than girls. She says that in adulthood, for the most part, the sexes equalize on their ability to exhibit self control. This could imply a human's ability to exert more self control as they mature and become aware of the consequences associated with impulsivity. This suggestion is further examined below. Most of the research in the field of self control assumes that self control is, in general, better than impulsiveness. As a result, almost all research done on this topic is from this standpoint; very rarely is impulsiveness the more adaptive response in experimental design. Some in the field of developmental psychology think of self control in a way that takes into account that sometimes impulsiveness is the more adaptive response. In their view, a normal individual should have the capacity to be either impulsive or controlled depending on which is the most adaptive. However, there is comparatively less research conducted along these lines. In the worst circumstances people with the most self control and resilience have the best chance of defying the odds they are faced with, such as poverty, bad schooling, unsafe communities, etc. Those at a disadvantage but with high self control go on to higher education, professional jobs, and psychosocial outcomes, although there is conflicting evidence on health impacts later in adulthood. The psychological phenomenon known as "John Henryism" posits that when goal oriented, success minded people strive ceaselessly in the absence of adequate support and resources, they can—like the eponymous 19th century folk hero who fell dead of an aneurysm after besting a steam powered drill in a railroad spike driving competition—work themselves to death (or toward it). In the 1980s, socio epidemiologist Sherman James found that black Americans in North Carolina suffered disproportionately from heart disease and strokes. He suggested "John Henryism" as the cause of this phenomenon.

Альтернативы

Использование сострадания, благодарности и здоровой гордости для создания положительной эмоциональной мотивации может быть менее стрессовым, менее уязвимым для рационализации и с большей вероятностью приведет к успеху, чем традиционная стратегия использования логики и силы воли для подавления поведения, вызывающего эмоциональный отклик. Философ Иммануил Кант в начале одной из своих главных работ, "Основы метафизики нравственности", упоминает термин "Selbstbeherrschung" (самоконтроль) таким образом, что он не играет ключевой роли в его концепции добродетели. Он утверждает, что такие качества, как самообладание и умеренность аффектов и страстей, ошибочно принимаются за безусловно хорошие (G 4: 394). В своей защите универсальной морали он также рассматривал сострадание как слабое и ошибочное чувство: "Подобная благосклонность называется мягкосердечием и не должна вообще возникать у людей", – говорил он об этом. Отходя от своих прежних взглядов на самоконтроль, он указывает, что такие качества могут иметь лишь инструментальную ценность: они могут способствовать доброй воле и облегчать ее реализацию, но также могут иметь негативные последствия. В разграничении морали и самоконтроля Кант приводит пример жестокого римского диктатора Луция Корнелия Суллы Феликса: несмотря на то, что его максимы были морально неприемлемы, Сулла обладал самоконтролем, поскольку последовательно следовал им (A 7: 293). Сулле не хватает двух уровней морального самоконтроля, составляющих основу добродетели (нашей способности принимать моральные максимы, отвлекаясь от чувственных впечатлений, и нашей способности следовать этим максимам). Его недостаток добродетели объясняется главным образом неспособностью заставить себя принять моральные принципы. По мнению Канта, самоконтроль – это лишь средство для следования уже принятым максимам. В результате, даже при более пристальном внимании к самоконтролю, его роль в принятии морально правильных максим остается недостаточно изученной.

Скиннерский обзор методов

В книге Б. Ф. Скиннера "Наука и поведение человека" представлен обзор девяти категорий методов самоконтроля.

Физическое сдерживание и физическая помощь

Манипулирование окружающей средой, облегчающее выполнение одних реакций и затрудняющее другие, иллюстрирует этот принцип. Это может быть физическое сопровождение: применение физического контакта для побуждения человека к выполнению движений желаемого поведения. Это также может быть физическая подсказка. Например, если человек лишен пищи, он может прибегнуть к крайним мерам, чтобы ее получить, таким как кража. С другой стороны, если человек съел обильную еду, его может больше не привлекать добавление десерта. Человек может манипулировать своим собственным поведением, влияя на состояния лишения или насыщения. Пропустив прием пищи перед бесплатным ужином, можно более эффективно воспользоваться этой возможностью. Съев заранее полезный перекус, можно уменьшить искушение съесть бесплатную "нездоровую" пищу. Воображение играет важную роль в когниции желания во время состояния лишения. В одном исследовании курильщики были разделены на две группы: контрольной группе было предписано продолжать курить как обычно до прибытия в лабораторию, где их попросили прочитать нейтральный сценарий (не связанный с тягой к никотину). Экспериментальной группе, напротив, было предложено воздержаться от курения перед приходом в лабораторию, чтобы вызвать тягу, и по прибытии им было поручено прочитать сценарий, предназначенный для усиления их никотиновой тяги. После прочтения сценария участники оценили свою тягу к сигаретам. Затем им предлагалось формировать визуальные или слуховые образы в ответ на словесные подсказки, такие как "игра в теннис" или "звонок телефона". После выполнения этого задания участники снова оценили свою тягу к сигаретам. Исследование показало, что тяга, испытываемая воздерживающимися курильщиками, снизилась до уровня контрольной группы благодаря визуальным образам, но не только благодаря слуховым. Один из примеров этого можно увидеть в театре. Актеры часто вызывают слезы, вспоминая собственные болезненные воспоминания, если это необходимо для персонажа, которого они играют. Человек может читать письмо или книгу, слушать музыку или смотреть фильм, чтобы настроиться на определенное событие или задачу. Для анализа возможного влияния когнитивной трансформации объекта на желание было проведено исследование 71 студента, все из которых были знакомы с определенным шоколадным продуктом. Участники были случайным образом распределены в одну из трех групп: контрольную группу, группу потребления и группу не-потребления. Каждой группе было дано три минуты на выполнение своего задания. Участникам контрольной группы было предложено прочитать нейтральную статью о месте в Южной Америке, не содержащую слов, связанных с потреблением пищи. Участникам группы потребления было предложено представить как можно более четко вкус и ощущения от употребления шоколада. Участникам группы не-потребления было предложено представить как можно более четко необычные ситуации или способы использования шоколада. Затем все участники прошли процедуру оценки, в ходе которой им было предложено оценить свое настроение по пятибалльной шкале в ответ на десять представленных им объектов. После этого участники выполнили автоматическую оценку, измеряющую время реакции на шесть различных изображений шоколада, каждое из которых было сопряжено с положительным или отрицательным стимулом. Результаты показали, что участники, которым было предложено представить себе потребление шоколада, продемонстрировали более высокую автоматическую оценку шоколада, чем участники, которым было предложено представить себе необычные ситуации или способы его использования, а участники контрольной группы заняли промежуточное положение между двумя экспериментальными группами. Депрессанты, такие как алкоголь, подавляют самоконтроль, вызывая вялость, замедление работы мозга, плохую концентрацию внимания, депрессию и дезориентацию.

The manipulation of the environment to make some responses easier to physically execute and others more difficult illustrates this principle. This can be physical guidance: the application of physical contact to induce an individual to go through the motions of a desired behavior. This can also be a physical prompt. For example, if a person has been deprived of food, they may go to extreme measures to get that food, such as stealing. On the other hand, if a person eats a large meal, they may no longer be enticed by the reinforcement of dessert. One may manipulate one's own behavior by affecting states of deprivation or satiation. By skipping a meal before a free dinner one may more effectively capitalize on the free meal. By eating a healthy snack beforehand the temptation to eat free "junk food" is reduced. Imagery is important in desire cognition during a state of deprivation. One study divided smokers divided into two groups: The control group was instructed to continue smoking as usual until they arrived at the laboratory, where they were then asked to read a multisensory neutral script (one not related to a craving for nicotine). The experimental group, however, was asked to abstain from smoking before coming to the laboratory in order to induce craving, and upon their arrival were told to read a multisensory urge induction script intended to intensify their nicotine craving. After the participants finished reading the script they rated their craving for cigarettes. Next they formulated visual or auditory images when prompted with verbal cues such as "a game of tennis" or "a telephone ringing". After this task the participants again rated their craving for cigarettes. The study found that the craving experienced by the abstaining smokers was decreased to the control group's level by visual imagery but not by auditory imagery alone. One example of this can be seen in theatre. Actors often elicit tears from their own painful memories if it is necessary for the character they are playing to cry. One may read a letter or book, listen to music, or watch a movie, in order to get in the proper state of mind for a certain event or function. To analyze the possible effects of the cognitive transformation of an object on desire, a study was conducted on 71 undergraduate students, all of whom were familiar with a particular chocolate product. The participants were randomly assigned to one of three groups: the control condition, the consummatory condition, and the nonconsummatory transformation condition. Each group was then given three minutes to complete their assigned task. The participants in the control condition were told to read a neutral article, about a location in South America, that was devoid of any words associated with food consumption. Those in the consummatory condition were instructed to imagine as clearly as possible how consuming the chocolate would taste and feel. The participants in the nonconsummatory transformation condition were told to imagine as clearly as possible odd settings or uses for the chocolate. Next, all the participants underwent a manipulation task that required them to rate their mood on a five point scale in response to ten items they viewed. Following the manipulation task, participants completed automatic evaluations that measured their reaction time to six different images of the chocolate, each of which was paired with a positive or a negative stimuli. The results showed that the participants instructed to imagine the consumption of the chocolate demonstrated higher automatic evaluations toward the chocolate than did the participants told to imagine odd settings or uses for the chocolate, and participants in the control condition fell in between the two experimental conditions. Depressants, such as alcohol, inhibit self control through sluggishness, slower brain function, poor concentration, depression, and disorientation.

Кондиционирование оператора

Оперантное обусловливание, иногда называемое обусловлением Скиннера, – это процесс укрепления поведения посредством подкрепления или ослабления посредством наказания. Когда мы испытываем гнев или ненависть, мы можем контролировать себя, "занимаясь чем-то другим", или, точнее, чем-то, несовместимым с нашей желаемой, но неприемлемой реакцией.

Вовлеченные области мозга

Функциональная визуализация мозга показала, что самоконтроль коррелирует с активностью в области дорсолатеральной префронтальной коры (dlPFC), части лобной доли. Эта область отличается от тех, которые участвуют в инициировании намеренных действий, поддержании внимания к намерениям или выборе между альтернативами. Самоконтроль осуществляется посредством нисходящего торможения премоторной коры, что, по сути, означает использование восприятия и умственных усилий для сдерживания поведения и действий, а не позволяя эмоциям или сенсорному опыту (снизу вверх) контролировать и направлять поведение. Существуют определенные дебаты относительно механизма самоконтроля и того, как он возникает. Ранее исследователи полагали, что подход снизу вверх, основанный на сенсорном опыте и немедленных стимулах, направляет поведение, связанное с самоконтролем. Чем больше времени человек тратит на обдумывание вознаграждающего стимула, тем выше вероятность возникновения желания его получить. Информация, имеющая наибольшее значение, получает контроль над рабочей памятью и затем может быть обработана посредством нисходящего механизма. Существуют доказательства того, что нисходящая обработка играет важную роль в самоконтроле. Нисходящая обработка может регулировать механизмы внимания снизу вверх. Чтобы продемонстрировать это, исследователи изучали рабочую память и отвлекающие факторы, представляя участникам нейтральные или негативные изображения, а затем математическую задачу или отсутствие задания. Они обнаружили, что участники сообщали о менее негативном настроении после решения математической задачи по сравнению с группой, не выполнявшей задание, что они связали с влиянием на емкость рабочей памяти. Многие исследователи работают над выявлением областей мозга, участвующих в проявлении самоконтроля. Известно, что в этом процессе задействовано множество различных областей. В контексте механизмов самоконтроля, центры вознаграждения в мозге сравнивают внешние стимулы с внутренними потребностями и опытом обучения человека. На биологическом уровне потеря контроля, как считается, вызвана нарушением работы механизма принятия решений. Большая часть исследований о том, как мозг принимает решения, основана на данных, полученных в ходе перцептивного обучения в сочетании с нейровизуализацией, где было обнаружено, что префронтальная кора оказывает значительное влияние на то, как люди делают выбор. Испытуемые часто тестируются на задачах, которые обычно не связаны с самоконтролем, но являются более общими задачами принятия решений. Тем не менее, исследования самоконтроля опираются на такие исследования. Источники данных о нейронных механизмах самоконтроля включают исследования фМРТ на людях, нейронные записи на животных, исследования поражений мозга на людях и животных, а также клинические поведенческие исследования на людях с расстройствами самоконтроля. Существует широкое согласие с тем, что кора головного мозга участвует в самоконтроле, в частности, префронтальная кора. Дендриты в префронтальной коре содержат до 16 раз больше дендритных шипов, чем нейроны в других областях коры. Благодаря этому префронтальная кора интегрирует большой объем информации. Клетки орбитофронтальной коры играют важную роль в самоконтроле. Если человеку предоставляется выбор между немедленным вознаграждением и более ценным вознаграждением, которое он может получить позже, он, скорее всего, попытается контролировать импульс получения немедленного вознаграждения. Если у этого человека повреждена орбитофронтальная кора, этот импульсный контроль, вероятно, будет ослаблен; он может с большей вероятностью выбрать немедленное подкрепление. Недостаток импульсного контроля у детей может быть связан с тем, что префронтальная кора развивается медленно. Тодд А. Хэр и др. использовали методы функциональной МРТ, чтобы показать, что вентромедиальная префронтальная кора (vmPFC) и дорсолатеральная префронтальная кора (DLPFC) имеют решающее значение для проявления самоконтроля. Они обнаружили, что проявление самоконтроля требует модуляции vmPFC со стороны DLPFC. Исследование показало, что недостаток самоконтроля тесно коррелирует со снижением активности в DLPFC. Исследование Хэра особенно актуально для литературы по самоконтролю, поскольку оно предполагает, что важной причиной слабого самоконтроля является дефектная DLPFC.

Functional imaging of the brain has shown that self control correlates with activity in an area in the dorsolateral prefrontal cortex (dlPFC), a part of the frontal lobe. This area is distinct from those involved in generating intentional actions, attending to intentions, or selecting between alternatives. Self control occurs through top down inhibition of the premotor cortex, which essentially means using perception and mental effort to reign in behavior and action as opposed to allowing emotions or sensory experience (bottom up) to control and drive behavior. There is some debate about the mechanism of self control and how it emerges. Researchers believed the bottom up approach, relying on sensory experience and immediate stimuli, guided self control behavior. The more time a person spends thinking about a rewarding stimulus, the more likely he or she will experience a desire for it. Information that is most important gains control of working memory, and can then be processed through a top down mechanism. Evidence suggests that top down processing plays a strong role in self control. Top down processing can regulate bottom up attentional mechanisms. To demonstrate this, researchers studied working memory and distraction by presenting participants with neutral or negative pictures and then a math problem or no task. They found that participants reported less negative moods after solving the math problem compared to the no task group, which they attributed to an influence on working memory capacity. Many researchers work on identifying the brain areas involved in the exertion of self control. Many different areas are known to be involved. In relation to self control mechanisms, the reward centers in the brain compare external stimuli versus internal need states and a person's learning history. At the biological level, a loss of control is thought to be caused by a malfunctioning of a decision mechanism. Much of the work on how the brain makes decisions is based on evidence from perceptual learning combined with neuroimaging where it has been found that the pre frontal cortex has a major impact on how people make choices. Subjects are often tested on tasks that are not typically associated with self control, but are more general decision tasks. Nevertheless, the research on self control is informed by such research. Sources for evidence on the neural mechanisms of self control include fMRI studies on human subjects, neural recordings on animals, lesion studies on humans and animals, and clinical behavioral studies on humans with self control disorders. There is broad agreement that the cortex is involved in self control, specifically the pre frontal cortex. The dendrites in the prefrontal cortex contain up to 16 times as many dendritic spines as neurons in other cortical areas. Due to this, the prefrontal cortex integrates a large amount of information. The orbitofrontal cortex cells are important in self control. If an individual has the choice between an immediate reward or a more valuable reward they can receive later, they would most likely try to control the impulse of taking the inferior immediate reward. If that individual has a damaged orbitofrontal cortex, this impulse control will most likely not be as strong; they may be more likely to take the immediate reinforcement. Lack of impulse control in children may be attributable to the fact that the prefrontal cortex develops slowly. Todd A. Hare et al. use functional MRI techniques to show that the ventromedial prefrontal cortex (vmPFC) and the dorsolateral prefrontal cortex (DLPFC) are crucial to the exertion of self control. They found that and that the exertion of self control required the modulation of the vmPFC by the DLPFC. The study found that a lack of self control was strongly correlated with reduced activity in the DLPFC. Hare's study is especially relevant to the self control literature because it suggests that an important cause of poor self control is a defective DLPFC.

Результаты, определяющие, был ли сделан выбор

Александра В. Лог изучает, как результаты влияют на вероятность выбора, связанного с самоконтролем. Лог выделяет три возможных эффекта результатов: задержка результатов, величина результатов и зависимость результатов от условий.

Физиология поведения

На способность человека к самоконтролю влияет множество факторов, одним из которых является уровень глюкозы в мозге. Проявление самоконтроля расходует глюкозу. Снижение уровня глюкозы и плохая переносимость глюкозы (сниженная способность транспортировать глюкозу в мозг) связаны с более низкими результатами в тестах на самоконтроль, особенно в сложных, новых ситуациях. Самоконтроль требует от человека прилагать усилия для преодоления мыслей, эмоций и автоматических реакций/порывов. Эти усилия требуют более высокого уровня глюкозы в крови. Низкий уровень глюкозы в крови может привести к неспособности контролировать себя. Алкоголь вызывает снижение уровня глюкозы как в мозге, так и в организме, а также негативно влияет на многие аспекты самоконтроля. Более того, срывы самоконтроля наиболее вероятны в то время суток, когда глюкоза используется наименее эффективно. Таким образом, самоконтроль представляется крайне зависимым от уровня глюкозы.

"Тест на зефир"

В 1960-х годах Уолтер Мишель проверил самоконтроль четырехлетних детей с помощью "теста с зефиром": каждому ребенку давали зефир и говорили, что он может съесть его в любое время, но если подождать 15 минут, то получит еще один зефир. Последующие исследования показали, что результаты хорошо коррелировали с уровнем успеха этих детей в дальнейшей жизни, проявляясь в более высоких академических достижениях. Одной из стратегий, использованных в тесте с зефиром, было фокусирование на "горячих" или "холодных" характеристиках объекта. Детей побуждали думать о "холодных" характеристиках зефира, таких как его форма и текстура, возможно, сравнивая его с ватным шариком или облаком. "Горячей" характеристикой зефира была его сладкая, липкая вкусность. Эти горячие характеристики затрудняют отсрочку удовлетворения. Сосредоточившись на холодных характеристиках, разум отвлекается от привлекательных сторон зефира, и самоконтроль становится более достижимым. Спустя годы Мишель связался с участниками своего исследования, которым к тому времени было около 40 лет. Он обнаружил, что те, кто проявил меньший самоконтроль, съев один зефир в начале исследования, с большей вероятностью столкнулись с проблемами в отношениях, стрессом и злоупотреблением наркотиками в дальнейшей жизни. Мишель повторил эксперимент с теми же участниками, чтобы выяснить, какие области мозга были активны в процессе самоконтроля. Участникам была проведена МРТ для отображения активности мозга. Результаты показали, что у тех, кто демонстрировал более низкий уровень самоконтроля, наблюдалась более высокая активность в вентральной полосе, области, отвечающей за положительное подкрепление. Самоконтроль отрицательно коррелирует с социотропией, которая, в свою очередь, коррелирует с депрессией.

Утощение эго

Исчерпание эго – это теория, согласно которой самоконтроль требует энергии и концентрации, и при длительном проявлении самоконтроля эта энергия и концентрация могут истощаться. Существуют способы помочь справиться с этим истощением эго. Один из них – отдых и расслабление от высоких требований. Кроме того, тренировка самоконтроля посредством определенных действий, таких как развитие осознанности, также может помочь укрепить самоконтроль, как и мотивационные стимулы и прием глюкозы. Тренировка в задачах, требующих самоконтроля, например, улучшение осанки и отслеживание пищевых привычек, может помочь повысить способность сопротивляться импульсам. Это может быть особенно эффективно для людей, которым в противном случае трудно контролировать свои импульсы. Однако существуют противоречивые данные о том, является ли исчерпание эго реальным эффектом; метаанализы в основном не выявили доказательств его существования. Более подробную информацию можно найти на основной странице, посвященной исчерпанию эго.