Гамптон-Роудская мирная конференция 1865 года

Введение

Мирная конференция между Соединенными Штатами и Конфедеративными Штатами состоялась 3 февраля 1865 года. Конференция в Хэмптон-Роудс была мирной конференцией, прошедшей между Соединенными Штатами и представителями непризнанных отколовшихся Конфедеративных Штатов 3 февраля 1865 года на борту парохода "Ривер Куин" в Хэмптон-Роудс, штат Вирджиния, для обсуждения условий прекращения Гражданской войны в Америке. Президент Авраам Линкольн и государственный секретарь Уильям Х. Сьюард, представлявшие Союз, встретились с тремя комиссарами от Конфедерации: вице-президентом Александром Х. Стивенсом, сенатором Робертом М. Т. Хантером и помощником военного секретаря Джоном А. Кэмпбеллом. Представители обсудили возможный союз против Франции, возможные условия капитуляции, вопрос о том, может ли рабство сохраниться после войны, и вопрос о компенсации Югу за имущество, утраченное в результате эмансипации. Линкольн и Сьюард, по сообщениям, предложили некоторые возможности для компромисса по вопросу о рабстве. Единственным конкретным достижением стало соглашение об обмене военнопленными. Комиссары Конфедерации немедленно вернулись в Ричмонд по окончании конференции. Президент Конфедерации Джефферсон Дэвис заявил, что Север не пойдет на компромисс. Линкольн подготовил проект соглашения об амнистии на основе условий, обсуждавшихся на конференции, но столкнулся с оппозицией со стороны своего кабинета. Джон Кэмпбелл продолжал выступать за мирное соглашение и вновь встретился с Линкольном после падения Ричмонда 2 апреля.

Овертуры для мира

В 1864 году усиливалось давление на обе стороны с целью достижения мирного соглашения для прекращения долгой и разрушительной Гражданской войны. Несколько человек пытались выступить посредниками в заключении мирного договора между Севером и Югом в 1864 году. Фрэнсис Престон Блэр, личный друг как Авраама Линкольна, так и Джефферсона Дэвиса, безуспешно убеждал Линкольна совершить дипломатическую поездку в Ричмонд. Линкольн попросил Блэра подождать до взятия Саванны.

Юг

Дэвис испытывал нехватку вариантов, поскольку Конфедерация стояла на грани краха и поражения. Мирные движения на Юге были активны с самого начала войны и набрали силу в 1864 году.

Александр Стивенс

Александр Х. Стивенс, вице-президент Конфедеративных Штатов, к 1863 году стал активным сторонником завершения войны. Стивенс был близок к началу переговоров с Линкольном в июле 1863 года, но его попытки были прерваны после поражения конфедератов при Геттисберге.

Джон Кэмпбелл

Джон Кэмпбелл, ещё один из мирных комиссаров, также выступал против отделения. Кэмпбелл ранее служил в Верховном суде Соединенных Штатов с 1853 по 1861 год, но начал подумывать об отставке после первого инаугурационного обращения Авраама Линкольна в марте 1861 года. Он оставался на посту в течение весенней сессии 1861 года и поддержал поправку Корвина, направленную на защиту рабства от федерального вмешательства. В надежде предотвратить войну, Сэмюэл Нельсон привлек Кэмпбелла к посредничеству в переговорах о статусе форта Самтер в гавани Чарльстона, Южная Каролина. 15 марта Кэмпбелл передал Мартину Дженкинсу Кроуфорду предполагаемое обещание госсекретаря Сьюарда о том, что федеральное правительство эвакуирует форт Самтер в течение пяти дней. Поскольку форт оставался занятым 21 марта, комиссары Конфедерации настояли на том, чтобы Кэмпбелл выяснил подробности; Сьюард заверил Кэмпбелла, что эвакуация состоится, а Кэмпбелл, в свою очередь, заверил Кроуфорда: 21 марта, 22 марта, 1 апреля и с нерешительностью 7 апреля. Линкольн уже отдал приказ о пополнении запасов в форте. К 12 апреля дипломатические усилия, очевидно, провалились, и началась бомбардировка форта Самтер. Кэмпбелл подал в отставку с поста в Верховном суде и отправился на Юг. Опасаясь преследований как сторонника Союза в своем родном штате Алабама, он вместо этого переехал в Новый Орлеан. Кэмпбелл отклонил несколько предложений занять должности в правительстве КША, но принял пост помощника военного секретаря в кабинете президента Дэвиса в 1862 году. На протяжении всего срока пребывания в должности Кэмпбелл подвергался критике за попытки ограничить масштабы воинской повинности. К концу 1864 года он вновь начал настаивать на прекращении войны. В письме судье Бенджамину Р. Кертису в 1865 году он описал катастрофическое положение Конфедерации и выразил удивление: «Можно было бы предположить, что не возникнет никаких трудностей в убеждении людей в таких обстоятельствах в необходимости мира. Но, оглядываясь на события зимы, я обнаруживаю, что постоянно занимался донесением этих фактов до сведения людей, но безрезультатно».

Подготовка к конференции

Блэр возобновил свои усилия в январе 1865 года и отправился в Ричмонд 11 января. Он встретился с Дэвисом и изложил план по прекращению войны, частично основанный на союзе между Севером и Югом против французского присутствия в Мексике. Блэр заверил Дэвиса, что Линкольн стал более расположен к переговорам. 12 января Дэвис написал письмо, приглашая Линкольна начать переговоры «с целью обеспечения мира обеим странам». Дэвис был разочарован этим ответом, а Блэр обвинил в этом политическую обстановку в Вашингтоне. Линкольн отказался. 28 января Дэвис назначил трех своих комиссаров и поручил им изучить все возможные варианты, кроме отказа от независимости. (Точное понимание Дэвисом того, какой могла быть «независимая» Конфедерация в 1865 году, остаётся неясным.) Из трёх комиссаров Александр Стивенс и Роберт Хантер хотели сосредоточиться на возможности союза против Франции, а Кэмпбелл – на сценарии внутреннего урегулирования. Кэмпбелл написал в письме Кертису:

«Он убедил мистера Дэвиса в том, что президент Линкольн больше обеспокоен положением в Мексике, чем войной; что он готов пойти на приостановку военных действий на основе некоего тайного соглашения и объединить южные и северные войска на Рио-Гранде для вторжения в Мексику, а после урегулирования мексиканского вопроса можно будет заняться делами здесь». Это была суть переговоров в Хэмптон-Роудс. Я был настроен скептически, мистер Хантер не верил. Мистер Стивенс считал Блэра «наставником администрации и Республиканской партии». Конгресс Союза был потрясён известием о возможных мирных переговорах с Конфедерацией в конце января, всего за несколько дней до повторного голосования по Тринадцатой поправке. Некоторые конгрессмены опасались, что принятие поправки об освобождении рабов будет воспринято как враждебный шаг и сорвёт переговоры. Радикальные республиканцы, надеявшиеся на полную победу и жёсткие условия капитуляции, были обеспокоены перспективой компромисса. Противники поправки использовали эти опасения в попытке предотвратить её принятие в Палате представителей. Уверения от секретаря Линкольна Джона Хея не убедили демократа из Огайо Сансет Кокса, который потребовал от Эшли расследовать слухи о предстоящих переговорах. Кокс провёл дальнейшее расследование, пришёл к выводу, что Линкольн «ошибается или не осведомлён», и шокировал собравшихся, проголосовав «против» поправки. Когда поправка всё же была принята, два члена «лобби Севарда» – Джордж О. Джонс и Уильям Билбо – телеграфировали поздравления Севарду и прокомментировали его предстоящую встречу с дипломатами Конфедерации. Историки ЛаВанда Кокс и Джон Кокс (не состоящие в родстве с Сансет Коксом) писали: «Стоит отметить, что эти сообщения Джонса и Билбо подразумевали устное обещание государственного секретаря о том, что принятие поправки будет сопровождаться политикой мира и примирения, которую южане могли бы принять с облегчением, а северные демократы – с энтузиазмом». 29 января офицер Конфедерации с белым флагом прервал осаду Петерсберга, чтобы объявить о назначении трёх комиссаров Конфедерации. Солдаты обеих армий приветствовали это известие. 1 февраля Севард оставил копию новой поправки в Аннаполисе, а затем отплыл на пароходе «Ривер Куин» в Форт-Монро.

He duped Mr. Davis with the belief that President Lincoln regarded the condition of Mexico with more concern than the war; that he would be willing to make a suspension of hostilities under some sort of collusive contract, and to unite Southern and Northern troops on the Rio Grande for the invasion of Mexico, and that after matters were assured in Mexico affairs might be adjusted here. This was the business at Hampton Roads. I was incredulous, Mr. Hunter did not have faith. Mr. Stephens supposed Blair to be "the mentor of the Administration and Republican party. The Union Congress was shaken by the news of possible Confederate peace negotiations in late January, just days before a rescheduled Thirteenth Amendment vote. Some Congress members feared that adopting an emancipation amendment would signal hostility and undermine the talks. Radical Republicans, hoping for a complete victory and stringent terms of surrender, were dismayed by the prospect of a compromise. Opponents of the Amendment exploited these fears in an attempt to prevent its passage in the House. Reassurance from Lincoln's secretary John Hay was not convincing to Ohio Democrat Sunset Cox who demanded that Ashley investigate the rumor of impending negotiations. Cox investigated further, decided that Lincoln was "mistaken or ignorant", and shocked a crowd of onlookers by voting 'nay' to the Amendment. When the Amendment passed anyway, two members of the "Seward lobby"—George O. Jones and William Bilbo—both telegraphed congratulations to Seward and commented on his upcoming meeting with the Confederate diplomats. Historians LaWanda Cox and John Cox (no relation to Sunset Cox) wrote: "It is worthy of note that these messages of Jones and Bilbo implied a verbal commitment from the Secretary of State that passage of the Amendment would be coupled with a policy of peace and reconciliation which Southerners might accept with relief and Northern Democrats with enthusiasm." On January 29, a Confederate officer with a flag of truce interrupted the Siege of Petersburg to announce the passage of the three Confederate peace commissioners. Soldiers from both armies cheered. On February 1, Seward dropped off a copy of the new amendment in Annapolis, then departed with the River Queen for Fort Monroe.

Конференция

Линкольн и Стивенс были политическими союзниками до войны, и встреча началась на дружеских условиях. Стивенс обсудил вопрос о военном союзе против Франции в Мексике, но Линкольн прервал его и прямо спросил о вопросе суверенитета. Подталкиваемый Кэмпбеллом, Линкольн настаивал на том, что Юг должен распустить свои армии и подчиниться федеральной власти. По вопросу о рабстве Линкольн, как сообщается, сказал конфедератам, что мнение Севера разделено относительно того, как будут применяться новые законы. Что касается Прокламации об освобождении, Линкольн, как сообщается, истолковал её как военную меру, которая навсегда затронет только 200 000 человек, оказавшихся под защитой армии во время войны, но отметил, что суды могут придерживаться иного мнения. Сьюард, как сообщается, показал конфедератам копию недавно принятой Тринадцатой поправки, упомянув этот документ также как военную меру, и предположил, что если они вновь присоединятся к Союзу, они смогут предотвратить её ратификацию. После дальнейших обсуждений Линкольн предложил, что южные штаты могли бы "избежать, насколько это возможно, зла немедленной эмансипации", ратифицировав Поправку "в перспективе, чтобы она вступила в силу, скажем, через пять лет". Конференция завершилась соглашением об обмене военнопленными. Линкольн освободил бы племянника Стивенса в обмен на северного чиновника в Ричмонде и рекомендовал бы Гранту создать систему обмена пленными. Два подробных отчета о конференции, написанные конфедератами Стивенсом и Кэмпбеллом, согласуются в большинстве деталей. Эти отчеты, наряду с дополнительными записями из архивов Линкольна и Сьюарда, позволяют предположить, что Линкольн и Сьюард могли пойти на компромисс в вопросе рабства. Личная переписка Линкольна, даже со времени его письма "Кого это может касаться", указывает на то, что он, возможно, был готов в частном порядке уступить в вопросе рабства. О том, что Линкольн предложил отложенный план ратификации, упоминается в "Августа Хроникал" и "Сентинел" в июне 1865 года, основываясь на отчете Стивенса, сделанном после встречи. С юридической точки зрения, Линкольн никогда не считал, что федеральное правительство имеет право запрещать рабство в штатах, поэтому он постоянно подчеркивал статус Прокламации об освобождении как меры, действующей только во время войны. По словам Пола Эскотта, моральное неприятие рабства Линкольном не отменяло его понимания Конституции; поэтому Линкольн, возможно, считал, что мятежные штаты имели бы право отклонить Тринадцатую поправку, если бы они вернулись в Союз. Биографы Сьюарда в целом согласны с тем, что госсекретарь, возможно, предложил прямое отклонение поправки. Делегаты Конфедерации распространяли это предложение в частном порядке, противореча публичным заявлениям Джефферсона Дэвиса о том, что условия капитуляции были неприемлемыми. Некоторые историки оспаривают интерпретацию конференции, данную Стивенсом. Майкл Воренберг пишет, что Линкольн знал бы, что конституционную поправку нельзя ратифицировать "в перспективе", и поэтому "эта история, в лучшем случае, вызывает подозрения". Воренберг предполагает, что хотя Линкольн мог выразить предпочтение "постепенной эмансипации", он не стремился представить этот вариант как юридически или политически возможный. Уильям К. Харрис также сомневается в истории о "перспективной ратификации", поскольку Кэмпбелл не упоминает об этом предложении в своем письме Кертису от 1865 года. По словам Дэвида Герберта Дональда, Линкольн и Сьюард, возможно, предложили конфедератам "оливковую ветвь", основываясь на их убеждении, что институт рабства обречен и закончится в любом случае. Таким образом, уступки в вопросе рабства могли предотвратить ненужную войну. Биограф Сьюарда Уолтер Стар поддерживает эту теорию неизбежности, подтверждая, что Сьюард согласился бы на задержку ратификации, чтобы положить конец войне. Людвелл Х. Джонсон полагает, что мирные переговоры отражали усилия Линкольна по консолидации политической власти путем создания "новой консервативной коалиции, которая включала бы южан". Джонсон утверждает, что переговоры могли бы заручиться поддержкой северных демократов, а также формирующихся южных правительств.

Lincoln and Stephens had been political allies before the war and the meeting began on friendly terms. Stephens discussed the topic of a military alliance against France in Mexico, but Lincoln cut him off and asked directly about the question of sovereignty. Prodded by Campbell, Lincoln insisted that the South would have to disband its armies and submit to federal authority. On the question of slavery, Lincoln reportedly told the Confederates that Northern opinion was divided on the question of how new laws would be enforced. Regarding the Emancipation Proclamation, Lincoln reportedly interpreted it as a war measure that would permanently affect only the 200,000 people who came under Army protection during the War—but noted that the Courts might feel differently. Seward reportedly showed the Confederates a copy of the newly adopted Thirteenth Amendment, referred to this document also as a war measure, and suggested that if they were to rejoin the Union they might be able to prevent its ratification. After further discussion, Lincoln suggested that the Southern states might "avoid, as far as possible, the evils of immediate emancipation" by ratifying the Amendment "prospectively, so as to take effect—say in five years." The Conference ended with agreement on prisoner of war exchange. Lincoln would release Stephens' nephew in exchange for a Northern official in Richmond—and would recommend that Grant establish a system for prisoner exchange. The two lengthy accounts of the Conference—written by Confederates Stephens and Campbell—concur on most of the details. These accounts, along with secondary records from the archives of Lincoln and Seward, suggest that Lincoln and Seward would have compromised on the issue of slavery. Lincoln's personal communications, even from around the time of his To Whom it May Concern letter, indicate that he might have been willing to privately give ground on slavery. That Lincoln proposed a delayed ratification plan is mentioned by the Augusta Chronicle and Sentinel in June 1865—based on a report by Stephens from after the meeting. From a legal standpoint, Lincoln never believed that the federal government had the authority to ban slavery in the states—thus his constant emphasis on the status of the Emancipation Proclamation as a measure effective only during wartime. According to Paul Escott, Lincoln's moral opposition to slavery did not override his understanding of the Constitution; therefore, Lincoln may have believed that the rebel states would have a right to reject the Thirteenth Amendment if they rejoined the Union. Seward's biographers generally agree that the Secretary of State may have suggested an outright rejection of the Amendment. The Confederate delegates spread word of this suggestion privately, contradicting Jefferson Davis's public statements that the surrender terms had been unconscionable. Some historians dispute Stephens's interpretation of the Conference. Michael Vorenberg writes that Lincoln would have known that a constitutional amendment cannot be "prospectively" ratified, and therefore "the story is suspicious at best." Vorenberg suggests that although Lincoln might have expressed his preference for "gradual emancipation", he would not have sought to portray this option as legally or politically possible. William C. Harris also doubts the 'prospective ratification' story, on the grounds that this offer is not mentioned by Campbell in his 1865 letter to Curtis. According to David Herbert Donald, Lincoln and Seward may have offered olive branches to the Confederates based on their sense that the institution of slavery was doomed and would end regardless. Relenting on the slavery issue might thus have prevented unnecessary warfare. Seward biographer Walter Stahr supports this inevitability theory, confirming that Seward would have accepted delay in ratification in order to end the war. Ludwell H. Johnson theorizes that peace negotiations reflected Lincoln's efforts to consolidate political power by creating "a new conservative coalition which would include Southerners". Johnson argues that negotiations would have built support among Northern Democrats as well as nascent Southern governments.

Последствия

Конгресс обсудил резолюцию с просьбой к Линкольну предоставить отчёт о Конференции. Уиллард Солсбери предложил поправку, требующую, чтобы Линкольн раскрыл точные условия, которые он выдвинул. Поправка Солсбери была отклонена, а резолюция принята. Линкольн опубликовал серию документов, которые вызвали исключительно положительную реакцию в Конгрессе. Чарльз Сандерс утверждает, что Дэвис не сохранил достаточного контроля над переговорами, чтобы обеспечить достижение его целей, отмечая: "Если мотив Дэвиса заключался в дискредитации "прорицателей беды", он рисковал огромным политическим провалом, если переговоры действительно увенчаются успехом". Сандерс также полагает, что если бы Дэвис намеревался сорвать Конференцию, он не стал бы рассматривать таких известных представителей, как Ли или Стивенс. 9 февраля Стивенс покинул Ричмонд и вернулся домой в Джорджию.

Линкольн амнистия резолюция

Линкольн выполнил свое обещание добиться компенсации, запросив амнистию и 400 миллионов долларов для южных штатов в случае прекращения ими вооруженного сопротивления и ратификации Тринадцатой поправки. Вскоре после возвращения в Вашингтон Линкольн подготовил резолюцию об амнистии, предлагающую помилование и возвращение конфискованного имущества, "за исключением рабов". Резолюция предусматривала выплату Конфедерации 200 миллионов долларов при прекращении "сопротивления федеральной власти" до 1 апреля 1865 года и еще 200 миллионов долларов за успешную ратификацию Тринадцатой поправки до 1 июля 1865 года. Газета The New York Herald сообщила, что Сьюард искал мирное соглашение, чтобы укрепить новую коалицию консервативных республиканцев и демократов; "что секретарь Сьюард воспользовался этим движением, чтобы извлечь из него максимальную выгоду и славу, надеясь, что в случае достижения мира он сможет оседлать волну радости благодарного народа и стать лидером великой консервативной партии в 1868 году". (Президентская реконструкция Джонсона в конечном итоге достигла некоторых из этих целей иными путями.)

В культуре

В фильме "Линкольн" 2012 года содержится краткая драматизация конференции; сцены на борту судна были сняты на внутренней съемочной площадке. Сцены из фильма "Линкольн" сосредоточены на вопросе рабства и стремлении Конфедератов заблокировать принятие Тринадцатой поправки в случае их возвращения в Союз. Ни Линкольн, ни Сьюард не предлагают никаких компромиссов в отношении рабства, и Линкольн описывает рабство как "завершенное дело", а ратификацию Тринадцатой поправки – как неминуемую. Линкольн также призывает Стивенса понять, что если конфедераты откажутся от определенных прав, "например, от права угнетать", то они могут обнаружить другие, более достойные права. Эта конференция упоминается в романе Джеффа Шаары "Последняя полная мера".