Никандра физисалоидес: Описание и свойства

Введение

Вид цветущего растения из семейства пасленовых Solanaceae.
|изображение = Nicandra physalodes (L.) Gaertn.jpg
|род = Никандра
|вид = Физалодес
|автор = (Л.) Гаертн. и растение «Шу-муха». Считается, что изначально оно происходило из западной части Южной Америки, включая Перу, и известно в других местах как интродуцированный и рудеральный вид – иногда как сорняк – в тропических, субтропических и, в меньшей степени, умеренных регионах по всему миру. Его также долгое время выращивали как декоративное растение из-за привлекательных цветов и необычных плодов (последние иногда сушат для использования в флористике), и оно было включено в традиционную медицину стран, далеких от его первоначального ареала.

Описание

Nicandra physalodes – однолетний вид, достигающий высоты 1 метра, с раскидистыми ветвями и овальными, средне-зелеными, зубчатыми и волнистыми листьями. Цветки колокольчатые, диаметром 5 см и более, бледно-фиолетовые с белым зевом (иногда чисто белые), раскрываются лишь на несколько часов в течение дня. К концу периода цветения цветок приобретает форму фонарика, раздутые чашелистики напоминают чашелистики некоторых видов Physalis, однако у Nicandra (в отличие от Physalis) плодовый чашелистик глубоко лопастной (с сердцевидными семядолями) и не представляет собой единую, цельную, пузыревидную структуру. Считается, что растение обладает инсектицидными свойствами, особенно в отношении белокрылки. Семена N. physalodes имеют относительно толстую оболочку и проявляют сильный период покоя, который, однако, может быть нарушен сочетанием теплой и холодной стратификации, включающей колебания температуры между 15 и 25 °C.

Распространение

Никандра физисалодес произрастает в западной части Южной Америки – северо-западной Аргентине, Боливии, северном и центральном Чили и Перу. Она была интродуцирована во многие тропические и умеренные регионы по всему миру и является сорняком, встречающимся на пахотных землях почти повсеместно. На Британских островах это растение часто встречается как случайный вид на открытых или слабо заросших травой участках, включая обработанные земли, заброшенные места и свалки. Часто появление растения можно связать с наличием его семян в коммерческих смесях для птиц.

Яд от животных

Предполагается, что Nicandra physalodes обладает ядовитыми свойствами, сходными с теми, что свойственны некоторым видам Physalis, замешанным в отравлениях овец. Некоторые противоречивые данные, касающиеся этих подозрений, появились в Австралии (где это растение иногда называют дикой крыжовником), где на основании весьма нечетких свидетельств предполагалось, что растение вызывало отравления скота в разное время, хотя тест с кормлением, проведенный в Новом Южном Уэльсе на овце и козе, дал отрицательные результаты. В 1970 году из Нового Южного Уэльса поступил отчет о случае, когда погибли две помесные овцы, предположительно в результате поедания этого растения. Животных оставили пастись на пастбище, заросшем рожью Wimmera, сильно зараженном растениями Nicandra physalodes высотой около 60 см, которые возвышались над травой. Обе овцы умерли в течение 12 часов с симптомами вздутия живота. При вскрытии были обнаружены обширные кровоизлияния в сердце и легкие, но других видимых отклонений не выявлено. В рубцах овец было обнаружено большое количество Nicandra.

Применение

В литературе о растении содержатся несколько противоречивые сведения об использовании – как съедобном, так и токсичном/лекарственном, что указывает на необходимость рассматривать его как подозрительное и обращаться с осторожностью. Считается, что все растение токсично (по некоторым источникам даже сильно токсично) и используется в медицине как мочегонное, успокоительное и от кашля. Нежные листья иногда готовят как листовой овощ или зелень (например, в кухне Танзании), однако отвар листьев используется в качестве инсектицида для борьбы с вшами, а сок свежих листьев – для лечения амебиаза. Неопределенное лекарственное применение листьев также зафиксировано в народной медицине Бразилии и Мадагаскара. Довольно сухие, коричневые ягоды внутри бумажных чашечек имеют запах, напоминающий растительное масло, и хотя в одном источнике они описаны как ядовитые, их употребляют в пищу жители Непала, народ раджи. Считается, что семена съедобны, но также используются как инсектицид и в медицине как жаропонижающее средство: их отваривают в воде и принимают при лихорадке, расстройстве пищеварения и запорах, что указывает на слабительные свойства. Семена используются в традиционной тибетской медицине, где их описывают как имеющие острый вкус и обладающие «охлаждающей, сильно ядовитой силой», проявляющейся в обезболивающем, противоглистном, антибиотическом, противовоспалительном и жаропонижающем действии; их также применяют для лечения зубной боли, импотенции и неспецифических «заразных заболеваний», а также для «увеличения жизненного тонуса» (то есть как адаптоген) при регулярном употреблении. Никандра физиалодес используется как народное средство в нескольких странах Гималаев, включая Химачал-Прадеш, Уттар-Прадеш, Непал и Сикким, хотя она не является местным растением этого региона. Это может быть связано с узнаванием характерного внешнего вида, особенно формы чашечек при плодоношении, схожего с несколькими местными растениями семейства пасленовых, которые давно используются в традиционной медицине Гималаев, такими как роды Anisodus, Physochlaina, Przewalskia и Scopolia (все относящиеся к племени Hyoscyameae из подсемейства Solanoideae). Особенно актуален в этом контексте высоко ценимый (и, следовательно, чрезмерно собираемый) вид Anisodus tanguticus. Семена никандры на протяжении как минимум столетия используют в юго-западном Китае для производства желе, используемого в десерте, известном как бингфен (дословно: ледяной порошок), который на Западе обычно называют кристаллическим желе или ледяным желе и который, как считается, был изобретен во времена династии Цин. Желе готовят, помещая небольшое количество полных коричневых семян в мешочек из марли, замачивая их на некоторое время, а затем энергично растирая в миске с минеральной водой, чтобы высвободить содержащийся в них пектин. Затем в раствор, богатый пектином, добавляют гашеную известь, в результате чего через несколько часов он превращается в нежное желтоватое желе нейтрального вкуса. Этот желатинообразный продукт ценят не за вкус, а за его интересную и приятную текстуру, и он служит «чистым холстом» для различных ароматизаторов, особенно местного производства, нерафинированного коричневого сахарного сиропа со вкусом, напоминающим патоку. Десерты на основе кристаллическим желе особенно популярны в городе Чэнду, где их ценят как за освежающий эффект в жаркую влажную погоду, так и за контраст с острой местной кухней Сычуань (см. также Mala (приправа)). В южных штатах США сок растения смешивают с молоком в качестве ядовитой приманки для комнатных и мясных мух, как это делали в некоторых частях Европы с измельченными шляпками гриба Amanita muscaria. Однако утверждается, что мухи погибали сразу, а не просто ошеломлялись, как в случае с настоем грибов и молока.

The literature on the plant features somewhat conflicting accounts of use, as a species both edible and toxic/medicinal, pointing to the conclusion that it should be regarded as suspect and treated with caution. The whole plant is said to be toxic (even, according to some sources, very toxic) and to be used medicinally as a diuretic, sedative and cough medicine. The tender leaves have, on occasion, been cooked as a leaf vegetable or pot herb (e. g. in the cuisine of Tanzania), yet the decoction of the leaves has been used as an insecticide to treat head lice; while the juice of the fresh leaves has been used to treat amoebiasis. Unspecified medicinal uses of the leaves have also been recorded in the folk medicine of Brazil and Madagascar. The rather dry, brown berries within the papery calyces have an odour reminiscent of cooking oil and, although described in at least one source as being poisonous, are eaten by the Raji people of Nepal. The seeds are said to be edible, but also to be employed as an insecticide and medicinally as an antipyretic, being boiled with water and taken for fever, indigestion and constipation, thus further implying laxative properties. The seeds are used in traditional Tibetan medicine in which system they are described as having an acrid taste and to possess 'a cooling, very poisonous potency' manifested in effects that are analgesic, anthelmintic, antibiotic, anti inflammatory and antipyretic; being used also to treat toothache, impotence and unspecified 'contagious disorders' and furthermore to 'increase bodily vigour' (i. e. to function as an adaptogen) if consumed in regular doses. Nicandra physalodes is used as a folk remedy in several countries in the Himalaya, including Himachal Pradesh, Uttar Pradesh, Nepal and Sikkim, although it is not native to the region. This may be due to a popular recognition of a familial resemblance particularly in regard to calyces inflated at fruiting to several native Solanaceous plants of the Himalaya long used in traditional medical practices, the genera involved being Anisodus, Physochlaina, Przewalskia and Scopolia (all belonging to tribe Hyoscyameae of subfamily Solanoideae). The much valued (and consequently over harvested) species Anisodus tanguticus is perhaps particularly relevant in this context. Nicandra seeds have been used for at least a century in Southwestern China to produce the jelly used in the dessert known as bingfen (: literal translation: ice powder), known usually in the west as crystal jelly or ice jelly and said to have been invented in the Qing dynasty. The jelly is prepared by pouring a quantity of the small, plump, brown seeds into an envelope of cheesecloth, soaking them for a time and then scrubbing them vigorously in a bowl of mineral water in order to liberate the pectin which they contain. Slaked lime is then stirred into the pectin rich solution, causing it to set after a few hours into a delicate, yellowish jelly of neutral flavour. This gelatinous product is relished, not for its taste, but for its intriguing and pleasant texture and it serves as a 'blank canvas' for a variety of flavourings notably a locally produced, unrefined, brown sugar syrup with a molasses like taste. Desserts based upon crystal jelly are particularly popular in the city of Chengdu, where they are valued both for the cooling relief they afford to those irked by the humid summer heat and the equally cooling contrast which they provide to the often highly spiced, local Sichuan cuisine (see also Mala (seasoning). In the southern United States, the juice of the plant has been mixed with milk as a poisoned bait for houseflies and blow flies in the same way in which the crumbled caps of the fungus Amanita muscaria were used in parts of Europe. However, the flies were said to be killed outright, rather than merely stupefied, as in the case of the mushroom/milk infusion.

Химия

Nicandra physalodes содержит никондреноны – группу стероидных лактонов, известных как витанолиды. Никандреноны, как и некоторые другие типы витанолидов, обладают инсектицидными свойствами. Спустя 30 лет после их открытия, в 2000 году был осуществлен первый полный синтез никондренонов. Помимо других парадоксальных свойств, N. physalodes также оказывает слабое опьяняющее действие, проявляя определенную степень психоактивности, сходную с той, что вызывает тропановый алкалоид гиосциамин (широко известный как один из активных компонентов, содержащихся в печально известных ядовитых растениях Hyoscyamus niger и Atropa belladonna, и вызывающий мидриаз – симптом, который, как считается, также обусловлен алкалоидами, присутствующими в Nicandra). Это свойство растения отражено в одном из распространенных французских названий (belladonne de pays, то есть «местная беладонна»), а также в общепринятом названии belladona, используемом в Боливии. Пока не установлено, связана ли эта слабая психоактивность с содержанием алкалоидов или витанолидов (или, возможно, с обоими, или даже с синергией между ними). Как и ее более токсичные родственники, Nicandra physalodes содержит алкалоиды; анализ выявил наличие тропанового алкалоида тропинона и пирролидинового алкалоида гигрина (0,1% в корне). Витанолиды встречаются почти исключительно в растениях семейства Solanaceae, и, хотя заметно, что многие психоактивные виды этого семейства содержат только или преимущественно такие соединения, ни один витанолид пока не доказал свою психоактивность. Эти соединения названы в честь рода Withania семейства Solanaceae, наиболее известным видом которого является Withania somnifera, которая, как следует из ее видового названия, обладает слабой психоактивностью, вплоть до способности вызывать сон (наряду с другими полезными лекарственными свойствами). Использование W. somnifera (общепринятое название (i. a.) «индийский женьшень») в качестве тоника (адаптогена) в аюрведической медицине сопоставимо с использованием Nicandra в качестве адаптогена в традиционной тибетской медицине (см. выше, в разделе «Применение») и объясняется содержанием витанолидов. В Nicandra также присутствуют калистигины – новая группа полигидроксиалкалоидов с нортропановым скелетом, названная в честь рода вьюнка Calystegia (Convolvulaceae). Их наличие отмечено в нескольких видах Solanaceae, включая Atropa belladonna. Считается, что биосинтез этих соединений происходит по тропановому алкалоидному пути, первым метаболитом которого является псевдотропин.

Nicandra physalodes contains nicandrenones, a group of the steroidal lactones known as withanolides. The nicandrenones, like certain other types of withanolide, have insecticidal properties. 30 years after their discovery, the first total synthesis of nicandrenones was carried out in the year 2000. Amongst its other paradoxical attributes, N. physalodes is also slightly intoxicating, showing a certain degree of psychoactivity of a type similar to that elicited by the tropane alkaloid hyoscyamine (well known as one of the active principles present in the notoriously toxic nightshades Hyoscyamus niger and Atropa belladonna and causing mydriasis a symptom said also to be caused by the alkaloids present in Nicandra). This property of the plant is reflected in one of the common names given it in France (namely belladonne de pays i. e. 'country belladonna') and likewise in the common name belladona given it in Bolivia. It is not yet known whether this mild psychoactivity is referable to the alkaloid content or the withanolide content (or possibly to both or indeed a synergy between the two). Like its more toxic relatives, Nicandra physalodes is alkaloidal, analyses having revealed the presence of the tropane alkaloid tropinone and the pyrrolidine alkaloid hygrine (0.1%, in the root). Withanolides are found almost exclusively in plants of the Solanaceae and, while it is noticeable that many psychoactive species belonging to that family contain only, or primarily, such compounds, not a single withanolide has yet been proven to be psychoactive. The compounds are named for the Solanaceous genus Withania, the best known species of which, Withania somnifera, is, as its specific name suggests, mildly psychoactive to the extent of being sleep inducing (among other useful medicinal properties). The use of W. somnifera (common name (i. a.) 'Indian ginseng') as a tonic (adaptogen) in Ayurvedic medicine parallels the use of Nicandra as an adaptogen in traditional Tibetan medicine (see above, under 'Uses') and is accounted for by withanolide content. Also present in Nicandra are calystegines, a new group of polyhydroxy alkaloids with a nortropane skeleton and named for the bindweed genus Calystegia (Convolvulaceae). Their occurrence has been noted in several species of the Solanaceae, including Atropa belladonna. The biosynthesis of these compounds is thought to take place via the tropane alkaloid pathway, the first metabolite being pseudotropine.