Введение

Матфея 3:17 — семнадцатый (и заключительный) стих третьей главы Евангелия от Матфея в Новом Завете. Иисус только что был крещён Иоанном Крестителем, и в этом стихе Бог объявляет о том, что Иисус — Его Сын.

Анализ

В этом стихе завершается сцена крещения. Голос обычно считается гласом Бога Отца. Это один из всего двух случаев в Евангелии от Матфея, когда Бог вмешивается непосредственно, другой – Матфея 17:5. Это контрастирует с большинством книг Ветхого Завета, где прямые действия Бога происходят регулярно. Хилл отмечает, что слово «возлюбленный» можно интерпретировать как простое указание на значение. Всё послание часто рассматривается как отсылка к Исаии 42:1, где также говорится о возлюбленном, который угоден Богу. Матфей использует этот стих в 12:18, и он переведён тем же образом, как и здесь. Существуют также возможные связи с божественным статусом Иисуса, который был намекнут ранее в Матфея 1:18, но стал известен окружающим его лишь гораздо позже в повествовании. Таким образом, существует дискуссия о том, было ли это заявление публичным. В Евангелии от Луки крещение происходит перед большой толпой, но и Лука, и Марк делают объявление более личным, передавая послание как «Ты – Сын Мой». «Это Сын Мой», – говорит Матфей, создавая впечатление, что обращение было ко всем присутствующим. В Евангелии от Матфея не упоминаются толпы, и у Иордана находятся только Иисус и Иоанн. Таким образом, Евангелие внутренне последовательно, но несколько трудно согласовать с двумя другими синоптическими Евангелиями. Многие христиане считают этот стих, в сочетании с предыдущим, одним из наиболее тринитарных отрывков во всем Новом Завете. Однако некоторые с этим не согласны, поскольку в Матфея 3:16 уже присутствует Святой Дух в виде голубя. Этот стих нечётко разграничивает его как отдельную сущность, и голос считается голосом «Бога, Отца Небесного», который прямо называет Иисуса Своим Сыном.

Комментарии отцов церкви

Августин: Не так, как прежде через Моисея и пророков, и не в образах или прообразах Отец возвещал о пришествии Сына, но открыто явил Его уже пришедшим: «Это Сын Мой».