Крик "Пожар!" в переполненном театре: аналогия ограничения свободы слова.

Введение

Метафора для речи или действий, предпринятых с основной целью вызвать панику.

"Крик о пожаре в переполненном театре" – распространенная аналогия для речи или действий, основной целью которых является создание паники, и в особенности для высказываний или поступков, которые по этой причине могут рассматриваться как не подпадающие под защиту свободы слова. Эта фраза является перефразировкой высказывания, или несудебного заключения, из мнения судьи Оливера Венделла Холмса-младшего в деле Верховного суда США «Шенк против Соединенных Штатов» 1919 года, в котором утверждалось, что речь подсудимого, выступавшего против призыва во время Первой мировой войны, не защищена свободой слова согласно Первой поправке к Конституции США. Позднее это дело было частично пересмотрено в «Бранденбург против Огайо» 1969 года, которое ограничило сферу запрещенной речи теми высказываниями, которые направлены на подстрекательство к неминуемым противоправным действиям (например, к немедленным беспорядкам). Перефразировка отличается от первоначальной формулировки Холмса тем, что обычно не содержит слова «ложно», а также добавляет слово «переполненный» для описания театра. Само по себе выкрикивание «пожар!» в США обычно не является незаконным: «иногда можно кричать "пожар" в переполненном театре, не неся за это наказания. В театре действительно может быть пожар. Или у вас могут быть разумные основания полагать, что в театре пожар». Более того, в рамках доктрины свободы слова, защищенной Первой поправкой в США, выкрикивание «пожар!» само по себе не является юридически проблемным действием, а скорее, «существуют ситуации, когда намеренная ложь о пожаре в переполненном театре и вызванная этим давка могут привести к обвинению в нарушении общественного порядка или аналогичному обвинению». Первое известное использование этой аналогии в контексте свободы слова произошло в 1918 году на суде над Юджином В. Дебсом. Дебс был обвинен в нарушении закона о шпионаже 1917 года за антивоенную речь, которую он произнес в Кантоне, штат Огайо. В своей заключительной речи Дебс заявил в качестве единственной юридической защиты, что его речь защищена Первой поправкой. Федеральный прокурор Эдвин Вертц в своем заключительном опровержении возразил:

"Shouting fire in a crowded theater" is a popular analogy for speech or actions whose principal purpose is to create panic, and in particular for speech or actions which may for that reason be thought to be outside the scope of free speech protections. The phrase is a paraphrasing of a dictum, or non binding statement, from Justice Oliver Wendell Holmes Jr.'s opinion in the United States Supreme Court case Schenck v. United States in 1919, which held that the defendant's speech in opposition to the draft during World War I was not protected free speech under the First Amendment of the United States Constitution. The case was later partially overturned by Brandenburg v. Ohio in 1969, which limited the scope of banned speech to that which would be directed to and likely to incite imminent lawless action (e. g. an immediate riot). The paraphrasing differs from Holmes's original wording in that it typically does not include the word falsely, while also adding the word crowded to describe the theatre. The utterance of "fire!" in and of itself is not generally illegal within the United States: "sometimes you could yell 'fire' in a crowded theater without facing punishment. The theater may actually be on fire. Or you may reasonably believe that the theater is on fire". Furthermore, within the doctrine of first amendment protected free speech within the United States, yelling "fire!" as speech is not itself the legally problematic event, but rather, "there are scenarios in which intentionally lying about a fire in a crowded theater and causing a stampede might lead to a disorderly conduct citation or similar charge." The first known use of the analogy in the context of free speech occurred in the 1918 trial of Eugene V. Debs. Debs was charged with violations of the Espionage Act of 1917 for an anti war speech he had delivered in Canton, Ohio. In his closing argument, Debs offered as his sole legal defense that his speech was protected by the First Amendment. Federal prosecutor Edwin Wertz then argued in his closing rebuttal:

1=
Теперь он говорит о Конституции Соединенных Штатов, дающей ему право делать то, что он сделал в Кантоне. Конституция действительно предусматривает, что свобода слова не должна ограничиваться; однако факт остается фактом: человек в переполненном зале или театре, который кричит «пожар», когда пожара нет, и в результате возникает паника, и кто-то погибает, будучи затоптан, может быть справедливо обвинен в убийстве, осужден и приговорен к смертной казни за такой ложный крик, когда для него нет никаких оснований. Это ограничение права на свободу слова, по мнению подсудимого. Согласно его теории, человек может войти в переполненный театр или даже в эту аудиторию и кричать «пожар», когда пожара нет, и люди будут попираться до смерти, и он не будет наказан за это, потому что Конституция говорит, что он имеет право на свободу слова. Историки предполагают, что Оливер Венделл Холмс ознакомился с речью Вертца при подготовке своего мнения по делу «Дебс против Соединенных Штатов» и использовал эту аналогию в деле «Шенк».

Решение

Холмс, изложивший решение единогласного суда, постановил, что распространение листовок, выступающих против призыва во время Первой мировой войны, является нарушением Закона о шпионаже 1917 года (в дополнение к Закону о разжигании мятежа 1918 года). Холмс утверждал, что такое ограничение свободы слова допустимо, поскольку оно представляло "непосредственную и явную опасность" для усилий правительства по набору войск на войну. Холмс писал:
Даже самая строгая защита свободы слова не защитит человека, ложно крикнувшего о пожаре в театре и вызвавшего панику. Вопрос в каждом конкретном случае заключается в том, используются ли слова в таких обстоятельствах и обладают ли они таким характером, чтобы создать непосредственную и явную опасность наступления тех негативных последствий, предотвращению которых Конгресс имеет право.

Наследие

Первая поправка, установленная в деле Шенка, позднее была частично отменена в деле «Бранденбург против Огайо» в 1969 году, в котором Верховный суд постановил, что «конституционные гарантии свободы слова и свободы прессы не позволяют штату запрещать или преследовать пропаганду применения силы или нарушения закона, за исключением случаев, когда такая пропаганда направлена на подстрекательство к неминуемым противоправным действиям и с высокой вероятностью может спровоцировать такие действия». Тест, сформулированный в деле «Бранденбург», является современной судебной практикой Верховного суда в отношении возможности привлечения к ответственности за высказывания после их совершения. Несмотря на то, что решение по делу Шенка было ограничено, фраза «кричать о пожаре в переполненном театре» стала синонимом высказываний, которые, из-за опасности спровоцировать насилие, не защищены Первой поправкой. В конечном счете, законность ложного крика «пожар» в театре в Соединенных Штатах зависит от обстоятельств, при которых это было сделано, и от последствий этого действия. Сам по себе крик «пожар» при отсутствии разумных оснований полагать, что пожар существует, не является преступлением, и не станет таковым только потому, что он был произнесен в театре, переполненном или нет. Однако, если это вызовет давку и в результате погибнет человек, то действие может квалифицироваться как преступление, например, непредумышленное убийство, при условии установления всех элементов состава этого преступления. Аналогично, законы штатов, такие как пересмотренный устав штата Колорадо § 18-8-111, квалифицируют сознательное «ложное сообщение о чрезвычайной ситуации», включая ложные сигналы пожарной тревоги, как проступок, если жильцы здания были эвакуированы или перемещены, и как тяжкое преступление, если реагирование на чрезвычайную ситуацию привело к серьезным телесным повреждениям или смерти другого человека. В некоторых штатах преступлением считается сознательное сообщение о чрезвычайной ситуации или сознательное инициирование сообщения о чрезвычайной ситуации в службы экстренной помощи. Например, в вышеупомянутом законе преступлением считается сознательное сообщение о «ложной пожарной тревоге» «любому государственному органу, занимающемуся реагированием на чрезвычайные ситуации, представляющие опасность для жизни или имущества». Это преступление может быть доказано, например, когда в ответ на ложный крик невинный прохожий звонит в службу спасения, чтобы сообщить о пожаре, и это признается предсказуемой реакцией на крики, в результате чего кричащий считается виновным в ложном сообщении.

The First Amendment holding in Schenck was later partially overturned by Brandenburg v. Ohio in 1969, in which the Supreme Court held that "the constitutional guarantees of free speech and free press do not permit a State to forbid or proscribe advocacy of the use of force or of law violation except where such advocacy is directed to inciting or producing imminent lawless action and is likely to incite or produce such action." The test in Brandenburg is the current Supreme Court jurisprudence on the ability of government to punish speech after it occurs. Despite Schenck being limited, the phrase "shouting fire in a crowded theater" has become synonymous with speech that, because of its danger of provoking violence, is not protected by the First Amendment. Ultimately, whether it is legal in the United States to falsely shout "fire" in a theater depends on the circumstances in which it is done and the consequences of doing it. The act of shouting "fire" when there are no reasonable grounds for believing one exists is not in itself a crime, and nor would it be rendered a crime merely by having been carried out inside a theatre, crowded or otherwise. However, if it causes a stampede and someone is killed as a result, then the act could amount to a crime, such as involuntary manslaughter, assuming the other elements of that crime are made out. Similarly, state laws such as Colorado Revised Statute § 18 8 111 classify knowingly "false reporting of an emergency," including false alarms of fire, as a misdemeanour if the occupants of the building are caused to be evacuated or displaced, and a felony if the emergency response results in the serious bodily injury or death of another person. Somewhat more trivially, in some states it is a crime just to knowingly make a false report or knowingly cause a false report to be made of an emergency to emergency services. In the statute just cited, for example, it is a crime to knowingly cause "a false alarm of fire" to be transmitted to "any government agency which deals with emergencies involving danger to life or property." This crime could plausibly be made out where, for instance, in response to the false shout, an innocent bystander calls emergency services to report the fire, and this is found to have been such a foreseeable response to the shouts that the shouter is deemed to have caused the false report to be made.

Критика

Кристофер М. Файн, исполнительный директор Национальной коалиции против цензуры, пишет, что судья Холмс начал сомневаться в своем решении из-за критики, полученной от защитников свободы слова. Он также встретился с юристом Зекариахом Чафи и обсудил его статью для Harvard Law Review «Свобода слова во время войны». По словам Фина, перемена в взглядах Холмса повлияла на его решение присоединиться к меньшинству и высказать несогласие в деле Abrams v. United States. Абрамс был депортирован за распространение листовок с призывом не вмешиваться в русскую революцию. Холмс и Брандейс заявили, что «бессмысленная листовка от неизвестного человека» не должна считаться незаконной. Чафи утверждал в книге «Свобода слова в Соединенных Штатах», что в деле Schenck более уместной аналогией был бы человек, стоящий в театре и предупреждающий зрителей о недостаточном количестве пожарных выходов. Вступительное слово Кристофера Хитченса на дебатах 2006 года в защиту свободы слова было пародией на решение Холмса: он начал со слов «ПОЖАР! Пожар, пожар, пожар. Вот вы и услышали!», а затем осудил знаменитую аналогию как «нелепый вердикт чрезмерно восхваляемого судьи Оливера Венделла Холмса». Хитченс утверждал, что «говорящие на идише социалисты», протестовавшие против вступления Америки в Первую мировую войну и заключенные в тюрьму по решению суда, «были настоящими борцами с пожарами, теми, кто кричал о пожаре, когда он действительно был, в очень переполненном театре. И кто должен это решать?» Писательница Эмма Кэмп отметила, что дело Schenck v. United States фактически не рассматривало вопрос о том, является ли незаконным «кричать о пожаре в переполненном театре», поскольку эта аналогия была лишь неофициальным замечанием, использованным для иллюстрации позиции судьи Холмса. Кен Уайт, адвокат и владелец Popehat, заявил, что, хотя дело Schenck v. United States подтвердило, что Первая поправка не является абсолютной, фраза «нельзя кричать о пожаре в переполненном театре» часто используется как отвлекающий маневр при обсуждении того, подпадает ли конкретный случай выражения мнения под исключения, установленные Верховным судом. Ссылаясь на более позднее решение по делу United States v. Stevens, Уайт также указал, что в настоящее время общепринятые ограничения Первой поправки узкие и четко определены, и вряд ли суд введет новые, основываясь на сопоставлении ценности высказывания с потенциальным вредом для общества.

Christopher M. Finan, Executive Director of the National Coalition Against Censorship, writes that Justice Holmes began to doubt his decision due to criticism received from free speech activists. He also met the legal scholar Zechariah Chafee and discussed his Harvard Law Review article "Freedom of Speech in War Times". According to Finan, Holmes's change of heart influenced his decision to join the minority and dissent in the Abrams v. United States case. Abrams was deported for issuing flyers saying the US should not intervene in the Russian Revolution. Holmes and Brandeis said that "a silly leaflet by an unknown man" should not be considered illegal. Chafee argued in Free Speech in the United States that a better analogy in Schenck might be a man who stands in a theatre and warns the audience that there are not enough fire exits. In his introductory remarks to a 2006 debate in defense of free speech, writer Christopher Hitchens parodied the Holmes judgment by opening "FIRE! Fire, fire fire. Now you've heard it", before condemning the famous analogy as "the fatuous verdict of the greatly over praised Justice Oliver Wendell Holmes." Hitchens argued that the "Yiddish speaking socialists" protesting America's entry into World War I, who were imprisoned by the Court's decision, "were the real fire fighters, were the ones shouting fire when there really was a fire, in a very crowded theatre indeed. And who is to decide?" Writer Emma Camp has pointed out that Schenck v. United States did not actually address the question of whether or not it is illegal to "shout fire in a crowded theater", since this analogy was simply non binding dictum used to illustrate Justice Holmes' point. Ken White, an attorney and owner of Popehat, has stated that even though Schenck v. United States affirmed that the First Amendment is not absolute, "you can't shout fire in a crowded theater" is frequently used as a red herring when discussing whether or not a particular instance of speech falls under exceptions set by the Supreme Court. Citing the later ruling of United States v. Stevens, White also pointed out that the currently accepted limitations to the First Amendment are narrow and well defined, and the court is unlikely to introduce new ones based on balancing the value that some speech possesses with the potential harm it does to society.