Введение
Возбужденное высказывание, в области доказывания, – это заявление, сделанное лицом в ответ на внезапное или шокирующее событие или состояние. Это непланируемая реакция на "поразительное событие". Оно является исключением из правила о недопустимости слухов. Заявление должно быть сделано спонтанно лицом (декларантом), пока оно все еще находится под воздействием волнения, вызванного событием или состоянием. Предмет и содержание заявления должны "относиться" к рассматриваемому событию или условию. Заявление может быть описанием или объяснением (как требуется для восприятия настоящего момента), мнением или умозаключением. Примеры включают: "Осторожно! Мы сейчас врежемся!" или "Я думаю, он сумасшедший. Он стреляет в нас!". Основанием для этого исключения из правила о слухах является убеждение, что заявление, сделанное в состоянии стресса, скорее всего, будет правдивым и вряд ли будет преднамеренной ложью. По сравнению с восприятием настоящего момента, возбужденное высказывание имеет более широкую сферу применения, позволяя больший промежуток времени между событием и заявлением, а также более широкий спектр содержания в заявлении. В соответствии с Федеральными правилами доказывания, возбужденное высказывание является исключением из правила о слухах и допустимо для подтверждения правдивости самого заявления (например, в случае первой цитаты выше, для подтверждения того, что транспортное средство, в котором находился декларант, действительно собиралось врезаться). Подтверждение правдивости заявления означает убеждение судьи или присяжных в том, что утверждение в заявлении соответствует действительности. "Правдивость" здесь не означает истину с субъективной точки зрения декларанта или с объективной точки зрения разумного человека. Она просто относится к утвердительному характеру заявления. Спонтанность декларанта является ключевым фактором допустимости. Возбужденное высказывание не обязательно должно быть сделано в момент поразительного события, но должно быть сделано, пока декларант все еще находится в состоянии удивления или шока от произошедшего. Способность декларанта к размышлениям должна быть подавлена, то есть, делая заявление, декларант не должен был иметь возможности обдумать поразительное событие, сфабриковать намеренно ложное заявление и затем его произнести. Если предполагается, что декларант имел время обдумать ситуацию, прежде чем сделать заявление, заявление не будет спонтанным и, следовательно, не будет являться возбужденным высказыванием. Однако, при определенных обстоятельствах, могут пройти дни, прежде чем декларант полностью обдумает событие и "восстановит" свою способность к размышлениям. Спонтанность устанавливается поведением декларанта, прошедшим временем и содержанием заявления. Внешний вид спокойствия декларанта в момент заявления снижает допустимость. Промежуток времени между поразительным событием и заявлением является фактором, влияющим как на допустимость, так и на вес заявления. Заявление, сделанное спустя долгое время после события, может быть признано менее спонтанным, чем заявление, сделанное одновременно или вскоре после события. Предельный срок допустимого промежутка времени может быть определен только исходя из обстоятельств конкретного дела. Например, если декларант сделал заявление через шесть дней после автомобильной аварии из-за тяжести полученных травм, допустимость заявления снижается из-за значительного прошедшего времени. Однако, если доказано, что он находился в состоянии постоянного отчаяния и еще не успел обдумать аварию, заявление может быть допустимым, но может иметь меньший вес, чем если бы оно было сделано через час после аварии. Полное и подробное заявление может свидетельствовать об отсутствии спонтанности, поскольку повествование о завершенном событии в прошлом потребует от декларанта размышлений и организации. В аналогичном деле участвовала женщина, которая находилась в коме в течение тридцати дней после автомобильной аварии. Когда она проснулась и ей рассказали о произошедшем, она воскликнула: "Я, должно быть, заснула!". В суде ее заявление было принято, несмотря на то, что прошел месяц, поскольку поразительным событием было воспринято сообщение о произошедшем, а не сама авария.