Антони Хейнсиус: Голландский государственный деятель и противник Людовика XIV

Введение

Антони (или Антоний) Хейнсиус (23 ноября 1641, Делфт – 3 августа 1720, Гаага) – голландский государственный деятель, занимавший должность Великого Пенсионера Голландии с 1689 года до своей смерти в 1720 году. Хейнсиус был жестким переговорщиком и одним из главных и самых упорных противников экспансионистской политики Франции Людовика XIV. Он был одной из движущих сил антифранцузских коалиций в Девятилетней войне (1688–1697) и войне за испанское наследство (1701–1714). Еще при жизни короля Вильгельма III он считался выдающимся государственным деятелем в Европе, за исключением Франции. После смерти Вильгельма III в 1702 году влияние Хейнсиуса на Генеральные штаты Нидерландов ослабло, но он оставался Великим Пенсионером Голландии и заменил Вильгельма как главного разработчика политики в области иностранных дел Нидерландской Республики. В этом его поддерживал кабинет-нуар под руководством его личного секретаря Абеля Тассина д’Алонна.

Ранние годы

Антони Хейнсиус родился в Делфте 23 ноября 1641 года в браке Адриана Хейнсиуса и Марии Дедел. Его отец принадлежал к правящим семьям Делфта, где Антони завершил образование в латинской школе. Позже он поступил в Орлеанский университет, получив в 1662 году докторскую степень в области гражданского и канонического права. Вернувшись в Делфт, он занимался юридической практикой, пока в 1679 году не был назначен городским пенсионером. В Штатах Голландии в эти годы правительство Делфта обычно поддерживало Амстердам в оппозиции внешней политике Вильгельма III Оранского. Хейнсиус, как городской пенсионер, придерживался этой точки зрения, что заставило некоторых рассматривать его назначение в Париж в 1682 году как способ отстранения. Его задачей было урегулировать акты насилия, организованные Людовиком XIV в Оранском княжестве. Перед отъездом Вильгельм III предсказал приём в Париже, который не будет враждебным, но и не принесёт результатов, и это пророчество сбылось. Однако сопротивление Хейнсиуса посягательствам Людовика XIV усилилось настолько, что Лувуа дошёл до того, что угрожал ему заключением в Бастилию. Эта миссия, по-видимому, убедила Хейнсиуса в том, что власть и политика Людовика XIV действительно опасны и справедливо подвергаются критике Вильгельмом III. В начале 1685 года он отправился в Англию с несколькими другими делегатами для переговоров о трудностях между голландской (VOC) и английской (EIC) Ост-Индскими компаниями. К весне 1686 года комиссия вернулась, не достигнув своей цели, но в 1687 году он стал членом совета Дельфтской палаты Голландской Ост-Индской компании. Переписка между ним и Главным Пенсионером Гаспаром Фагелем в это время чётко показывает, что он больше не принадлежал к противникам принца Вильгельма, и Фагель стал ему доверять. Их отношения даже улучшились настолько, что, по мере ухудшения здоровья Фагеля, к Хейнсиусу обратились с предложением занять его должность.

Anthonie Heinsius was born in Delft on 23 November 1641, from the marriage of Adriaan Heinsius and Maria Dedel. His father belonged to the governing families of Delft, where Anthonie completed his education at the Latin school. He later attended the University of Orléans, earning a doctorate in both civil and canon law in 1662. Upon returning to Delft, he practiced law there until his appointment as the city's pensionary in 1679. In the States of Holland, during these years, the Delft government generally aligned with Amsterdam in opposition to the foreign policy of William III of Orange. Heinsius, as the city's pensionary, leaned in this direction, prompting some to see his assignment in 1682 to Paris as a means to remove him. His task was to address the acts of violence orchestrated by Louis XIV in the Principality of Orange. Before his departure, William III predicted a reception in Paris that would not be unfriendly but would yield no results, a prophecy that proved accurate. Heinsius resistance to the encroachments of Louis XIV, however, escalated to the extent that Louvois went as far as threatening him with imprisonment in the Bastille. This mission seemingly contributed to convincing Heinsius that the power and politics of Louis XIV were indeed perilous and rightfully opposed by William III. In early 1685, he departed for England with several other delegates to negotiate difficulties between the Dutch (VOC) and English (EIC) East India Companies. By the spring of 1686, the commission returned without achieving its goal, but in 1687 he became a member of the board of the Delft chamber of the Dutch East India Company. Correspondence between him and the Grand Pensionary Gaspar Fagel during this time clearly indicates that he no longer belonged to the adversaries of Prince William and the Grand Pensionary and Fagel came to trust him. Their relationship had even improved to the extent that, as Fagel's health deteriorated, Heinsius was approached regarding his willingness to take over Fagel's position.

Девятилетняя война

После смерти Фагеля в конце 1688 года должность Великого Пенсионера временно занял Михель тен Хов, пенсионер из Харлема. Однако тен Хов скончался 24 марта 1689 года. Впоследствии Хайнсиусу было поручено временно исполнять обязанности. Первоначально испытывая колебания, он уступил настойчивым просьбам Вильгельма, который после Славной революции стал также королем Англии. 26 мая 1689 года он был избран Великим Пенсионером провинции Голландия и впоследствии переизбирался каждые пять лет. В это время Нидерландская республика была вовлечена в Девятилетнюю войну. Голландцы давно проявляли обеспокоенность судьбой Испанских Нидерландов, рассматривая их как стратегический буфер против Франции. Это представление сохранялось даже в периоды союза с Францией, во времена Иохана де Витта, о чем свидетельствует популярность девиза "Gallicus amicus non vicinus" ("Франция – хороший друг, но не хороший сосед") в Нидерландской республике. Война за деволюцию (1667–68) и Франко-голландская война (1672–78) показали, что Испания не в состоянии защитить Южные Нидерланды. Голландцы надеялись создать барьер, который обеспечил бы необходимую стратегическую глубину для защиты их коммерческих и демографических центров вокруг Амстердама от нападения с юга. Рисвикские мирные переговоры, завершившие Девятилетнюю войну, позволили, в частности, голландцам разместить гарнизоны в восьми ключевых испанских городах. Хайнсиус вошел в состав голландской делегации, заключившей мир.

Ранние годы войны за испанское наследство

Во время войны за испанское наследство Гейнсий вместе с герцогом Марлборо и принцем Евгением образовал триумвират, который во многих отношениях управлял Европой. Хайнсий руководил большей частью стратегии Великого альянса и, несмотря на то, что не являлся военным лидером, играл важную роль в планировании многих военных кампаний. С помощью Максимилиана Баварского, губернатора Испанских Нидерландов, к 1701 году голландские гарнизонные войска были заменены французскими. Приоритетами голландцев было восстановление и укрепление крепостей Барьера, сохранение контроля над экономически важным устьем Шельды и получение доступа к торговле в Испанской империи. Когда голландские войска действовали за пределами Испанских Нидерландов, это часто было уступкой их английским союзникам. Однако первоочередной задачей была безопасность голландских границ, которым угрожал союз между Францией, Баварией и Иосифом Клеменсом Баварским, правителем Льежа и Кёльна. В первые месяцы голландский фельдмаршал, принц Нассау-Узинген, захватил Кайзерсверт, а граф Атлон лишь с трудом отразил нападение на Нимвеген, важный голландский город. В Нидерландской республике было много способных и опытных генералов, но никто не считался достаточно квалифицированным для верховного командования в Нидерландах. Вместо этого герцог Марлборо был назначен главнокомандующим объединенной англо-голландской армией. Решающими факторами стали доверие, которое Вильгельм III оказал ему, и ожидание, что назначение обеспечит тесное сотрудничество между Лондоном и Гаагой. Однако в Нидерландах Марлборо считался неопытным. Он никогда прежде не командовал крупной армией и имел сравнительно небольшой военный опыт. Более того, он был иностранцем, и Генеральные штаты стремились не допустить, чтобы британские политические и военные интересы превалировали над интересами Нидерландской Республики. Поэтому Генеральные штаты установили жесткие ограничения на его полномочия, которые были определены в 12 статьях. В наиболее важных статьях говорилось:

During the War of the Spanish Succession, Heinsius, along with the Duke of Marlborough and Prince Eugene, formed the triumvirate that, in various respects, governed Europe. Heinsius directed much of the strategy of the Grand Alliance and, despite not being a military leader, had an important role in planning many military campaigns. With the help of Maximilian of Bavaria, the governor of the Spanish Netherlands, the Dutch garrison troops had been replaced by French troops by 1701. Dutch priorities were to re establish and strengthen the Barrier fortresses, retain control of the economically vital Scheldt estuary, and gain access to trade in the Spanish Empire. When Dutch forces operated outside the Spanish Netherlands this was often a concession to their English allies. The first objective was, however, to secure the Dutch frontiers, threatened by the alliance between France, Bavaria, and Joseph Clemens of Bavaria, ruler of Liège and Cologne. In the early months Dutch Field Marshal, the Prince of Nassau Usingen, captured Kaiserswerth, while an assault on Nijmegen, a very important Dutch city, was only barely repelled, by the Earl of Athlone. The Dutch Republic had many capable and experienced generals, no one was considered qualified enough for supreme command in the Low Countries. The Duke of Marlborough was instead appointed commander in chief of the joint Anglo Dutch army. The trust William III had placed in him and the expectation that the appointment would ensure close cooperation between London and The Hague were the deciding factors. However, Marlborough was considered a lightweight in the Netherlands. He had never before commanded a large army and comparatively limited military experience. Moreover, he was a foreigner and the States General wanted to prevent British political and military interests from being prioritised over those of the Dutch Republic. The States General thus put severe limits on his power, which were defined in 12 articles. The most notable articles stated that:

(Статья 2) Марлборо имел право командовать только голландскими войсками, входящими в состав объединенной полевой армии. (Статья 3) Марлборо всегда должен был согласовывать свои оперативные планы с высшим голландским генералом, который также был уполномочен запрашивать советы у своих подчиненных. (Статья 4) Марлборо должен был принимать все решения в согласии с голландским командующим и полевыми депутатами. (Статья 6) Марлборо не имел права отдавать приказы голландским войскам независимо от голландских старших офицеров. Марлборо должен был полагаться на свои навыки такта и убеждения и получать согласие сопровождающих голландских полевых депутатов, политических представителей Генеральных штатов. Благодаря этому личная дружба Марлборо с Хайнсиусом оказалась для него чрезвычайно полезной. Остальная часть кампании 1702 года прошла относительно успешно, и Марлборо захватил Венло, Рёрмонд, Стивенсверт и Льеж на реке Маас. Кампания 1703 года, напротив, была омрачена конфликтами союзников по поводу стратегии. Несмотря на захват Бонна, им не удалось взять Антверпен, а голландский контингент едва избежал катастрофы в Экерене в июне. В том же году стратегическое положение императора продолжало ухудшаться. Чтобы ослабить давление, Марлборо двинулся вверх по Рейну, соединился с Людовиком Баденским и принцем Евгением и 2 июля перешел Дунай. Победа союзников при Бленхейме 13 августа вынудила Баварию выйти из войны, а по Ильберсхаймскому договору она перешла под австрийское правление. Попытки союзников использовать свою победу в 1705 году провалились из-за плохой координации, тактических споров и соперничества в командовании. Дипломатический кризис между Нидерландской Республикой и Англией был предотвращен лишь благодаря отставке генерала Слангенбурга. Хайнсиус сыграл в этом значительную роль.

Годы успеха

В 1706 году, когда французский двор сделал некоторые секретные мирные предложения, был запрошен совет Великого Пенсионера и правительства Амстердама. Француз Хельвеций, сын известного врача, прибыл из Парижа под предлогом посещения своего отца. Находясь здесь, он участвовал в нескольких дискуссиях с Хайнсиусом по этому вопросу, передавая письма и сообщения президента Руйе. Кроме того, он направил английским государственным деятелям проект, одобренный правительством Амстердама. Затем Хайнсиус подробно разработал 40 пунктов, содержащихся в этом предложении. Однако эти переговоры не привели к миру. Хайнсиус получил письмо от французских государственных деятелей, в котором содержались горькие жалобы на поведение делегатов, участвовавших в этих переговорах. С 1706 года война в Испанских Нидерландах неожиданно приняла благоприятный оборот для союзной армии. В битве при Рамилье французская армия была решительно разгромлена, что привело к тому, что значительная часть Испанских Нидерландов попала в руки англо-голландских войск. С июля 1706 года по февраль 1716 года Испанские Нидерланды перешли в англо-голландское соуправление. Суверенитет Карла был теоретически признан, однако управление осуществлялось Государственным советом, состоящим из бельгийцев, действующих от его имени под регентством морских держав. Непосредственная угроза Республике уменьшилась, вызвав надежду в Париже и беспокойство в Лондоне и Вене, что Хайнсиус может заключить сепаратный мир. Однако упускалось из виду, что большинство сильно укрепленных городов, таких как Турне, Лилль, Монс и Намюр, все еще не находились под контролем союзников. Если бы они вошли в состав голландского барьера, война должна была продолжиться. В последующие годы союзники медленно продвигались к границам Франции. Победы в битвах при Уденаарде и Мальплаке, а также захват Лилля, Турне и Монса стали заметными успехами союзников. Несмотря на растущие расходы, которые также сильно обременяли Республику, неизбежное унижение Франции казалось неминуемым. Во время мирных переговоров в 1709 году Людовик, казалось, был готов пойти на значительные уступки. Однако требования союзников к Людовику XIV оказались для него непосильными. Хайнсиус настоял на том, чтобы король направил свои войска для изгнания своего внука из Испании. По мнению Хайнсиуса и других голландских переговорщиков, это требование было необходимо из-за ненадёжности французского короля в прошлом. Таким образом, мирные переговоры 1709 и 1710 годов провалились.

In 1706, when the French court made some secret peace proposals, the advice of the Grand Pensionary and the government of Amsterdam was sought. The Frenchman Helvetius, the son of the renowned physician, arrived from Paris under the pretext of visiting his father. While here, he engaged in several discussions with Heinsius on this subject, delivering letters and messages from President Rouillé. Furthermore, he sent a draft, approved by the Amsterdam government, to English statesmen. Heinsius then elaborated on the points, totaling 40, contained in this proposal. However, these negotiations did not result in peace. Heinsius received a letter from the French statesmen filled with bitter complaints about the conduct of the delegates involved in those negotiations. From 1706, the war in the Spanish Netherlands took an unexpectedly favorable turn for the Allied army. At the Battle of Ramillies, a French army was decisively defeated, leading to a substantial portion of the Spanish Netherlands falling into the hands of the Anglo Dutch forces. From July 1706 until Februari 1716, the Spanish Netherlands transitioned into an Anglo Dutch condominium. The sovereignty of Charles was theoretically recognized, yet governance would be administered by a Council of State comprising Belgians, acting on his behalf under the regency of the Maritime Powers. The immediate threat to the Republic had diminished, sparking hope in Paris and anxiety in London and Vienna that Heinsius might seek a separate peace. However, it was overlooked that most strong fortified cities like Tournai, Lille, Mons and Namur were still not under Allied control. If they were to become part of the Dutch barrier, the war had to continue. In the following years, the Allies slowly advanced towards the borders of France. Victories in the battles of Oudenarde and Malplaquet and the capture of Lille, Tournai, and Mons were notable successes for the Allies. Despite the soaring costs, which also greatly burdened the Republic, the imminent humiliation of France seemed undeniable. During the peace negotiations in 1709, Louis appeared willing to make significant concessions. However, the demands posed by the Allies to Louis XIV proved to be a step too far for him. Heinsius insisted that the king should deploy his own troops to expel his grandson from Spain. According to Heinsius and the other Dutch negotiators, this demand was necessary due to the French king's unreliability in the past. The peace negotiations of 1709 and 1710 thus collapsed.

Война подходит к концу

В конечном итоге, когда английское военное ведомство рухнуло, и новое правительство вступило в мирные переговоры с Францией, Республика столкнулась с разочаровывающими последствиями. Хайнсиус остро ощущал эту ношу, хотя и разделял ответственность за чрезмерное затягивание войны со многими другими. В 1712 году, на фоне неудовлетворительного хода событий, он подвергся серьезным упрекам в Штатах Голландии. Ходили даже слухи о его намерении уйти в отставку. Хотя этого и не произошло, его авторитет и уважение были подорваны, и с тех пор он уже не был прежним, ни физически, ни морально. Однако мир 1713 года во многом, как в военном, так и в политическом плане, соответствовал тому, что Вильгельм III и Хайнсиус задумывали для этой войны. Стремление Франции к экспансии было сдержано, а голландский буфер реализован. Следовательно, разочарование, царившее среди голландских современников в отношении войны за испанское наследство, не было вызвано несбывшимися надеждами Великого союза. Вместо этого оно возникло из-за непредвиденного поворота, который принял этот конфликт, начиная с 1706 года. Внезапно перспектива решительной победы над Людовиком XIV казалась достижимой. Тем не менее, тяжелое положение Франции осталось неиспользованным из-за действий, предпринятых британским правительством. Переговоры об установлении барьерной линии между голландцами и австрийцами, однако, затянулись до 1715 года, поскольку австрийцы неохотно шли на оплату голландских гарнизонов, размещенных на их территории. После восшествия Георга I на британский престол в годы после 1713 года Хайнсиус вновь обрел надежду и позитивные ожидания. Эти надежды не оправдались, но якобитское восстание 1715 года в конечном итоге вынудило Георга поддержать голландцев против австрийцев. После этого переговоры о барьерной линии были быстро завершены к удовлетворению Республики Соединенных провинций. Осенью 1716 года английское правительство причинило ему новое разочарование, заключив союз с Францией в обход Республики, вопреки данным им заверениям. До этого Республика играла роль посредника между Англией и Францией. Хайнсиус был крайне обеспокоен, получив эту новость, и в смятении размышлял о том, что он сможет ответить Штатам, если они упрекнут его в обмане. Понятно, что после вступления Республики в этот англо-французский союз он стал более настороженным в переговорах о присоединении к так называемому Четверному союзу, к которому, к тому же, голландские регенты испытывали неприязнь по другим соображениям. Более того, после Утрехтского мира тяжелое финансовое положение выявило пробел в его многогранных способностях. С тех пор, как он занял должность Великого пенсионера, его полностью поглотила внешняя политика, и у него почти не оставалось внимания или заботы о финансовых вопросах. Ему не хватало знаний в области финансового управления и налогообложения, необходимых в те годы. Он оставался неженатым. Хайнсиус умер в 1720 году, оставаясь на своем посту.

Ultimately, when the English War Ministry collapsed and the new government initiated peace with France, the Republic suffered the disappointing consequences. Heinsius felt this burden heavily, even though he shared responsibility for prolonging the war excessively with many others. In 1712, amid the disappointing turn of events, he faced severe reproaches in the States of Holland. There were even rumors of his intent to resign. Although this didn't materialize, his authority and esteem were shaken, and he was henceforth not the same, neither physically nor mentally. But the peace of 1713 fulfilled in many respects, both militarily and politically, what William III and Heinsius had envisaged for the war. France's drive for expansion had been stilled and the Dutch buffer realised. Hence, the disillusionment prevailing among Dutch contemporaries regarding the War of the Spanish Succession didn't arise from unmet aspirations of the Grand Alliances. Instead, it emerged from the unforeseen course this conflict undertook starting from 1706. Suddenly, the prospect of decisively overcoming Louis XIV appeared attainable. Nonetheless, the dire circumstances faced by France remained unutilized due to the actions orchestrated by the British government. Negotiations on the implementation of the barrier between the Dutch and Austrians, however, dragged on until 1715, as the Austrians proved reluctant to pay for Dutch garrisons stationed in their territory. Following George I's accession to the British throne in the years after 1713, Heinsius regained hope and positive expectations. Those hopes were dashed, but the Jacobite rising of 1715, would ultimately still force George to back the Dutch against the Austrians. After that the barrier negotiations were quickly concluded to the Dutch Republic's satisfaction. In the autumn of 1716, the English government caused him further disappointment by, contrary to explicit assurances, forging an alliance with France outside the Republic. Until then the Republic had held the role as mediators between England and France. Heinsius was utterly dismayed upon receiving this news, wondering in distress what he could say if the States reproached him for being deceived. Understandably, after the Republic entered into this Anglo French alliance, he became more apprehensive in negotiations regarding accession to the so called Quadruple Alliance, which, besides, other considerations made the Dutch regents averse to. Moreover, after the Peace of Utrecht, the dire state of the finances underscored a gap in his multifaceted skills. Since assuming the role of Grand Pensionary, his involvement in foreign policy had been all consuming, leaving him little attention or care for financial matters. He lacked the familiarity with fiscal administration and taxation demanded by the necessities of those years. He remained unmarried. Heinsius died in 1720, still in function.

Оценка

Хайнсиус занимал пост Великого Пенсионера более 31 года, что превышало срок пребывания в должности большинства его предшественников и преемников, за исключением Йохана ван Олденбарневельта. На протяжении этих трех десятилетий он играл важную и уважаемую роль, хотя и в меньшей степени после 1713 года, чем ранее. Смерть Вильгельма III в 1689–1713 годах стала водоразделом. Вильгельм и Хайнсиус придерживались схожих взглядов на европейские дела и часто приходили к согласию. Хайнсиус активно делился своими подробными мнениями, и Вильгельм часто обращался к нему за консультацией. Это сотрудничество с королем-штадтольдером значительно укрепило влияние Хайнсиуса в Голландии и Республике, обеспечив ему сильную моральную поддержку. Среди общепризнанных достоинств Хайнсиуса – острый ум, здравый смысл, обширные знания, тактичность, выдающееся дипломатическое мастерство, неутомимая работоспособность и безупречная честность – была черта, которая порой ему мешала: его скромность. Его сдержанность иногда подрывала уверенность в себе, особенно после кончины Вильгельма, порождая чрезмерную осторожность и нерешительность.

Современные мнения

Жан Батист Колбер, маркиз Торси, французский дипломат, который вел переговоры о некоторых из важнейших договоров в конце правления Людовика XIV, описывает Гейнсиуса как человека, в совершенстве владеющего искусством дипломатии, сдержанного в манерах, вежливого в беседе, никогда не проявляющего жестокости и редко теряющего самообладание в спорах. Его поведение отличалось учтивостью, в его доме не было ни малейшей показной роскоши, его штат состоял из секретаря, кучера, лакея и горничной – состав, не соответствующий положению премьер-министра. Вольтер в своей "Эпохе Людовика XIV" представляет Гейнсиуса как "спартанца, гордого тем, что заставил персидского короля унизиться", после срыва мирных переговоров 1709 года, когда Людовик XIV направил Торси в Гаагу для заключения мира.