Введение

Библейский стих Матфея 4:9 — девятый стих четвертой главы Евангелия от Матфея в Новом Завете. Он является частью рассказа об искушении Христа. Иисус уже отверг два предыдущих искушения от Сатаны. В этом стихе Сатана предлагает Иисусу власть над всем миром, если Он поклонится ему.

Анализ

Как намекает предыдущий стих и подтверждается в [указать ссылки] , этот стих, кажется, показывает, что дьявол контролировал мир до прихода Иисуса. Также говорится, что это демонстрирует незначительность материального мира: Сатана готов уступить его Иисусу в обмен на то, чтобы Иисус не угрожал ему в духовном мире. Иисус, по-видимому, согласен с тем, что физический мир вторичен и что его интересует прежде всего духовное измерение. Эта сцена использовалась как аргумент в пользу превосходства духовного над мирским. В знаменитом письме папа Григорий VII использовал этот отрывок, чтобы подтвердить свое первенство над императором Священной Римской империи. Это искушение несколько отличается от предыдущих двух. В обоих предыдущих случаях Сатана начинал с вопроса "если ты Мессия" и просил Иисуса испытать Свою силу. В этом стихе мессианский статус Иисуса подтвержден, и вместо того, чтобы подвергать испытанию Его роль Сына Божьего, Сатана просит Его подтвердить ее. В предыдущих двух стихах Сатана предстает в своей ранней ветхозаветной роли, которую Олбрайт и Манн называют "противостоящим советом" – действующим на Бога, испытывающим верных. В этом стихе он представляется как более современный противник Бога. Как и в случае с предыдущими искушениями, существуют различные теории относительно его значения. Традиционное представление, сложившееся в Средние века, заключалось в том, что дьявол искушал Иисуса грехом сребролюбия. Большинство современных ученых отвергают эту интерпретацию, основанную на грехе. Вторая теория, которая долгое время была популярна и до сих пор поддерживается многими, состоит в том, что повествование об искушении представляет собой отказ Иисуса от альтернативных представлений о Мессии. В этом стихе Сатана искушает Иисуса стать политической, а не духовной фигурой. Многие иудеи ожидали, что Мессия будет одновременно духовным и политическим освободителем, который приведет еврейский народ к свободе от римлян и установлению господства над миром. Вопрос о том, почему Иисус этого не сделал, был важной темой для обсуждения в ранней Церкви. Таким образом, это искушение теоретически рассматривается как демонстрация того, что стремление Иисуса к политической власти было бы волей Сатаны. Третья теория, популярная сегодня, заключается в том, что повествование об искушении показывает, как Иисус избежал ошибок, допущенных израильтянами. Франс отмечает, что неоднократно после Исхода израильтяне шли на компромисс со своими принципами ради политических целей, и в этом стихе Иисус ясно дает понять, что Он не поступит так же. Швейцер предполагает, что искушение может включать элементы обеих последних интерпретаций. Как и остальная часть повествования об искушении, этот отрывок, как полагают, был взят из Q. Швейцер отмечает, что во время написания Q центральным политическим вопросом в регионе была Первая иудейско-римская война. Небольшая христианская община не присоединилась к зелотам в восстании, и Швейцер считает, что Q, таким образом, сосредоточился на оправдании этого решения, подчеркивая незначительность политики по сравнению с духовным. К тому времени, когда было написано Евангелие от Матфея, восстание утратило свою актуальность, поэтому Матфей адаптировал этот отрывок, чтобы он лучше соответствовал его теме Иисуса как кульминации еврейской истории, но сохранил некоторые элементы оригинального аргумента из Q.

Комментарии отцов церкви

Иероним: "Высокомерное и тщеславное хвастовство, ибо он не имеет власти даровать все царства, поскольку многие святые, как мы знаем, были провозглашены царями Богом".