Введение

Разрывы и преемственность, по мнению Мишеля Фуко, отражают ход истории и тот факт, что некоторые "вещи больше не воспринимаются, описываются, выражаются, характеризуются, классифицируются и познаются одинаково" из одной эпохи в другую (1994).

Пояснение

Разрабатывая теорию археологии знания, Фуко стремился проанализировать фундаментальные коды, которые культура использует для конструирования эпистемы, или конфигурации знания, определяющей эмпирические порядки и социальные практики каждой конкретной исторической эпохи. Он принял разрывность как позитивный рабочий инструмент. Определенные дискурсы будут регулярными и непрерывными во времени, поскольку знания последовательно накапливаются, а общество постепенно устанавливает, что в данный момент будет представлять собой истину или разум. Однако в переходе от одной эпохи к другой будут наложения, разрывы и несогласованности, поскольку общество переконфигурирует дискурс в соответствии с новой обстановкой. Этот инструмент получает расширенную роль в генеалогии – следующей фазе анализа дискурса, где целью является постижение всей сложности использования власти и производимых ею эффектов. Фуко рассматривает власть как средство конституирования индивидуальных идентичностей и определения границ их автономии. Это отражает симбиотическую связь между властью (pouvoir) и знанием (savoir). В своем исследовании тюрем и больниц он наблюдал, как современный индивид становится одновременно объектом и субъектом знания. Наука предстает как средство направления и формирования жизни. Следовательно, современное понимание сексуальности возникает из христианских кодексов морали, науки психологии, законов и стратегий принуждения, принятых полицией и судебной системой, способов обсуждения вопросов сексуальности в средствах массовой информации, системе образования и т.д. Это завуалированные формы доминирования (если не угнетения), и их влияние проявляется не только в том, что говорится, но, что более важно, в том, что не говорится: во всех молчаниях и лакунах, во всех разрывах. Если одна идея обсуждается, то почему она перестает обсуждаться, чьи интересы обслуживает это изменение?