Введение
песня AC/DC, альбом Lakeside.
the Lakeside album
Shot of Love — двадцать первый студийный альбом американского певца и автора песен Боба Дилана, выпущенный 12 августа 1981 года компанией Columbia Records. Он считается последним альбомом из трилогии христианских альбомов Дилана. Аранжировки в большей степени опираются на рок, и в меньшей — на госпел, чем в двух предыдущих альбомах Дилана. К моменту выхода Shot of Love получил смешанные отзывы: Пол Нельсон из Rolling Stone раскритиковал альбом, однако особо выделил последний трек — "Every Grain of Sand". Shot of Love, достигнув 6-го места в британском чарте, продолжил коммерческий спад Дилана в США, поднявшись до 33-го места в чартах, где продержался недолго. Боно из ирландской группы U2 назвал Shot of Love одним из своих любимых альбомов, особенно отметив вокальные данные Дилана.
Запись
На протяжении 1980 года Дилан все еще был сосредоточен на религиозной музыке в период, получивший название "Второе рождение", отмеченный плодотворным сочинительством. Это продолжалось летом, когда Дилан приступил к работе над своим следующим альбомом после *Saved*. В это время были написаны "Property of Jesus", "Yonder Comes Sin" и новые аранжировки старых песен, таких как "Ain't Gonna Go to Hell (For Anybody)", а также "Caribbean Wind" и "The Groom's Still Waiting at the Altar", которые, по словам биографа Дилана Клинтона Хейлина, "контрастировали его сложные сексуальные отношения с требованиями высшего призвания". Затем, где-то в середине сентября, Дилан собрал свою постоянную группу в студии Rundown в Санта-Монике, Калифорния, где они записали ряд его новых песен, включая "Every Grain of Sand". Черновая запись "Every Grain of Sand", датированная этим периодом, впоследствии была выпущена на *The Bootleg Series Volumes 1–3 (Rare & Unreleased) 1961–1991*. Дилан отправился в тур в ноябре и декабре 1980 года, прежде чем вернуться к сочинению песен. В марте 1981 года Дилан провел более неформальные сессии как в Rundown, так и в Studio 55, репетируя некоторые из своих новых композиций и прослушивая потенциального продюсера Джимми Айовина. Эти сессии были посвящены песне "Caribbean Wind" – амбициозной работе, которую однажды в ноябре исполнили вживую. "Caribbean Wind", уже вызывавшая интерес в рок-прессе, рассматривалась как потенциальный центр его предстоящего альбома, но еще не была полностью закончена. Многочисленные попытки записи "Caribbean Wind" во время сессий с Айовином оказались неудовлетворительными, и Дилан все больше терял веру в успех песни. "Angelina" была записана с гораздо большим успехом, и Дилан остался доволен результатом, отметив ее для включения в альбом. В то же время Дилан пришел к выводу, что нужен другой продюсер, но после освобождения Айовина от обязанностей ему было трудно найти подходящего кандидата и подходящую студию. Были забронированы различные сессии по всему Лос-Анджелесу, в том числе в Cream Studios и United Western Studios. Ни одно из этих мест не обеспечило желаемого Диланом звучания, которое было трудно создать. Эти сессии дали возможность отрепетировать новые композиции, включая "In the Summertime", и поэкспериментировать с новыми идеями. Дилан вернулся в Rundown, где он и его группа в течение нескольких недель работали над его песнями. Где-то в конце апреля к Дилану заглянул опытный продюсер Бампс Блэквелл. Блэквелл был наиболее известен продюсированием самых известных записей Литтла Ричарда, и хотя цель его визита остается неясной, Блэквелл в итоге спродюсировал сессию в тот день, курируя записи "Trouble", "Magic" и "Shot of Love", которые позже были отобраны для альбома. Этот опыт принес Дилану огромное удовлетворение, о чем он позже рассказал в последующих интервью, но Блэквелл не вернулся для дальнейшей работы, возможно, из-за проблем со здоровьем. Чака Плоткина, имевшего опыт работы с Брюсом Спрингстином, в конечном итоге нанял Дилан по предложению подруги, Дебби Голд. Пять сессий были запланированы в студии Clover Плоткина, начиная с 27 апреля и заканчивая 1 мая, и работа продолжалась над такими песнями, как "Property of Jesus", "Watered Down Love", "Heart of Mine", "Lenny Bruce", "Dead Man, Dead Man", "In the Summertime" и "Every Grain of Sand", все из которых получили пригодные для использования записи, отмеченные для альбома. В Clover также была записана значительно переработанная и переаранжированная версия "Caribbean Wind", но Дилан снова был разочарован результатом; она была отложена на неопределенный срок. 12 мая Дилан и Плоткин составили предварительную версию *Shot of Love*, но после прослушивания на следующий день Дилан решил исключить "Angelina" и "Magic" из финальной последовательности. Оставшиеся девять песен были сохранены, но Дилан решил перезаписать несколько из них. В конечном итоге для финальной последовательности были использованы три перезаписи: "Trouble", "Dead Man, Dead Man" и "Heart of Mine", все из которых были записаны через два-три дня после утверждения предварительной последовательности. Процесс сведения оказался довольно напряженным, поскольку у Плоткина и Дилана были разные взгляды на то, как смешивать песни. Плоткин сделал множество прототипов сведений, каждый из которых доставлял Дилану на Rundown Studios на кассете. Большинство, если не все из них, были отклонены. "Чак [хотел] получить хорошее сведение в конце каждой песни, – вспоминает Джим Келтнер, – а Бобу это не нравилось. Большинство того, что вы слышите на альбоме *Shot of Love*, оказывается, это сведение с мониторов". Плоткин еще месяц занимался сведением и добавлением эффектов к девяти песням, отобранным для *Shot of Love*. Сведение было окончательно завершено 7 июня, а добавление эффектов продолжалось до 16 июня.
Песни
В отличие от предыдущего студийного альбома Дилана *Saved*, *Shot of Love* включал в себя больше светского материала, наряду с откровенно религиозными и евангелистскими песнями. Заглавный трек *Shot of Love* содержит несколько духовных отсылок, одновременно обличая злоупотребление веществами. «Цель музыки – возвышать и вдохновлять дух», – сказал Дилан в интервью NME в 1983 году. «Тем, кто хочет знать, где сейчас Боб Дилан, стоит послушать *Shot of Love*. Это моя самая совершенная песня. Она определяет, где я нахожусь духовно, музыкально, романтически и во всём остальном. Она показывает, на чьей я стороне. Всё это есть в этой одной песне». Продюсером выступил Бампс Блэквелл, и это единственная работа Блэквелла, представленная на *Shot of Love*. Второй трек на *Shot of Love* снова балансирует где-то между светским и религиозным. Лёгкий, но задорный номер в стиле текс-мекс, «Heart of Mine» – это песня о любви, первая у Дилана за несколько лет, но она основана на Иеремии 17:9: «Сердце лукаво превыше всего и неизмеримо зло; кто познает его?». Вместо того чтобы петь о человеке, который его интересует, рассказчик обращается к своему «сердцу», пытаясь обуздать собственные порывы и эмоции из страха быть раненым. Более ранняя запись уже была выбрана для использования, когда Дилан решил перезаписать «Heart of Mine» с Ронни Вудом и Ринго Старром. В интервью 1984 года Дилан признался, что «Heart of Mine» была «сделана разными способами, но я по какой-то причине выбрал особенно фанковую версию – и она довольно разрозненная. Она не так хороша, как другие версии, но я выбрал её, потому что на ней играли Ринго и Ронни Вуд, и мы записали её примерно за десять минут». В сборнике *Biograph* включена живая версия, записанная в августе 1981 года. Оригинальная версия «Heart of Mine» остаётся доступной только на бутлегах. Продолжая евангелистский настрой *Slow Train Coming* и *Saved*, «Property of Jesus» – ещё одна резкая песня Дилана, на этот раз направленная против неверующих, которые насмехаются над верующими христианами. Четвёртый трек, «Lenny Bruce», посвящён подрывному еврейскому комику с таким же именем. Влиятельный артист, чьё использование провокационного языка привело к знаменитому судебному процессу за непристойность, Брюс умер от передозировки наркотиков в 1966 году. Несмотря на светский тон текста, музыка «укоренена в решительных каденциях фортепианного госпела», по словам музыкального критика Тима Райли. Песня часто воспринимается как странная дань уважения, в ней Брюс изображён как некий мученик, хотя характеристики Брюса были описаны как своеобразные и почти неопределённые. Когда Дэйв Герман спросил, почему, спустя столько лет, Дилан решил написать песню о Ленни Брюсе, он ответил: «Знаете, я понятия не имею! Я написал эту песню за пять минут! Мне показалось немного странным после его смерти, что люди сделали из него героя. При жизни он даже не мог передохнуть. И, конечно, сейчас комедия пошлая, грязная, вульгарная, очень несмешная и глупая, бесцветная и всё такое. Но он делал то же самое много лет назад, и, возможно, некоторые люди не осознают, что был Ленни Брюс, который делал это раньше, и с ним это случилось. Так что эти люди *могут* делать то, что они делают сейчас. Я не знаю». Первый куплет, возможно, можно рассматривать как тонкий укол в адрес последователей Брюса, для которых использование ненормативной лексики – дешёвый «шоковый» приём, в то время как для Брюса это была борьба за свободу слова: «Он был преступником, это точно / Более преступным, чем ты когда-либо был». Когда *Shot of Love* был переиздан на компакт-диске, в последовательность альбома была добавлена песня «The Groom's Still Waiting at the Altar». Записанная во время сессий *Shot of Love*, она изначально была выпущена как сторона «Б» к 45-минутному синглу «Heart of Mine». На протяжении всей песни Дилан поёт о теологическом расколе, который в конечном итоге разделяет рассказчика и женщину, к которой он обращается как к «Клодетт». Термин «жених» используется или подразумевается в Библии и в христианской теологии. В этом контексте Иисус Христос – Жених Церкви, Невесты Христовой. Широко признанная и часто звучавшая на прогрессивном радио, Райли назвал её «щедрым возвращением к медленному, тлеющему вызову, который восстанавливает не только похоть в сердце Дилана, но и силу его голоса». Вместе с «Caribbean Wind» (неизданным треком, о котором речь пойдёт ниже), «The Groom's Still Waiting at the Altar» ознаменовала драматическое изменение лирического направления, которому Дилан последовал бы в своём следующем альбоме *Infidels*. «Watered Down Love» – это версия Диланом 1 Коринфянам 13, описывающая «чистую любовь» и сожалеющая о том, что чистой любви не хотят многие люди. Регги-окрашенная «Dead Man, Dead Man» – ещё одна евангелистская песня. Как пишет Грейл Маркус в Salon.com, это «учебное предупреждение против дьявола, если читать её как текст; если слушать, то это игра в покер, и певец выигрывает». Но на самом деле тема песни – Римлянам 7:24: «О, несчастный я человек! кто избавит меня от тела смерти сего?», и «мёртвый человек», к которому обращается Дилан, – это он сам, признающий свою моральную несостоятельность и высмеивающий свою внешность: «Сатана держит тебя за пятку / В твоих волосах птичье гнездо». Основанная на ностальгических воспоминаниях, «In the Summertime» – одна из самых расслабленных и оптимистичных песен на альбоме. Пол Нельсон из Rolling Stone отметил, что в «In the Summertime» «прекрасное ощущение, и игра Дилана на губной гармошке висит в воздухе, как аромат мимозы». «Trouble» – это квинтэссенциальная блюзовая песня о том, как испытания неотъемлемы от человеческого существования. В последние годы некоторые критики стали больше ценить *Shot of Love*, в то время как другие продолжают пренебрегать им. Если и есть какой-то критический консенсус, то он заключается в заключительном треке. Отмеченная неземным качеством, которого нет больше нигде на *Shot of Love*, «Every Grain of Sand» – одна из самых известных записей Дилана. В этой песне Дилан размышляет о дилемме: были ли его разочарования, искушения, неудачи и триумфы результатом его собственных действий или предопределены Божьей спасительной рукой («Я прошёл от лохмотьев к богатству в печалях ночи / В жестокости летнего сна / В холоде зимнего света» и «Я слышу древние шаги, как движение моря / Иногда я оборачиваюсь, и там кто-то есть; иногда там только я»). «Возможно, это его самая возвышенная работа на сегодняшний день», – пишет Клинтон Хейлин, «суммирование ряда попыток выразить, что означало для него лично обещание искупления. Одна из его самых личных песен также остаётся одной из самых универсальных. Описывая «время моего признания / час моей глубочайшей нужды», песня знаменует собой завершение его евангелистского периода как автора песен, что её положение в конце *Shot of Love* косвенно подтверждает». Пол Нельсон назвал её «'Chimes of Freedom' и 'Mr. Tambourine Man' христианского периода Боба Дилана – в ней есть уверенность и сила во всём. А также уязвимость – игра Дилана на губной гармошке, его своеобразная игра, превратилась в архетип, который пронзает сердце и увлажняет глаза. И, наконец, текст не разочаровывает. Христианство художника ощущается и понятно – на мгновение он касается тебя, и врата рая растворяются в универсальности, которая не имеет ничего общего с большей частью альбома». Тим Райли описал «Every Grain of Sand» как «молитву, которая находится в той же интуитивной зоне, что и «Blowin' in the Wind» – кажется, что это гимн, передаваемый из поколения в поколение». Рок-критик Майло Майлс написал: «Это единственная песня Дилана за десять лет, в которой он более красноречиво, чем кто-либо другой, исследует поп-культурный парадокс (что легендарные звёзды, в частности, должны верить в идеалы, превышающие их самих)». Когда Брюс Спрингстин включил Дилана в Зал славы рок-н-ролла 20 января 1988 года, он также упомянул «Every Grain of Sand» как пример его лучших работ.
Отклик
Ряд критиков уже отвернулись от Дилана из-за религиозной направленности его двух предыдущих альбомов, но реакция на "Shot of Love" была особенно резкой. Несмотря на высокую оценку песни "Every Grain of Sand", Пол Нельсон из Rolling Stone подверг остальную часть альбома жесткой критике. Ник Кент из New Musical Express назвал его "худшим альбомом Дилана на сегодняшний день". Несмотря на активные гастроли по Европе и Северной Америке (в ходе которых было исполнено все, кроме двух песен), продажи "Shot of Love" оказались ниже ожиданий CBS. Тем не менее, в интервью 1983 года Дилан назвал "Shot of Love" одним из своих любимых альбомов. Религия по-прежнему занимала важное место в творчестве Дилана, но к концу 1981 года его религиозные песни уступили место более светским композициям. Летом 1981 года на концертах он исполнял кавер-версии песен Дэйва Мейсона "We Just Disagree" и Диона "Abraham, Martin & John". Некоторые поклонники восприняли последнюю как завуалированную оду Джону Леннону, убитому предыдущей зимой, однако большинство выступлений Дилана с этой песней состоялось в месяц, предшествовавший смерти Леннона, и она регулярно звучала в ноябре-декабре 1980 года во время американского турне. Клинтон Хейлин отмечает: "Дилан явно подходил к концу этого пути". 1982 год начался с личной трагедии: близкий друг Дилана, Говард Алк, который недавно сделал неофициальную фотографию для задней обложки "Shot of Love", на которой Дилан любуется розой, был найден мертвым в студии Rundown в первый день Нового года. Коронер заключил, что причиной смерти стала передозировка героина. Как сообщает Хейлин, "в последние месяцы скончались гитарист Майкл Блумфилд и христианский музыкант Кит Грин", все они работали с Диланом, но смерть Алка ознаменовала конец целой эпохи. Дилан вскоре распустил свой постоянный состав и вновь отправился в турне только в 1984 году. Спустя некоторое время после июня 1982 года Дилан закрыл студию Rundown Studios. "Shot of Love" стал последним альбомом, выпущенным по контракту с CBS, подписанному в 1978 году, но, несмотря на снижение коммерческого успеха, в июле 1982 года Дилан подписал новый контракт (на пять лет и пять альбомов). Большая часть 1982 года прошла относительно спокойно с точки зрения музыкальной деятельности. Был записан альбом дуэтов с его возлюбленной Клайди Кинг на студии Gold Star Studios, но он так и не был выпущен. Дилан тогда объяснил, что "он не вписывается ни в одну категорию, с которой [CBS] умеет работать". Однако все было готово к созданию следующего альбома. В отличие от работы над "Shot of Love", его новые песни не планировалось представлять публике на концертах. Завершая новые композиции в уединении, Дилан много времени проводил в Миннеаполисе, общаясь со своим старшим сыном Джесси, которому было 16 лет; он часто посещал выступления групп новой волны и панк-рок исполнителей, таких как The Clash, Elvis Costello, Squeeze и X.