Джон Констебл: Жизнь и творчество английского художника.

Введение

Английский художник (1776–1837)

Джон Констебл (John Constable, 11 июня 1776 – 31 марта 1837) – английский пейзажист, работавший в традиции романтизма. Родился в Саффолке и известен прежде всего тем, что совершил революцию в жанре пейзажной живописи своими картинами, изображающими Дедхэм-Вейл – местность вокруг его дома, ныне известную как "Констебл-Кантри", – к которой он испытывал глубокую привязанность. "Я должен лучше всего писать те места, которые мне близки", – писал он своему другу Джону Фишеру в 1821 году, – "живопись – это всего лишь другое слово для чувства". Самые известные картины Констебля включают "Парк Вивенхо" (1816), "Дедхэм-Вейл" (1828) и "Сеновал" (1821). Хотя сегодня его картины одни из самых популярных и ценных в британском искусстве, при жизни он не достиг финансового успеха. Он стал частью художественного истеблишмента после избрания в Королевскую академию художеств в возрасте 52 лет. Его творчество было высоко оценено во Франции, где он продавал больше картин, чем в родной Англии, и вдохновило художников барбизонской школы.

Начало карьеры

Джон Констебл родился в Восточном Бергольте, деревне на реке Стоур в Саффолке, в семье Голдинга и Энн (Уоттс) Констебл. Его отец был состоятельным торговцем зерном, владельцем мельницы Флатфорд в Восточном Бергольте и позднее мельницы Дедхэм в Эссексе. Голдинг Констебл владел небольшим судном, «Телеграф», которое он пришвартовал в Мистли на устье реки Стоур и использовал для перевозки зерна в Лондон. Он был кузеном лондонского торговца чаем Абрама Ньюмана. Хотя Констебл был вторым сыном своих родителей, его старший брат страдал умственной отсталостью, и от Джона ожидали, что он продолжит дело отца. После непродолжительного обучения в школе-интернате в Лавенхэме, он поступил в дневную школу в Дедхэме, Эссекс. Констебл работал в зерновом бизнесе после окончания школы, но его младший брат Абрам в конечном итоге взял на себя управление мельницами. В юности Констебл совершал любительские зарисовки окрестностей Саффолка и Эссекса, которые впоследствии стали основным сюжетом его творчества. Эти пейзажи, по его собственным словам, «сделали меня художником, и я благодарен»; «звук воды, вырывающейся из мельничных плотин и т.п., ивы, старые гнилые доски, слизистые столбы и кирпичная кладка – я люблю такие вещи». Он познакомился с коллекционером Джорджем Бомонтом, который показал ему его гордость – «Агарь и ангела» Клода Лоррена, вдохновившую Констебля. Позже, посещая родственников в Миддлсексе, он познакомился с профессиональным художником Джоном Томасом Смитом, который давал ему советы по живописи, но также советовал остаться в бизнесе отца, а не становиться профессиональным художником. В 1799 году Констебл убедил отца разрешить ему посвятить себя искусству, и Голдинг предоставил ему небольшое пособие. Поступив в Школу Королевской академии в качестве стажера, он посещал занятия по рисованию с натуры и анатомические диссекции, изучал и копировал работы старых мастеров. Среди произведений, которые особенно вдохновляли его в этот период, были картины Томаса Гейнсборо, Клода Лоррена, Питера Пауля Рубенса, Аннибале Карраччи и Якоба ван Рейсдаля. Он также много читал поэзии и проповедей, и впоследствии проявил себя как красноречивый художник. В 1802 году он отказался от должности преподавателя рисования в Военном колледже Грейт-Марлоу (ныне Сандхерст), что, по мнению Бенджамина Уэста (тогдашнего мастера РА), означало бы конец его карьеры. В том же году Констебл написал письмо Джону Данторну, в котором выразил свою решимость стать профессиональным пейзажистом:

«Уже два года я гоняюсь за картинами, ищу истину из вторых рук. Я не стремился изображать природу с тем же благородством духа, с которым начинал, а скорее пытался сделать свои работы похожими на работы других людей. Есть место для художника, рисующего природу. Главный недостаток современности – бравада, попытка сделать что-то, выходящее за рамки истины». Его ранний стиль обладает многими качествами, присущими его зрелым работам, включая свежесть света, цвета и манеры письма, и отражает влияние старых мастеров, которых он изучал, особенно Клода Лоррена. Обычные сюжеты Констебля, сцены из обычной повседневной жизни, были не в моде в эпоху, когда люди искали более романтические образы диких пейзажей и руин. Он иногда совершал поездки в другие места. К 1803 году он выставлял картины в Королевской академии. В апреле он провел почти месяц на борту судна Ост-Индской компании «Кутс», посетив порты юго-восточного побережья, пока оно плыло из Лондона в Дил, прежде чем отправиться в Китай. В 1806 году Констебл совершил двухмесячное путешествие по Озерному краю. Он рассказал своему другу и биографу Чарльзу Лесли, что одиночество гор угнетало его дух, и Лесли написал:

«Его природа была особенно общительной и не могла чувствовать удовлетворения от пейзажа, каким бы величественным он ни был сам по себе, в котором не было много человеческих ассоциаций. Ему нужны были деревни, церкви, фермы и коттеджи». Констебл придерживался распорядка, проводя зиму в Лондоне и рисуя в Восточном Бергольте летом. В 1811 году он впервые посетил Джона Фишера и его семью в Солсбери, город, собор которого и окружающий пейзаж вдохновили его на создание некоторых из его величайших картин. Чтобы свести концы с концами, Констебл занялся портретной живописью, которую он считал скучной, хотя и создал множество прекрасных портретов. Он также писал религиозные картины, но, по словам Джона Уокера, «неспособность Констебля как религиозного художника невозможно переоценить». Другим источником дохода была живопись усадеб. В 1816 году генерал-майор Фрэнсис Слейтер Ребоу заказал ему написать свою усадьбу Уивенхо Парк в Эссексе. Генерал-майор также заказал небольшую картину охотничьего домика на территории поместья Алресфорд-Холл. Констебл использовал деньги от этих заказов для своей свадьбы с Марией Бикнелл.

Поздние годы

Удовольствие Констебля от собственного успеха было омрачено после того, как у его жены появились симптомы туберкулеза. Ее растущая болезнь вынудила Констебля снять жилье для своей семьи в Брайтоне с 1824 по 1828 год. В этот период Констебль делил свое время между Шарлотт-стрит в Лондоне и Брайтоном. Это привело к тому, что Констебль отошел от масштабных пейзажей Стора в пользу морских видов. Он продолжал писать полотна высотой в шесть футов, хотя поначалу сомневался в пригодности Брайтона в качестве сюжета для живописи. В письме Фишеру в 1824 году он писал:

"Величие моря и его (если воспользоваться вашим прекрасным выражением) вечный голос тонут в шуме и теряются в суматохе дилижансов, экипажей, "флаев" и т. д., а пляж – это всего лишь Пикадилли (та его часть, где мы обедали), только у моря".

При жизни Констебль продал всего 20 картин в Англии, но во Франции продал более 20 всего за несколько лет. Несмотря на это, он отклонил все приглашения путешествовать за границу для продвижения своего творчества, написав Фрэнсису Дарби: "Я скорее буду бедным человеком [в Англии], чем богатым за границей."), и под давлением многочисленных незавершенных заказов, он поссорился с Арроуссмитом и лишился своего французского канала сбыта. "Цепной пирс в Брайтоне" была его единственной масштабной шестифутовой картиной, посвященной Брайтону, и она была выставлена в 1827 году. Констебли пробыли в Брайтоне пять лет, чтобы облегчить здоровье Марии, но безрезультатно. Глубоко опечаленный, Констебль написал своему брату Голдингу: "Я ежечасно чувствую потерю моего ушедшего Ангела – только Бог знает, как будут воспитываться мои дети, мир полностью изменился для меня". После этого он одевался в черное и, по словам Лесли, "был жертвой меланхолии и тревожных мыслей". Он в одиночку заботился о своих семи детях до конца своей жизни. Дети были: Джон Чарльз, Мария Луиза, Чарльз Голдинг, Изабель, Эмма, Альфред и Лайонел. Только Чарльз Голдинг Констебль имел потомство. Несколько детей Констебля также занимались живописью, особенно его сын Лайонел. Хотя Лайонел в конечном итоге оставил живопись ради фотографии, несколько его работ находятся в коллекции Института искусств Кларка. Незадолго до смерти Марии умер и ее отец, оставив ей 20 000 фунтов стерлингов. Констебль неудачно вложил эти деньги, оплатив изготовление нескольких мезотинтов с некоторых его пейзажей в преддверии публикации. Он был нерешительным, чуть не поссорился со своим гравером, и когда фолианты были изданы, не смог привлечь достаточное количество подписчиков. Констебль тесно сотрудничал с мезотинтером Дэвидом Лукасом над 40 гравюрами с его пейзажей, одна из которых прошла 13 этапов корректуры, исправленных Констеблем карандашом и краской. Констебль сказал: "Лукас показал меня публике без моих недостатков", но это предприятие не принесло финансового успеха. В этот период его искусство отошло от безмятежности раннего периода к более фрагментированному и выразительному стилю. Он умер в ночь на 31 марта 1837 года, предположительно от сердечной недостаточности, и был похоронен вместе с Марией на кладбище Святого Иоанна при Хэмпстедской церкви в Лондоне. (Его дети Джон Чарльз Констебль и Чарльз Голдинг Констебль также похоронены в этой семейной гробнице.)

Локации

Коттедж Бридж — собственность Национального траста и открыт для посещения публикой. Рядом находятся Флатфордская мельница и коттедж Вилли Лотта (дом, изображенный на картине «Сеновал»), которые используются Советом по полевым исследованиям для проведения курсов. Самая большая коллекция оригинальных картин Констебля за пределами Лондона представлена в особняке Крайстчерч в Ипсвиче. В Сомервиллском колледже Оксфордского университета находится портрет, написанный Констеблем.

Искусство

Констебль тихо восстал против художественной культуры, которая учила художников использовать свое воображение для создания картин, а не саму природу. Он сказал Лесли: "Когда я сажусь за этюд с натуры, первое, что я стараюсь сделать, – это забыть, что когда-либо видел картину". Констебль приписывал свой дар "всему, что лежало на реке Стоур", однако биограф Энтони Бейли считал, что его художественное развитие было обусловлено влиянием состоятельного родственника Томаса Аллена и тех лондонских связей, которые Аллен предоставил Констеблю. Хотя Констебль всю жизнь создавал картины для "завершенного" рынка произведений искусства, предназначенные для меценатов и выставок Королевской академии художеств, постоянное обновление в виде этюдов, написанных на месте, было существенным для его метода работы. Он никогда не был доволен следованием формуле. "Мир велик, – писал он, – не бывает двух одинаковых дней и даже двух одинаковых часов; не бывает двух одинаковых листьев на дереве с момента сотворения мира; и подлинные произведения искусства, как и творения природы, все различны друг от друга". Констебль написал множество полномасштабных предварительных эскизов своих пейзажей, чтобы заранее проверить композицию будущих картин. Эти большие эскизы, с их свободной и энергичной манерой письма, были революционными для своего времени и до сих пор вызывают интерес у художников, ученых и широкой публики. Например, масляные этюды "Прыгающая лошадь" и "Сеновал" передают ту силу и выразительность, которых нет в законченных картинах Констебля на те же сюжеты. Пожалуй, больше, чем любой другой аспект творчества Констебля, масляные этюды показывают, что он был художником-авангардистом, продемонстрировавшим, что пейзажная живопись может пойти совершенно новым путем. Акварели Констебля также были на удивление свободными для своего времени: почти мистический "Стоунхендж" 1835 года с его двойной радугой часто считается одним из величайших акварельных произведений, когда-либо созданных. Помимо полномасштабных эскизов, Констебль выполнил множество этюдов пейзажей и облаков, стремясь к большей научности в фиксации атмосферных явлений. Сила его изобразительных приемов иногда проявлялась даже в полномасштабных картинах, которые он выставлял в Лондоне; например, "Цепной пирс" (1827) побудил критика написать: "Атмосфера обладает характерной влажностью, которая почти вызывает желание достать зонт". Известно, что на него повлияла новаторская работа метеоролога Люка Говарда по классификации облаков; аннотации Констебля к его собственному экземпляру "Исследований об атмосферных явлениях" Томаса Форстера свидетельствуют о его полном знании метеорологической терминологии. "Я много работал над небом", – писал Констебль Фишеру 23 октября 1821 года; "Я полон решимости преодолеть все трудности, и самую сложную из них". Констебль однажды написал Лесли: "Мое скромное и уединенное искусство можно найти под каждой изгородью и на каждой тропинке, и поэтому никто не считает его достойным внимания". Он и представить себе не мог, насколько влиятельными окажутся его честные приемы. Искусство Констебля вдохновило не только современников, таких как Жерико и Делакруа, но и художников Барбизонской школы и французских импрессионистов конца XIX века. В 2019 году два рисунка Констебля были обнаружены среди имущества покойного драматурга и поэта Кристофера Фрая; эти рисунки позже были проданы на аукционе за 60 000 и 32 000 фунтов стерлингов.