Аль-Ихшид: Правитель Египта и Леванта (935-946)

Введение

Правителем Египта и Леванта с 935 по 946 год был Абу Бакр Мухаммед ибн Тугх ибн Джуф ибн Йилтакин ибн Фуран ибн Фури ибн Хакан (8 февраля 882 года – 24 июля 946 года), более известный под титулом аль-Ихшид (الإخشيد) после 939 года. Он был аббасидским военачальником и наместником, ставшим автономным правителем Египта и части Сирии (Леванта) с 935 года до своей смерти в 946 году. Он основал династию Ихшидидов, правившую в регионе до завоевания Фатимидами в 969 году. Сын Тугха ибн Джуффа, генерала тюркского происхождения, служившего как Аббасидам, так и автономным правителям Тулунидов Египта и Сирии, Мухаммед ибн Тугх родился в Багдаде, но вырос в Сирии и получил свой первый военный и административный опыт под началом отца. Его ранняя карьера была бурной: он был заключен в тюрьму вместе с отцом Аббасидами в 905 году, освобожден в 906 году, участвовал в убийстве визиря аль-Аббаса ибн аль-Хасана аль-Джаржараи в 908 году и бежал из Ирака на службу к наместнику Египта Такину аль-Хазари. В конечном итоге он снискал покровительство нескольких влиятельных вельмож Аббасидов, в особенности могущественного главнокомандующего Муниса аль-Музаффара. Благодаря этим связям он был назначен наместником сначала Палестины, а затем Дамаска. В 933 году он был ненадолго назначен наместником Египта, но этот указ был отменен после смерти Муниса, и Ибн Тугх должен был бороться за сохранение даже наместничества в Дамаске. В 935 году он был вновь назначен в Египет, где быстро разгромил вторжение Фатимидов и стабилизировал неспокойную страну. Его правление ознаменовало редкий период внутреннего мира, стабильности и хорошего управления в истории раннего исламского Египта. В 938 году халиф аль-Ради удовлетворил его просьбу о титуле аль-Ихшид, который носили правители его предков из долины Ферганы. С этого момента он стал известен именно под этим титулом. На протяжении всего периода наместничества аль-Ихшид вел конфликты с другими региональными лидерами за контроль над Сирией, без которой Египет был уязвим для вторжения с востока, но, в отличие от многих других египетских правителей, особенно самих Тулунидов, он был готов выжидать и идти на компромисс с соперниками. Хотя первоначально он контролировал всю Сирию, он был вынужден уступить северную половину Ибн Раику между 939 и 942 годами. После убийства Ибн Раика аль-Ихшид вновь установил контроль над северной Сирией, но его оспорили Хамданиды. В 944 году аль-Ихшид встретился с халифом аль-Муттаки в Ракке; халиф бежал туда от различных сильных мира сего, стремившихся похитить его и контролировать халифское правительство в Багдаде. Хотя ему не удалось убедить халифа приехать в Египет, он получил признание наследственного правления над Египтом, Сирией и Хиджазом на тридцать лет. После его отъезда амбициозный принц Хамданидов Сайф аль-Даула захватил Алеппо и северную Сирию осенью 944 года, и хотя был разбит и изгнан из Сирии самим Ибн Тугхом в следующем году, в октябре был заключен договор о разделе региона по линии соглашения с Ибн Раиком. Ибн Тугх умер девять месяцев спустя и был похоронен в Иерусалиме. Он оставил своего сына Унуджура правителем своих владений под опекой могущественного черного евнуха Абу аль-Миск Кафура.

Ruler of Egypt and the Levant from 935 to 946

Abū Bakr Muḥammad ibn Ṭughj ibn Juff ibn Yiltakīn ibn Fūrān ibn Fūrī ibn Khāqān (8 February 882 – 24 July 946), better known by the title al Ikhshīd (الإخشيد) after 939, was an Abbasid commander and governor who became the autonomous ruler of Egypt and parts of Syria (Levant) from 935 until his death in 946. He was the founder of the Ikhshidid dynasty, which ruled the region until the Fatimid conquest of 969. The son of Tughj ibn Juff, a general of Turkic origin who served both the Abbasids and the autonomous Tulunid rulers of Egypt and Syria, Muhammad ibn Tughj was born in Baghdad but grew up in Syria and acquired his first military and administrative experiences at his father's side. He had a turbulent early career: he was imprisoned along with his father by the Abbasids in 905, was released in 906, participated in the murder of the vizier al Abbas ibn al Hasan al Jarjara'i in 908, and fled Iraq to enter the service of the governor of Egypt, Takin al Khazari. Eventually he acquired the patronage of several influential Abbasid magnates, chiefly the powerful commander in chief Mu'nis al Muzaffar. These ties led him to being named governor first of Palestine and then of Damascus. In 933, he was briefly named governor of Egypt, but this order was revoked after the death of Mu'nis, and Ibn Tughj had to fight to preserve even his governorship of Damascus. In 935, he was re appointed to Egypt, where he quickly defeated a Fatimid invasion and stabilized the turbulent country. His reign marks a rare period of domestic peace, stability and good government in the annals of early Islamic Egypt. In 938 Caliph al Radi granted his request for the title of al Ikhshid, which had been borne by the rulers of his ancestral Farghana Valley. It is by this title that he was known thereafter. Throughout his governorship, al Ikhshid was engaged in conflicts with other regional strongmen for control over Syria, without which Egypt was vulnerable to invasion from the east, but unlike many other Egyptian leaders, notably the Tulunids themselves, he was prepared to bide his time and compromise with his rivals. Although he was initially in control of the entirety of Syria, he was forced to cede the northern half to Ibn Ra'iq between 939 and 942. Following Ibn Ra'iq's murder, al Ikhshid reimposed his control over northern Syria, only to have it challenged by the Hamdanids. In 944 al Ikhshid met Caliph al Muttaqi at Raqqa; the caliph had fled there from the various strongmen vying to kidnap him and control the caliphal government in Baghdad. Although unsuccessful in persuading the caliph to come to Egypt, he received recognition of hereditary rule over Egypt, Syria and the Hejaz for thirty years. Following his departure, the ambitious Hamdanid prince Sayf al Dawla seized Aleppo and northern Syria in the autumn of 944, and although defeated and driven out of Syria by Ibn Tughj himself in the next year, a treaty dividing the region along the lines of the agreement with Ibn Ra'iq was concluded in October. Ibn Tughj died nine months later, and was buried in Jerusalem. He left his son Unujur as ruler of his domains, under the tutelage of the powerful black eunuch Abu al Misk Kafur.

История и ранние годы

Согласно биографическому словарю, составленному Ибн Халликаном, Мухаммад ибн Тугх родился в Багдаде 8 февраля 882 года на улице, ведущей к воротам Куфы. Его семья была тюркского происхождения из долины Фарханы в Трансоксиане и утверждала о своем царском происхождении; имя его предка, "Хакан", является тюркским царским титулом. Дед Мухаммада, Джуф, покинул Фархану, чтобы поступить на военную службу ко двору Аббасидов в Самарре, как и отец Ибн Тулуна, основателя династии Тулунидов. Джуф и его сын, отец Мухаммада, Тугх, оба служили Аббасидам, но Тугх позже поступил на службу к Тулунидам, которые с 868 года стали автономными правителями Египта и Сирии. Тугх служил Тулунидам в качестве губернатора Тивериады (столицы округа Иордания), Алеппо (столицы округа Киннасрин) и Дамаска (столицы одноименного округа). Он сыграл важную роль в отражении атаки карматидов на Дамаск в 903 году; хотя и потерпел поражение в битве, он удерживал сам город против карматидов в течение семи месяцев, пока с прибытием подкрепления из Египта карматиды не были отброшены. Таким образом, Мухаммад ибн Тугх провел большую часть своей юности в Тулунидском Леванте рядом с отцом, приобретая свой первый опыт в управлении – он служил заместителем губернатора своего отца в Тивериаде – и в военном деле. После смерти сына Ибн Тулуна, Хумаравая, в 896 году, государство Тулунидов быстро начало разрушаться изнутри и не смогло оказать серьезного сопротивления, когда в 905 году Аббасиды приступили к восстановлению прямого контроля над Сирией и Египтом. Тугх перешел на сторону вторгшихся Аббасидов под командованием Мухаммеда ибн Сулеймана аль-Катиба и в обмен был назначен губернатором Алеппо; сам Мухаммед аль-Катиб вскоре стал жертвой придворных интриг, а Тугх вместе со своими сыновьями Мухаммадом и Убайдом Аллахом был заключен в тюрьму в Багдаде. Тугх умер в тюрьме в 906 году, а братья были освобождены вскоре после этого. Сыновья Тугха участвовали в дворцовом перевороте, в ходе которого пытались свергнуть нового халифа аль-Муктадира (правил в 908–932 гг.) в пользу старшего Ибн аль-Му'таза в декабре 908 года. Хотя попытка провалилась, Мухаммад ибн Тугх и его брат смогли отомстить за свое заключение визирю аль-Аббасу ибн аль-Хасану аль-Джарджараи, которого они убили с помощью Хусейна ибн Хамдана. После провала переворота все трое бежали: Ибн Хамдан вернулся в свою родную Верхнюю Месопотамию, Убайд Аллах бежал на восток к Юсуфу ибн Аби'ль-Саджу, а Мухаммад бежал в Сирию. В Сирии Мухаммад ибн Тугх поступил на службу к налоговому надзорщику местных провинций, Абу'ль-Аббасу аль-Бистаму. Вскоре он последовал за своим новым господином в Египет, и после смерти аль-Бистама в июне 910 года продолжил служить сыну последнего. В конце концов, он привлек внимание местного правителя, Такина аль-Хазари, который послал его управлять землями за рекой Иордан, с резиденцией в Амманe. В 918 году он спас караван паломников, среди которых была одна из фрейлин матери аль-Муктадира, от набега бедуинов, тем самым укрепив свое положение при дворе Аббасидов. Два года спустя Ибн Тугх приобрел влиятельного покровителя, когда он ненадолго служил под началом могущественного главнокомандующего Аббасидов, Муниса аль-Музаффара, который прибыл, чтобы помочь защитить Египет от вторжения Фатимидов. Во время кампании Ибн Тугх командовал лучшими войсками египетской армии. Очевидно, между этими двумя мужчинами установился взаимопонимание, и они поддерживали связь впоследствии. Когда Такин вернулся в Египет в качестве губернатора в 923 году, Ибн Тугх присоединился к нему, но в 928 году они рассорились из-за отказа Такина предоставить Ибн Тугху должность губернатора Александрии. Ибн Тугх бежал из столицы Фустата хитростью и сумел получить назначение губернатором Палестины из Багдада; действующий губернатор, аль-Рашиди, бежал из своей резиденции в Рамле в Дамаск, где и принял управление. Его бегство, по словам историка Джере Л. Бачараха, может указывать на то, что Ибн Тугх командовал значительными военными силами. Три года спустя, в июле 931 года, Мухаммад ибн Тугх был повышен до губернатора Дамаска, а аль-Рашиди вернулся в Рамлу. Оба этих назначения, вероятно, были результатом связей Ибн Тугжа с Мунисом аль-Музаффаром, который в это время находился на пике своей власти и влияния.

According to the biographical dictionary compiled by Ibn Khallikan, Muhammad ibn Tughj was born in Baghdad on 8 February 882, on the street leading to the Kufa Gate. His family was of Turkic origin from the Farghana Valley in Transoxiana, and claimed royal descent; the name of his ancestor, "Khaqan", is a Turkic royal title. Muhammad's grandfather Juff left Farghana to enter military service in the Abbasid court at Samarra, as did the father of Ibn Tulun, the founder of the Tulunid dynasty. Juff and his son, Muhammad's father Tughj, both served the Abbasids, but Tughj later entered the service of the Tulunids, who since 868 had become autonomous rulers of Egypt and Syria. Tughj served the Tulunids as governor of Tiberias (capital of the district of Jordan), Aleppo (the capital of the district of Qinnasrin) and Damascus (capital of the homonymous district). He played a major role in repelling the Qarmatian attack on Damascus in 903; although defeated in battle, he held the city itself against the Qarmatians for seven months until, with the arrival of reinforcements from Egypt, the Qarmatians were driven away. Thus Muhammad ibn Tughj spent a great part of his youth in the Tulunid Levant at his father's side, gaining his first experiences in administration—he served as his father's sub governor of Tiberias—and war. After the death of Ibn Tulun's son Khumarawayh in 896, the Tulunid state quickly began crumbling from within, and failed to put up any serious resistance when the Abbasids moved to re establish direct control over Syria and Egypt in 905. Tughj defected to the invading Abbasids under Muhammad ibn Sulayman al Katib, and was named governor of Aleppo in return; Muhammad al Katib himself fell victim to court intrigues soon after, and Tughj along with his sons Muhammad and Ubayd Allah were imprisoned in Baghdad. Tughj died in prison in 906, and the brothers were freed shortly after. The sons of Tughj participated in the palace coup that tried to depose the new caliph, al Muqtadir (reigned 908–932), in favour of the older Ibn al Mu'tazz in December 908. Although the attempt failed, Muhammad ibn Tughj and his brother were able to avenge themselves for their imprisonment on the vizier al Abbas ibn al Hasan al Jarjara'i, whom they struck down with the aid of Husayn ibn Hamdan. After the coup's failure, the three fled: Ibn Hamdan returned to his native Upper Mesopotamia and Ubayd Allah fled east to Yusuf ibn Abi'l Saj, while Muhammad fled to Syria. In Syria, Muhammad ibn Tughj joined the service of the tax supervisor of the local provinces, Abu'l Abbas al Bistam. He soon followed his new master to Egypt, and after al Bistam's death in June 910 he continued serving the latter's son. Eventually, he gained the attention of the local governor, Takin al Khazari, who sent him to govern the lands beyond the Jordan River, with his seat at Amman. In 918, he rescued a hajj caravan, among which was one of the ladies in waiting of al Muqtadir's mother, from Bedouin raiders, thereby improving his standing at the Abbasid court. Two years later, Ibn Tughj gained an influential patron when he briefly served under the powerful Abbasid commander in chief Mu'nis al Muzaffar, when he came to help defend Egypt from a Fatimid invasion. During the campaign, Ibn Tughj commanded the finest troops of the Egyptian army. The two men evidently established a rapport, and remained in contact thereafter. When Takin returned to Egypt as governor in 923, Ibn Tughj joined him there, but the two men fell out in 928 over Takin's refusal to give Ibn Tughj the post of governor of Alexandria. Ibn Tughj escaped the capital Fustat by a ruse, and managed to obtain for himself an appointment as governor of Palestine from Baghdad; the incumbent, al Rashidi, fled the governor's seat at Ramla for Damascus, whose governorship he assumed. His flight, according to historian Jere L. Bacharach, may indicate that Ibn Tughj commanded a significant military force. Three years later, in July 931, Muhammad ibn Tughj was promoted to governor of Damascus, while al Rashidi returned to Ramla. Both these appointments were likely the result of Ibn Tughj's relation with Mu'nis al Muzaffar, who at this time was at the zenith of his power and influence.

Приобретение Египта

Такин умер в марте 933 года, а его сын и назначенный преемник, Мухаммад, не смог утвердить свою власть в Египте. Ибн Тугх был назначен новым наместником в августе, но назначение было отменено через месяц, до того как он смог прибыть в Египет, и на его место был назначен Ахмад ибн Кайгалаг. Время отзыва Ибн Тугжа совпадает с арестом (и последующим убийством) Муниса халифом аль-Кахиром 22 сентября, что позволяет предположить, что назначение Ибн Тугжа, вероятно, также было связано с Мунисом. Тот факт, что аль-Кахир отправил евнуха по имени Бушри заменить Ибн Тугжа в Дамаске после падения Муниса, подтверждает эту точку зрения. Бушри смог взять под контроль наместничество Алеппо (на которое он также был назначен), но Ибн Тугх сопротивлялся его замене, разгромил его и взял в плен. Затем халиф поручил Ахмаду ибн Кайгалагу заставить Ибн Тугжа сдаться, но, хотя Ахмад выступил против Ибн Тугжа, оба избежали прямого столкновения. Вместо этого они встретились и достигли соглашения о взаимной поддержке, сохраняя статус-кво. Ахмад ибн Кайгалаг вскоре оказался неспособен восстановить порядок в все более неспокойном эмирате. К 935 году войска бунтовали из-за невыплаты жалования, а бедуинские набеги возобновились. В то же время сын Такина Мухаммад и фискальный администратор Абу Бакр Мухаммад ибн Али аль-Мадхараи — наследник династии бюрократов, которые управляли финансами эмирата со времен Ибн Тулуна и накопили огромное богатство — подорвали позиции Ахмада ибн Кайгалага и стремились к его должности. Вспыхнула вражда между восточными (Машарика), в основном турецкими солдатами, поддерживавшими Мухаммада ибн Такина, и западными (Магариба), вероятно, берберами и чернокожими африканцами, поддерживавшими Ахмада ибн Кайгалага. Получив поддержку бывшего визиря и генерального инспектора западных провинций аль-Фадла ибн Джа'фара ибн аль-Фурата, чей сын был женат на одной из дочерей Ибн Тугжа, Ибн Тугх был вновь назначен наместником Египта. Не рискуя, Ибн Тугх организовал вторжение в страну по суше и морю. Хотя Ахмад ибн Кайгалаг смог задержать наступление армии, флот Ибн Тугжа захватил Тинис и дельту Нила и двинулся к столице Фустату. Оказавшись в невыгодном положении и потерпев поражение в битве, Ахмад ибн Кайгалаг бежал к Фатимидам. Победитель Мухаммад ибн Тугх вошел в Фустат 26 августа 935 года. Получив контроль над столицей, Ибн Тугх теперь должен был противостоять Фатимидам. Магарибы, отказавшиеся подчиниться Ибн Тугжу, бежали в Александрию, а затем в Барку под предводительством Хабаши ибн Ахмада и пригласили правителя Фатимидов аль-Каима вторгнуться в Египет с их помощью. Фатимидское вторжение имело первоначальный успех: берберы Кутама из армии Фатимидов захватили остров Аль-Равда на Ниле и сожгли его арсенал. Адмиралы Ибн Тугжа Али ибн Бадр и Байкам перешли на сторону Фатимидов, и сама Александрия была захвачена в марте 936 года. Тем не менее, 31 марта брат Ибн Тугжа аль-Хасан разгромил силы Фатимидов возле Александрии, вытеснив их из города и заставив Фатимидов вновь отступить из Египта к своей базе в Барке. Во время кампании Ибн Тугх особенно запретил своим войскам грабить, что, по словам Дж. Л. Бачараха, свидетельствовало о его "дальновидной политике в отношении его пребывания в Египте".

Takin died in March 933, and his son and nominated successor, Muhammad, failed to establish his authority in Egypt. Ibn Tughj was named as the new governor in August but the appointment was revoked a month later before he could reach Egypt, and Ahmad ibn Kayghalagh was appointed in his place. The timing of Ibn Tughj's recall coincides with the arrest (and subsequent murder) of Mu'nis by Caliph al Qahir on 22 September, suggesting that Ibn Tughj's nomination was in all likelihood also due to Mu'nis. The fact that al Qahir sent a eunuch called Bushri to replace Ibn Tughj in Damascus after the fall of Mu'nis reinforces this view. Bushri was able to take over the governorship of Aleppo (to which he also had been appointed), but Ibn Tughj resisted his replacement, and defeated and took him prisoner. The caliph then charged Ahmad ibn Kayghalagh with forcing Ibn Tughj to surrender, but although Ahmad marched against Ibn Tughj, both avoided a direct confrontation. Instead, the two men met and reached an agreement of mutual support, upholding the status quo. Ahmad ibn Kayghalagh soon proved incapable of restoring order to the increasingly turbulent province. By 935, the troops were rioting over lack of pay, and Bedouin raids had recommenced. At the same time, Takin's son Muhammad and the fiscal administrator Abu Bakr Muhammad ibn Ali al Madhara'i—the heir of a dynasty of bureaucrats that had handled the province's finances since the time of Ibn Tulun and amassed enormous wealth—undermined Ahmad ibn Kayghalagh and coveted his position. Infighting broke out among the troops between the Easterners (Mashariqa), chiefly Turkish soldiers, who supported Muhammad ibn Takin, and the Westerners (Maghariba), probably Berbers and Black Africans, who backed Ahmad ibn Kayghalagh. With the support this time of the former vizier and inspector general of the western provinces al Fadl ibn Ja'far ibn al Furat, whose son was married to one of Ibn Tughj's daughters, Ibn Tughj was once more named the governor of Egypt. Taking no chances, Ibn Tughj organized an invasion of the country by land and sea. Although Ahmad ibn Kayghalagh was able to delay the advance of the army, Ibn Tughj's fleet took Tinnis and the Nile Delta and moved on to the capital Fustat. Outmanoeuvred and defeated in battle, Ahmad ibn Kayghalagh fled to the Fatimids. The victorious Muhammad ibn Tughj entered Fustat on 26 August 935. With the capital under his control, Ibn Tughj now had to confront the Fatimids. The Maghariba who refused to submit to Ibn Tughj had fled to Alexandria and then to Barqa under the leadership of Habashi ibn Ahmad, and invited the Fatimid ruler al Qa'im to invade Egypt with their assistance. The Fatimid invasion met with initial success: the Fatimid army's Kutama Berbers captured the island of al Rawda on the Nile and burned its arsenal. Ibn Tughj's admirals Ali ibn Badr and Bajkam defected to the Fatimids, and Alexandria itself was captured in March 936. Nevertheless, on 31 March, Ibn Tughj's brother al Hasan defeated the Fatimid forces near Alexandria, driving them out of the city and forcing the Fatimids to once again retreat from Egypt to their base at Barqa. During the campaign, Ibn Tughj notably prohibited his troops from looting, which, according to J. L. Bacharach, was indicative of his "long term view towards his stay in Egypt".

Правительство Египта

В письме к халифу аль-Ради в 936 году Мухаммад ибн Тугх мог представить убедительный отчет: вторжение Фатимидов было разгромлено, и были предприняты первые шаги по улучшению финансового положения в провинции. Халиф утвердил его в должности и послал почетные одежды. Как пишет Хью Н. Кеннеди, «в некотором роде угроза со стороны Фатимидов фактически помогла Ибн Тугджу», поскольку, пока он поддерживал Аббасидов, «халифы были готовы одобрить его правление в обмен на это». Его положение при дворе Аббасидов было достаточно высоким, чтобы в 938 году он попросил почетный титул (лакаб) аль-Ихшида, изначально принадлежавший правителям его родной земли, Фарханы. Халиф аль-Ради удовлетворил его просьбу, хотя официальное утверждение было отложено до июля 939 года. Получив официальное подтверждение, Ибн Тугх потребовал, чтобы отныне к нему обращались исключительно по новому титулу. О внутренней политике аль-Ихшида известно очень мало. Тем не менее, отсутствие упоминаний в источниках о внутренних беспорядках во время его правления – за исключением незначительного шиитского восстания в 942 году, которое было быстро подавлено – резко контрастирует с обычным рассказом о набегах бедуинов, городских волнениях из-за высоких цен или военных и династических мятежах и интригах, и свидетельствует о том, что ему удалось восстановить внутреннее спокойствие и упорядоченное управление в Египте. Согласно биографическому словарю Ибн Халликана, он был «решительным правителем, проявлявшим дальновидность в войне и заботящимся о благосостоянии своей державы; он относился с уважением к военному сословию и управлял умело и справедливо». Его потенциальные соперники Мухаммад ибн Такин и аль-Мадхараи были быстро переманены на свою сторону и включены в новую администрацию. Последний безуспешно пытался сопротивляться захвату власти аль-Ихшидом, поскольку его войска немедленно перешли на сторону противника, и был первоначально заключен в тюрьму аль-Ихшидом, но освобожден в 939 году. Вскоре он восстановил свой статус и влияние и ненадолго стал регентом сына и наследника аль-Ихшида, Унуджура, в 946 году, прежде чем был свергнут и заключен в тюрьму на год. После этого, и до своей смерти в 957 году, он отошел от дел и жил в частной жизни. Как и Тулуниды до него, аль-Ихшид также уделял особое внимание созданию собственной значительной армии, включавшей тюркских и черноафриканских солдат-рабов.

Writing to Caliph al Radi in 936, Muhammad ibn Tughj could present a commendable record: the Fatimid invasion was defeated and first measures for improving the financial situation in the province had been undertaken. The caliph confirmed him in his post and sent robes of honour. As Hugh N. Kennedy writes, "in some ways the Fatimid threat actually helped Ibn Tughj" since, as long as he supported the Abbasids, "the caliphs were prepared to give their approval to his rule in return". His standing in the Abbasid court was sufficient for him to ask in 938 for the honorific title (laqab) of al Ikhshid, originally held by the kings of his ancestral homeland Farghana. Caliph al Radi granted the request, although formal approval was delayed until July 939. After receiving official confirmation, Ibn Tughj required that he be henceforth addressed solely by his new title. Very little is known about al Ikhshid's domestic policies. Nevertheless, the silence of the sources about domestic troubles during his reign—apart from a minor Shi'ite revolt in 942, which was swiftly suppressed—stands in stark contrast to the usual narrative of Bedouin raids, urban riots over high prices, or military and dynastic revolts and intrigues, and indicates that he was successful in restoring internal tranquillity and orderly government in Egypt. According to the biographical dictionary of Ibn Khallikan, he was "a resolute prince, displaying great foresight in war, and a close attention to the prosperity of his empire; he treated the military class with honour and governed with ability and justice". His potential rivals Muhammad ibn Takin and al Madhara'i were quickly won over and incorporated in the new administration. The latter had tried to resist al Ikhshid's takeover in vain, as his troops had immediately defected, and was initially imprisoned by al Ikhshid, only to be released in 939. He soon recovered his status and influence, and briefly served as regent of al Ikhshid's son and heir, Unujur in 946, before being overthrown and imprisoned for a year. Thereafter, and until his death in 957, he retired into private life. Like the Tulunids before him, al Ikhshid also took particular care to build up a considerable military force of his own, including Turkic and Black African slave soldiers.

Внешняя политика и борьба за Сирию

Как командующий и правитель Египта, аль-Ихшид был терпеливым и осторожным человеком. Он достигал своих целей не только силой, но и дипломатией и связями с влиятельными лицами в багдадском режиме, при этом даже в таких случаях стремился избегать прямого военного столкновения, когда это было возможно. Его конфликт с Ахмадом ибн Кайгалагом был показателен для его подхода: вместо прямого сражения перемирие между ними дало аль-Ихшиду время для оценки ситуации в Египте, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Хотя он и следовал по стопам Ибн Тулуна, его амбиции были более скромными, а цели – более практичными, что особенно проявилось в его политике в отношении Сирии и остальной части Халифата. Исторически, контроль над Сирией, и в особенности Палестиной, был внешней политической целью для многих египетских правителей, чтобы перекрыть наиболее вероятный маршрут вторжения в страну. Ибн Тулун до него и Саладин после аль-Ихшида – типичные примеры египетских правителей, которые большую часть своего правления посвятили обеспечению контроля над Сирией, используя Египет преимущественно как источник доходов и ресурсов для достижения этой цели. Аль-Ихшид отличался от них; Бачарах описывает его как «осторожного, консервативного реалиста». Его цели были ограничены, но четко определены: его главной заботой был сам Египет и установление его семьи в качестве наследственной династии, в то время как Сирия оставалась второстепенной задачей. В отличие от других могущественных военачальников того времени, он не намеревался участвовать в борьбе за контроль над Багдадом и халифским правительством через всесильный пост эмира аль-Умара; более того, когда халиф аль-Мустакфи предложил ему эту должность, он отказался.

Конфликт с Ибн Раиком

После изгнания Фатимидов из Египта аль-Ихшид приказал своим войскам оккупировать всю Сирию до Алеппо, заключив союз, как и Ибн Тулун, с местным племенем Бану Килаб, чтобы укрепить свою власть над северной Сирией. Как губернатор Сирии, его полномочия распространялись на пограничные земли (тугур) с Византийской империей в Киликии. Так, в 936/7 или 937/8 (скорее всего, осенью 937 года) он получил посольство от византийского императора Романа I Лекапеня с предложением организовать обмен пленными. Хотя это было осуществлено от имени халифа аль-Ради, это являлось особой честью и неявным признанием автономии аль-Ихшида, поскольку переписка и переговоры по подобным вопросам обычно велись с халифом, а не с провинциальными наместниками. Обмен состоялся осенью 938 года и привел к освобождению 6300 мусульман в обмен на эквивалентное число византийских пленных. Поскольку византийцы удерживали на 800 пленных больше, чем мусульмане, их пришлось выкупить и постепенно освобождать в течение следующих шести месяцев. В то время как эмир аль-умара Ибн Раик находился у власти в Багдаде (936–938), а его старый друг аль-Фадл ибн Джаафар ибн аль-Фураат занимал должность визиря при аль-Ихшиде, отношения с Багдадом были благожелательными. Однако после того, как Ибн Раика сменил тюрк Баджкам, Ибн Раик получил от халифа назначение на должность губернатора Сирии и в 939 году двинулся на запад, чтобы отвоевать ее у войск аль-Ихшида. Назначение Ибн Раика возмутило аль-Ихшида, который послал посланника в Багдад для выяснения ситуации. Там Баджкам сообщил ему, что халиф может назначить кого угодно, но в конечном итоге это не имеет значения: военная сила определит, кто будет губернатором Сирии и даже Египта, а не назначение от имени формального халифа. Если Ибн Раик или аль-Ихшид одержат победу в конфликте, то вскоре последует халифское подтверждение. Аль-Ихшид был еще более разгневан ответом и, по слухам, даже угрожал отдать одну из своих дочерей фатимидскому халифу аль-Каиму и начать чеканить монеты и читать пятничную молитву в его имя, а не в имя аббасидского халифа, пока аббасиды официально не подтвердят его положение. Фатимиды были заняты восстанием Абу Язида и не могли оказать никакой помощи. Из Ракки войска Ибн Раика быстро захватили округа северной Сирии, где губернатором был брат аль-Ихшида Убайд Аллах, в то время как египетские войска отступили на юг. К октябрю или ноябрю войска Ибн Раика достигли Рамлы и двинулись в Синай. Аль-Ихшид повел свою армию против Ибн Раика, но после короткого столкновения у аль-Фарамы они пришли к соглашению, разделив Сирию между собой: территории от Рамлы на юг перешли под контроль аль-Ихшида, а территории на севере – под контроль Ибн Раика. Однако в мае или июне 940 года аль-Ихшид узнал, что Ибн Раик снова двинулся против Рамлы. Вновь правитель Египта повел свою армию в бой. Хотя он потерпел поражение у аль-Ариша, аль-Ихшид смог быстро собрать свои войска и устроить засаду Ибн Раику, не позволив ему войти в Египет и вынудив его отступить обратно в Дамаск. Аль-Ихшид послал своего брата Абу Насра аль-Хусейна с другой армией против Ибн Раика, но тот был разбит и убит в Ладжжуне. Несмотря на победу, Ибн Раик предпочел мир: он оказал Абу Насру почетные похороны и отправил своего сына Музахима в качестве посланника в Египет. Верный своей политической стратегии, аль-Ихшид согласился. Соглашение предусматривало восстановление территориального статус-кво предыдущего года, но аль-Ихшид обязывался выплачивать ежегодную дань в размере 140 000 золотых динаров. Сделка была закреплена браком Музахима с дочерью аль-Ихшида Фатимой.

Following the expulsion of the Fatimids from Egypt, al Ikhshid had his troops occupy all of Syria up to Aleppo, allying himself, as Ibn Tulun had done, with the local tribe of Banu Kilab to strengthen his hold over northern Syria. As governor of Syria, his remit extended to the borderlands (thughur) with the Byzantine Empire in Cilicia. Thus, in 936/7 or 937/8 (most likely in autumn 937) he received an embassy from the Byzantine emperor, Romanos I Lekapenos , to organize a prisoner exchange. Although carried out in the name of Caliph al Radi, it was a special honour and an implicit recognition of al Ikhshid's autonomy, since correspondence and negotiations for such events were normally directed to the caliph rather than provincial governors. The exchange took place in autumn 938, resulting in the release of 6,300 Muslims for an equivalent number of Byzantine captives. As the Byzantines held 800 more prisoners than the Muslims, these had to be ransomed and were gradually released over the next six months. While the amir al umara Ibn Ra'iq was in power in Baghdad (936–938) with al Ikhshid's old friend al Fadl ibn Ja'far ibn al Furat as vizier, relations with Baghdad were good. Following Ibn Ra'iq's replacement by the Turk Bajkam, however, Ibn Ra'iq received a nomination by the caliph to the governorship of Syria and in 939 marched west to claim it from al Ikhshid's forces. Ibn Ra'iq's appointment enraged al Ikhshid, who sent an envoy to Baghdad to clarify the situation. There Bajkam informed him that the caliph might appoint whomever he chose, but that it ultimately did not matter: it was military strength that would determine who was governor of Syria and even of Egypt, not any appointment by a figurehead caliph. If either Ibn Ra'iq or al Ikhshid emerged victorious from the conflict, caliphal confirmation would soon follow. Al Ikhshid was even more infuriated by the reply, and reportedly for a time even threatened to give one of his daughters to the Fatimid caliph al Qa'im and to have coins minted and the Friday prayer read in his name rather than the Abbasid caliph, until the Abbasids formally reconfirmed his position. The Fatimids themselves were preoccupied with the revolt of Abu Yazid and were unable to offer any assistance. From Raqqa, Ibn Ra'iq's troops swiftly took over the districts of northern Syria, where al Ikhshid's brother Ubayd Allah was governor, while the Egyptian forces retreated south. By October or November, Ibn Ra'iq's men had reached Ramla and moved on into the Sinai. Al Ikhshid led his army against Ibn Ra'iq, but after a short clash at al Farama, the two men came to an understanding, dividing Syria between them: the areas from Ramla to the south would be under al Ikhshid, and the areas to the north under Ibn Ra'iq. In May or June 940, however, al Ikhshid learned that Ibn Ra'iq had once again moved against Ramla. Once more, the Egyptian ruler led his army to battle. Although defeated at al Arish, al Ikhshid was able to quickly rally his troops and ambush Ibn Ra'iq, preventing him from entering Egypt proper and forcing him to retreat back to Damascus. Al Ikhshid sent his brother, Abu Nasr al Husayn, with another army against Ibn Ra'iq, but he was defeated and killed at Lajjun. Despite his victory, Ibn Ra'iq opted for peace: he gave Abu Nasr an honourable burial and sent his son, Muzahim, as envoy to Egypt. True to his political strategy, al Ikhshid accepted. The agreement saw the restoration of the territorial status quo of the previous year, but with al Ikhshid paying an annual tribute of 140,000 gold dinars. The deal was cemented by the marriage of Muzahim with al Ikhshid's daughter Fatima.

Конфликт с Хамданидами

Мир продлился недолго, так как политическая нестабильность в Багдаде продолжалась. В сентябре 941 года Ибн Раик вновь занял должность эмира аль-умара по приглашению халифа аль-Муттаки, но его влияние ослабло. Не сумев остановить наступление другого влиятельного деятеля, Абу'ль-Хусейна аль-Бариди из Басры, Ибн Раик и халиф были вынуждены покинуть Багдад и обратиться за помощью к правителю Мосула из династии Хамданидов. Вскоре после этого Хамданиды организовали убийство Ибн Раика (апрель 942 года) и он был заменен на посту эмира аль-умара человеком с лакабом Насир ад-Даула. Аль-Ихшид воспользовался ситуацией, чтобы вновь занять Сирию, лично возглавив свои войска в июне 942 года и дойдя до Дамаска, прежде чем вернуться в Египет в январе 943 года. Хамданиды также предъявили претензии на Сирию в то же время, однако подробности их походов туда не сохранились в источниках. Положение Насира ад-Даула как эмира аль-умара также оказалось непрочным, и в июне 943 года он был свергнут тюркским военачальником Тузуном. В октябре халиф аль-Муттаки, опасаясь, что Тузун намерен его сместить, бежал из столицы и попросил убежища у Хамданидов. Хотя Насир ад-Даула и его брат Сайф ад-Даула предоставили халифу убежище, они не стали противостоять войскам Тузуна, и в мае 944 года достигли соглашения, согласно которому Хамданиды получили Верхнюю Месопотамию и Северную Сирию в обмен на признание власти Тузуна в Ираке. Насир ад-Даула отправил своего двоюродного брата аль-Хусейна ибн Саида для управления сирийскими провинциями, переданными ему по этому соглашению. Войска аль-Ихшида либо дезертировали, либо отступили, и аль-Хусейн быстро захватил округа Киннасрин и Химс. Тем временем аль-Муттаки с Сайфом ад-Даулой бежали в Ракку, предвидя наступление Тузуна, но халиф стал все больше подозревать Хамданидов и обратился к аль-Ихшиду (возможно, еще зимой 943 года) с просьбой о помощи. Аль-Ихшид немедленно отреагировал, возглавив армию в Сирию. Хамданидские гарнизоны отступили перед ним, и в сентябре 944 года аль-Ихшид достиг Ракки. Не доверяя Хамданидам из-за их отношения к Ибн Раику, он дождался, пока Сайф ад-Даула покинет город, прежде чем войти в него для встречи с халифом. Аль-Ихшид безуспешно пытался убедить аль-Муттаки отправиться с ним в Египет или, по крайней мере, остаться в Ракке, в то время как халиф пытался заставить аль-Ихшида выступить против Тузуна, что аль-Ихшид отверг. Встреча не была полностью бесплодной, поскольку аль-Ихшид добился соглашения, которое практически повторило условия аналогичного договора между Тулунидским Хумарувейхом и халифом аль-Му'тамидом в 886 году. Халиф признал власть аль-Ихшида над Египтом, Сирией (включая тугуры) и Хиджазом (с престижной опекой над двумя священными городами Меккой и Мединой) на тридцать лет, с правом наследственной преемственности для сыновей аль-Ихшида. Аль-Ихшид предвидел это развитие событий еще в прошлом году, когда назначил своего сына Унуджура своим регентом во время своих отсутствий в Египте, хотя Унуджур еще не достиг совершеннолетия и требовал присяги на верность (бай'а). Тем не менее, как заметил Майкл Бретт, приобретенные территории были "смешанным благословением", поскольку священные города подвергались набегам карматидов, а тугуры все больше подвергались угрозе со стороны византийцев, а Алеппо (с Северной Сирией) было желанным для Хамданидов. Вскоре аль-Муттаки был убежден посланниками Тузуна, которые клялись в его верности, вернуться в Ирак, где он был захвачен, ослеплен и свергнут 12 октября и заменен аль-Мустакфи. Аль-Мустакфи подтвердил губернаторство аль-Ихшида, но к этому моменту это был пустой жест. Согласно Ж. Л. Бачараху, хотя историк XIII века Ибн Саид аль-Магриби сообщает, что аль-Ихшид немедленно принял бай'а и прочитал пятничную молитву от имени нового халифа, основываясь на имеющихся нумизматических данных, он, по-видимому, задержал признание как аль-Мустакфи, так и его преемника от Буидов аль-Мути на несколько месяцев, воздержавшись от включения их имен в свою чеканку, что было преднамеренным и явным заявлением о его фактической независимости от Багдада. Эта независимость была признана и другими; современный труд "De Ceremoniis" сообщает, что в переписке византийского двора "эмиру Египта" была присвоена золотая печать стоимостью четыре солида, такая же, как и халифу в Багдаде. После встречи с аль-Муттаки аль-Ихшид вернулся в Египет, оставив поле открытым для честолюбивого Сайфа ад-Даулы. Силы аль-Ихшида, оставленные в Сирии, были относительно слабыми, и лидер Хамданидов, заручившись поддержкой племени Бану Килаб, без труда захватил Алеппо 29 октября 944 года. Затем он начал расширять свой контроль над провинциями Северной Сирии до Химса. Аль-Ихшид отправил армию под командованием евнухов Абу аль-Миска Кафура и Фатика против Хамданидов, но она потерпела поражение недалеко от Хамы и отступила обратно в Египет, оставив Дамаск и Палестину Хамданидам. Аль-Ихшид был вынужден вновь лично возглавить кампанию в апреле 945 года, но одновременно отправил послов Сайфу ад-Дауле с предложением соглашения по образцу соглашения с Ибн Раиком: Хамданидский принц сохранит Северную Сирию, а аль-Ихшид будет выплачивать ему ежегодную дань за владение Палестиной и Дамаском. Сайф ад-Даула отказался и, по сообщениям, даже хвастался, что покорит сам Египет, но аль-Ихшид взял верх: его агентам удалось подкупить нескольких лидеров Хамданидов, и он завоевал доверие жителей Дамаска, которые закрыли свои ворота перед Хамданидами и открыли их для аль-Ихшида. Две армии встретились недалеко от Киннасрина в мае, где Хамданиды потерпели поражение. Сайф ад-Даула бежал в Ракку, оставив свою столицу Алеппо аль-Ихшиду. Тем не менее, в октябре стороны пришли к соглашению, в основном соответствующему более раннему предложению аль-Ихшида: аль-Ихшид признал контроль Хамданидов над Северной Сирией и даже согласился выплачивать ежегодную дань в обмен на отказ Сайфа ад-Даулы от всех претензий на Дамаск. Хамданидский правитель также должен был жениться на одной из дочерей или племянниц аль-Ихшида. Для аль-Ихшида сохранение Алеппо было менее важным, чем Южная Сирия с Дамаском, которая была восточным оплотом Египта. До тех пор, пока они оставались под его контролем, он был более чем готов допустить существование Хамданидского государства на севере. Египетский правитель знал, что ему будет трудно утвердить и поддерживать контроль над Северной Сирией и Киликией, которые традиционно находились под большим влиянием Верхней Месопотамии и Ирака. Отказавшись от своих претензий на эти отдаленные провинции, Египет не только сэкономит на содержании большой армии, но и Хамданидское эмираты выполнит полезную роль буферного государства против вторжений как из Ирака, так и со стороны возрождающейся Византийской империи. Действительно, на протяжении всего правления аль-Ихшида и его преемников отношения с византийцами были довольно дружественными, поскольку отсутствие общей границы и общая враждебность к Фатимидам гарантировали, что интересы двух государств не столкнутся. Несмотря на попытку Сайфа ад-Даулы вновь вторгнуться в Южную Сирию вскоре после смерти аль-Ихшида, согласованная в 945 году граница сохранилась и пережила обе династии, образовав разделительную линию между Сирией, находящейся под влиянием Месопотамии на севере, и южной частью страны, контролируемой Египтом, до тех пор, пока мамлюки не захватили весь регион в 1260 году.

Peace did not last for long, as the political turmoil in Baghdad continued. In September 941, Ibn Ra'iq assumed once more the post of amir al umara at the invitation of Caliph al Muttaqi , but he was not as powerful as before. Unable to stop the advance of another strongman, Abu'l Husayn al Baridi of Basra, both Ibn Ra'iq and the caliph were forced to abandon Baghdad and seek the help of the Hamdanid ruler of Mosul. The latter soon had Ibn Ra'iq assassinated (April 942) and succeeded him as amir al umara with the laqab of Nasir al Dawla. Al Ikhshid used the opportunity to reoccupy Syria for himself, joining his forces in person in June 942, and venturing as far as Damascus, before returning to Egypt in January 943. The Hamdanids also staked claim on Syria at the same time, but the sources do not record details of their expeditions there. Nasir al Dawla's position as amir al umara also proved to be weak, and in June 943 he was ousted by the Turkish general Tuzun. In October, Caliph al Muttaqi, fearing that Tuzun intended to replace him, fled the capital and sought refuge with the Hamdanids. Although Nasir al Dawla and his brother Sayf al Dawla sheltered the caliph, they also did not confront Tuzun's troops, and in May 944 they reached an agreement that gave Upper Mesopotamia and northern Syria to the Hamdanids in exchange for recognizing Tuzun's possession of Iraq. Nasir al Dawla sent his cousin al Husayn ibn Sa'id to take over the Syrian provinces allotted to him in this agreement. The Ikhshidid forces either defected or retreated, and al Husayn swiftly took over the districts of Qinnasrin and Hims. In the meantime, al Muttaqi with Sayf al Dawla had fled to Raqqa before Tuzun's advance, but the caliph grew increasingly suspicious of the Hamdanids, and wrote to al Ikhshid (perhaps as early as the winter of 943), asking for aid. The latter immediately responded by leading an army into Syria. The Hamdanid garrisons withdrew before him, and in September 944, al Ikhshid reached Raqqa. Distrusting the Hamdanids given their treatment of Ibn Ra'iq, he waited until Sayf al Dawla had left the city before entering it to meet the caliph. Al Ikhshid tried without success to persuade al Muttaqi to come with him to Egypt, or at least to stay in Raqqa, while the caliph tried to get al Ikhshid to march against Tuzun, which al Ikhshid refused. The meeting was not entirely fruitless, as al Ikhshid secured an agreement that virtually repeated the terms of a similar treaty between the Tulunid Khumarawayh and Caliph al Mu'tamid in 886. The caliph recognized the authority of al Ikhshid over Egypt, Syria (with the thughur), and the Hejaz (carrying with it the prestigious guardianship of the two holy cities of Mecca and Medina), for a period of thirty years, with the right of hereditary succession for al Ikhshid's sons. This development had already been anticipated by al Ikhshid the previous year, when he named his son Unujur as his regent during his absences from Egypt, although Unujur had not yet come of age, and had required an oath of allegiance (bay'a) to be sworn to him. Nevertheless, as Michael Brett comments, the territories conferred were "mixed blessings", as the holy cities were exposed to Qarmatian raids, while the marches of the thughur were increasingly menaced by the Byzantines, and Aleppo (with northern Syria) was coveted by the Hamdanids. As it happened, al Muttaqi was persuaded by the emissaries of Tuzun, who protested his loyalty, to return to Iraq, only to be seized, blinded and deposed on 12 October and replaced by al Mustakfi. Al Mustakfi reconfirmed al Ikhshid's governorship, but by this point it was an empty gesture. According to J. L. Bacharach, although the 13th century historian Ibn Sa'id al Maghribi reports that al Ikhshid immediately took the bay'a and read the Friday prayer in the new caliph's name, based on the available numismatic evidence, he appears to have delayed recognition of both al Mustakfi and his Buyid installed successor al Muti for several months by refraining from including them in his coinage, in an act that was a deliberate and clear statement of his de facto independence from Baghdad. This independence was also acknowledged by others; the contemporary De Ceremoniis records that in the correspondence of the Byzantine court, the "Emir of Egypt" was accorded a golden seal worth four solidi, the same as the caliph in Baghdad. Following his meeting with al Muttaqi, al Ikhshid returned to Egypt, leaving the field open for the ambitious Sayf al Dawla. The Ikhshidid forces left behind in Syria were relatively weak, and the Hamdanid leader, having gained the support of the Banu Kilab, had little difficulty in capturing Aleppo on 29 October 944. He then began extending his control over the provinces of northern Syria down to Hims. Al Ikhshid sent an army under the eunuchs Abu al Misk Kafur and Fatik against the Hamdanid, but it was defeated near Hama and retreated back to Egypt, abandoning Damascus and Palestine to the Hamdanids. Al Ikhshid was then forced to once again campaign in person in April 945, but at the same time he sent envoys proposing to Sayf al Dawla an agreement along the lines of the one with Ibn Ra'iq: the Hamdanid prince would get to keep northern Syria, while al Ikhshid would pay him an annual tribute for the possession of Palestine and Damascus. Sayf al Dawla refused and reportedly even boasted that he would conquer Egypt itself, but al Ikhshid held the upper hand: his agents managed to bribe several Hamdanid leaders, and he won over the citizens of Damascus, who barred their gates before the Hamdanid and opened them for al Ikhshid. The two armies met near Qinnasrin in May, where the Hamdanids were defeated. Sayf al Dawla fled to Raqqa, leaving his capital Aleppo to be captured by al Ikhshid. Nevertheless, in October the two sides came to an agreement, broadly on the lines of the earlier Ikhshidid proposal: al Ikhshid acknowledged Hamdanid control over northern Syria and even consented to sending an annual tribute in exchange for Sayf al Dawla's renunciation of all claims on Damascus. The Hamdanid ruler was also to marry one of al Ikhshid's daughters or nieces. For al Ikhshid, the maintenance of Aleppo was less important than southern Syria with Damascus, which was Egypt's eastern bulwark. Provided that these remained under his control, he was more than willing to allow the existence of a Hamdanid state in the north. The Egyptian ruler knew that he would have difficulty in asserting and maintaining control over northern Syria and Cilicia, which had traditionally been influenced more by Upper Mesopotamia and Iraq. By abandoning its claims on these distant provinces, not only would Egypt be spared the cost of maintaining a large army there, but the Hamdanid emirate would also fulfil the useful role of a buffer state against incursions from both Iraq and a resurgent Byzantine Empire. Indeed, throughout al Ikhshid's rule, and that of his successors, relations with the Byzantines were quite friendly, as the lack of a common border and the common hostility to the Fatimids guaranteed that the interests of the two states did not clash. Despite Sayf al Dawla's attempt to push again into southern Syria soon after al Ikhshid's death, the border agreed in 945 held, and even outlived both dynasties, forming the dividing line between Mesopotamian influenced northern Syria and the Egyptian controlled southern part of the country until the Mamluks seized the entire region in 1260.

Смерть и наследие

В середине весны 946 года аль-Ихшид отправил послов к византийцам для очередного обмена пленными (который в итоге состоялся под эгидой Сайфа аль-Даула в октябре). В ответ император Константин VII направил посольство под руководством Иоанна Мистика, прибывшее в Дамаск 11 июля. 24 июля 946 года аль-Ихшид скончался в Дамаске; его тело было перевезено для захоронения в Иерусалим, близ Врат Племён Храмовой горы. Наследование его сына Унужура прошло мирно и бесспорно благодаря влиянию могущественного и талантливого главнокомандующего Кафура. Один из множества черноафриканских рабов, завербованных аль-Ихшидом, Кафур оставался первым министром и фактическим правителем Египта на протяжении следующих 22 лет, придя к власти самостоятельно в 966 году и скончавшись два года спустя. Воодушевлённые смертью Кафура, в 969 году Фатимиды вторглись и завоевали Египет, начав новую эпоху в истории страны. Средневековые историки отмечали множество параллелей между аль-Ихшидом и его предшественниками из династии Тулунидов, особенно Хумаравеем. Ибн Саид даже сообщал, что, по мнению египетских астрологов, оба правителя вошли в Египет в один и тот же день года и под влиянием одной и той же звезды в одном и том же восхождении. Однако существовали и важные различия: аль-Ихшиду не хватало “пышности” (по выражению Хью Кеннеди), свойственной Тулунидам. Осторожность и самоограничение аль-Ихшида во внешней политике резко контрастировали с его современниками и другими правителями Египта, предшествовавшими и последовавшими за ним, что принесло ему репутацию крайней осмотрительности, которую современники часто ошибочно принимали за робкость. Его также описывали как менее образованного, чем его предшественник Ибн Тулун. В отличие от Ибн Тулуна, построившего новую столицу в Аль-Каттаи и знаменитую мечеть, аль-Ихшид не был ни покровителем художников и поэтов, ни крупным строителем. По словам историка Тьерри Бьянки, средневековые летописцы описывали его как “вспыльчивого и обжорливого человека, но при этом проницательного и склонного к скупости”, с любовью к роскоши, импортируемой с Востока, особенно к парфюмерии. Его пристрастие к восточным изыскам вскоре распространилось и на высшие классы Фустата, повлияв на стиль и моду местных египетских изделий, которые, в свою очередь, начали их подражать.

In mid spring 946, al Ikhshid sent emissaries to the Byzantines for yet another prisoner exchange (which eventually would take place under Sayf al Dawla's auspices in October). Emperor Constantine VII sent an embassy under John Mystikos in response, which arrived at Damascus on 11 July. On 24 July 946, al Ikhshid died in Damascus; his body was transported for burial in Jerusalem, near the Gate of the Tribes of the Temple Mount. The succession of his son Unujur was peaceful and undisputed, due to the influence of the powerful and talented commander in chief, Kafur. One of the many Black African slaves recruited by al Ikhshid, Kafur remained the paramount minister and virtual ruler of Egypt over the next 22 years, assuming power in his own right in 966 until his death two years later. Encouraged by Kafur's demise, in 969 the Fatimids invaded and conquered Egypt, beginning a new era in the country's history. Medieval historians noted the many parallels between al Ikhshid and his Tulunid predecessors, especially Khumarawayh. Ibn Sa'id even reported that according to Egyptian astrologers, the two men had entered Egypt on the same day of the year and with the same star in the same ascendant. There were important differences, however: al Ikhshid lacked the "flamboyance" (Hugh Kennedy) of the Tulunids. Al Ikhshid's caution and self imposed restraint in his foreign policy objectives also stood in stark contrast with his contemporaries and other rulers of Egypt who preceded and followed him, earning him a reputation of extreme caution, often misinterpreted as timidity by contemporaries. He was also described as less cultivated than his predecessor Ibn Tulun. Unlike Ibn Tulun, who built an entire new capital at al Qatta'i and a famous mosque, al Ikhshid was neither a patron of artists and poets nor a major builder. According to historian Thierry Bianquis, he was described by medieval chroniclers as "a choleric and gluttonous man, yet shrewd and inclined toward avarice", but with a fondness for luxuries imported from the east, and especially perfumes. His love of eastern luxuries soon spread among the upper classes of Fustat as well and influenced the style and fashion of local Egyptian products in turn, which began to imitate them.