Введение
Smith v. Doe, 538 U.S. 84 (2003), было судебным делом в Соединенных Штатах, в котором оспаривалась конституционность ретроактивных требований Закона Аляски о регистрации сексуальных преступников. В соответствии с законом, любой сексуальный преступник должен быть зарегистрирован в Департаменте исправительных учреждений или в местных органах правопорядка в течение одного рабочего дня после въезда в штат. Эта информация передается в Департамент общественной безопасности, который ведет общедоступную базу данных. Отпечатки пальцев, номер социального страхования, ожидаемое изменение адреса и медицинское лечение после совершения преступления остаются конфиденциальными. Имя, псевдонимы, адрес, фотография, описание внешности, номер водительского удостоверения, идентификационные номера транспортных средств, место работы, дата рождения, совершенное преступление, дата и место вынесения приговора, а также срок и условия наказания являются частью общедоступных данных, размещенных в Интернете. Дело Smith v. Doe поставило под сомнение конституционность ретроактивных требований данного закона. Джон Доу I и II были осуждены за нанесение тяжких телесных повреждений до принятия закона и подали иск, утверждая, что закон носит карательный характер и нарушает положение о запрете ретроактивного применения закона (ex post facto) статьи I Конституции США. Окружной суд вынес решение не в пользу Доу, признав закон не карательным. Апелляционный суд поддержал Доу, признав закон карательным и нарушающим принцип запрета ретроактивного применения закона.
Решение Верховного суда
Поскольку закон штата Аляска о регистрации лиц, совершивших сексуальные преступления, не является карательным, его ретроактивное применение не нарушает принцип запрета обратного действия закона в уголовном праве. Вопрос заключается в том, преследовалось ли намерение наложить наказание или провести "гражданское судопроизводство". Если намерением было наказать, дальнейшее разбирательство не требуется. Если же намерением было создание регулирующей системы гражданского, не карательного характера, Суд должен установить, не является ли эта система настолько карательной, что нивелирует заявленное штатом намерение считать ее гражданской. Поскольку Суд обычно исходит из заявленных намерений законодателя, для их отмены и преобразования средства гражданной правовой защиты в уголовное наказание требуются исключительно убедительные доказательства. Суд большинством голосов (6 против 3) постановил, что намерением законодателя было создание гражданской, не карательной программы для защиты населения, а распространение информации о регистрации не является настолько существенным, чтобы считать его приводящим к серьезным последствиям. Судьи, выразившие несогласие, утверждали, что закон носит карательный характер и налагает серьезные ограничения свободы. В своем отдельном мнении судья Стивенс отметил: "Также совершенно очевидно, что эти уникальные последствия осуждения за сексуальное преступление носят карательный характер. Они обладают тремя общими признаками, которые в совокупности отсутствуют в любых гражданских санкциях. Эти санкции (1) представляют собой серьезное лишение свободы правонарушителя, (2) применяются ко всем, кто осужден за соответствующее уголовное преступление, и (3) применяются исключительно к этим преступникам. В отличие от всех дел, на которые ссылался Суд, уголовный приговор по данным законам является одновременно достаточным и необходимым условием для применения санкции".