Судебное разбирательство дел несовершеннолетних правонарушителей

Введение

Суд для рассмотрения дел о правонарушениях несовершеннолетних

Суд по делам несовершеннолетних, также известный как суд юных правонарушителей или детский суд, является трибуналом, обладающим специальными полномочиями для вынесения судебных решений по преступлениям, совершенным детьми, не достигшими возраста совершеннолетия. В большинстве современных правовых систем дети, совершившие преступление, рассматриваются иначе, чем совершеннолетние лица, совершившие то же правонарушение. В индустриально развитых странах существуют разногласия относительно того, следует ли привлекать несовершеннолетних к ответственности как взрослых за тяжкие преступления или рассматривать их отдельно. С 1970-х годов несовершеннолетние все чаще привлекаются к суду как взрослые в ответ на «рост насильственных преступлений среди несовершеннолетних». Юные правонарушители могут по-прежнему не привлекаться к ответственности как взрослые. Тяжкие преступления, такие как убийство или изнасилование, могут преследоваться в суде для взрослых в Англии. Во всем мире Организация Объединенных Наций призывает страны реформировать свои системы в соответствии с моделью, в которой «все общество должно обеспечивать гармоничное развитие подростков», несмотря на деликвентное поведение, которое может вызывать проблемы. Целью было создание более «благоприятной для детей системы правосудия». Несмотря на все изменения, внесенные Организацией Объединенных Наций, правила на практике менее однозначны. Изменения в широком контексте создают проблемы внедрения на местном уровне, а международные преступления, совершенные молодежью, вызывают дополнительные вопросы относительно целесообразности отдельного судопроизводства для несовершеннолетних. Вопросы ювенальной юстиции приобрели глобальную значимость в различных культурных контекстах. По мере развития глобализации в последние столетия вопросы правосудия, особенно касающиеся защиты прав детей в судах по делам несовершеннолетних, вышли на первый план. Глобальная политика в этой области получила более широкое признание, и в общей культуре произошел сдвиг в сторону обращения с несовершеннолетними правонарушителями в соответствии с этой тенденцией. В Соединенных Штатах наблюдается тенденция к принятию более восстановительного подхода, особенно в отношении несовершеннолетних правонарушителей. Канада давно придерживается восстановительной модели и продолжает совершенствовать свою практику, направленную на интеграцию молодых правонарушителей в общество, с акцентом на предотвращение рецидива и содействие их позитивному вкладу в жизнь общества. Аналогичным образом, Австрия запустила инициативы по реализации программ медиации между жертвами и правонарушителями, направленных на восстановительную форму правосудия. Новая Зеландия претерпела значительную системную реструктуризацию, опираясь на давние практики своего коренного населения маори. Их подход подчеркивает решения, ориентированные на семью, направленные на снижение уровня заключения молодежи. Во всем мире наблюдается растущая тенденция использования традиционных ценностей для позитивного влияния на системы судов по делам несовершеннолетних. Иногда несовершеннолетний правонарушитель, первоначально обвиняемый в суде по делам несовершеннолетних, может быть передан в суд для взрослых, что означает, что правонарушитель может быть судим и приговорен так же, как и взрослый.

Juvenile court, also known as young offender's court or children's court, is a tribunal having special authority to pass judgements for crimes committed by children who have not attained the age of majority. In most modern legal systems, children who commit a crime are treated differently from legal adults who have committed the same offense. Industrialized countries differ in whether juveniles should be charged as adults for serious crimes or considered separately. Since the 1970s, minors have been increasingly tried as adults in response to "increases in violent juvenile crime". Young offenders may still not be charged as adults. Serious offenses, such as murder or rape, can be prosecuted through adult court in England. Globally, the United Nations has encouraged nations to reform their systems to fit with a model in which "entire society [must] ensure the harmonious development of adolescence" despite the delinquent behavior that may be causing issues. The hope was to create a more "child friendly justice". Despite all the changes made by the United Nations, the rules in practice are less clear cut. Changes in a broad context cause issues of implementation locally, and international crimes committed by youth are causing additional questions regarding the benefit of separate proceedings for juveniles. Issues of juvenile justice have gained global prominence in various cultural contexts. As globalization has progressed in recent centuries, questions about justice, particularly concerning the protection of children's rights within juvenile courts, have come to the forefront. Global policies on this matter have garnered wider acceptance, and there has been a general cultural shift towards treating child offenders in accordance with this trend. In the United States, there is an observable shift towards embracing a more restorative approach, particularly concerning juvenile offenders. Canada has long embraced a restorative model and continues to enhance its practices aimed at integrating youthful offenders into society, with a focus on preventing recidivism and fostering their positive contribution to communities. Similarly, Austria has launched initiatives to implement victim offender mediation programs, geared towards a restorative form of justice. New Zealand has undergone significant systemic restructuring, drawing from the long standing practices of its indigenous Māori population. Their approach emphasizes family centric solutions aimed at reducing youth incarceration rates. Globally, there is a growing trend of leveraging traditional values to positively influence juvenile court systems. At times, a juvenile offender who is initially charged in juvenile court will be waived to adult court, meaning that the offender may be tried and sentenced in the same manner as an adult.

Отказ от суда для взрослых

Во всех штатах существуют законы, которые позволяют, а иногда и предписывают, привлекать несовершеннолетних правонарушителей к уголовной ответственности или выносить им приговор как взрослым за совершение более тяжких преступлений. В деле *Кент против Соединенных Штатов* (1966) Верховный суд США постановил, что несовершеннолетнему должны быть предоставлены гарантии надлежащей правовой процедуры, в частности, передача дела из суда по делам несовершеннолетних в окружной суд должна осуществляться добровольно и осознанно. В деле *In re Gault* (1967) Верховный суд США установил, что дети, обвиняемые в совершении правонарушений, имеют право на надлежащую правовую процедуру, адвоката и защиту от самообвинения, фактически, права, гарантированные *Мирандой*. Писавший от имени большинства помощник судьи Эб Фортас отметил: «В соответствии с нашей Конституцией, тот факт, что человек является несовершеннолетним, не оправдывает создание фиктивного суда». Однако большинство разбирательств по делам несовершеннолетних проводятся без участия присяжных, поскольку в деле *McKeiver v. Pennsylvania* (1971) было установлено, что несовершеннолетние не обладают в этом отношении такими же правами, как взрослые.

Другие случаи

В некоторых юрисдикциях, помимо дел о правонарушениях, суд по делам несовершеннолетних рассматривает дела, касающиеся опеки над детьми, алиментов и порядка встреч с детьми, а также дела о предполагаемом жестоком обращении или пренебрежении по отношению к детям.

Судебная процедура

Процедуры в судах по делам несовершеннолетних, в отношении несовершеннолетних, обвиняемых в совершении противоправных деяний (деяний, которые являлись бы преступлениями, если бы их совершили взрослые) или правонарушений, связанных с возрастом (правонарушений, которые могут быть совершены только несовершеннолетними, таких как побег из дома, нарушение комендантского часа и пропуски занятий в школе), как правило, менее формальны, чем судебные разбирательства в судах для взрослых. Судебные заседания могут быть закрытыми для публики, а имя несовершеннолетнего правонарушителя может быть исключено из публичных документов.

Обязательное минимальное наказание

Обязательные минимальные сроки лишения свободы стали применяться в системе правосудия по делам несовершеннолетних в конце 1970-х годов в связи с обеспокоенностью тем, что некоторые несовершеннолетние совершают особо тяжкие уголовные преступления. Обязательные минимальные сроки могут назначаться в суде по делам несовершеннолетних за некоторые особо тяжкие преступления, такие как убийство, и применяться к несовершеннолетним так же, как и к взрослым, если дело несовершеннолетнего передано в суд для взрослых. Верховный суд США признал применение обязательных пожизненных сроков к несовершеннолетним преступникам неконституционным.

Китай

В рамках продолжающихся в Китае правовых реформ, направленных на содействие более эффективной и быстрой реинтеграции несовершеннолетних правонарушителей в общество, созданы суды по делам несовершеннолетних с упором на воспитание. Характерной особенностью этих судов является то, что судебные заседания часто проводятся в формате круглого стола, что уменьшает количество посторонних лиц, участвующих в процессе. Это делается для снижения психологического давления чувства вины на несовершеннолетних правонарушителей и облегчения их более гладкой и быстрой реинтеграции в общество.

Юрисдикция

В 23 провинциях Китая, за исключением дел об убийстве, преступления, совершенные лицами младше 16 лет или детьми (если в деле не фигурируют лица старше 16 лет), рассматриваются судами по делам несовершеннолетних. Суды по делам несовершеннолетних также уполномочены выносить решения о наблюдении и защите лиц в возрасте до 18 лет включительно.

Создание судов

Промежуточные народные суды и народные суды в Китае могут учреждать специализированные палаты по уголовным делам несовершеннолетних. В районах, где условия для этого еще не созданы, уголовные дела в отношении несовершеннолетних могут рассматриваться судебной коллегией в составе уголовных палат или рассматриваться назначенными должностными лицами.

Реформа

В своей книге 1997 года "Неважно, как громко я кричу", посвященной судам по делам несовершеннолетних в Лос-Анджелесе, Эдвард Хьюмс обосновал необходимость радикальной реформы системы судов для несовершеннолетних. Он утверждал, что существующая система часто не справляется с эффективной реабилитацией молодых правонарушителей, вместо этого преждевременно направляя их в суды для взрослых или вовсе игнорируя их потребности в должном консультировании, поддержке и ответственности. Статистика показывает, что 57% несовершеннолетних, впервые совершивших правонарушение, больше не совершают преступлений, 27% совершают еще одно или два преступления, а 16% – четыре или более. Критики в Соединенных Штатах выступают против сохранения отдельной судебной системы для молодежи и несовершеннолетних преступников, утверждая, что общественное восприятие юности и подросткового возраста меняется, что требует соответствующих изменений в законодательстве. Современное детство существенно отличается от исторических норм, что заставляет некоторых усомниться в необходимости существования отдельной системы судов для несовершеннолетних и политики снижения возраста ответственности. На глобальном уровне Организация Объединенных Наций возглавила реформы в судах по делам несовершеннолетних и в сфере ювенальной юстиции. Были приняты меры по защите прав детей, особенно в отношении принципов назначения наказаний. Наблюдается сдвиг в сторону менее карательных подходов: Генеральная Ассамблея ООН предложила меры по защите детей и молодежи от жестоких или унижающих достоинство наказаний. Однако многие западные страны подвергаются критике за неэффективное внедрение этих принципов и за отсутствие различий между молодыми и взрослыми правонарушителями в ходе судебных разбирательств и при вынесении приговоров. Организация Объединенных Наций выступает за смягчение наказаний для молодежи и делает акцент на программах общественной поддержки вместо карательных мер. В середине 1900-х годов ООН продвигала концепцию "неформализма", выступая за перенаправление дел и альтернативы формальным уголовным процедурам для несовершеннолетних, чтобы сделать систему правосудия более ориентированной на ребенка. В последнее время модель восстановительного правосудия приобрела популярность как более эффективный способ работы с молодыми правонарушителями и их реинтеграции в общество. Однако реализация восстановительного правосудия сталкивается с трудностями из-за культурных различий и применимости этой модели в различных социальных контекстах. Критики предостерегают от глобального внедрения реформ судов для несовершеннолетних, подчеркивая ограниченность применения универсальных решений в различных социальных условиях. Например, опыт марокканской молодежи и других этнических меньшинств или мигрантских групп в Нидерландах иллюстрирует сложности решения местных социальных проблем с помощью общих, широкомасштабных подходов. Суды по делам несовершеннолетних в Нидерландах, например, делают упор на реабилитацию, но на практике часто проявляют карательные тенденции, усугубляя предвзятость и исключение представителей меньшинств. Это неравенство подчеркивает необходимость учитывать нюансы при внедрении глобальных практик в местные сообщества, поскольку глобализация ювенальной юстиции может непреднамеренно увековечить международное перекладывание ответственности и осложнить вопросы идентичности.

In his 1997 book "No Matter How Loud I Shout," which delves into the Los Angeles Juvenile Courts, Edward Humes made a case for radical reform within juvenile court systems. He contended that the current system often fails to effectively rehabilitate many young offenders, instead sending them to adult court prematurely or neglecting them altogether without adequate counseling, support, or accountability. Statistics show that while 57% of first time juvenile offenders never reoffend, 27% commit one or two more crimes, and 16% commit four or more offenses. Critics in the United States argue against maintaining a separate court system for youths and juvenile delinquents. They argue that societal perceptions of youth and adolescence are evolving, necessitating corresponding changes in the legal system. Childhood today differs significantly from historical norms, prompting some to question the necessity of a distinct juvenile court system and age deferment policies. Globally, the United Nations has spearheaded reforms in juvenile courts and juvenile justice. Measures have been introduced to safeguard children's rights, particularly regarding punishment guidelines. There has been a shift towards less punitive approaches, with the UN General Assembly proposing measures to protect children and young people from harsh or degrading punishment. However, many Western countries have faced criticism for failing to implement these policies effectively or differentiate between youth and adult offenders in legal proceedings or sentencing. The United Nations advocates for less severe punishment for youths and emphasizes community based support programs over punitive measures. In the mid 1900s, the UN promoted "informalism," advocating for diversion and alternatives to formal criminal proceedings for minors, making the justice system more child friendly. More recently, the restorative justice model has gained traction as a more effective means of processing and reintegrating youth offenders into society. However, challenges in implementing restorative justice arise from cultural differences and the model's applicability across diverse social contexts. Critics caution against the global adoption of juvenile court reforms, highlighting the limitations of applying uniform solutions to diverse social contexts. For instance, the experiences of Moroccan youth and other ethnic minorities or migrant groups in the Netherlands illustrate the challenges of addressing local social problems through generic, broad spectrum solutions. Juvenile courts in the Netherlands, for example, emphasize rehabilitation but often exhibit punitive tendencies in practice, exacerbating biases and exclusion for minority groups. This disparity underscores the need for nuanced consideration when implementing global practices in local communities, as globalization of youth justice may inadvertently perpetuate international scapegoating and complicate identity issues.