Введение

Югра или Юхра (древнерусское Югра, Югра) — общее название земель и народов в регионе к востоку от Северных Уральских гор (современная северо-западная Россия), встречающееся в русских летописях XII–XVII веков. В этот период регион был населён хантами (также известными как остяки) и манси (вогулы). В современном контексте слово "Югра" обычно относится к политическому субъекту Российской Федерации, официально именуемому Ханты-Мансийским автономным округом – Югрой, расположенному на землях, исторически известных как Югория. В современном русском языке это слово передаётся как "Югория" (Югория) и используется как поэтический синоним региона. В начале XVI века учёные, такие как Мацей Меховита, отметили сходство между Югрией (латинизированная форма имени) и уграми, древнерусским этнонимом для венгров. Современное название угорской языковой семьи, включающей хантыйский и мансийский языки наряду с венгерским, также было принято, исходя из предположения об общем происхождении этих слов. Однако, хотя лингвистическая связь между угорскими языками хорошо установлена, этимологическая связь между Югрой и уграми остаётся спорной. Андраш Рона-Таш предположил, что название Югрия связано с этническим названием угур в X–XI веках, в то время как венгерский этноним происходит от On Ugur, «десять огуров». Начиная с XVI века, Югра часто считалась прародиной венгров. Современная уральская лингвистика локализует прародину угорской языковой семьи в Юго-Западной Сибири, на краю Евразийской степи.

Югорские княжества и отношения с татарами и русскими

Существует три или четыре известных прото-государства югранских жителей, как хантийских, так и мансийских. Княжество Пелым находилось в бассейне реки Конды и простиралось от устья реки Сосвы вблизи Тавды до Таборы. Крепость пелимских князей была также важным религиозным центром; в ее окрестностях росла священная сибирская лиственница, и даже в XVIII веке люди использовали для повешения шкур принесенных в жертву лошадей на ее ветвях. Рядом со священным деревом находилось кладовое помещение для поклонения с пятью идолами человеческой фигуры, а также меньшие кладовые помещения с высокими столбами и человеческими вершинами вокруг него для хранения приборов для жертвоприношений. Кости жертвенных животных хранились в отдельном здании (Новицкий: 81). Княжество Конда (в основном мансийское) составляло большую полуавтономную часть Пелимского княжества, согласно налоговым реестрам 1628/29 года в нем проживало 257 налогоплательщиков-манси. Сокровища принца Агаи из Конды, который был заключен в тюрьму русскими в 1594 году, дают хорошее представление о богатстве югранских дворян этого периода. В частности, русские конфисковали две серебряные короны, серебряную ложку, серебряный бокал, серебряный спиральный браслет, "драгоценную одежду" и многочисленные шкуры и драгоценные меха (Бахрушин 1955, 2:146). Третьей частью Пелимского княжества была область Табары, в которой в 1628/29 годах проживало 102 взрослых человека. До прихода русских манси в этом регионе были земледельцами и, согласно преданию, Ермак собирал дань в виде зерна (Бахрушин 1955, 2:147). Считается, что югранцы или об-угры торговали со многими странами далеко и широко с самых ранних времен. Эта торговля описывалась в дневниках, приписываемых Абу Хамиду аль Гарнати, арабскому путешественнику XII века: согласно некоторым источникам, Новгород начал военные кампании против югранов, "живущих с самоедами в Стране полуночи", уже в конце первого тысячелетия (Бахрушин 1955, 1:86). В то время русские, вероятно, вступили в контакт с манси, которые все еще жили в Европе, вдоль верхнего течения реки Печора, в окрестностях древнего коми царства Великой Перми. Новгородская хроника повествует о военной кампании под руководством Ядрея Новгородского в 1193 году, которая закончилась уничтожением новгородских войск. В поражении были обвинены некоторые новгородцы, которые, как сообщается, "были в контакте с югранами" (Бахрушин 1955, 1:75). С XIII по XV век Югра должна была платить дань Новгороду. Но налоги могли собираться только с помощью вооруженных сил. Хроника описывает несколько походов, упоминая о сильном сопротивлении югранских князей, которые находили убежище в своих крепостях. После аннексии Устюга Москвой в XIV веке вместо новгородских начались московские походы. В XV веке самым важным русским оплотом в Пермской земле и отправной точкой для всех экспедиций на Восток была епархия, основанная на реке Вым Стефаном Пермским. В 1455 году манси Пелимского начали кампанию под командованием принца Асыки. Москва ответила взаимностью, заключив союз с князем Василием Великим Пермским, который вместе с воинами Вима принял участие в экспедиции в Югру в 1465 году (Бахрушин 1955, 1:76). В русских летописях говорится, что в 1465 году в результате этого налета два незначительных "югорских" князя (Кальпик и Чепик) были вынуждены подчиниться русским и платить дань. Вскоре они были свергнуты. В 1467 году во время второго похода сам князь Асыка был захвачен и доставлен в Вятку (Бахрушин 1955, 2:113). В 1483 году Москва отправила новую экспедицию против князей Югры и Конды, где был захвачен "великий князь" Молдан (Бахрушин 1955, 2:113). В 1499 году Москва направила большие силы против "Югры" (Пелым; во главе с принцем Семеном Курбским), Конды или Коды (во главе с принцем Петром Ушатым) и "Гоголичей", свободных вогулов или манси. 4000-сильная армия, используя упряжки собак и оленей, достигла Ляпинского укрепления хантов, расположенного на одноименной реке (Бахрушин 1955, 1:76–77). В источнике говорится, что в экспедиции было захвачено 40 крепостей и пленено 58 князей хантий и манси. В конце XV века московский великий князь принял почетный титул князя Югры. К XVI веку несколько югранских князей платили дань Сибирскому ханству и участвовали в их военных походах против русских поселенцев, защищаемых казаками и коми, которые изгоняли югранских туземцев из их домов. В ответ ханты и манси Пелимского постоянно направляли контр-кампании на земли Великой Перми. Таким образом, 1581 год вошел в историю как год набега на Кайгород и Чердынь. По российским оценкам, армия манси и их союзников, татар, насчитывала 700 человек (Бахрушин 1955, 1:99; 2:144). Продолжающееся сопротивление приграничным столкновениям привело к организации и финансированию кампании в 1582–84 годах Строгановыми и возглавляемой казачьим атаманом Ермаком Тимофеевичем, которая началась с уничтожения мансийского военного отряда, вторгшегося на территорию русских поселенцев, и завершилась карательной экспедицией против пелимских манси и их союзника, Сибирского хана. В некоторых источниках Алач, принц Коды, фигурирует как важный союзник Сибирского хана Кучума и, как говорят, был награжден одним из ермаковых доспехов, взятых у врага (Бахрушин 1955, 1:114). В 1592 году была предпринята еще одна русская кампания против манси Пелимского. Она завершилась в 1593 году, когда была взята крепость принца Аблегирима Пелимского, принц и его семья были захвачены, а в самом центре крепости был возведен русский форпост. Хотя в следующем году Пелимское княжество потеряло свои земли, лежащие на реке Конда, манси не прекратили сопротивление. В 1599 году они вновь принесли "войну, кражу и предательство" на берега рек Чусовой и Курья и разграбили там русские поселения (Бахрушин, 2:143–144). Тесные связи между югранами и тюркскими татарами демонстрируются также тем фактом, что даже в 1660-х годах идея восстановления Кучумовского ханства все еще была популярна среди хантов Березово (Бахрушин, 2:143–144). Только в середине XVII века Москве удалось покорить Югру. В XVIII веке преемники Пелимского и Кондинского княжеств – князья Василий и Федор – жили в Пелиме. Они русифицировались и выполняли различные обязанности для царского правительства. Однако манси считали их своими правителями. Тот факт, что древняя княжеская семья продолжала править в Конде, подтверждается также царской грамотой 1624 года:

Князья Василий и Федор имеют близких братьев в Большой Конде – наших дающих подати мурз, и ими правятся наши простые вогулы в Большой Конде, братья князя Кондшинского князя получили царскую жалованную грамоту в 1680 году, подтверждающую их дворянское положение. Даже в XVIII веке кондинские князья были известны своей относительной независимостью. Предполагается, что еще в 1715 году князь Сатыга Кондинский и его 600 вооруженных людей предприняли попытку воспрепятствовать христианизации кондинских манси (Новицкий: 98). С 1732 по 1747 год Кондой правил сын Сатыги, князь Осип Григорьев, за которым последовал его сын, князь Влас Осипов. По последним исследованиям Аадо Линтропа, один из правнуков Сатыги, учитель Туринской общинной школы, Александр Сатыгин, претендовал на титул "князя Кондинского" еще в 1842 году.

Венгерский Урьемат

Югра и прилегающие к ней южные территории считаются прародиной венгров (на венгерском – magyar őshaza). Одна из гипотез утверждает, что название «Венгрия» является вариантом названия «Югра» (венгры также были известны во многих языках под названием «угры» и до сих пор известны под этим именем в украинском языке). Венгерский язык также является ближайшим языковым родственником хантийского и мансийского языков. Предполагается, что венгры мигрировали на запад из Югры, первоначально поселившись на западном склоне Уральских гор, в регионе, известном как Магна Венгрия (Великая Югра). Затем они переместились в область Леведия (современная восточная Украина), затем в область Этелькёз (современная западная Украина) и, наконец, достигли Карпатского бассейна в IX веке.