Анри Бергсон: Жизнь и Философия

Введение

Французский философ (1859–1941)

Анри Луи Бергсон (фр. Henri Louis Bergson; 18 октября 1859 – 4 января 1941) – французский философ, оказавший значительное влияние на традиции аналитической и континентальной философии, особенно в первой половине XX века до Второй мировой войны, но также и после 1966 года, когда Жиль Делёз опубликовал труд «Бергсонизм». Бергсон известен своими аргументами о том, что процессы непосредственного опыта и интуиция важнее абстрактного рационализма и науки для понимания реальности. В 1927 году Бергсон был удостоен Нобелевской премии по литературе «в знак признания его богатых и животворящих идей и блестящего мастерства их изложения». В 1930 году Франция наградила его высшей государственной наградой – Большим крестом ордена Почётного легиона. Широкая популярность Бергсона вызвала споры во Франции, где его взгляды рассматривались как противоречащие секулярному и научному подходу, принятому представителями власти республики.

Ранние годы

Бергсон родился в Париже на улице Ламартен, недалеко от Опера Гарнье (старый парижский оперный театр) в 1859 году. Его отец, композитор и пианист Михал Бергсон, происходил из польской еврейской семьи (изначально фамилия звучала как Берексон). Его прабабушка, Темерл Бергсон, была известной меценаткой и благотворительницей польских евреев, особенно тех, кто придерживался хасидизма. У Анри и Луизы Бергсон была дочь Жанна, родившаяся глухой в 1896 году. Сестра Бергсона, Мина Бергсон (также известная как Мойна Мэтерс), вышла замуж за английского оккультиста Сэмюэля Лидделла Макгрегора Мэтерса, одного из основателей Герметического ордена Золотой Зари, и впоследствии супруги переехали в Париж.

Образование и карьера

Бергсон учился в лицее Фонтан (известном как лицей Кондорсе в 1870–1874 и с 1883 года по настоящее время) в Париже с 1868 по 1878 год. Ранее он получил еврейское религиозное образование. Однако между четырнадцати и шестнадцати годами он потерял веру. Согласно Хьюду (1990), этот моральный кризис связан с его открытием теории эволюции, согласно которой человечество имеет общих предков с современными приматами, процесс, который иногда рассматривается как не требующий созидающего божества. В лицее Бергсон получил премию за свои научные работы и еще одну, в 1877 году, когда ему было восемнадцать лет, за решение математической задачи. Его решение было опубликовано в следующем году в журнале Nouvelles Annales de Mathématiques. Это была его первая опубликованная работа. После некоторых колебаний относительно того, должна ли его карьера развиваться в области науки или гуманитарных наук, он склонился к последней, к разочарованию своих учителей. В девятнадцать лет он поступил в Высшую нормальную школу (École Normale Supérieure). В этот период он читал Герберта Спенсера. В 1888 году Бергсон вновь поселился в Париже, и после преподавания в течение нескольких месяцев в муниципальном колледже, известном как Коллеж Роллен, он получил должность в лицее Анри IV, где проработал восемь лет. Там он изучал Дарвина и читал курс его теорий. В 1901 году Академия моральных и политических наук избрала Бергсона своим членом, и он стал членом института. В 1903 году он опубликовал в журнале Revue de métaphysique et de morale важное эссе под названием «Введение в метафизику» (Introduction à la metaphysique), которое полезно в качестве предисловия к изучению его трех основных работ. В этом эссе он подробно изложил свою философскую программу, реализованную в «Творческой эволюции». Его третья крупная работа, «Творческая эволюция», наиболее известная и обсуждаемая из его книг, вышла в свет в 1907 году. Пьер Имбар де ла Тур отметил, что «Творческая эволюция» стала вехой в новом направлении мысли. К 1918 году издательство Alcan выпустило двадцать одно издание, в среднем по два издания в год в течение десяти лет. После выхода этой книги популярность Бергсона резко возросла не только в академических кругах, но и среди широкой публики. К тому времени Бергсон уже провел обширное исследование биологии, включая теорию оплодотворения (как показано в первой главе «Творческой эволюции»), которая появилась лишь недавно, около 1885 года – что было немалым достижением для философа, специализирующегося на истории философии, в частности греческой и римской философии.

Bergson attended the Lycée Fontanes (known as the Lycée Condorcet 1870–1874 and 1883–present) in Paris from 1868 to 1878. He had previously received a Jewish religious education. Between 14 and 16, however, he lost his faith. According to Hude (1990), this moral crisis is tied to his discovery of the theory of evolution, according to which humanity shares a common ancestry with modern primates, a process sometimes construed as not needing a creative deity. While at the lycée, Bergson won a prize for his scientific work and another, in 1877 when he was eighteen, for the solution of a mathematical problem. His solution was published the following year in Nouvelles Annales de Mathématiques. It was his first published work. After some hesitation as to whether his career should lie in the sphere of the sciences or that of the humanities, he decided in favour of the latter, to the dismay of his teachers. When he was nineteen, he entered the École Normale Supérieure. During this period, he read Herbert Spencer. Bergson settled again in Paris in 1888, and after teaching for some months at the municipal college, known as the College Rollin, he received an appointment at the Lycée Henri Quatre, where he remained for eight years. There, he read Darwin, and gave a course on his theories. In 1901, the Académie des sciences morales et politiques elected Bergson as a member, and he became a member of the institute. In 1903 he contributed to the Revue de métaphysique et de morale a very important essay entitled Introduction to Metaphysics (Introduction à la metaphysique), which is useful as a preface to the study of his three large books. He detailed in this essay his philosophical program, realized in the Creative Evolution. His third major work, Creative Evolution, the most widely known and most discussed of his books, appeared in 1907. Pierre Imbart de la Tour remarked that Creative Evolution was a milestone of a new direction in thought. By 1918, Alcan, the publisher, had issued twenty one editions, making an average of two editions per annum for ten years. Following the appearance of this book, Bergson's popularity increased enormously, not only in academic circles but among the general reading public. At that time, Bergson had already made an extensive study of biology including the theory of fecundation (as shown in the first chapter of the Creative Evolution), which had only recently emerged, ca. 1885 – no small feat for a philosopher specializing in the history of philosophy, in particular Greek and Roman philosophy.

Отношения с Джеймсом и прагматизм

Бергсон отправился в Лондон в 1908 году и встретился там с Уильямом Джеймсом, философом из Гарварда, который был старше Бергсона на семнадцать лет и сыграл важную роль в привлечении внимания англо-американской общественности к работе французского профессора. Они стали хорошими друзьями. Впечатление Джеймса о Бергсоне отражено в его письмах от 4 октября 1908 года: «Такой скромный и непритязательный человек, но какой гений в интеллектуальном плане! У меня есть сильное подозрение, что тенденция, которую он обострил, в конечном итоге возобладает, и что нынешняя эпоха станет своего рода поворотным моментом в истории философии». Еще в 1880 году Джеймс опубликовал статью на французском языке в философском журнале La Critique philosophique, издаваемом Ренувье и Пиллоном, под названием Le Sentiment de l'Effort. Четыре года спустя в журнале Mind вышли две его статьи: «Что такое эмоция?» и «Об упущениях интроспективной психологии». Бергсон цитировал эти две статьи в своей работе 1889 года «Время и свободная воля». В последующие годы, в 1890–1891 годах, вышли два тома монументального труда Джеймса «Принципы психологии», в котором он ссылается на патологическое явление, наблюдаемое Бергсоном. Некоторые авторы, учитывая лишь эти даты и упуская из виду тот факт, что исследования Джеймса велись с 1870 года (периодически фиксировавшиеся в различных статьях, кульминацией которых стали «Принципы»), ошибочно датировали идеи Бергсона более ранним периодом, чем идеи Джеймса. Уильям Джеймс приветствовал Бергсона как союзника. В 1903 году он писал: «Я перечитываю книги Бергсона, и ничто из прочитанного за последние годы не возбуждало и не стимулировало мои мысли так сильно. Я уверен, что философия Бергсона имеет великое будущее; она разрушает старые рамки и приводит к решению, из которого могут возникнуть новые кристаллизации». Наиболее значимые отзывы Джеймса о Бергсоне содержатся в Хиббертовских лекциях («Плюралистическая вселенная»), которые Джеймс читал в Манчестерском колледже в Оксфорде вскоре после встречи с Бергсоном в Лондоне. Он отмечает поддержку, которую получил от мысли Бергсона, и упоминает о своей уверенности в том, что он «может опираться на авторитет Бергсона». (Подробнее об оговорках Джеймса относительно Бергсона см. ниже.) Влияние Бергсона побудило Джеймса «отказаться от интеллектуалистического метода и общепринятого представления о том, что логика является адекватным мерилом того, что возможно или невозможно». Он продолжил, что это заставило его «отказаться от логики, окончательно и бесповоротно» как от метода, поскольку он обнаружил, что «реальность, жизнь, опыт, конкретность, непосредственность – называйте это как угодно – превосходит нашу логику, переполняет и окружает ее». Эти замечания, опубликованные в книге Джеймса «Плюралистическая вселенная» в 1909 году, побудили многих английских и американских читателей самостоятельно изучить философию Бергсона, однако английские переводы основных работ Бергсона еще не появились. Тем не менее, Джеймс поощрял и помогал Артуру Митчеллу в подготовке английского перевода «Творческой эволюции». В августе 1910 года Джеймс умер. Если бы он дожил до завершения перевода, он намеревался представить его англоязычной публике в предисловии, выражающем его признательность за труд. В следующем году перевод был завершен, и это привело к еще большему интересу к Бергсону и его творчеству. По совпадению, в том же году (1911) Бергсон написал предисловие объемом в шестнадцать страниц под названием «Правда и реальность» к французскому переводу книги Джеймса «Прагматизм». В нем он выразил сочувственное понимание работы Джеймса, а также высказал некоторые важные оговорки. С 5 по 11 апреля Бергсон принял участие в Четвертом международном конгрессе философов, проходившем в Болонье (Италия), где он выступил с докладом на тему «Философская интуиция». По приглашениям он посетил Англию в мае того же года и неоднократно впоследствии. Эти визиты были тепло встречены. Его выступления предлагали новые перспективы и проясняли многие отрывки из трех его основных работ: «Время и свободная воля», «Материя и память» и «Творческая эволюция». Хотя эти выступления были неизбежно краткими, они развивали и обогащали идеи, изложенные в его книгах, и проясняли для английской аудитории фундаментальные принципы его философии.

Bergson travelled to London in 1908 and met there with William James, the Harvard philosopher who was Bergson's senior by seventeen years, and who was instrumental in calling the attention of the Anglo American public to the work of the French professor. The two became great friends. James's impression of Bergson is given in his Letters under the date of 4 October 1908:

So modest and unpretending a man but such a genius intellectually! I have the strongest suspicions that the tendency which he has brought to a focus, will end by prevailing, and that the present epoch will be a sort of turning point in the history of philosophy. As early as 1880, James had contributed an article in French to the periodical La Critique philosophique, of Renouvier and Pillon, entitled Le Sentiment de l'Effort. Four years later, a couple of articles by him appeared in the journal Mind: "What is an Emotion?" and "On some Omissions of Introspective Psychology". Bergson quoted the first two of these articles in his 1889 work, Time and Free Will. In the following years, 1890–91 appeared the two volumes of James's monumental work, The Principles of Psychology, in which he refers to a pathological phenomenon observed by Bergson. Some writers, taking merely these dates into consideration and overlooking the fact that James's investigations had been proceeding since 1870 (registered from time to time by various articles which culminated in "The Principles"), have mistakenly dated Bergson's ideas as earlier than James's. William James hailed Bergson as an ally. In 1903, he wrote:
I have been re reading Bergson's books, and nothing that I have read for years has so excited and stimulated my thoughts. I am sure that his philosophy has a great future; it breaks through old frameworks and brings things to a solution from which new crystallizations can be reached. The most noteworthy tributes James paid to Bergson come in the Hibbert Lectures (A Pluralistic Universe), which James gave at Manchester College, Oxford, shortly after meeting Bergson in London. He remarks on the encouragement he gained from Bergson's thought, and refers to his confidence in being "able to lean on Bergson's authority". (See further James's reservations about Bergson, below.) The influence of Bergson had led James "to renounce the intellectualist method and the current notion that logic is an adequate measure of what can or cannot be". It had induced him, he continued, "to give up logic, squarely and irrevocably" as a method, for he found that "reality, life, experience, concreteness, immediacy, use what word you will, exceeds our logic, overflows, and surrounds it". These remarks, which appeared in James's book A Pluralistic Universe in 1909, impelled many English and American readers to investigate Bergson's philosophy for themselves, but no English translations of Bergson's major work had yet appeared. James, however, encouraged and assisted Arthur Mitchell in preparing an English translation of Creative Evolution. In August 1910, James died. It was his intention, had he lived to see the translation finished, to introduce it to the English reading public by a prefatory note of appreciation. In the following year, the translation was completed and still greater interest in Bergson and his work was the result. By coincidence, in that same year (1911), Bergson penned a preface of sixteen pages entitled Truth and Reality for the French translation of James's book, Pragmatism. In it, he expressed sympathetic appreciation of James's work, together with certain important reservations. From 5 to 11 April, Bergson attended the Fourth International Congress of Philosophy held at Bologna, in Italy, where he gave an address on "Philosophical Intuition". In response to invitations he visited England in May of that year, and on several subsequent occasions. These visits were well received. His speeches offered new perspectives and elucidated many passages in his three major works: Time and Free Will, Matter and Memory, and Creative Evolution. Although necessarily brief statements, they developed and enriched the ideas in his books and clarified for English audiences the fundamental principles of his philosophy.

Лекции о переменах

В мае 1911 года Бергсон прочитал две лекции под названием «Восприятие изменения» (La perception du changement) в Оксфордском университете. В том же году Clarendon Press опубликовала их на французском языке. Его выступления были краткими и ясными, направляя студентов и широкую публику к его другим, более объемным трудам. Позднее Оксфордский университет присвоил ему степень доктора наук. Через два дня он выступил с Гакслиевской лекцией в Бирмингемском университете, посвященной темам жизни и сознания. Эта лекция впоследствии была опубликована в журнале The Hibbert Journal (октябрь 1911 года) и, после пересмотра, стала первым эссе в сборнике «Духовная энергия» (L'Énergie spirituelle). В октябре он вновь отправился в Англию, где был встречен с энтузиазмом, и прочитал четыре лекции в Университетском колледже Лондона на тему «Природа души» (La Nature de l'Âme). В 1913 году Бергсон посетил Соединенные Штаты Америки по приглашению Колумбийского университета в Нью-Йорке и читал лекции в нескольких американских городах, где его приветствовали многочисленные слушатели. В феврале, в Колумбийском университете, он читал лекции на французском и английском языках, посвященные темам «Духовность и свобода» и «Метод философии». В мае того же года, вновь находясь в Англии, он принял президентство в Британском обществе психических исследований и выступил перед обществом с докладом о «Призраках жизни и психических исследованиях» (Fantômes des vivants et recherche psychique). Тем временем его популярность росла, и его работы начали переводиться на ряд языков: английский, немецкий, итальянский, датский, шведский, венгерский, польский и русский. В 1914 году его соотечественники почтили его избранием членом Французской академии. Он также был избран президентом Академии моральных и политических наук, стал Офицером ордена Почетного легиона и Офицером народного просвещения. Бергсон обрёл учеников самых разных направлений. Во Франции такие движения, как неокатолицизм и модернизм, с одной стороны, и синдикализм, с другой, стремились усвоить и приспособить для своих целей некоторые ключевые идеи его учения. Континентальный орган социалистической и синдикалистской теории, Le Mouvement socialiste, представлял реализм Карла Маркса и Пьера Жозефа Прудона как враждебный всякой интеллектуализации и, следовательно, утверждал, что сторонники марксистского социализма должны приветствовать философию, подобную философии Бергсона. Другие авторы, в своем усердии, утверждали, что мыслитель, занимающий кафедру философии в Коллеж де Франс, и цели Всеобщей конфедерации труда и Рабочих-индустриалистов мира находятся в существенном согласии. В то время как социальные революционеры стремились извлечь максимум пользы из философии Бергсона, многие религиозные лидеры, особенно более либерально настроенные теологи всех конфессий, например, модернисты и неокатолическая партия в его собственной стране, проявляли живой интерес к его трудам, и многие из них находили в его работах поддержку и стимул. Однако Римско-католическая церковь запретила три книги Бергсона по обвинению в пантеизме (то есть в понимании Бога как имманентного своему творению и самого созданного в процессе творения). В 1915 году Александр Рибо сменил его на посту президента Академии моральных и политических наук, после чего Бергсон выступил с речью на тему «Эволюция германского империализма». Тем временем он нашёл время, по просьбе министра народного просвещения, подготовить краткое изложение французской философии. Бергсон много путешествовал и читал лекции в Америке во время войны. Он участвовал в переговорах, приведших к вступлению Соединенных Штатов в войну. Он находился там, когда французская миссия под руководством Рене Вивиани посетила страну в апреле и мае 1917 года, после вступления Америки в конфликт. Книга Вивиани «Французская миссия в Америке» (1917) содержит предисловие Бергсона. В начале 1918 года Французская академия официально приняла Бергсона, когда он занял место среди «Сорока бессмертных» в качестве преемника Эмиля Ольвье (автора исторической работы «Либеральная империя» – L'Empire libéral). В январе в его честь была проведена сессия, на которой он выступил с речью об Ольвье. В годы войны Бергсон видел в конфликте столкновение Разума и Материи, или, скорее, Жизни и Механизма; таким образом, он демонстрировал центральную идею своей философии в действии. Ни одному другому философу не довелось при жизни столь ярко и трагично подвергнуть проверке его философские принципы. Поскольку многие публикации Бергсона во французских периодических изданиях оставались относительно недоступными, он издал их в двух томах. Работа над первым из них началась до начала войны. Окончание военных действий ознаменовалось выходом в свет отложенного тома в 1919 году. Он получил название «Духовная энергия: Эссе и лекции» (переиздан как «Энергия ума» – L'Énergie spirituelle : essais et conférences). Английский защитник философии Бергсона, Уайлдон Карр, подготовил английский перевод под названием «Энергия ума». Том открывается Гакслиевской мемориальной лекцией 1911 года «Жизнь и сознание» в переработанном и расширенном виде под названием «Сознание и жизнь». В нём проявляется растущий интерес Бергсона к социальной этике и идее будущей жизни личного выживания. Включена лекция, прочитанная перед Обществом психических исследований, а также лекция, прочитанная во Франции, «Душа и тело» (L'Âme et le Corps), в которой изложены основные идеи четырех лондонских лекций о душе. Седьмая и последняя статья представляет собой перепечатку знаменитой лекции Бергсона на Конгрессе философии в Женеве в 1904 году «Психофизиологический паралогизм» (Le paralogisme psycho physiologique), которая теперь публикуется под названием «Мозг и мысль: философская иллюзия» (Le cerveau et la pensée : une illusion philosophique). Другие статьи посвящены ложному узнаванию, снам и интеллектуальным усилию. Этот том является весьма желанным изданием и позволяет собрать воедино труды Бергсона о понятии психической силы, а также о его взглядах на «напряжение» и «расслабление» применительно к отношению материи и сознания. В июне 1920 года Кембриджский университет удостоил его степени доктора литературы. Чтобы он мог полностью посвятить себя работе над новым масштабным трудом по этике, религии и социологии, Коллеж де Франс освободил Бергсона от обязанностей, связанных с кафедрой современной философии. Он сохранил за собой эту должность, но больше не читал лекции, его место занял его ученик, математик и философ Эдуард Ле Руа, который придерживался конвенционалистской позиции в отношении основ математики, которую также принял Бергсон. Ле Руа, который также сменил Бергсона во Французской академии и был убежденным католиком, распространил свой конвенционализм на откровение, что привело его к предпочтению веры, сердца и чувства догмам, спекулятивному богословию и абстрактному рассуждению. Как и труды Бергсона, его работы были включены в Index Librorum Prohibitorum Ватиканом.

In May 1911, Bergson gave two lectures entitled The Perception of Change (La perception du changement) at the University of Oxford. The Clarendon Press published these in French in the same year. His talks were concise and lucid, leading students and the general reader to his other, longer writings. Oxford later conferred on him the degree of Doctor of Science. Two days later he delivered the Huxley Lecture at the University of Birmingham, taking for his subject Life and Consciousness. This subsequently appeared in The Hibbert Journal (October 1911), and since revised, is the first essay in the collected volume Mind Energy (L'Énergie spirituelle). In October he again travelled to England, where he had an enthusiastic reception, and delivered at University College London four lectures on La Nature de l'Âme [The Nature of the Soul]. In 1913, Bergson visited the United States of America at the invitation of Columbia University, New York, and lectured in several American cities, where very large audiences welcomed him. In February, at Columbia University, he lectured both in French and English, taking as his subjects: Spirituality and Freedom and The Method of Philosophy. Being again in England in May of the same year, he accepted the Presidency of the British Society for Psychical Research, and delivered to the Society an address on Phantoms of Life and Psychic Research (Fantômes des vivants et recherche psychique). Meanwhile, his popularity increased, and translations of his works began to appear in a number of languages: English, German, Italian, Danish, Swedish, Hungarian, Polish, and Russian. In 1914 Bergson's fellow countrymen honoured him by his election as a member of the Académie française. He was also made President of the Académie des sciences morales et politiques, and in addition, he became Officier de la Légion d'honneur, and Officier de l'Instruction publique. Bergson found disciples of many types. In France movements such as neo Catholicism and Modernism on the one hand and syndicalism on the other endeavoured to absorb and appropriate for their own ends some central ideas of his teaching. The continental organ of socialist and syndicalist theory, Le Mouvement socialiste, portrayed the realism of Karl Marx and Pierre Joseph Proudhon as hostile to all forms of intellectualism, and argued, therefore, that supporters of Marxist socialism should welcome a philosophy such as that of Bergson. Other writers, in their eagerness, claimed that the thought of the holder of the Chair of Philosophy at the Collège de France, and the aims of the Confédération Générale du Travail and the Industrial Workers of the World were in essential agreement. While social revolutionaries endeavoured to make the most out of Bergson, many religious leaders, particularly the more liberal minded theologians of all creeds, e. g., the Modernists and Neo Catholic Party in his own country, showed a keen interest in his writings, and many of them found encouragement and stimulus in his work. The Roman Catholic Church, however, banned Bergson's three books on the charge of pantheism (that is, of conceiving of God as immanent to his Creation and of being himself created in the process of the Creation). In 1915, he was succeeded in the office of President of the Académie des sciences morales et politiques by Alexandre Ribot, and then delivered a discourse on "The Evolution of German Imperialism". Meanwhile, he found time to issue at the request of the Minister of Public Instruction a brief summary of French Philosophy. Bergson did a large amount of traveling and lecturing in America during the war. He participated in the negotiations which led to the entry of the United States in the war. He was there when the French Mission under René Viviani paid a visit in April and May 1917, following upon America's entry into the conflict. Viviani's book La Mission française en Amérique (1917), contains a preface by Bergson. Early in 1918, the Académie française received Bergson officially when he took his seat among "The Select Forty" as successor to Emile Ollivier (the author of the historical work L'Empire libéral). A session was held in January in his honour at which he delivered an address on Ollivier. In the war, Bergson saw the conflict of Mind and Matter, or rather of Life and Mechanism; and thus he shows the central idea of his own philosophy in action. To no other philosopher has it fallen, during his lifetime, to have his philosophical principles so vividly and so terribly tested. As many of Bergson's contributions to French periodicals remained relatively inaccessible, he had them published in two volumes. The first of these was being planned when war broke out. The conclusion of strife was marked by the appearance of a delayed volume in 1919. It bears the title Spiritual Energy: Essays and Lectures (reprinted as Mind Energy – L'Énergie spirituelle : essais et conférences). The advocate of Bergson's philosophy in England, Wildon Carr, prepared an English translation under the title Mind Energy. The volume opens with the Huxley Memorial Lecture of 1911, "Life and Consciousness", in a revised and developed form under the title "Consciousness and Life". Signs of Bergson's growing interest in social ethics and in the idea of a future life of personal survival are manifested. The lecture before the Society for Psychical Research is included, as is also the one given in France, L'Âme et le Corps, which contains the substance of the four London lectures on the Soul. The seventh and last article is a reprint of Bergson's famous lecture to the Congress of Philosophy at Geneva in 1904, The Psycho Physiological Paralogism (Le paralogisme psycho physiologique), which now appears as Le cerveau et la pensée : une illusion philosophique. Other articles are on the False Recognition, on Dreams, and Intellectual Effort. The volume is a most welcome production and serves to bring together what Bergson wrote on the concept of mental force, and on his view of "tension" and "detension" as applied to the relation of matter and mind. In June 1920, the University of Cambridge honoured him with the degree of Doctor of Letters. In order that he might devote his full time to the great new work he was preparing on ethics, religion, and sociology, the Collège de France relieved Bergson of the duties attached to the Chair of Modern Philosophy there. He retained the chair, but no longer delivered lectures, his place being taken by his disciple, the mathematician and philosopher Édouard Le Roy, who supported a conventionalist stance on the foundations of mathematics, which was adopted by Bergson. Le Roy, who also succeeded to Bergson at the Académie française and was a fervent Catholic, extended to revealed truth his conventionalism, leading him to privilege faith, heart and sentiment to dogmas, speculative theology and abstract reasoning. Like Bergson's, his writings were placed on the Index by the Vatican.

Дебаты с Альбертом Эйнштейном

В 1922 году была опубликована книга Бергсона Durée et simultanéité, à propos de la théorie d'Einstein (Длительность и одновременность: Бергсон и Эйнштейновская Вселенная). Ранее в том же году Альберт Эйнштейн выступил во Французском философском обществе и кратко ответил на небольшую речь Бергсона. Утверждалось, что у Бергсона было недостаточно знаний в области физики и что книга не учитывала современные достижения в этой области. Однако, в работе "Эйнштейн и кризис разума" ведущий французский философ Морис Мерло-Понти обвинил Эйнштейна в неспособности понять аргумент Бергсона. Мерло-Понти утверждает, что этот аргумент касается не физики специальной теории относительности, а ее философских основ, и направлен на разрешение парадоксов, возникающих из-за популярных интерпретаций и заблуждений о теории, включая и заблуждения самого Эйнштейна. Книга "Длительность и одновременность" не была включена в издание 1951 года "Столетие", содержащее все остальные работы Бергсона, и была опубликована позднее в сборнике эссе под названием "Меланжи". Эта работа использовала опыт Бергсона в Лиге Наций, где он с 1920 по 1925 год председательствовал в Международном комитете по интеллектуальному сотрудничеству (предшественнике ЮНЕСКО, в который входили Эйнштейн, Мария Кюри и другие).

Поздние годы и смерть

Живя с женой и дочерью в скромном доме на тихой улице недалеко от Порт-д'Отей в Париже, Бергсон получил Нобелевскую премию по литературе в 1927 году за книгу «Творческая эволюция». Из-за серьезных ревматических недугов он не смог поехать в Стокгольм и вместо этого отправил текст, впоследствии опубликованный в «Мысль и движение». После выхода в отставку из Коллеж де Франс Бергсон постепенно уходил в забвение: он страдал прогрессирующим заболеванием (ревматизмом, который оставил его наполовину парализованным). Хотя в завещании он выразил желание принять католичество, он не сделал этого, учитывая страдания, обрушившиеся на еврейский народ с подъемом нацизма и антисемитизма в Европе в 1930-х годах; он не хотел, чтобы его поступок был воспринят как желание отвернуться от преследуемых. После падения Франции в 1940 году евреи в оккупированной Франции были обязаны зарегистрироваться в полиции. Заполняя полицейскую анкету, Бергсон указал следующее: «Академик. Философ. Лауреат Нобелевской премии. Еврей». Архиепископ Парижа Эммануэль Селестен Суар считал, что публичное раскрытие обращения Бергсона в то время, когда город был оккупирован нацистами, было слишком опасным как для Церкви, так и для еврейского населения. 3 января 1941 года Бергсон умер в оккупированном Париже от бронхита. По его просьбе на похоронах был отслужен молебен католическим священником. Бергсон похоронен на кладбище Гарш в О-де-Сен.

Философия

Бергсон отверг господствующий, по его мнению, излишне механистический взгляд на причинность (выраженный в редукционизме). Он утверждал, что свободная воля должна иметь возможность раскрываться автономно и непредсказуемо. В отличие от Канта, видевшего свободную волю как нечто вне времени и пространства и, следовательно, в конечном счете, вопрос веры, Бергсон попытался переосмыслить современные представления о времени, пространстве и причинности в своей концепции Длительности, предоставив место для ощутимого сочетания свободной воли и причинности. Рассматривая Длительность как подвижное и текучее понятие, Бергсон утверждал, что понять Длительность можно не посредством "неподвижного" анализа, а лишь через непосредственный, личный опыт и интуицию.

Творчество

Бергсон рассматривает появление новизны как результат чистого неопределенного творения, а не как предопределенный результат механистических сил. Его философия подчеркивает чистую мобильность, непредсказуемую новизну, творчество и свободу; таким образом, его систему можно охарактеризовать как философию процесса. В ней затрагиваются такие темы, как время и идентичность, свобода воли, восприятие, изменение, память, сознание, язык, основание математики и пределы разума. Критикуя теорию познания Канта, изложенную в «Критике чистого разума», и его концепцию истины – которую он сравнивает с платоновской концепцией истины как с ее симметричной инверсией (порядка природы / порядка мысли) – Бергсон попытался переосмыслить отношения между наукой и метафизикой, интеллектом и интуицией, и настаивал на необходимости расширения возможностей мышления посредством интуиции, которая, по его мнению, одна лишь приближается к познанию абсолюта и реальной жизни, понимаемой как чистая длительность. В силу своей (относительной) критики интеллекта, он часто использует образы и метафоры в своих трудах, чтобы избежать использования концепций, которые (по его мнению) не охватывают всю реальность, являясь лишь своего рода абстрактной сетью, наброшенной на вещи. Например, он говорит в «Творческой эволюции» (глава III), что сама по себе мысль никогда бы не посчитала возможным для человека плавать, поскольку она не может вывести плавание из ходьбы. Чтобы плавание стало возможным, человек должен броситься в воду, и только тогда мысль может рассматривать плавание как возможное. Интеллект, по Бергсону, – это практическая способность, а не чисто спекулятивная, продукт эволюции, используемый человеком для выживания. Если метафизика должна избегать «ложных проблем», она не должна распространять абстрактные концепции интеллекта на чистую спекуляцию, а скорее использовать интуицию. «Творческая эволюция» в частности стремилась осмыслить непрерывное создание жизни и явно противопоставляла себя эволюционной философии Герберта Спенсера. Спенсер пытался перенести теорию эволюции Чарльза Дарвина в философию и построить космологию, основанную на этой теории (Спенсер также ввел выражение «выживание наиболее приспособленных»). Бергсон оспаривал то, что он считал механистической философией Спенсера. Lebensphilosophie Бергсона (философия жизни) можно рассматривать как ответ на механистические философии его времени, но также и на неудачу финализма. Кант полагал, что свободная воля может существовать только вне времени и пространства, будучи единственным недетерминированным аспектом частного существования во Вселенной, отделенным от круговорота воды в природе, математики и смертности. Однако, следовательно, нельзя было установить, существует ли она на самом деле, и что это не что иное, как прагматическая вера. В действительности, утверждал Бергсон, Длительность не имеет протяженности, но при этом гетерогенна, и поэтому ее части нельзя сопоставлять как последовательность отдельных частей, где одна вызывает другую. Исходя из этого, он пришел к выводу, что детерминизм невозможен, а свободная воля – это чистая мобильность, которую Бергсон отождествлял с Длительностью. Для Бергсона реальность состоит из изменений.

Bergson considers the appearance of novelty as a result of pure undetermined creation, instead of as the predetermined result of mechanistic forces. His philosophy emphasizes pure mobility, unforeseeable novelty, creativity and freedom; thus one can characterize his system as a process philosophy. It touches upon such topics as time and identity, free will, perception, change, memory, consciousness, language, the foundation of mathematics and the limits of reason. Criticizing Kant's theory of knowledge exposed in the Critique of Pure Reason and his conception of truth – which he compares to Plato's conception of truth as its symmetrical inversion (order of nature/order of thought) – Bergson attempted to redefine the relations between science and metaphysics, intelligence and intuition, and insisted on the necessity of increasing thought's possibility through the use of intuition, which, according to him, alone approached a knowledge of the absolute and of real life, understood as pure duration. Because of his (relative) criticism of intelligence, he makes frequent use of images and metaphors in his writings in order to avoid the use of concepts, which (he considers) fail to touch the whole of reality, being only a sort of abstract net thrown on things. For instance, he says in The Creative Evolution (chap. III) that thought in itself would never have thought it possible for the human being to swim, as it cannot deduce swimming from walking. For swimming to be possible, man must throw himself in water, and only then can thought to consider swimming as possible. Intelligence, for Bergson, is a practical faculty rather than a pure speculative faculty, a product of evolution used by man to survive. If metaphysics is to avoid "false problems", it should not extend the abstract concepts of intelligence to pure speculation, but rather use intuition. The Creative Evolution in particular attempted to think through the continuous creation of life, and explicitly pitted itself against Herbert Spencer's evolutionary philosophy. Spencer had attempted to transpose Charles Darwin's theory of evolution in philosophy and to construct a cosmology based on this theory (Spencer also coined the expression "survival of the fittest"). Bergson disputed what he saw as Spencer's mechanistic philosophy. Bergson's Lebensphilosophie (philosophy of life) can be seen as a response to the mechanistic philosophies of his time, but also to the failure of finalism. Kant believed that free will could only exist outside of time and space, indeed the only non determined aspect of private existence in the universe, separate from water cycles, mathematics and mortality. However, it could therefore not be ascertained whether or not it exists, and that it is nothing but a pragmatic faith. In reality, Bergson argued, Duration is unextended yet heterogeneous, and so its parts cannot be juxtaposed as a succession of distinct parts, with one causing the other. Based on this he concluded that determinism is an impossibility and free will pure mobility, which is what Bergson identified as being the Duration. For Bergson, reality is composed of change.

Интуиционизм

Продолжительность, как её определил Бергсон, есть одновременно единство и множественность, но, будучи подвижной, она не поддается постижению неподвижными понятиями. Бергсон утверждает, что постичь её можно лишь посредством своего метода интуиции. Два образа из «Введения в метафизику» Анри Бергсона могут помочь понять термин Бергсона «интуиция», границы концептов и способность интуиции охватить абсолютное. Первый образ – это город. Анализ, или создание концепций путем разделения точек зрения, может предложить лишь модель города, составленную из фотографий, сделанных со всех возможных ракурсов, но он никогда не сможет передать ощущение непосредственного пребывания в городе, его пространственную ценность. Постичь это можно только интуитивно; так же, как и опыт прочтения строки Гомера. Можно переводить эту строку и нагромождать комментарии, но и все эти комментарии не смогут передать простое пространственное ощущение от соприкосновения с поэмой в её первозданной форме. Таким образом, метод интуиции заключается в возвращении к самим вещам.

Элан Виталь

Элан витальный является третьей основополагающей концепцией Бергсона, после Длительности и интуиции. Идея, призванная объяснить эволюцию, элан витальный впервые появилась в книге «Творческая эволюция» 1907 года. Бергсон представляет элан витальный как своего рода жизненный порыв, который объясняет эволюцию менее механистично и более живо, а также учитывает творческий импульс человечества. Эта концепция побудила ряд авторов характеризовать Бергсона как сторонника витализма, хотя он критиковал его в «Творческой эволюции», поскольку считал, в противовес Драйшу и Йоханнесу Райнке (которых он упоминал), что в природе нет ни «чисто внутренней целесообразности, ни чётко очерченной индивидуальности»: здесь и заключается камень преткновения теорий витализма. Таким образом, тщетно пытаться свести целесообразность к индивидуальности живого существа. Если в мире жизни существует целесообразность, то она охватывает всю жизнь в едином неделимом объятии.

Смех

В "Смехе: эссе о смысле комического" Бергсон разрабатывает теорию не самого смеха, а о том, как можно вызвать смех (см. его возражение против Делажа, опубликованное в 23-м издании эссе). Это эссе явно продемонстрировало его несогласие с картезианской теорией животной машины.

Сравнение с индийскими философиями

Несколько индуистских авторов обнаружили параллели между философией Бергсона и индуистской философией. Интегративный эволюционизм Шри Ауробиндо, индийского философа начала XX века, имеет множество сходств с философией Бергсона. Вопрос о том, является ли это результатом прямого влияния Бергсона, остаётся спорным, хотя Ауробиндо был знаком с трудами многих западных философов. К. Нараянасвами Айер, член Теософского общества, опубликовал брошюру под названием «Профессор Бергсон и индуистская Веданта», в которой утверждал, что идеи Бергсона о материи, сознании и эволюции соответствуют ведантическим и пураническим представлениям. Налини Канта Брахма, Мари Тюдор Гарланд и Хоуп Фиц – другие авторы, которые сравнительно анализировали индуистскую и бергсоновскую философию, особенно в контексте интуиции, сознания и эволюции.