Введение
Голод в нижних регионах Индии в 1770 году. Великий бенгальский голод 1770 года обрушился на Бенгалию и Бихар в период с 1769 по 1770 год и затронул около 30 миллионов человек. Он произошел в период двойственного управления в Бенгалии, последовавшего за получением Ост-Индской компанией дивани, или права на сбор доходов, в Бенгалии от императора Великих Моголов в Дели, но предшествовавшего захвату низамата, или контроля над гражданской администрацией, который оставался за губернатором-моголом, навабом Бенгалии Назмуд Даулой (1765–72). Неурожай осенью 1768 года и летом 1769 года, а также сопровождавшая их эпидемия оспы считались основными причинами голода. Ост-Индская компания передала сбор налогов на откуп из-за нехватки квалифицированных администраторов, и царившая неопределенность, вероятно, усугубила последствия голода. К этому добавились и другие факторы: торговцы зерном прекратили предоставлять крестьянам авансы, но механизм экспорта зерна торговцами в другие регионы остался в силе; Ост-Индская компания закупала значительную часть риса для своей армии; а частные служащие компании и их индийские гомасты создавали местные монополии на зерно. К концу 1769 года цены на рис выросли вдвое, а в 1770 году – еще втрое. В Бихаре постоянное передвижение армий по и без того пострадавшей от засухи местности ухудшало ситуацию. Ост-Индская компания практически не оказывала помощи в виде прямых мер по облегчению страданий и не снижала налоги, хотя ее возможности для этого могли быть ограничены. К лету 1770 года люди умирали повсюду. Хотя последовавшие за этим муссоны принесли обильные дожди, они также принесли болезни, от которых погибло множество ослабленных людей. В течение нескольких лет после этого участились случаи пиратства в дельте реки Хугли. Заброшенные и заросшие деревни стали обычным явлением. Однако сокращение населения было неравномерным: сильнее всего пострадали северная Бенгалия и Бихар, умеренно – центральная Бенгалия и незначительно – восточная. Восстановление также происходило быстрее в хорошо орошаемой Бенгальской дельте на востоке. Считается, что погибло от семи до десяти миллионов человек, то есть от четверти до трети населения президентства. Потери в сельском хозяйстве оцениваются в треть от общего объема посевов. Некоторые ученые считают эти цифры завышенными, поскольку в 1770 году не было надежной демографической информации. Тем не менее, голод разрушил традиционный уклад жизни в пострадавших регионах. Он оказался катастрофическим для тутовника и хлопка, выращиваемых в Бенгалии; в результате большая часть погибших составляли прядильщики и ткачи, не имевшие запасов продовольствия. Голод ускорил конец двойственного управления в Бенгалии, и вскоре после этого компания стала единственным администратором. Его культурное влияние ощущалось еще долгое время, став темой влиятельного романа Банкима Чандры Чаттерджи «Анандома́тх» спустя столетие.
The Great Bengal famine of 1770 struck Bengal and Bihar between 1769 and 1770 and affected some 30 million people. It occurred during a period of dual governance in Bengal. This existed after the East India Company had been granted the diwani, or the right to collect revenue, in Bengal by the Mughal emperor in Delhi, but before it had wrested the nizamat, or control of civil administration, which continued to lie with the Mughal governor, the Nawab of Bengal Nazm ud Daula (1765 72). Crop failure in autumn 1768 and summer 1769 and an accompanying smallpox epidemic were thought to be the manifest reasons for the famine. The East India Company had farmed out tax collection on account of a shortage of trained administrators, and the prevailing uncertainty may have worsened the famine's impact. Other factors adding to the pressure were: grain merchants ceased offering grain advances to peasants, but the market mechanism for exporting the merchants' grain to other regions remained in place; the East India Company purchased a large portion of rice for its army; and the Company's private servants and their Indian Gomasthas created local monopolies of grain. By the end of 1769 rice prices had risen two fold, and in 1770 they rose a further three fold. In Bihar, the continual passage of armies in the already drought stricken countryside worsened the conditions. The East India Company provided little mitigation through direct relief efforts; nor did it reduce taxes, though its options to do so may have been limited. By the summer of 1770, people were dying everywhere. Although the monsoon immediately after did bring plentiful rains, it also brought diseases to which many among the enfeebled fell victim. For several years thereafter piracy increased on the Hooghly river delta. Deserted and overgrown villages were a common sight. Depopulation, however, was uneven, affecting north Bengal and Bihar severely, central Bengal moderately, and eastern only slightly. The recovery was also quicker in the well watered Bengal delta in the east. Between seven and ten million people—or between a quarter and third of the presidency's population—were thought to have died. The loss to cultivation was estimated to be a third of the total cultivation. Some scholars consider these numbers to be exaggerated in large part because reliable demographic information had been lacking in 1770. Even so, the famine devastated traditional ways of life in the affected regions. It proved disastrous to the mulberries and cotton grown in Bengal; as a result, a large proportion of the dead were spinners and weavers who had no reserves of food. The famine hastened the end of dual governance in Bengal, the Company becoming the sole administrator soon after. Its cultural impact was felt long afterwards, becoming the subject a century later of Bankim Chandra Chatterjee's influential novel Anandamath.
Название и география
Бенгальское название Chiẏāttôrer mônnôntôr происходит от бенгальского календарного 1176 года и бенгальского слова, означающего голод. Голод затронул, в частности, современные индийские штаты Бихар и Западная Бенгалия, но распространился также на Ориссу, Джаркханд и современный Бангладеш. Среди наиболее пострадавших регионов были Центральная и Северная Бенгалия, а также Тирхут, Чампаран и Беттия в штате Бихар. Юго-Восточная Бенгалия избежала бедствия, имея избыток продукции в годы голода.
Перед голодом
Голод разразился на фоне множества кризисов, затрагивавших Бенгалию с начала XVIII века. Неурожай муссонов в Бенгалии и Бихаре привел к частичному дефициту урожая в 1768 году, а рыночные цены в начале 1769 года были выше обычных. Благодаря нормальным дождям в 1769 году ситуация временно улучшилась, и зерно даже экспортировалось в Мадрасское президентство. Однако к концу сентября положение вновь ухудшилось, и надвигалась засуха.
Голод и политика
18 сентября 1769 года Наиб Назим Дакки Мухаммед Реза Хан доложил Гарри Верельсту, президенту Совета при Форте Уильям, о "засушливости сезона". В тот же месяц Джон Картье, эсквайр (и второй по рангу в Совете), решил уведомить Суд директоров в Лондоне о надвигающейся угрозе голода в Бенгалии. Столетие спустя У. У. Хантер отметил это письмо как "единственное серьезное предупреждение" о приближающемся голоде и посчитал отсутствие подтверждения от президента Верельста поразительным. Другие письма, отправленные в Совет в том же месяце, содержали предположения о возможных потерях в сборе налогов, но не касались темы голода. 23 октября Бечер доложил Совету о "сильной нехватке и дефиците" продовольственного зерна в Муршидабаде. Это побудило Совет закупить 1,2 миллиона маундов риса для армии в качестве экстренной меры. Агент Бетчера, Чарльз Грант, отметил, что первые признаки голода проявились уже в ноябре в северных округах Бенгалии. К концу декабря цены на продовольствие резко подскочили, и западные районы Бенгалии вместе с Бихаром оказались в критическом положении. 7 декабря Реза Хан и Шитаб Рай предложили Совету внедрить гуманную систему сбора зерна на следующий финансовый год, пропорциональную урожаю каждого крестьянина. На это предложение ответа не последовало; позднее У. У. Хантер обвинил этих людей в стремлении преувеличить масштабы бедствия в своих интересах. 25 января 1770 года Картье предложил Совету снизить земельный налог примерно на семь процентов в пострадавших районах в связи с массовыми страданиями. Десять дней спустя Картье изменил свою позицию, отметив, что налоги продолжали поступать, несмотря на значительные трудности. 28 февраля Совет предложил проявить снисхождение к земледельцам, не уплатившим налоги, из-за тяжелых условий, вызванных неурожаем. В целом, к февралю не был разработан никакой план помощи. Несмотря на первоначальные надежды на улучшение ситуации, дождей не было, а весенний урожай оказался скудным; по совету Резы Хана Совет принял решение увеличить налоги на 10% для достижения плановых показателей по доходам. Цены на зерно продолжали расти в течение всего года. К середине мая бедствие переросло в полномасштабный голод, сопровождавшийся массовым голодом, нищенством и смертями. Цены на продовольствие взлетели до небес, поскольку в провинции не осталось средств для оплаты дефицитных продуктов, и торговля практически остановилась. Хан отметил, что ежедневно умирали сотни тысяч людей, повсюду бушевали пожары, а резервуары были совершенно пусты. Эти условия сохранялись около трех месяцев.
Смягчение
Компания предоставила незначительное реальное облегчение – не было снижения налогов и никаких существенных мер помощи. В октябре 1769 года Компания потребовала возвести склады в Патне и Муршидабаде; городским властям было поручено предотвратить монополизацию торговли и добиться от фермеров выращивания «всех видов» сухих зерновых культур, насколько это возможно. Эти распоряжения оказались в основном безуспешными; многие чиновники Компании вместе со своими индийскими помощниками (гомастами) использовали голод для создания зерновых монополий. 13 февраля Хан и Бехер предложили открыть шесть пунктов распределения риса в Муршидабаде, обеспечивая по пол-сира риса в день на человека. Предложение было одобрено, и Совет покрыл около 46% расходов, остальную сумму оплатили Наваб Наджабат Али, сам Хан, Раи Дурлаб и Джагат Сет. Один из пунктов распределения был открыт Резой Ханом в его дворце Нишат Баг. Модель Муршидабада позже была повторена в Калькутте и Бурдуане для обеспечения продовольствием около 3000 человек ежедневно – при ежедневных расходах около 75 рупий – начиная с начала апреля. Рис также благотворительно раздавался в Пурнее, Бхагалпуре, Бирбхуме, Хугли и Джесоре. В общей сложности Компания организовала около 4000 фунтов риса за шесть месяцев. Особое предпочтение оказывалось тем, кто находился на службе Компании и Низамата. Бехер получил в общей сложности 55 449 мудов риса из Барисала, который был отправлен для войск Компании и их иждивенцев по всей Бенгалии. Районам, где ежемесячная смертность превышала двадцать тысяч человек, выделялись пакеты помощи в размере 150 рупий. Были введены экспортно-импортные эмбарго для сдерживания цен, но они лишь усугубили ситуацию – у провинции не было средств для оплаты дефицитных продуктов, и торговля фактически остановилась.
Современные оценки
В мае 1770 года, по оценкам Совета директоров, погибло около трети населения (примерно десять миллионов человек). 2 июня Бехер пересмотрел эти оценки, указав, что погибло примерно три человека из каждых восьми. 12 июля Бехер сообщил, что в Муршидабаде ежедневно умирает 500 человек, а ситуация в сельской местности была еще более плачевной; по имеющимся сведениям, наблюдались случаи каннибализма. Малярия и холера усугубляли ситуацию. Особенно тяжелой была эпидемия оспы, совпавшая с началом пандемии, среди жертв которой был и Наваб Наджабат Али Хан из Муршидабада.
Современная наука
Эти цифры были бездумно переняты большинством современных исследователей. Раджат Датта, в своей ревизионистской истории экономики Бенгальской провинции, заявил, что эти цифры "завышены" и "не вызывают доверия"; была предложена пересмотренная оценка в 1,2 миллиона погибших (~4,5% населения). Тим Дайсон поддерживает утверждения Датты о завышении цифр и отмечает, что "общепринятая" цифра в десять миллионов, указывающая как минимум на 500-процентное увеличение годовой смертности, "малоправдоподобна". Однако Дайсон воздерживается от каких-либо конкретных оценок. Отмечается, что в современной Бенгалии отсутствовали какие-либо значительные демографические данные за пределами Калькутты, немногие достоверные отчеты о последствиях голода основывались на нерепрезентативных группах населения, и многие крестьяне были кочующими поселенцами, которые просто мигрировали в более благополучные регионы.
Последствия
Муссоны 1770 года принесли некоторое частичное облегчение, и прояснили масштабы бурного обезлюдения — в письме Совета выражалось сожаление об истреблении множества "трудолюбивых крестьян и ремесленников". На следующий год, по мере отступления засухи, на большей части земли не оказалось возделывающих её людей.
Наследие
Экономическое и культурное воздействие голода ощущалось еще долгое время после, и спустя столетие стало темой влиятельного романа Банкима Чандры Чаттерджи "Анандаматх".