Джеймс Ренвик: шотландский ковенантский мученик

Введение

Шотландский священник (1662–1688)

Джеймс Ренвик (15 февраля 1662 – 17 февраля 1688) был шотландским священником, ставшим последним из мучеников Ковенанта, казненных до Славной революции. Он родился в Монайве, в графстве Дюмфрисшир, сыном ткача Эндрю Ренвика. Получив образование в Эдинбургском университете, он около 1681 года присоединился к группе Ковенантов, известной как Камеронианцы, и вскоре стал одним из наиболее заметных ее членов. Впоследствии он изучал теологию в университете Гронингена и был рукоположен в священники в 1683 году. Вернувшись в Шотландию, "полный рвения и изрыгающий угрозы организованных убийств", как отмечает Эндрю Лэнг, он стал одним из полевых проповедников и был объявлен мятежником Тайным советом. Он был главным автором "апологетической декларации" 1684 года, которой он и его последователи отказались признавать власть Карла II. Тайный совет ответил приказом всем отречься от этой декларации под страхом смерти. В отличие от некоторых своих соратников, Ренвик отказался присоединиться к восстанию под предводительством графа Аргилла в 1685 году; в 1687 году, когда декларации о терпимости предоставили пресвитерианам некоторую свободу вероисповедания, он и его последователи, часто называемые ренвикитами, продолжали проводить собрания на полях, которые все еще были незаконными. За его поимку была назначена награда, и в начале 1688 года он был схвачен в Эдинбурге. Признанный виновным в отказе от королевской власти и других преступлениях, он отказался просить о помиловании и был повешен.

Детство

Джеймс Ренвик родился в Монайве, в приходе Гленкерн, Дюмфрисшир, в 1662 году. Отец Ренвика, Эндрю (или, по некоторым источникам, Александр), был ткачом по профессии. Его мать, Элизабет Корсон, родила несколько детей до рождения Джеймса, но все они умерли в младенчестве или раннем детстве. Уже в раннем возрасте Джеймсу приписывали склонность к церкви. Александр Шилдс (а позже Джон Хоуи) писали: "К двум годам было замечено, что он тянется к молитве, даже в колыбели и вокруг неё".

В Эдинбурге

В 1675 году Эндрю Ренвик умер, и Джеймс поступил в Эдинбургский университет, где изучал религию, в особенности пресвитерианство, исповедуемое его предками. В 1681 году он стал свидетелем мученической смерти нескольких членов Договорного движения в Эдинбурге, в том числе Дональда Каргилла. Он присутствовал при казни Дональда Каргилла на Эдинбургском кресте 27 июля 1681 года, и это зрелище решило его присоединиться к сторонникам Санкхарской декларации от 22 июня 1680 года, известных как Камероны, по имени Ричарда Кэмерона. В соответствии с этим, в октябре 1681 года он организовал тайную встречу членов этой группы, вероятно, полевой церковный сход, и благодаря своему горячему рвению сумел вновь воодушевить их к активным действиям. Была налажена переписка между сообществами сочувствующих в различных частях западной Шотландии. Ренвик 12 января 1682 года в Ланарке публично огласил так называемую Ланарскую декларацию. Он не был её автором (она была написана 15 декабря 1681 года) и признал, что некоторые её резкие выражения в адрес действующих властей («скорее бордель, чем суд») были неудачными. Сэр Александр Гордон из Эрлстона, отправленный в Голландию сообществами в марте 1682 года, организовал для Ренвика возможность продолжить там богословские занятия с целью подготовки к рукоположению.

Ординация в Нидерландах

После мученичества Каргилла Объединенные общества остались без пастора, и в Шотландии не было пастора, которого они могли бы признать. Но вместо того, чтобы рукополагать его своими силами, они послали Ренвика в Голландию, чтобы получить богословское образование у голландских профессоров и упорядоченное посвящение в священный сан от голландских пресвитеров; и с середины 1681 года до конца 1683 года у них не было ни проповедей, ни таинств. Шилдс упоминает, что в первый год своего чудесного служения Ренвик записал пятьсот совершенных им крещений, и после этого числа "перестал считать". Ренвик посещал занятия в университетах Гронингена и Леувардена. Его рукоположение было содействовано интересом сэра Роберта Гамильтона к Брэкелю, голландскому богослову. Ренвик отказался подписывать голландские формуляры, считая их несовместимыми с Заветом, и ему разрешили вместо этого подписать Вестминстерское исповедание и катехизис. Свидетельство о его рукоположении датировано 9 апреля 1683 года; на следующий день в Гронинген поступило протестование от шотландских пасторов из Роттердама. 10 мая он получил рекомендательные письма от Гронингенского класса и отправился в Бриэль, чтобы сесть на корабль для обратного пути. Он покинул первый корабль, на который он сел, из-за "неблагочестивых пассажиров", настаивавших на том, чтобы он выпил за здоровье короля, и перебрался на судно, направлявшееся в Ирландию. После ряда приключений он прибыл в Дублин, где обнаружил, что неконформистские служители были весьма равнодушны к его делу. Отправившись морем в Шотландию, он немедленно приступил к своему служению.

Проповедник

По возвращении в Шотландию в 1683 году он произнес свою первую проповедь в Дармеде, Камбуснетан, выбрав отрывки из Книги Исаии. Ренвик следующие пять лет путешествовал по Шотландии, занимаясь пасторским служением. Вскоре он стал известен как полевой проповедник и был объявлен бунтовщиком шотландским Тайным советом. Хотя его слава распространилась, его позиция по-разному понималась, некоторые обвиняли его в «безумных и отвратительных богохульствах Гиба», имея в виду Джона Гиба, капитана корабля из Борроустоннесса, Линлитгоушира, который в апреле 1681 года основал полумистическую секту «сладких певцов». Иногда Ренвик и его последователи пробирались в церкви ночью и проводили свои собрания. В 1684 году были предприняты попытки его арестовать. В июле его чуть не захватили драгуны, но он бежал, потеряв свои бумаги. 24 сентября против него были изданы письма о запрете общения (интердикция). Его последователи настояли на принятии новой декларации, к которой Ренвик поначалу был не расположен. Но в октябре он составил «Апологетическую декларацию», которая, благодаря согласованным действиям, была прикреплена к ряду рыночных крестов и церковных дверей 8 ноября 1684 года. В ней утверждалось право обращаться с представителями власти как с врагами Бога и «истреблять хищных зверей». После того как два джентльмена из королевской гвардии были убиты при нападении на полевое собрание, Тайный совет приказал назначить смертную казнь всем, кто откажется отречься от этой декларации под присягой. Шотландский парламент в апреле 1685 года принял закон, согласно которому любое признание Завета считалось актом государственной измены. Это привело к второй Санкхарской декларации, провозглашенной Ренвиком и его последователями 28 мая 1685 года. Ренвик отказался присоединиться к восстанию 1685 года под предводительством Арчибальда Кэмпбелла, 9-го графа Аргилла. Он сочувствовал его цели, но держался в стороне от движения, которое не было четко поставлено на основе Завета. В результате он отдалил от себя многих своих сторонников. Его старый друг, сэр Александр Гордон, находившийся тогда в заключении в Блэкнессе, выступил против него. Его считали человеком, который действует только по своей воле. Роберт Кэткарт, ковенант из Вигтоншира, протестовал против него; Александр Педен отдалился от него, хотя они примирились на смертном одре Педена; Генри Эрскин решительно отверг его предложения. Он нашел союзников в лице Дэвида Хьюстона, бурного ирландского ковенанта (см. Рид, ред. Киллен, 1867, II. 328 и след.), и Александра Шилдса, его биографа. Шотландские прокламации об индульгенции Якова VII (12 февраля и 28 июня 1687 года) предоставили пресвитерианам полную свободу собираться для богослужения в домах собраний или частных домах при условии регистрации и принесения присяги на верность. Полевые собрания по-прежнему были запрещены. Условия были удовлетворительными для всех, кроме Ренвика и его последователей, которые не признавали никакой королевской прерогативы милости и настаивали на продолжении своих полевых собраний. 5 октября была издана прокламация, предписывающая крайнюю суровость в отношении таких собраний, а 18 октября была предложена награда в размере 100 фунтов стерлингов любому, кто выдаст Ренвика, живого или мертвого. Его друзья, должно быть, были ему очень верны, поскольку он пробирался по стране и, едва избежав ареста в Пиблсе, добрался до Эдинбурга, где подал протест против индульгенции Хью Кеннеди, модератору Эдинбургского пресвитерия, и затем добился его обнародования. В конце года он несколько воскресений проповедовал в Файфшире; 29 января 1688 года он проповедовал в последний раз в Бонессе. Вернувшись в Эдинбург, он остановился на ночь 31 января в доме контрабандистов на Кастел-Хилл. Таможенный чиновник Джон Джастис, наблюдавший за домом, услышал его во время семейной молитвы и заподозрил, кто это был. На следующее утро (1 февраля) Джастис застал его врасплох и попытался произвести арест. Ренвик защищался пистолетом и скрылся в Каслвинд в Коугейте, где его схватили и доставили в Толбут.

Upon his return to Scotland in 1683 he gave his first sermon at Darmead, Cambusnethan, choosing passages from the Book of Isaiah. Renwick spent the next five years travelling around Scotland ministering. He soon became noted as a field preacher, and was proclaimed a rebel by the Scottish privy council. Though his fame spread, his position was variously misconstrued, some charging him with ‘the delirious and detestable blasphemies of Gib,’ the reference being to John Gib, shipmaster of Borrowstounness, Linlithgowshire, who, in April 1681, had started a semi mystical sect of ‘sweet singers.’ Occasionally Renwick and his followers crept into churches by night and held their meetings. In 1684 efforts were made to apprehend him. In July he was nearly taken by a party of dragoons, but escaped with the loss of his papers. Letters of intercommuning (interdiction) were issued against him on 24 September. His followers hereupon urged the defiant measure of a new declaration, to which Renwick was at first averse. But in October he drew up ‘the Apologetical Declaration’ which, by concerted action, was affixed to a number of market crosses and church doors on 8 November 1684. It claimed the right of dealing with the agents of authority as enemies of God, and ‘murdering beasts of prey.’ Two gentlemen of the king's lifeguards having been slain in an onset upon a field meeting, the privy council ordered the death penalty for all who refused to disown this declaration on oath. The Scottish parliament, in April 1685, passed a statute making any acknowledgment of the covenant an act of treason. This led to the second Sanquhar declaration, promulgated by Renwick and his followers on 28 May 1685. Renwick refused to join the insurrection of 1685 under Archibald Campbell, 9th Earl of Argyll. He was in sympathy with its object, but held aloof from a movement not distinctly put on the basis of the covenant. Hence he alienated many of his own party. His old friend, Sir Alexander Gordon, then a prisoner at Blackness, turned against him. He was viewed as a man who would only act by himself. Robert Cathcart, a Wigtonshire covenanter, protested against him; Alexander Peden was estranged from him, though they were reconciled on Peden's deathbed; Henry Erskine peremptorily rejected his overtures. He found associates in David Houston, a turbulent Irish covenanter (see Reid, ed. Killen, 1867, ii. 328 sq. ), and Alexander Shields, his biographer. James VII's Scottish proclamations of indulgence (12 February and 28 June 1687) gave full liberty for presbyterians to assemble for their worship in meeting houses or private residences, on condition of registration and taking an oath of allegiance. Field conventicles were still prohibited. The conditions were satisfactory to all but Renwick and his followers, who would acknowledge no royal prerogative of dispensation, and insisted on maintaining their field meetings. On 5 October a proclamation ordered the utmost severity against such meetings; and on 18 October a reward of 100/. was offered to any one who would deliver up Renwick, dead or alive. His friends must have been very faithful to him, for he made his way about the country, and, narrowly escaping arrest at Peebles, reached Edinburgh, where he lodged a protest against the indulgence with Hugh Kennedy, moderator of the Edinburgh presbytery, and afterwards got it promulgated. At the end of the year he preached for several Sundays in Fifeshire; on 29 January 1688 he preached for the last time at Bo'ness. Returning to Edinburgh, he lodged on the night of 31 January at a smuggler's receiving house on the Castlehill. A customs officer, John Justice, who was watching the house, heard him at family prayer, and suspected who it was. Next morning (1 Feb.) Justice surprised him and endeavoured to effect his arrest. Renwick defended himself with a pistol, and got away to the Castlewynd in the Cowgate, where he was seized and taken to the Tolbooth.

Биографы

О Ренвике, как о последнем из "мучеников Завета", много писали шотландские биографы, среди которых Александр Шилдс и Джон Хоуи, как уже упоминалось. В 1865 году собрание сочинений Ренвика было опубликовано с обширным биографическим предисловием, написанным Томасом Хьюстоном. Также в середине XIX века Джон Маккей Уилсон опубликовал свои "Повести о пограничье", содержащие подробное описание захвата Ренвика. Исторический роман 2016 года "Последняя казнь на Грассмаркете" Х. Майкла Бака также посвящен Ренвику.