Введение

Гандизм – это совокупность идей, отражающих вдохновение, видение и жизненный путь Мохандаса К. Ганди. Он особенно тесно связан с его вкладом в идею ненасильственного сопротивления, также известного как гражданское неповиновение. Термин «гандизм» охватывает не только идеи, слова и действия Ганди, но и их значение для людей во всем мире, а также то, как они использовали их как руководство для построения своего будущего. Гандизм проникает и в сферу личной жизни человека, вне политики и социальных отношений. «Гандиан» может означать как последователя, так и конкретную философию, ассоциирующуюся с гандизмом. Однако сам Ганди не одобрял термин «гандизм». Он объяснял:
«Не существует такого понятия, как «гандизм», и я не хочу оставлять после себя какую-либо секту. Я не претендую на открытие каких-либо новых принципов или доктрин. Я лишь пытался по-своему применять вечные истины к нашей повседневной жизни и проблемам. Мои взгляды и выводы не являются окончательными. Я могу изменить их завтра. Мне нечего нового преподать миру. Истина и ненасилие столь же древни, как горы». В отсутствие «гандизма», одобренного самим Ганди, существует мнение, что суть гандизма необходимо выводить из его жизни и деятельности. Одним из таких выводов является философия, основанная на «истине» и «ненасилии» в следующем понимании. Во-первых, необходимо признать и принять истину о том, что люди различны на всех уровнях («истина»). Во-вторых, ни в коем случае нельзя прибегать к насилию для разрешения присущих различий между людьми на любом уровне: будь то отношения между двумя людьми, двумя нациями, двумя расами или двумя религиями («ненасилие»).

Предыдущие

Хотя мысль Ганди уникальна сама по себе, она не лишена идеологических предшественников. Ганди в своих собственных сочинениях указал на источники вдохновения для своих идей. Можно сказать, что именно его знакомство с Западом во время пребывания в Лондоне побудило его переосмыслить свою позицию по различным религиозным, социальным и политическим вопросам. Вскоре после прибытия в Лондон он попал под влияние Генри Стивенса Солта, который в то время еще не был тем известным активистом и социальным реформатором, которым он впоследствии стал. Первая работа Солта, «Защита вегетарианства», обратила внимание Ганди на вопрос вегетарианства и пищевых привычек. Примерно в это же время Ганди вступил в вегетарианские общества в Лондоне. Солт со временем стал другом Ганди. Историк Рамачандра Гуха, говоря о значении работы Солта, писал в своей книге «Ганди до Индии»: «Однако для нашего индийского гостя Вегетарианское общество стало убежищем, которое его спасло. Молодого Ганди мало интересовали два главных увлечения лондонцев конца XIX века – театр и спорт. Имперская и социалистическая политика оставляли его равнодушным. Но на еженедельных встречах лондонских вегетарианцев он нашел дело и своих первых английских друзей». Работа Солта позволила Ганди впервые принять участие в коллективных действиях. Позже Солт написал биографию Генри Дэвида Торо, оказавшего глубокое влияние на Ганди. Хотя книга Торо 1854 года «Уолден, или Жизнь в лесу» также могла произвести впечатление на Ганди, его эссе 1849 года «О гражданском неповиновении» имело большее значение. Ганди уже участвовал в форме гражданского неповиновения в Южной Африке, когда прочитал Торо. Он не только перенял название для той борьбы, которую он впоследствии возглавил, но и методы нарушения законов с целью их реформирования. В 1907 году имя Торо впервые появилось в журнале, который Ганди тогда редактировал, «Indian Opinion», где Ганди назвал логику Торо «острой» и «неопровержимой». Само пребывание Ганди в Южной Африке черпало вдохновение и в другом западном писателе – Льве Толстом. Критика Толстым институционального христианства и вера в любовь духа глубоко тронули Ганди. Став известным политическим деятелем, он написал предисловие к эссе Толстого «Письмо индусу». Ганди обменивался письмами с Толстым и назвал свой ашрам «Ферма Толстого». В гандийской мысли книга Толстого 1894 года «Царство Божье внутри вас» стоит наряду с «Защитой вегетарианства» и «О гражданском неповиновении». «Ферма Толстого» была экспериментом Ганди в области утопической политической экономии, позднее названной «Грам Сварадж». Одним из ключевых источников этой концепции стала книга Джона Раскина 1862 года «Unto This Last», в которой Раскин критикует «экономического человека» (это было написано после того, как Раскин оставил художественную критику, в которой он был известен). Ганди во всех своих ашрамах стремился создать систему самообеспечения и децентрализованной экономики. Эту книгу Ганди подарил его близкий соратник Генри Полак в Южной Африке. Философия Раскина побудила Ганди перевести эту работу на гуджарати. В «Indian Opinion» упоминаются Джузеппе Маццини, Эдвард Карпентер, сэр Генри Мэн и Елена Блаватская. Можно сказать, что первое знакомство Ганди с плюрализмом началось с его общения с джайнским гуру Рэйчандбхаем Мехтой, жившим неподалеку.

Сатьяграха

Сатьяграха образовано двумя санскритскими словами: Сатья (истина) и Аграха (стремление/упорное искание). Этот термин получил широкое распространение во время движения за независимость Индии и используется во многих индийских языках, включая хинди.

Сатья

Основным и определяющим элементом гандизма является сатья – санскритское слово, означающее истину. Это также добродетель в индийских религиях, подразумевающая правдивость в мыслях, словах и поступках. Сатья также именуется истиной. Ганди говорил: "Истина гораздо сильнее любого оружия массового уничтожения".

Экономика

Ганди придерживался экономической теории простого образа жизни и самообеспечения/импортозамещения, в отличие от ориентации на экспорт, которую выбрали Япония и Южная Корея. Он представлял себе независимую Индию как преимущественно аграрную страну, сосредоточенную на удовлетворении материальных потребностей населения до накопления богатства и индустриализации.

Хади

Ганди также перенял стиль одежды, распространенный среди большинства индийцев в начале XX века. Его выбор хади, или ткани ручного прядения, был призван помочь искоренить нищету, а также социальную и экономическую дискриминацию. Это также было направлено на то, чтобы оспорить контраст, который он видел между большинством индийцев, бедными и придерживающимися традиций, и более обеспеченными слоями образованных, прогрессивно мыслящих индийцев, перенявших западные манеры, одежду и обычаи. Политика в отношении одежды была задумана как протест против экономической политики колониального правительства. С момента прямого установления контроля Британской короны в 1857 году индийцев заставляли покупать одежду по искусственно завышенным ценам, поскольку колониальные власти закупали хлопок у индийских фабрикантов и отправляли его в Британию, где его перерабатывали в ткань, которую затем возвращали в Индию. Ганди нацелился на импорт одежды иностранного производства, чтобы продемонстрировать свое видение независимой Индии, не зависящей от иностранного влияния. Он сосредоточился на убеждении всех членов Индийского национального конгресса ежедневно уделять некоторое время ручному прядению на чаркхе (прядильном колесе). Помимо своей экономической цели, стремление к ручному прядению было попыткой объединить привилегированных индийских брахманов и юристов из Конгресса с массой индийского крестьянства. Многие видные деятели движения за независимость Индии, включая Мотилала Неру, были убеждены Ганди отказаться от одежды в западном стиле в пользу хади.

Индия Неру

Ганди был убит в 1948 году, но его учения и философия сыграли важную роль в экономическом и социальном развитии Индии и ее внешней политике на десятилетия вперед. Сарводайя – это термин, означающий «всеобщий подъем» или «прогресс всех». Он был введен Ганди в 1908 году в качестве названия для его перевода труда Джона Раскина «К последнему». Позже лидер движения ненасилия Виноба Бхаве использовал этот термин для обозначения борьбы гандхистов после обретения независимости, направленной на обеспечение самоопределения и равенства для масс и угнетенных. Сотрудники «Сарводайи», связанные с Винобой, включая Джая Пракаша Нараяна и Дада Дхармадхикари, в 1950-х и 1960-х годах реализовывали различные проекты, направленные на стимулирование народной самоорганизации. Многие группы, возникшие из этих сетей, продолжают функционировать на местном уровне в Индии и сегодня. Премьер-министр Индии Джавахарлал Неру часто считался преемником Ганди, хотя он не был религиозным человеком и часто не соглашался с Ганди. Тем не менее, он был глубоко подвержен влиянию Ганди как на личном, так и на политическом уровне и использовал свой пост премьер-министра для проведения идеологической политики, основанной на принципах Ганди. Фактически, 15 января 1942 года на сессии AICC Ганди открыто объявил Неру своим преемником. Внешняя политика Неру была последовательно антиколониальной и нейтральной в период холодной войны. Неру поддерживал движение за независимость в Танзании и других африканских странах, а также движение за гражданские права в Соединенных Штатах и борьбу против апартеида Нельсона Манделы и Африканского национального конгресса в Южной Африке. Неру отказался присоединиться к Соединенным Штатам или Советскому Союзу и способствовал созданию Движения неприсоединения. Неру также инициировал принятие важного законодательства, которое предоставляло индийским женщинам законные права и свободы и запрещало неприкосновенность и многие виды социальной дискриминации, несмотря на сильное сопротивление со стороны ортодоксальных индусов. Не все политики Неру были в духе гандизма. Неру отказался осудить вторжение СССР в Венгрию в 1956–1957 годах для подавления антикоммунистического народного восстания. Некоторые из его экономических мер подверглись критике за лишение землевладельцев-крестьян Гуджарата права собственности и свободы, за которых Ганди боролся в начале 1920-х годов. Экономическая политика Индии при Неру существенно отличалась от политики Ганди, поскольку Неру следовал социалистической модели. Неру также ввел Гоа и Хайдарабад в состав Индийского союза посредством военного вторжения. Важно отметить, что Ганди верил в социализм, но он сильно отличался от социализма Неру. Восхваляя социализм, Ганди однажды сказал: «Социализм чист, как кристалл. Следовательно, для его достижения требуются кристально чистые средства». Более того, Ганди осознавал, что идеология Неру отличается от его собственной, но не возражал против этого, поскольку понимал, что это хорошо продуманная позиция. Он назвал это разницей в акцентах: его – на «средствах», а Неру – на «целях». Считается, что двумя самыми крупными неудачами Неру были: раздел Индии, который он описывал и оправдывал как «необходительное зло» и который привел к кровопролитным и смертоносным беспорядкам, а также китайско-индийская война 1962 года, хотя его военная политика, как утверждается, находилась под влиянием гандхистского пацифизма. В этом случае это привело к поражению индийской армии в результате неожиданного китайского вторжения. Неру пренебрегал оборонным бюджетом и не позволял армии готовиться, что застало солдат на северо-восточной границе Индии врасплох из-за нехватки припасов и подкреплений.

Свобода

Глубокая приверженность Ганди и дисциплинированная вера в ненасильственное гражданское неповиновение как способ противостоять угнетению и несправедливости вдохновили многих последующих политических деятелей, включая Мартина Лютера Кинга-младшего из Соединенных Штатов, Джулиуса Ньерэре из Танзании, Нельсона Манделу и Стива Бико из Южной Африки, Леха Валенсу из Польши и Аун Сан Су Чжи из Мьянмы. Ранняя деятельность Ганди в Южной Африке в период с 1910 по 1915 год, направленная на улучшение прав индийских жителей, проживающих под властью правительства белого меньшинства, вдохновила дальнейшую работу Африканского национального конгресса (АНК). Начиная с 1950-х годов, АНК организовывал ненасильственное гражданское неповиновение, аналогичное кампании, проводимой Индийским национальным конгрессом под вдохновением Ганди в 1920-1940-х годах. Активисты АНК мужественно противостояли жестким методам полиции, протестуя против репрессивного правительства ЮАР. Многие, особенно Мандела, провели десятилетия в тюрьме, в то время как внешний мир был разделен в своих усилиях по ликвидации апартеида. Стив Бико, возможно, самый убежденный сторонник ненасильственного гражданского сопротивления, предположительно был убит в 1977 году агентами правительства. Когда в 1994 году в Южной Африке состоялись первые всеобщие и свободные выборы, АНК был избран, а Мандела стал президентом. Мандела совершил специальный визит в Индию и публично отдал дань уважения Ганди как человеку, вдохновившему борьбу чернокожих южноафриканцев за свободу. Статуи Ганди были воздвигнуты в Натале, Претории и Йоханнесбурге. Мартин Лютер Кинг-младший, молодой христианский священник и лидер движения за гражданские права, стремившийся к освобождению афроамериканцев от расовой сегрегации на американском Юге, а также от экономической и социальной несправедливости и политической дискриминации, посетил Индию в 1962 году, чтобы встретиться с Джавахарлалом Неру. Они обсудили учения Ганди и методологию организации мирного сопротивления. Яркие образы чернокожих протестующих, преследуемых полицией, избиваемых и подвергаемых жестокому обращению, вызвали восхищение Кингом и протестующими по всей Америке и миру и способствовали принятию Закона о гражданских правах 1964 года. Ненасильственное движение «Солидарность» Леха Валенсы из Польши свергло коммунистическое правительство, поддерживаемое Советским Союзом, после двух десятилетий мирного сопротивления и забастовок в 1989 году, что ускорило падение Советского Союза. Аун Сан Су Чжи из Мьянмы была помещена под домашний арест, а ее Национальная лига за демократию подверглась репрессиям в их ненасильственном стремлении к демократии и свободе в Мьянме, находящейся под военным контролем. Эта борьба началась, когда военные аннулировали результаты демократических выборов 1991 года и установили военное правление. Она была освобождена в ноябре 2010 года, когда должны были состояться свободные выборы.

"Без правды, ничего"

Ранняя жизнь Мохандаса Ганди была серией личных усилий, направленных на постижение истины в важных жизненных вопросах и открытие подлинного пути жизни. В своей автобиографии он признался, что в молодости избивал жену и предавался чувственным удовольствиям, движимый похотью, ревностью и собственничеством, а не истинной любовью. Он ел мясо, курил сигареты и чуть не обратился к услугам сутенера. Лишь после долгих внутренних терзаний и неоднократных неудач Ганди сформулировал свою философию. Ганди не приветствовал создание культа вокруг своей личности и противился обращению к нему как к Махатме, утверждая, что он не был совершенным человеком. В 1942 году, уже осудив Адольфа Гитлера, Бенито Муссолини и японских милитаристов, Ганди развернул наступление в области гражданского неповиновения, известное как движение «Покинь Индию».

Гандианцы

Были мусульманские гандисты, такие как Абдул Гаффар Хан, известный как "Граничный Ганди"; под влиянием Ганди он организовал паштунов Северо-Западной пограничной провинции уже в 1919 году для поддержки движения за независимость. К христианским гандистам относятся британец Гораций Александр и лидер движения за гражданские права Мартин Лютер Кинг-младший. К еврейским гандистам относится близкий соратник Ганди Германн Каленбах. Атеистами-гандистами были Джавахарлал Неру. Бангладешский писатель и публицист Сайед Абул Максуд – видный гандист в Бангладеш.

Продвижение идей Ганди

Для продвижения идей Ганди было создано множество комитетов, одним из которых был "Комитет по продвижению учения Ганди и его образа жизни" в 1957 году. На своем заседании комитет рекомендовал Министерству образования подготовить три книги, включающие вклад Ганди в важных областях, по одной для начальной, средней и высшей школы. Комитет также рекомендовал Министерству образования проводить Неделю Ганди в школах и других учебных заведениях. Комитет активно работал над сбором материалов о Махатме Ганди и издавал множество журналов, популяризирующих гандистские идеи. Один из наиболее известных – журнал «Gandhi Marg», англоязычный журнал, издаваемый с 1957 года Фондом мира Ганди. Гарольд Дуайт Лассвелл, политолог и теоретик коммуникаций, определял пропаганду как управление эклектическими установками посредством манипулирования значимыми символами. Исходя из этого определения пропаганды, Ганди использовал значимые символы для продвижения своей идеи независимой индийской нации. Его идеи, воплощенные в пропаганде, заключались в том, что Индия способна к экономической самодостаточности без британцев, единство, выходящее за рамки религии, сделает страну сильнее, и наиболее эффективным методом протеста является пассивное сопротивление, включающее ненасилие и принцип сатьяграхи. В речах "Покинь Индию" Ганди говорил: "Предложение о выводе британской власти призвано дать Индии возможность сыграть свою должную роль в нынешней критической ситуации. Для такой большой страны, как Индия, невыгодно просто помогать деньгами и материалами, полученными от нее насильственным путем, в то время как Организация Объединенных Наций ведет войну. Мы не можем пробудить истинный дух самопожертвования и отваги, пока не будем свободны". О своих идеях относительно единой Индии он сказал: "Тысячи мусульман говорили мне, что если индуистско-мусульманский вопрос будет решен удовлетворительно, это должно произойти при моей жизни. Я польщен этим, но как я могу согласиться с предложением, которое не соответствует моей логике? Индуистско-мусульманское единство – это не новость. Миллионы индусов и мусульман стремились к нему. Я сознательно работал над его достижением с детства. В школе я стремился к дружбе с мусульманскими и парси сокурсниками. Я верил даже в этом юном возрасте, что индусы в Индии, если они хотят жить в мире и согласии с другими общинами, должны усердно культивировать добродетель добрососедства. Я чувствовал, что не имеет значения, если я не приложу особых усилий для дружбы с индусами, но я должен подружиться хотя бы с несколькими мусульманами. В Индии я продолжил свои усилия и не оставил камня на камне, чтобы достичь этого единства. Это было моим давним стремлением, которое побудило меня предложить мусульманам полное сотрудничество в движении за Хилафет. Мусульмане по всей стране приняли меня как своего истинного друга". Вера Ганди в эффективность пассивного, ненасильственного сопротивления была сформулирована как "убеждение в том, что только ненасилие приведет людей к правильным поступкам при любых обстоятельствах". Эти идеи были символически выражены Ганди посредством значимых символов, что сыграло важную роль в принятии идеалов, которые он излагал в своих речах и движениях. 3 ноября 1930 года Ганди произнес речь перед Дандийским маршем, которая, возможно, стала одной из его последних речей. Значимый символ самого марша продемонстрировал исключительно ненасильственную борьбу за самодостаточную Индию. Марш, начавшийся в Ахмадабаде и завершившийся в Данди, штат Гуджарат, стал актом прямого неповиновения Закону Роулатта, который вводил налоги на производство соли и поддерживал колониальную монополию на солевом рынке. Движение «Хади», являвшееся частью более широкого движения «Свадеши», использовало символ сожжения импортной британской ткани для изменения отношения к бойкоту британских товаров и отвержения западной культуры, призывая к возвращению к древней, доколониальной индийской культуре. Ганди приобрел прялку и вовлек своих последователей в самостоятельное изготовление ткани, называемой «Хади»; эта приверженность ручному прядению была важным элементом философии и политики Ганди. 1 декабря 1948 года Ганди продиктовал свою речь накануне последнего поста. Используя пост как форму значимой символики, он оправдывает его как "пост, который последователь ненасилия иногда чувствует необходимость предпринять в знак протеста против несправедливости, совершенной обществом, и это он делает, когда, будучи последователем Ахимсы, не имеет другого средства". Этот пост был проведен в соответствии с его идеей о единении общин и религий в нации. Пост Ганди должен был закончиться, когда он будет удовлетворен воссоединением сердец всех общин, достигнутым без какого-либо внешнего давления, но благодаря пробужденному чувству долга.

Критика и споры

Жесткая ахимса Ганди предполагает пацифизм и поэтому вызывает критику с самых разных политических позиций.

Понятие разделения

Как правило, Ганди выступал против концепции раздела, поскольку она противоречила его видению религиозного единства. О разделе Индии для создания Пакистана он писал в «Хариджане» 6 октября 1946 года: «Требование Пакистана, выдвинутое Мусульманской лигой, является неисламским, и я не колебался, называя его греховным. Ислам выступает за единство и братство человечества, а не за разрушение единства человеческой семьи. Поэтому те, кто хочет разделить Индию на потенциально враждующие группы, являются врагами как Индии, так и ислама. Они могут разорвать меня на части, но не смогут заставить меня согласиться с тем, что я считаю неправильным [ ] мы не должны прекращать стремиться, несмотря на [ ] бурные разговоры, подружиться со всеми мусульманами и крепко держать их в плену нашей любви. Однако, как отмечает Гомер Джек в связи с долгой перепиской Ганди с Джинной по вопросу Пакистана: «Хотя Ганди лично был против раздела Индии, он предложил соглашение [ ], предусматривающее сотрудничество Конгресса и Мусульманской лиги для достижения независимости под временным правительством, после чего вопрос о разделе должен был быть решен плебисцитом в округах с мусульманским большинством». Эти двойственные позиции по вопросу раздела Индии вызвали критику Ганди как со стороны индусов, так и со стороны мусульман. Мухаммад Али Джинна и его современники осудили Ганди за подрыв политических прав мусульман. Винаяк Дамодар Саваркар и его союзники осудили Ганди, обвинив его в политическом умиротворении мусульман, игнорировании их зверств против индусов и в том, что он допустил создание Пакистана (несмотря на публичное заявление о том, что «прежде чем разделить Индию, мое тело должно быть разрезано на две части»). Его отказ протестовать против казней Бхагат Сингха, Сукхдева, Удхам Сингха и Раджгуру колониальным правительством вызвал осуждение и сильное негодование многих индийцев. Экономисты, такие как Джагдиш Бхагвати, критиковали идеи Ганди о свадеши. В ответ на эту критику Ганди заявил: «Было время, когда люди слушали меня, потому что я показал им, как бороться с англичанами без оружия, когда у них не было оружия [ ], но сегодня мне говорят, что мое ненасилие бесполезно против индуистско-мусульманских беспорядков, и поэтому люди должны вооружиться для самообороны».