Введение

Древнеиндийский принцип ненасилия

Ахимса (IAST: ahiṃsā) — древнеиндийский принцип ненасилия, применяемый ко всем живым существам. Это ключевая добродетель в индийских религиях, таких как джайнизм, буддизм, индуизм и сикхизм. Ахимса – одна из основополагающих добродетелей, вдохновлённая убеждением, что все живые существа обладают искрой божественной духовной энергии; следовательно, причинение вреда другому существу означает причинение вреда себе. Ахимса также связана с представлением о том, что любое проявление насилия влечёт за собой кармические последствия. Хотя древние учёные брахманизма уже исследовали и развивали принципы ахимсы, эта концепция получила исключительное развитие в этической философии джайнизма. Махавира, двадцать четвёртый и последний тиртханкара джайнизма, ещё больше укрепил эту идею. Примерно в I веке н.э. Тируваллувар подчёркивал ахимсу и моральный вегетарианство как добродетели для личности, которые стали основой его учения в «Курале». Пожалуй, самым известным сторонником принципа ахимсы в современности был Махатма Ганди. Учение ахимсы о том, что человек не должен причинять вред другому живому существу, распространяется на его поступки, слова и мысли. Существуют разногласия относительно того, что предписывает принцип ахимсы в ситуациях войны и других обстоятельствах, требующих самообороны. Таким образом, историческая индийская литература внесла вклад в современные теории справедливой войны и самообороны.

Этимология

Слово Ахимса (иногда пишется Ахинса) происходит от санскритского корня *хиṃс*, означающего «наносить удар»; *хиṃсā* – это нанесение увечья или вреда, а *а-хиṃсā* (с приставкой, обозначающей отрицание), его противоположность, – это отсутствие вреда или ненасилие.

Происхождение

Почитание ахимсы встречается в канонических текстах джайнизма, индуизма и буддизма. Считается, что Господь Паршванатха (23-й из 24 тиртханкаров джайнизма) проповедовал ахимсу как одно из четырех обетов. Ни одна другая индийская религия не разработала доктрину ненасилия и ее влияние на повседневную жизнь в такой степени, как джайнизм.

Современность

В XIX и XX веках выдающиеся деятели индийской духовности, такие как Шримад Раджчандра и Свами Вивекананда, подчеркивали важность ахимсы. Мохандас Карамчанд Ганди успешно продвигал принцип ахимсы во всех сферах жизни, в частности в политике (сварадж). Его ненасильственное движение сопротивления сатьяграха оказало огромное влияние на Индию, произвело впечатление на общественное мнение в западных странах и повлияло на лидеров различных движений за гражданские и политические права, таких как Мартин Лютер Кинг-младший и Джеймс Бевел в американском движении за гражданские права. В учении Ганди ахимса исключает не только акт нанесения физического вреда, но и ментальные состояния, такие как злые мысли и ненависть, а также недоброжелательное поведение, такое как резкие слова, нечестность и ложь – все это он рассматривал как проявления насилия, несовместимые с ахимсой. Ганди считал ахимсу созидательной энергией, охватывающей все взаимодействия, ведущие человека к постижению сатьи, "Божественной Истины". Шри Ауробиндо критиковал гандианскую концепцию ахимсы как нереалистичную и не универсально применимую, придерживаясь прагматичной непринципиальной позиции, согласно которой оправданность насилия зависит от конкретных обстоятельств. Ганди утверждал, что "[а]химса присутствует в индуизме, в христианстве и в исламе". Изучение истории и философии ахимсы повлияло на принцип Альберта Швейцера "благоговение перед жизнью". Он высоко оценил индийские традиции за их этику ахимсы, считая запрет на убийство и причинение вреда "одним из величайших событий в духовной истории человечества". Однако он отметил, что "не убивать" и "не причинять вреда" может оказаться невозможным в определенных ситуациях, например, при самообороне, или этически сложным, как в случае продолжительного голода.

Йога

Ахимса необходима для практикующих восьмиступенчатую систему Раджа-йоги Патанджали. Она включена в первую ступень и является первой из пяти ям (нравственных ограничений), которые, вместе со второй ступенью, составляют кодекс этического поведения в философии йоги. Ахимса также является одной из десяти ям в Хатха-йоге, согласно стиху 1.1.17 классического трактата Хатха-йога Прадипика. Значение ахимсы как первого ограничения в первой ступени йоги (ямах) заключается в том, что она определяет необходимую основу для продвижения в йоге. Она является предпосылкой для Асан, подразумевая, что успех в йогасанах возможен только при очищении себя в мыслях, словах и поступках посредством нравственного ограничения ахимсы.

Джайнизм

В джайнизме понимание и реализация ахимсы более радикальны, скрупулезны и всеобъемлющи, чем в любой другой религии. Убийство любого живого существа считается химса (причинение вреда), а воздержание от такого действия – ахимса (ненанесение вреда). Клятва ахимсы считается самой важной из «пяти клятв джайнизма». Другие обеты, такие как истина (сатья), предназначены для защиты обета ахимсы. В практике ахимсы требования менее строгие для мирян (сраваков), принявших ануврата (малые обеты), чем для джайновских монахов, связанных «великими обетами» Махавраты. Утверждение ахимса парамо дхарма (или «Ненасилие – высшая обязанность/добродетель/принцип/религия») часто встречается на стенах джайнистских храмов. Как и в индуизме, цель состоит в том, чтобы предотвратить накопление вредной кармы. Когда Махавира возродил и реорганизовал джайнистскую веру, ахимса уже была установленным и строго соблюдаемым правилом. Ришбханатха (Адинатха), первый джайнистский Тиртханкара, которого современные западные историки считают исторической личностью, за которым последовал Паршванатха (Паршванатха), двадцать третий Тиртханкара, живший примерно в , основал общину, к которой принадлежали родители Махавиры. Ахимса уже была частью «Четырехкратного сдерживания» (Кауджама) – обетов, принятых последователями Паршвы. Во времена Махавиры и в последующие века джайны были в оппозиции как к буддистам, так и к последователям ведической религии, или индуистам, которых они обвиняли в небрежности и непоследовательности в реализации ахимсы. Согласно джайнистской традиции, предписывается либо лакто-вегетарианство, либо веганство. Джайнистская концепция ахимсы характеризуется несколькими аспектами. Убийство животных для пищи абсолютно исключено. Джайны также прилагают значительные усилия, чтобы не причинять вреда растениям в повседневной жизни, насколько это возможно. Хотя они признают, что растения необходимо уничтожать ради пищи, они допускают такое насилие лишь в той мере, в какой оно необходимо для выживания человека, и существуют специальные инструкции для предотвращения ненужного насилия по отношению к растениям. Джайнистские монахи и монахини стараются не навредить даже мелким насекомым и другим крошечным животным. Как отрекшиеся, так и миряне джайнизма отвергают мясо, рыбу, алкоголь и мед, поскольку считается, что они наносят вред большим и крошечным формам жизни. Джайнистские ученые обсуждали потенциальный вред другим формам жизни во время профессиональной деятельности. Некоторые джайнистские тексты (согласно Падманнабху Джайни, исследователю джайнизма) запрещают последователям этой веры заниматься животноводством, сельским хозяйством и торговлей продуктами животного происхождения. Для мирян учение заключается в ахимсе с прамадой – то есть, в уменьшении насилия посредством правильного намерения и осторожности в каждом действии, чтобы свести к минимуму насилие по отношению ко всем формам жизни. Джайнистские тексты, в отличие от большинства индуистских и буддийских текстов о справедливой войне, были непоследовательны. Для монашеской общины – садху и садхви – исторически принятой практикой было «добровольно пожертвовать собственной жизнью» нападавшему, не отвечать агрессией, чтобы нищий мог сохранить Первую Великую клятву «полного ненасилия». По словам Дандаса, такие исключения из ахимсы – относительно редкое учение в джайнистских текстах. Махатма Ганди заявил: «Ни одна религия в мире не объяснила принцип ахимсы так глубоко и систематически, как обсуждается его применимость в каждой человеческой жизни в джайнизме. И когда благожелательный принцип ахимсы или ненасилия будет принят для практического применения людьми мира для достижения цели жизни в этом мире и за его пределами, джайнизм, несомненно, займет высшее положение, а Махавира, несомненно, будет почитаться как величайший авторитет в ахимсе».

Буддизм

В буддийских текстах ахимса (или её палийский эквивалент авихимса) является частью Пяти заповедей (Панчасила), первой из которых является воздержание от убийства. Эта заповедь ахимсы применима как к буддийским мирянам, так и к монашеской общине. Ахимса не является заповедью, и нарушения не влекут за собой наказаний для мирян, однако её сила заключается в буддийской вере в кармические последствия и их влияние на будущие перерождения. Убийство, согласно буддийским представлениям, может привести к перерождению в адском мире, а в случае убийства монаха – к более длительному и суровому перерождению. Считается, что спасение животных от убоя для мяса позволяет заслужить добродетель для лучшего перерождения. Эти моральные принципы добровольно соблюдаются в буддийской культуре мирян благодаря вере в карму и перерождение. Буддийские тексты не только рекомендуют ахимсу, но и советуют избегать торговли товарами, которые способствуют насилию или являются его результатом:

«Эти пять видов деятельности, о монахи, не должны быть приняты мирянами: торговля оружием, торговля живыми существами, торговля мясом, торговля опьяняющими веществами, торговля ядом». (Анггутара Никая V.177, перевод Мартин Батчелор)

В отличие от мирян, нарушения, совершённые монахами, влекут за собой санкции. Полное исключение монаха из Сангхи (буддизма) следует за убийством, как и за любым другим серьёзным нарушением монашеского кодекса поведения никая.

Война

В буддизме насильственные способы наказания преступников и военнопленных не подвергались прямому осуждению, но поощрялись мирные пути разрешения конфликтов и наказания, причиняющие наименьший вред. Ранние тексты осуждают ментальные состояния, приводящие к насильственному поведению. Ненасилие – сквозная тема в Палийском каноне. Хотя ранние тексты решительно осуждают убийство и изображают идеального царя/царицу как пацифиста, такого царя/царицу, тем не менее, окружают войска. Похоже, учение Будды о ненасилии не было интерпретировано или реализовано на практике ранними буддистами в форме бескомпромиссного пацифизма или отказа от военной службы. Ранние тексты рассматривают войну как данность, а хорошо обученных воинов – как необходимых для оборонительных войн. В палийских текстах наставления воздерживаться от насилия и участия в военных делах адресованы членам сангхи; более поздние тексты Махаяны, часто обобщающие монашеские нормы для мирян, требуют этого и от мирян. В ранних текстах не содержится идеологии справедливой войны как таковой. Некоторые утверждают, что сутты в Гамани Самьютте исключают любую военную службу. В этом отрывке солдат спрашивает Будду, правда ли, что, как ему было сказано, солдаты, павшие в бою, перерождаются в небесном мире. Будда неохотно отвечает, что если он будет убит в бою, когда его ум охвачен намерением убить, его ждет неблагоприятное перерождение. В ранних текстах ментальное состояние человека в момент смерти обычно рассматривается как оказывающее значительное влияние на следующее рождение. Некоторые буддисты ссылаются на другие ранние тексты, оправдывающие оборонительную войну. Одним из примеров является Косала Самьютта, в котором царь Пасенади, праведный царь, пользующийся благосклонностью Будды, узнает о надвигающемся нападении на его царство. Он вооружается для защиты и ведет свою армию в бой, чтобы защитить свое царство от нападения. Он проиграл эту битву, но выиграл войну. Царь Пасенади в конечном итоге победил царя Аджатасатту и взял его живым. Он считал, что, хотя этот царь Магадхи совершил преступление против его царства, он не совершил преступления против него лично, и Аджатасатту все еще был его племянником. Он освободил Аджатасатту и не причинил ему вреда. По возвращении Будда сказал (среди прочего), что Пасенади «друг добродетели, знакомый с добродетелью, близкий к добродетели», в то время как об агрессоре, царе Аджатасатту, говорится обратное. Согласно тхеравадинским комментариям, существует пять необходимых факторов, которые должны быть выполнены, чтобы действие считалось убийством и имело кармические последствия. Это: 1) наличие живого существа, человека или животного; 2) осознание того, что это существо живо; 3) намерение убить; 4) совершение убийства каким-либо способом; и 5) наступившая смерть. Некоторые буддисты утверждают на этом основании, что акт убийства сложен, и его этичность зависит от намерения. Некоторые утверждают, что в оборонительных ситуациях, например, основным намерением солдата является не убийство, а защита от агрессии, и акт убийства в этой ситуации будет иметь минимальные негативные кармические последствия. По словам Бабасахеба Амбедкара, в учении Будды есть косвенные доказательства, поощряющие ахимсу: «Любите всех, чтобы не желать никому смерти». Гаутама Будда различал принцип и правило. Он не сделал ахимсу вопросом правила, а предложил ее как принцип. Это дает буддистам свободу действий.

Законы

Императоры династий Суй, Тан и ранней династии Сун запрещали убийство в 1-й, 5-й и 9-й месяцы лунного календаря. Императрица У Цзэтянь запретила убийство более чем на полгода в 692 году. Некоторые правители запрещали рыбалку на определенный период времени каждый год. Также существовали запреты после смерти императоров, после буддийских и даосских молитв, а также после стихийных бедствий, таких как летняя засуха в Шанхае 1926 года, и восьмидневный запрет, начавшийся 12 августа 1959 года, после наводнения 7 августа (八七水災) – последнего крупного наводнения перед тайваньским наводнением 1988 года. Люди воздерживаются от убийства во время некоторых праздников, таких как даосский фестиваль призраков, фестиваль девяти императорских богов и вегетарианский фестиваль, а также во время других праздников.