Расследование катастрофы рейса Pan Am 103: от Локерби до приговора

Введение

Расследование взрыва самолета Pan Am Flight 103 началось в 19:03 21 декабря 1988 года, когда самолет Pan Am Flight 103 был взорван над Локерби в Дамфрисе и Галлоуэй, Шотландия. Злоумышленники планировали, чтобы самолет упал в море, уничтожив любые поддающиеся отслеживанию доказательства, но позднее время вылета привело к тому, что взрыв над сушей оставил огромное количество улик. Расследование привело к привлечению к ответственности, осуждению и заключению Абдельбасета аль-Меграхи.

Следователи

В Шотландии ответственность за расследование случаев внезапной смерти возлагается на местного прокурора-фискала, который выезжает на место происшествия и может давать указания полиции в ходе расследования. Прокурор-фискал имеет мандат от лорда-адвоката, являющегося главным юридическим должностным лицом Шотландии (и до децентрализации в 1999 году одновременно занимавшим пост министра правительства Великобритании). Ответственность за расследование дела о Локерби возлагалась на Джимми Макдугала, прокурора-фискала в близлежащем городе Дамфрис, и на полицейскую службу Дамфриса и Галлоуэя, которая по численности сотрудников являлась самым маленьким полицейским управлением в Великобритании. Согласно докладу, представленному тогдашним лордом-адвокатом Колином Бойдом на конференции юридических советников в 2001 году, обычные ресурсы, имевшиеся в их распоряжении, были недостаточны для проведения такого расследования. В связи с этим усилия полиции были усилены сотрудниками со всей Шотландии и севера Англии, а прокурору-фискалу была оказана поддержка со стороны Королевского офиса прокуратуры и службы прокуроров-фискалов в Эдинбурге. Финансирование расследования быстро стало политическим вопросом, и Маргарет Тэтчер объявила, что центральное правительство, а не шотландское управление, покроет любые дополнительные расходы. 27 декабря 2018 года онлайн-издание «Wired» опубликовало развернутую статью, в которой подчеркивается, что надзор за делом осуществлял Роберт Мюллер, глава уголовного отдела Министерства юстиции США. Приводятся дополнительные сведения.

Поиск подсказок

28 декабря 1988 года, всего через неделю после катастрофы, Управление по расследованию авиационных происшествий объявило об обнаружении следов высокоэнергетических взрывчатых веществ и наличии доказательств того, что самолет Pan Am 103 был уничтожен самодельным взрывным устройством (IED). Более тысячи полицейских и военнослужащих в течение нескольких месяцев проводили тщательный поиск на месте крушения, извлекая из полей и лесов южной Шотландии 4 миллиона фрагментов. Поисковые группы состояли из восьми или десяти человек, которым было дано указание: "Поднимайте все, что не растет и не является камнем". Их просили особенно внимательно осматривать обгоревшие предметы, которые могли находиться вблизи взрыва. Британские военные вертолеты совершали облеты места катастрофы, указывая поисковым группам на крупные обломки. Для обследования густо заросших лесных массивов вокруг Локерби были привлечены частные вертолеты, оснащенные тепловизорами. В течение нескольких часов после крушения следователи получили фотографии местности, сделанные французским спутником. Высококачественные снимки со спутников-шпионов также предоставили Министерство обороны США и Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства. Каждый найденный предмет маркировался, помещался в прозрачный пластиковый пакет, снабжался этикеткой и доставлялся в спортзал местной школы, где все фрагменты подвергались рентгеновскому исследованию и проверялись на наличие следов взрывчатых веществ с помощью газового хроматографа, после чего информация вносилась в систему крупных расследований Министерства внутренних дел.

Реконструкция воздушного судна и багажных контейнеров

Все части обнаруженного самолета были первоначально доставлены в ангар в Лонгтауне, Камбрия, где они были осмотрены следователями из британского Управления по расследованию авиационных происшествий (AAIB); затем они были перемещены в штаб-квартиру AAIB на аэродроме Фарнборо в Гэмпшире для частичной реконструкции фюзеляжа Boeing 747. Следователи обнаружили область на левой стороне нижнего фюзеляжа в переднем грузовом отсеке, непосредственно под навигационными и коммуникационными системами самолета, где небольшой участок площадью около одного квадратного фута был полностью разрушен, с признаками вмятин и копоти. Обшивка фюзеляжа была согнута и разорвана назад в так называемом звездчатом рисунке – лепестками наружу – рисунке, который свидетельствовал о взрыве. В переднем грузовом отсеке находились багажные контейнеры, изготовленные из стекловолокна или алюминия, и заполненные чемоданами. После взрыва большинство из этих контейнеров показали повреждения, соответствующие падению с высоты 31000 футов (9449 м), но два из них – металлический контейнер AVE4041 и волокнистый контейнер AVN7511 – имели необычные повреждения. Исходя из схемы погрузки, следователи установили, что AVE4041 находился внутри и немного выше отверстия с звездчатым рисунком в фюзеляже, рядом с AVN7511. Реконструкция контейнера AVE4041 показала почернение, выбоины и серьезные повреждения панели пола и других областей, указывая на то, что, по мнению следователей, внутри него произошло "событие с высокой энергией". Хотя пол контейнера был поврежден, он не почернел и не был покрыт выбоинами. На основании этого, а также распределения копоти и выбоин в других местах, следователи рассчитали, что чемодан с бомбой не лежал на полу, а, вероятно, находился поверх другого чемодана, хотя не было доказательств того, что взрыв произошел именно в чемодане. Используя повреждения соседнего контейнера AVN7511 в качестве ориентира, следователи пришли к выводу, что взрыв произошел примерно в 330 мм от пола AVE4041 и примерно в 640 мм от обшивки фюзеляжа. Следователи Федерального управления гражданской авиации (FAA) провели серию испытаний в Соединенных Штатах, на которых, как считается, присутствовал Алан Ферейди из британского Агентства по оценке и исследованиям в области обороны (DERA). В ходе испытаний использовались металлические контейнеры, загруженные багажом, и пластиковая взрывчатка, детонировавшая внутри радиокассетных магнитофонов Toshiba в чемоданах, заполненных одеждой, чтобы воспроизвести рисунок копоти и выбоин на AVE4041. Сообщалось, что испытания подтвердили теорию следователей AAIB как относительно местоположения бомбы, так и количества взрывчатого вещества. Результаты этих испытаний были использованы в качестве доказательств в ходе судебного разбирательства для установления происхождения чемодана с бомбой. Джон Бедфорд, один из водителей погрузчиков Pan Am в Хитроу, смог дать показания о точном местоположении багажного контейнера в PA103, а также о местоположении чемоданов внутри него, что помогло следователям восстановить, как чемодан с бомбой оказался там. Бедфорд особенно хорошо помнил, что работал с контейнером AVE4041, поскольку, по его словам, он родился в 1940 году, а его жена – в 1941 году.

All parts of the recovered aircraft were taken initially to a hangar at Longtown, Cumbria, where they were examined by investigators from Britain's AAIB; they were then moved to the AAIB's headquarters at Farnborough Airfield in Hampshire for the fuselage of the Boeing 747 to be partially reconstructed. Investigators found an area on the left side of the lower fuselage in the forward cargo hold, directly under the aircraft's navigation and communications systems, where a small section of about square had been completely shattered, with signs of pitting and sooting. The fuselage skin had been bent and torn back in a so called starburst pattern—petalled outwards—a pattern that was evidence of an explosion. The forward cargo hold had been loaded with capacity baggage containers, made either of fiberglass or aluminium, and filled with suitcases. After the explosion, most of these containers showed damage consistent with a fall from 31000 feet (9449 m), but two of them—metal container AVE4041 and fibre container AVN7511—showed unusual damage. From the loading plan, investigators saw that AVE4041 had been situated inboard of, and slightly above, the starburst patterned hole in the fuselage, with AVN7511 right next to it. The reconstruction of container AVE4041 showed blackening, pitting, and severe damage to the floor panel and other areas, indicating that what the investigators called a "high energy event" had taken place inside it. Though the floor of the container was damaged, there was no blackening or pitting of it. From this, and the distribution of sooting and pitting elsewhere, investigators calculated that the suitcase containing the bomb had not rested on the floor, but had probably been on top of another case, though there was no proof that the explosion had occurred in a suitcase. Using the damage to adjacent container AVN7511 to guide them, the investigators concluded that the explosion had occurred about 13 inches (330mm) from the floor of AVE4041 and about 25 inches (640mm) from the skin of the fuselage. Federal Aviation Administration (FAA) investigators then conducted a series of tests in the United States, at which Alan Feraday of Britain's Defence Evaluation and Research Agency (DERA) is understood to have been present. The tests involved using metal containers loaded with luggage, and detonating plastic explosive within Toshiba radio cassette players in garment filled suitcases, so as to replicate the sooting and pitting pattern of AVE4041. The tests were said to have proved AAIB investigators' theory concerning both the position of the bomb and the quantity of explosive involved. The results of these tests were used as evidence at the eventual trial to determine the origin of the bomb suitcase. John Bedford, one of Pan Am's loader drivers at Heathrow, was able to give evidence about the precise location within PA103 of the baggage container, as well as the location of suitcases inside it, all of which helped investigators piece together how the bomb suitcase came to be there. Bedford particularly remembered handling container AVE4041, he told investigators, because he was born in 1940, and his wife in 1941.

Сумочка, бомба, одежда и инструкция по использованию

Анализ Федерального бюро расследований и криминалистических групп DERA мелких частиц углерода, обнаруженных на AVE4041 и AVN7511, показал, что произошел химический взрыв, использовался заряд пластикового взрывчатого вещества, и взрывное устройство сработало на расстоянии 8 дюймов (200 мм) от левого борта контейнера. Специалисты DERA, Фердей и доктор Томас Хейс, изучили две полосы металла, извлеченные из AVE 4041, и обнаружили следы пентаэритритолтетранитрата (PETN) и циклотриметилентринитрамина – компонентов Semtex H, высокоэффективного пластикового взрывчатого вещества, производившегося в Пардубице, Чехословакия (ныне Чешская Республика). В ходе поисков в районе Локерби было обнаружено 56 фрагментов чемодана с признаками обширных повреждений от близкого взрыва. При помощи производителей багажа было установлено, что фрагменты принадлежали коричневому чемодану с твердым корпусом Samsonite серии Silhouette 4000. DERA установила, что еще 24 предмета багажа, включая одежду, находились в непосредственной близости от чемодана в момент взрыва и, вероятно, внутри него. Среди обломков были части радиокассетного магнитофона и небольшой фрагмент печатной платы. Это вызвало обеспокоенность в разведывательных службах Великобритании, США и Западной Германии, поскольку полиция Западной Германии в октябре 1988 года, за два месяца до взрыва PA 103, обнаружила бомбу Semtex, спрятанную в радиокассетном магнитофоне Toshiba, в квартире в Нойсе, Западная Германия. Бомба была одной из пяти и находилась в распоряжении членов Дамасского генерального командования Народного фронта освобождения Палестины (НФОП), возглавляемого Ахмедом Джибрилом, бывшим капитаном сирийской армии. Фердей отправился в Западную Германию для изучения этой бомбы, и хотя он установил, что фрагменты из Локерби не совпадают точно с моделью Toshiba, сходства были достаточными для того, чтобы связаться с компанией Toshiba. С ее помощью DERA обнаружила семь моделей, в которых печатная плата имела идентичные детали с фрагментами из Локерби. Дальнейшее исследование одежды, предположительно находившейся в чемодане с бомбой, выявило фрагменты бумаги (из буклета к радиокассетному магнитофону Toshiba RT SF 16 Bombeat), встроенные в две мужские рубашки марки Slalom, синий детский комбинезон марки Babygro Primark и пару брюк в клетку. Обломки пластика, соответствующие материалу, использованному в Bombeat, и части сетки динамика были найдены в другой одежде, которая, по всей видимости, находилась внутри чемодана с бомбой: белая футболка марки Abanderado, пижама кремового цвета, фрагмент вязаного коричневого шерстяного кардигана с надписью "Puccini design", куртка в елочку и коричневый материал в елочку, некоторые части которого имели этикетку, указывающую на то, что они были из мужских брюк марки Yorkie 34 размера. Внутри этого материала в елочку было обнаружено пять комков синих и белых волокон, соответствующих материалу Babygro. Между двумя комками волокон Babygro были найдены остатки этикетки со словами "Сделано на Мальте". Эта этикетка стала первым указанием на возможную причастность Ливии. DERA также обнаружила фрагменты черного нейлонового зонта с признаками повреждений от взрыва. К ткани зонта были прилипшие синие и белые волокна, соответствующие фрагментам Babygro. Позже, в ходе судебного процесса, миссис Хортон не смогла однозначно идентифицировать представленный в качестве доказательства лист бумаги как тот, который она нашла, заявив, что найденный ею лист был практически целым и не состоял из нескольких частей. Полиция, выступавшая в суде, заявила, что бумага была повреждена в результате серии криминалистических экспертиз. Роберт Инграм, гражданский специалист по поиску и спасению, сообщил суду, что полиция посетила его через несколько месяцев после катастрофы, чтобы попросить подтвердить обнаружение предметов, которые он на самом деле не помнил, что он находил.

An analysis by the Federal Bureau of Investigation and DERA forensic teams of the fine carbon deposits on AVE4041 and AVN7511 indicated that a chemical explosion had occurred; that a to charge of plastic explosive had been used; and that the device had exploded 8 inches (200 mm) from the left side of the container. DERA's Feraday and Dr. Thomas Hayes examined two strips of metal from AVE 4041, and found traces of pentaerythritol tetranitrate (PETN) and cyclotrimethylene trinitramine, components of Semtex H, a high performance plastic explosive manufactured in Pardubice, Czechoslovakia (now Czech Republic). During the fingertip searches around Lockerbie, 56 fragments of a suitcase were found that showed extensive, close range blast damage. With the help of luggage manufacturers, it was determined that the fragments had been part of a brown, hardshell, Samsonite suitcase of the Silhouette 4000 range. A further 24 items of luggage, including clothing, were determined by DERA to have been within a very close range of the suitcase when it exploded, and probably inside it. The blast fragments included parts of a radio cassette player and a small piece of circuit board. This rang alarm bells within the intelligence communities in Britain, the U. S., and West Germany, as the West German police had recovered a Semtex bomb hidden inside a Toshiba radio cassette player in an apartment in Neuss, West Germany, in October 1988, two months before PA 103 exploded. The bomb, one of five, had been in the possession of members of the Damascus–based Popular Front for the Liberation of Palestine General Command (PFLP GC), led by Ahmed Jibril, a former Syrian army captain. Feraday travelled to West Germany to examine this bomb, and though he found that the Lockerbie fragments did not precisely match the Toshiba model, they were similar enough for him to contact Toshiba. With the company's help, DERA discovered there were seven models in which the printed circuit board bore exactly the same details as the Lockerbie fragments. Further examination of the clothing believed to have been in the bomb suitcase found fragments of paper (from a booklet on the Toshiba RT SF 16 Bombeat radio cassette player) embedded into two Slalom brand men's shirts, a blue baby's jumpsuit of the Babygro Primark brand, and a pair of tartan trousers. Fragments of plastic consistent with the material used on a Bombeat and pieces of loudspeaker mesh, were found embedded in other clothing which appeared to have been inside the bomb suitcase: a white, Abanderado brand T shirt; cream coloured pyjamas; a fragment of a knitted, brown, woollen cardigan with the label "Puccini design"; a herringbone jacket; and brown herringbone material, some of which bore a label indicating it came from a pair of size 34 Yorkie brand men's trousers. Contained within this herringbone material were five clumps of blue and white fibres consistent with the blue Babygro material. Trapped between two pieces of Babygro fibres were the remains of a label with the words "Made in Malta". This label was the first indication of possible Libyan involvement. DERA also found the fragments of a black nylon umbrella that showed signs of blast damage. Stuck to the canopy material were blue and white fibres, consistent with the fragments of the Babygro. Later, during the trial, Mrs Horton could not positively identify the official exhibit as the same piece of paper she had found, claiming later that the paper she had found had been more or less intact and not in several pieces. Police at the trial said that the paper had been damaged following a series of forensic tests. Robert Ingram, a civilian search and rescue worker told the court that police had visited him some months after the crash to ask him to confirm finding items that he did not, in fact, recall recovering.

Дом Мэри, Слима, Мальта

Помимо брюк Babygro с надписью "Сделано на Мальте", детективы обнаружили, что брюки марки Yorkie производятся в Ирландии и на Мальте компанией Yorkie Clothing. В августе 1989 года шотландские детективы прилетели на Мальту, чтобы поговорить с владельцем, который направил их в главный магазин "Yorkie" на острове – "Mary's House" в Слиме, которым управлял Тони Гаучи, ставший ключевым свидетелем обвинения. Гаучи вспомнил, что примерно за две недели до взрыва он продал брюки Yorkie человеку, выглядевшему как ливиец, говорившему на смеси арабского, английского и мальтийского языков с ливийским акцентом. Гаучи хорошо помнил эту продажу, он рассказал полиции, потому что покупателя, казалось, не интересовало, что именно он приобретает. Он купил старую твидовую куртку, от которой Гаучи безуспешно пытался избавиться годами, синий Babygro, шерстяной кардиган и несколько других вещей разных стилей и размеров. Он описал мужчину как "ростом около 183 см, мускулистого телосложения и чисто выбритого" (U.S. News & World Report, 18 ноября 1989 года). Художник-полицейский из Шотландии прилетел на Мальту, чтобы составить подробный портрет. Гаучи видел этого покупателя и раньше и, как он сообщил полиции, видел его после взрыва, тоже на Мальте, всего несколько недель назад. В этот момент шотландская полиция полагала, что может быть близка к аресту. Однако через несколько дней лондонская газета "Санди Таймс" заинтересовалась этой историей, в том числе из-за привычки шотландских детективов каждый день в обеденное время прогуливаться вместе, выделяясь в толпе своими черными полицейскими брюками и белыми рубашками. По острову поползли слухи, что полиция, расследующая дело о Локерби, находится на Мальте в поисках террориста. Когда американский журналист спросил одного из детективов, прибыл ли он из Локерби, тот ответил уклончиво, с сильным шотландским акцентом: "Никаких комментариев", что было воспринято как подтверждение. Информация дошла до Дэвида Леппарда, журналиста-расследователя из команды Insight в Sunday Times, который опубликовал статью. Любая возможность арестовать подозреваемого на Мальте была упущена. Перед тем, как детективы покинули его магазин в тот день, Гаучи вспомнил еще одну деталь. Как только покупатель, выглядевший как ливиец, подошел к двери, начался дождь. Гаучи спросил, не хотел бы он купить зонт, и тот согласился. Детективы приобрели у Гаучи такой же зонт, доставили его в Локерби и тщательно осмотрели остатки черных зонтов, найденных на месте крушения, пока не обнаружили фрагменты одного, который, казалось, соответствовал зонту Гаучи. Фрагменты были отправлены в DERA для экспертизы, где в ткани зонта были обнаружены следы синего Babygro, что указывало на то, что оба предмета находились внутри чемодана Samsonite. Это совпадение убедило шотландских следователей в том, что человек, которому Гаучи продал одежду, и есть тот, кого они ищут. Однако впоследствии возникли сомнения в достоверности показаний Гаучи. Через пять лет после суда бывший лорд-адвокат, лорд Фрейзер из Кармилли, публично охарактеризовал Гаучи как "недалекого человека" и "не совсем в себе", а в 2007 году Шотландская комиссия по пересмотру уголовных дел установила, что Гаучи был допрошен шотландской и мальтийской полицией 17 раз, в ходе которых он давал ряд противоречивых показаний. Кроме того, источник в юридических кругах сообщил, что есть основания полагать, что Гаучи задавали наводящие вопросы. В документальном фильме BBC Two "The Conspiracy Files: Lockerbie", показанном 31 августа 2008 года, утверждалось, что одной из важных причин для новой апелляции Меграхи стало то, что Гаучи, опознавший его в опознавательном параде, увидел его фотографию в журнале всего за четыре дня до опознания.

As well as the Babygro carrying the label "Made in Malta" detectives discovered that Yorkie brand trousers are manufactured in Ireland and Malta by Yorkie Clothing. In August 1989, Scottish detectives flew to Malta to speak to the owner, who directed them to Yorkie's main outlet on the island—Mary's House in Sliema, run by Tony Gauci, who became the prosecution's most important witness. Gauci recalled that about two weeks before the bombing he had sold the Yorkie trousers to a man of Libyan appearance, who spoke a mixture of Arabic, English, and Maltese with a Libyan accent. Gauci remembered the sale well, he told the police, because the customer didn't seem to care what he was buying. He bought an old tweed jacket that Gauci had been trying to get rid of for years, a blue Babygro, a woollen cardigan, and a number of other items, all different styles and sizes. He described the man as "5 ft 10 in, muscular, and clean shaven" (U. S. News & World Report, November 18, 1989). A Scottish police artist flew to Malta to compile a detailed sketch of the man. Gauci had seen this customer before and, he told police, had seen him since the bombing, too, in Malta, just a few weeks previously. At this point, the Scottish police believed they might be in a position to make an arrest. However, days later the Sunday Times of London became aware of the story, not least because of the Scottish detectives' habit of going for a walk together at lunchtime every day, conspicuous as a group in their black police officers' trousers and white shirts. Rumours spread around the island that the Lockerbie police were in Malta looking for the bomber. An American journalist who approached one of the detectives to ask whether he was from Lockerbie was told "No comment" in a broad Scottish accent, which was taken as confirmation, and the story reached David Leppard, then an investigative reporter with the Insight team of the Sunday Times, who published the story. Any chance of arresting the suspect in Malta was lost. Before the detectives left his store that day, Gauci remembered something else. Just as the Libyan looking customer reached the door, it had started to rain. Gauci had asked him whether he also wanted to buy an umbrella, and he did. The detectives bought an identical umbrella from Gauci, took it back to Lockerbie, and searched through the remains of the black umbrellas that were found at the crash site, until they found parts of one that seemed to match Gauci's. The parts were sent to DERA for examination, where traces of the blue Babygro were found embedded into the umbrella's fabric, indicating that both items had been inside the Samsonite suitcase. This match confirmed to the Scots that the man Gauci had sold the clothes to was, indeed, the man they were looking for. Doubt has since been cast on the reliability of Gauci as a witness; five years after the trial, former Lord Advocate, Lord Fraser of Carmyllie, publicly described Gauci as being "an apple short of a picnic" and "not quite the full shilling", and it was revealed in 2007 by the Scottish Criminal Cases Review Commission that Gauci was interviewed 17 times by Scottish and Maltese police during which he made a series of inconclusive statements. In addition, a legal source said that there was evidence that leading questions had been put to Gauci. In the BBC Two The Conspiracy Files: Lockerbie shown on August 31, 2008, it was claimed that one significant reason for Megrahi's latest appeal was that Gauci, who had picked him out in a line up, had seen a magazine photograph of him just four days before he made the identification.

Фрагмент таймера

Среди загадок, окружающих фрагмент таймера, – то, как, когда и кем он был найден. По одному из источников в полиции, близкому к делу, фрагмент был найден «любящей парой» во время прогулки по лесу. Согласно другой версии, фрагмент обнаружил мужчина, выгуливавший собаку. Или, по словам бывшего следователя, полиция нашла его, прочесывая землю на четвереньках. Последняя версия была принята судом на основании представленных доказательств. Показания свидетелей показали, что 13 января 1989 года, через три недели после взрыва, два шотландских детектива, проводивших поиски в лесу возле Локерби, обнаружили кусок обгоревшего материала, впоследствии идентифицированный как шейный обрез серой рубашки марки Slalom. Из-за обугливания он был отправлен на анализ в криминалистическую лабораторию DERA в Форт-Халстед, Кент. Доктор Томас Хейс осмотрел обгоревший материал только 12 мая 1989 года. Он извлек ткань и обнаружил в ней фрагменты белой бумаги, фрагменты черного пластика, фрагмент металла и фрагмент проволочной сетки, которые впоследствии оказались фрагментами Toshiba RT SF 16 и его руководства. Доктор Хейс также показал, что обнаружил вкрапленный в материал полудюймовый фрагмент зеленой печатной платы. Следующее упоминание об этом фрагменте платы относится к 15 сентября 1989 года, когда Алан Ферэйдей из DERA отправил полицейскому, ведущему расследование, главному инспектору Уильяму Уильямсону, полароидный снимок фрагмента с просьбой помочь в его идентификации и сопроводительной запиской, в которой говорилось, что это «лучшее, что я могу сделать за столь короткий срок». В июне 1990 года Ферэйдей и главный инспектор Уильямсон, как сообщается, посетили штаб-квартиру ФБР в Вашингтоне и вместе с Томасом Турманом, экспертом ФБР по взрывчатым веществам, идентифицировали фрагмент как происходящий от типа печатной платы таймера, аналогичного тому, что был изъят у ливийского агента разведки Мохаммада аль-Марзука, арестованного в аэропорту Дакара, Сенегал, за десять месяцев до катастрофы рейса PA 103 (The Independent, 19 декабря 1990 года). У Марзука были обнаружены взрывчатые вещества Семтекс, несколько пакетов тротила, 10 детонаторов и электронный таймер – так называемый таймер MST 13 с надписью «Mebo». Фрагмент таймера DERA, впоследствии получивший обозначение PT/35(b), в конечном итоге привел следователей через его швейцарского производителя к Абдельбасету аль Меграхи. Участие Турмана в идентификации фрагмента позже вызвало споры из-за отчета 1997 года о лаборатории ФБР, не связанного с расследованием PA 103, составленного генеральным инспектором США Майклом Бромвичем, в котором было заключено, что Турман изменял лабораторные отчеты, делая их неточными, и что его следует перевести на должность за пределами лаборатории ФБР (The Wall Street Journal, 26 сентября 1997 года). Турмана не вызывали для дачи показаний. Потенциально также подрывая дело обвинения, представленное на суде, показания британского коллеги Турмана, Алана Ферэйдея из DERA, теперь поставлены под сомнение. В трех отдельных случаях, когда Ферэйдей выступал в качестве эксперта, приговоры мужчин, против которых он давал показания, были отменены. Кроме того, доктора Томаса Хейса критиковали за то, что он не проверил фрагмент таймера на наличие следов взрывчатых веществ, хотя на суде он утверждал, что фрагмент был слишком мал для проведения анализа. Адвокат защиты сопоставил показания Хейса с показаниями двух его коллег (Эллиотта и Хиггса) из криминалистической лаборатории DERA, которые, как было установлено в печально известном процессе над «семью Магуайрами», проводили анализ микроскопических образцов из-под ногтей подозреваемых на наличие следов взрывчатых веществ. В другом важном развитии событий, отставной высокопоставленный шотландский полицейский заявил, что ЦРУ подбросило это ключевое доказательство. Шотландская комиссия по рассмотрению уголовных дел (SCCRC) рассмотрела все эти вопросы и в июне 2007 года решила направить дело Меграхи на повторное рассмотрение апелляцией. Вторая апелляция будет рассматриваться пятью судьями в Апелляционном суде по уголовным делам. 11 октября 2007 года в Апелляционном суде в Эдинбурге состоялось предварительное слушание, на котором адвокаты обвинения и защиты обсудили правовые вопросы с коллегией из трех судей. Один из вопросов касается ряда документов из страны, источник которой не разглашается, которые были показаны обвинению, но не были предоставлены защите. По имеющимся данным, эти документы относятся к таймеру Mebo MST 13, который предположительно привел к взрыву бомбы рейса PA103. В январе 2009 года сообщалось, что, хотя вторая апелляция Меграхи по делу об осуждении должна была начаться 27 апреля 2009 года, слушание может продлиться до 12 месяцев из-за сложности дела и объема подлежащих изучению материалов.

Among the mysteries surrounding the timer fragment is how, when, and by whom, it was found. "A lover and his lass" found the fragment while strolling in the forest, according to one police source close to the case. A man found the fragment while walking his dog, according to another version. Or, in yet another story from a former investigator, police found it while combing the ground on their hands and knees. The latter became the accepted version when evidence was given at the trial. Testimony indicated that on January 13, 1989, three weeks after the bombing, two Scottish detectives engaged in a line search in woods near Lockerbie came upon a piece of charred material, later identified as the neckband of a grey Slalom brand shirt. Because of the charring, it was sent for analysis to the DERA forensic explosives laboratory at Fort Halstead in Kent. It was not until May 12, 1989, that Dr Thomas Hayes examined the charred material. He teased out the cloth and found within it fragments of white paper, fragments of black plastic, a fragment of metal and a fragment of wire mesh—all subsequently found to be fragments of a Toshiba RT SF 16 and its manual. Dr Hayes testified that he also found embedded a half inch fragment of green circuit board. The next reference to this circuit board fragment was on September 15, 1989, when Alan Feraday of DERA sent a Polaroid photograph of it to the police officer leading the investigation, Detective Chief Inspector William Williamson, asking for help in identification and with a covering note saying this was "the best that I can do in such a short time". In June 1990, Feraday and DCI Williamson were said to have visited FBI headquarters in Washington and, together with Thomas Thurman, an FBI explosives expert, identified the fragment as coming from a type of timer circuit board similar to the one in the timer that had been seized from a Libyan intelligence agent, Mohammad al Marzouk, who had been arrested in Dakar airport, Senegal ten months before PA 103 (The Independent, December 19, 1990). Marzouk was found to be carrying of Semtex, several packets of TNT, 10 detonators, and an electronic timer—a so called MST 13 timer—with the word Mebo printed on it. DERA's timer fragment, which was subsequently designated as PT/35(b), would eventually lead detectives via its Swiss manufacturer to Abdelbaset al Megrahi. Thurman's involvement in identifying the fragment later proved controversial because of a 1997 report on the FBI Laboratory, unrelated to the PA 103 investigation, written by U. S. Inspector General Michael Bromwich, which concluded that Thurman had altered lab reports in ways that had rendered them inaccurate, and that he ought to be transferred to a position outside the FBI lab (The Wall Street Journal, September 26, 1997). Thurman was not called to testify. Potentially also damaging to the Crown's case as presented at the trial, the testimony of Thurman's UK counterpart, DERA's Alan Feraday, has now been called into question. In three separate cases where Feraday had been the expert witness, men against whom he gave evidence have had their convictions overturned. And, thirdly, Dr Thomas Hayes was castigated for his failure to test the timer fragment for explosives residue, even though at the trial he maintained that the fragment was too small to test. Defence counsel contrasted Hayes' testimony with that of two of his colleagues (Elliott and Higgs) at DERA's forensic laboratory who, as revealed in the notorious Maguire Seven trial, had tested minute samples from underneath the fingernails of the suspects for explosives residue. In another important development, a retired senior Scottish police chief added fuel to the timer fragment fire by claiming that the CIA planted this crucial piece of evidence. The Scottish Criminal Cases Review Commission (SCCRC) considered all these issues and decided in June 2007 to refer Megrahi's case back for a fresh appeal. The second appeal will be heard by five judges at the Court of Criminal Appeal. A procedural hearing at the Appeal Court in Edinburgh took place on October 11, 2007 when prosecution and defence lawyers discussed legal issues with a panel of three judges. One of the issues concerns a number of documents from an undisclosed source country that were shown to the prosecution but were not disclosed to the defence. The documents are understood to relate to the Mebo MST 13 timer that allegedly detonated the PA103 bomb. In January 2009, it was reported that although Megrahi's second appeal against conviction was scheduled to begin on 27 April 2009 the hearing could last as long as 12 months because of the complexity of the case and volume of material to be examined.

Мебо

Следователи обнаружили, что Mebo расшифровывается как Meister & Bollier, электронная фирма в Цюрихе, Швейцария. На суде выяснилось, что один из владельцев, Эдвин Боллиер, продал двадцать таймеров MST 13 (идентичных найденному в Сенегале) в Ливию в 1985 году, надеясь получить контракт на поставку ливийской армии. В первый раз, когда он поставлял партию таймеров, он сопровождал ливийских чиновников в пустынный город Саба и наблюдал, как его таймеры использовались при взрывах. Он заявил суду, что впервые встретился с Меграхи в тот день, полагая, что тот является майором ливийской армии и родственником Каддафи. После этой встречи Боллиер сообщил, что Меграхи и его сообвиняемый Фхима, которых он считал близкими друзьями, совместно основали туристическое агентство под названием ABH в офисах Mebo в Цюрихе. Позже Фхима стал начальником станции Ливийских арабских авиалиний в аэропорту Лука на Мальте. (Фхима признал, что работал в авиакомпании, но утверждает, что покинул работу за три месяца до взрыва.) Боллиер свидетельствовал на суде, что шотландская полиция первоначально показала ему фрагмент коричневой 8-слойной печатной платы прототипа таймера, который никогда не поставлялся в Ливию. Однако образец, который ему предложили идентифицировать на суде, был зеленой 9-слойной печатной платой, которую Mebo действительно поставила в Ливию. Боллиер хотел добиться расследования этого несоответствия, но председательствующий судья, лорд Сазерленд, запретил ему это делать. 18 июля 2007 года инженер-электронщик Mebo Ульрих Ламперт признал, что дал ложные показания относительно таймера на суде. В письменном заявлении, заверенном нотариусом в Цюрихе, Ламперт заявил, что украл прототип печатной платы MST 13 с таймером у Mebo и передал его без разрешения 22 июня 1989 года "представителю, расследовавшему дело Локерби". Доктор Ханс Кёхлер, наблюдатель ООН на процессе по делу Локерби, которому была направлена копия заявления Ламперта, заявил: "Шотландские власти теперь обязаны расследовать эту ситуацию. Мистер Ламперт не только признался в краже образца таймера, но и в том, что передал его представителю власти, а затем солгал в суде".

Investigators discovered that Mebo stood for Meister & Bollier, an electronics firm in Zürich, Switzerland. It emerged at the trial that one of the owners, Edwin Bollier, had sold twenty MST 13 timers (identical to the one found in Senegal) to Libya in 1985, in the hope of winning a contract to supply the Libyan military. The first time he supplied a batch of timers he had accompanied Libyan officials to the desert city of Sabha, and had watched as his timers were used in explosions. He told the court that he had met Megrahi on that occasion for the first time, believing him to be a major in the Libyan army and a relative of Gaddafi's. After that meeting, Bollier said that Megrahi and his co accused, Fhimah, who he believed were good friends, had set up a travel business together under the name ABH in the Mebo offices in Zürich. Fhimah later went on to become the station manager for Libyan Arab Airlines at Luqa Airport in Malta. (Fhimah has acknowledged he worked for the airline but says he left the job three months before the bombing.) Bollier testified at the trial that the Scottish police had originally shown him a fragment of a brown 8 ply circuit board, of a prototype timer which had never been supplied to Libya. Yet the sample he was asked to identify at the trial was a green 9 ply circuit board that Mebo had indeed supplied to Libya. Bollier wanted to pursue this discrepancy, but was told by trial Judge, Lord Sutherland, that he could not do so. On July 18, 2007 Mebo's electronics engineer, Ulrich Lumpert, admitted he had given false evidence about the timer at the trial. In an affidavit before a Zürich notary, Lumpert stated that he had stolen a prototype MST 13 timer PC board from Mebo and gave it without permission on June 22, 1989, to "an official person investigating the Lockerbie case". Dr Hans Köchler, UN observer at the Lockerbie trial, who was sent a copy of Lumpert's affidavit, said: "The Scottish authorities are now obliged to investigate this situation. Not only has Mr Lumpert admitted to stealing a sample of the timer, but to the fact he gave it to an official and then lied in court".

Сумочки без сопровождения

Параллельно с работой судмедэкспертов, детективы также отслеживали происхождение каждого предмета багажа, зарегистрированного на рейс PA 103, либо в Лондоне, либо через систему межрейсовой перевозки багажа (Interline). Межрейсовый багаж – это багаж, зарегистрированный на рейс в одном месте и автоматически направляемый авиакомпанией в другие пункты назначения. Это слабое место в системе безопасности авиакомпаний, поскольку при условии правильной маркировки сумка, не прошедшая надлежащий досмотр рентгеном в авиакомпании с низким уровнем риска и в аэропорту с низким уровнем риска, может быть перенаправлена без дополнительных проверок через несколько других аэропортов в авиакомпании с высоким уровнем риска. Записи Международного аэропорта Франкфурта за 21 декабря 1988 года были сохранены, лишь случайно, программистом Богомирой Эрак, которая порывисто сохранила копию записей "в память о людях, находившихся на борту самолета". Эти записи должны были показать, что багаж без сопровождения был отправлен рейсом Air Malta KM 180 из аэропорта Луки во Франкфурт, где он был загружен на Pan Am 103A, стыковочный рейс в Лондон. Правильно маркированный багажный ярлык Air Malta обеспечил бы доставку чемодана через систему межрейсовой перевозки багажа с Мальты во Франкфурт, из Франкфурта в Лондон и из Лондона в Нью-Йорк. Следователи, расследовавшие дело рейса PA 103, узнали, что багаж рейса Air Malta KM 180 обрабатывался одновременно с багажом рейса Libyan Arab Airlines Flight 147 в Триполи. Позже они обнаружили, что Меграхи был пассажиром этого рейса, прибыв на Мальту за два дня до этого по поддельному паспорту. Поскольку он отказался давать показания во время суда, его объяснения относительно его пребывания на Мальте и причины использования фальшивого удостоверения личности так и не были услышаны. После того, как Эдвин Боллиер из Mebo сообщил о дружбе и деловых отношениях между Меграхи и Фхимой, шотландская полиция получила разрешение на обыск офиса Фхимы на Мальте. Там они обнаружили дневник, который он вел, в котором он напомнил себе 15 декабря 1988 года на английском языке: "take taggs [sic] from Air Malta" ("взять бирки из Air Malta"). Однако в 1989 году Air Malta выступила с заявлением, отрицая, что на рейсе KM 180 мог быть перевезен чемодан без сопровождения: "39 пассажиров зарегистрировали 55 единиц багажа; 55 единиц багажа были загружены на рейс KM 180; и 39 пассажиров совершили перелет на этом рейсе. Air Malta была проинформирована о том, что все 55 единиц багажа учтены и что каждый из 39 пассажиров опознан", – заявила Air Malta.

In parallel to the forensic work, detectives were also tracing the origin of every piece of luggage that had been checked onto PA 103, either in London or through the Interline baggage system. Interline baggage is baggage checked onto a flight in one location and automatically routed by the airline to other locations. It is the weak link in airline security, because provided it is tagged correctly a bag not properly x rayed by a low risk airline in a low risk airport may be routed without further checks through several other airports to high risk airlines. Frankfurt International Airport records for December 21, 1988, had been saved, only by chance, by computer programmer Bogomira Erac, who had kept a copy of the records on the spur of the moment " in memory of the people who were on the plane". These records were to show that an unaccompanied bag had been routed from Air Malta Flight KM 180 out of Luqa Airport to Frankfurt, where it had been loaded onto Pan Am 103A, the feeder flight to London. A properly marked Air Malta baggage tag would have routed the suitcase through the interline system from Malta to Frankfurt, Frankfurt to London, and London to New York City. The PA 103 investigators learned that the baggage for Air Malta Flight KM 180 was processed at the same time as the bags for Libyan Arab Airlines Flight 147 to Tripoli. They later discovered that Megrahi had been a passenger on this flight, having arrived in Malta two days earlier using a false passport. As he declined to take the stand during his trial, his explanation for his presence in Malta, and his reason for using a fake Identity card, was never heard. Once alerted by Edwin Bollier of Mebo to the Megrahi–Fhimah friendship and business relationship, Scottish police obtained permission to search Fhimah's office in Malta. There they found a diary he had kept, in which he had reminded himself, on December 15, 1988, in English, to "take taggs [sic] from Air Malta." However, Air Malta issued a statement in 1989, denying that an unaccompanied suitcase could have been carried on Flight KM 180: "39 passengers checked in 55 pieces of baggage; 55 pieces of baggage were loaded onto Flight KM 180; and, 39 passengers travelled on the flight. Air Malta has been informed that all 55 pieces of baggage have been accounted for and that every one of the 39 passengers has been identified," Air Malta declared.