Сян Чжунфа: Ранний лидер Коммунистической партии Китая

Введение

Сян Чжунфа (; 1879 – 24 июня 1931) — китайский социалист, один из первых высших руководителей Коммунистической партии Китая (КПК).

Ранние годы

Сян родился в 1879 году в бедной семье, проживавшей в Ханчуане, провинция Хубэй. Он бросил начальную школу и переехал с родителями в их родовое гнездо в Хубэй. В возрасте 14 лет он стал подмастерьем на оружейном заводе в Ханьяне, уезде города Ухань. После закрытия завода Сян устроился слугой в Цзянси. Три года спустя его работодатель рекомендовал его на работу в судоходную компанию в Ухане. Через четыре месяца он получил повышение до второго помощника, а через два года стал старшим помощником. По прошествии нескольких лет Сян перешел на корабль крупной судоходной компании Хань Чжипин. Там он был избран лидером профсоюза благодаря своей грамотности и активному участию в рабочем движении. В 1921 году Сян стал вице-председателем профсоюза Хань Чжипин и вступил в КПК.

Приход к власти

Во время Северной экспедиции армия Гоминьдана (КМТ) взяла под контроль часть провинции Хубэй и двинулась к Уханю. Сян и Сюй Байхао мобилизовали рабочих для проведения забастовок против местных милитаристов и создали провинциальный профсоюз Хубэй, оказав значительную помощь армии КМТ. После переезда штаб-квартиры КПК в Ухань Сян был избран членом ЦК КПК за свои заслуги. В то время Сян был одним из наиболее видных рабочих активистов, наряду с Су Чжаочжэном, Ван Хэбо и Дэн Пэем. Альянс КПК и КМТ (Первый объединенный фронт) переживал период неопределенности, сопровождавшийся периодическими конфликтами между двумя сторонами. Сян выражал свое недовольство прямо, в отличие от более компромиссной позиции тогдашнего секретаря партии Чэнь Дусю, который не придавал большого значения рабочим лидерам. Решительная позиция Сяна произвела большое впечатление на Коминтерн, который 14 июля 1927 года выпустил телеграмму, осуждающую центральные органы КПК, утверждая, что в их компромиссной политике по отношению к КМТ проявляется оппортунизм, и постановив, что все члены КПК должны бороться с этим оппортунизмом. Согласно Коминтерну, основная задача реформ заключалась в том, чтобы "обеспечить решающее влияние лидеров рабочих и крестьян в КПК". Эта точка зрения больше соответствовала твердой позиции Сяна. В результате, на конференции КПК 7 августа 1927 года Чэнь Дусю был отстранен от должности, а Су и Сян были избраны временными членами Политбюро ЦК КПК. Тем не менее, новое руководство ЦК в лице Цюй Цюбая и Ли Вэйхана по-прежнему состояло преимущественно из интеллектуалов, что противоречило идеалам Коминтерна. В октябре 1927 года Коминтерн попросил КПК организовать делегацию для участия в Москве в торжествах по случаю 10-й годовщины Октябрьской революции. Многие лидеры КПК, после провала Наньчанского восстания, нашли убежище в Гуандуне и Гонконге и все еще находились там. Су и Ли Вэйхан все еще направлялись из Уханя в Шанхай. Это привело к дезорганизации центральных органов КПК, и Сян был избран руководителем делегации в Советский Союз. 15 октября 1927 года Сян и восемь других делегатов отправились в Советский Союз. В ноябре они прибыли в Москву, где были тепло встречены советскими коллегами. Сян принял участие в торжественной церемонии и нескольких крупных конференциях, посвященных совместной деятельности Коминтерна и советских коммунистов, а также выступил по советскому радио. Его опыт и понимание рабочего движения в Китае принесли ему авторитет в Коминтерне. Восточный отдел Коминтерна был рад, что Сян может помочь им в китайских делах, например, в предотвращении протеста китайских студентов в Московском восточном университете. В то же время, на расширенном заседании временного Политбюро ЦК КПК в Шанхае, в котором также участвовали новоизбранные интеллектуалы, а Ван Хэбо был казнен КМТ незадолго до этого, а Су направлялся в Москву в качестве делегата Коминтерна, в этом центральном органе КПК не оказалось представителей рабочих, что являлось прямым нарушением политики Коминтерна. В январе 1928 года Сян написал письма Иосифу Сталину и Николаю Бухарину, критикуя КПК. Эти письма привлекли внимание Сталина и Бухарина, которые обеспокоились указанными Сяном проблемами. Затем, в марте 1928 года, Коминтерн попросил КПК провести VI Национальный съезд в Москве, который должен был переформировать руководство КПК. С открытием съезда 18 июня Сян был назначен председателем на открытии и закрытии, что указывало на возможное повышение. На этом съезде Сян подверг критике и левизну Цюй Цюбая, и правый уклон Чжан Готао, по сути, заявляя о себе как об единственном ортодоксальном представителе китайской революции. За день до закрытия съезда Павел Миф, министр Восточного отдела Коминтерна, также известный как президент Московского университета имени Сунь Ятсена и наставник 28 большевиков, от имени Коминтерна представил список кандидатов в Центральный комитет КПК. Центральный комитет в то время состоял из 36 членов, среди которых было 22 рабочих, и подчеркивал необходимость подчинения политике Коминтерна. Сян был избран членом Политбюро и назначен Генеральным секретарем ЦК КПК, что не стало сюрпризом. Этот исход был предопределен, поскольку из 84 делегатов, присутствовавших на съезде, 50 были пролетариями, по сравнению с предыдущим съездом в 1926 году, когда 71 из 82 делегатов были интеллектуалами. Поэтому неудивительно, что Чжоу Эньлай выразил свое недовольство, сказав, что на VI Национальном съезде "слишком много шпаны".

During the Northern Expedition, the army of Kuomintang (KMT) took over some parts of Hubei and marched towards Wuhan. Xiang and Xu Baihao mobilized workers for strikes against local warlords and set up the labor union of the Hubei province, greatly assisting the KMT army. After the CCP headquarters moved to Wuhan, Xiang was elected a member of the CCP Central Committee for his contributions. Xiang was then among the most prominent worker activists, along with Su Zhaozheng, Wang Hebo and Deng Pei. The CCP KMT alliance (First United Front) was facing uncertainty with occasional conflicts arising between these two parties. Xiang expressed his discontent directly, as compared to the more compromising attitude of then party secretary Chen Duxiu, who did not attach much importance to worker leaders. The resolute standpoint of Xiang made a great impression on the Comintern, which issued a telegram on July 14, 1927, to denounce the central organs of the CCP, saying there were signs of opportunism in its compromise policy in relation to the KMT, and decreeing that all CCP members should fight against this opportunism. The basic task of reform "should make leaders of workers and peasants have decisive influence in the CCP", according to the Comintern. This view was more in line with Xiang's hard stance. As a result, at the conference of the CCP on August 7, 1927, the CCP fired Chen Duxiu and selected Su and Xiang as interim members of the politburo of the CCP. Even so, the CCC's new leadership of Qu Qiubai and Li Weihan was still dominated by intellectuals, contrary to the Comintern's ideals. In October 1927, the Comintern asked the CCP to organize a delegation to Moscow to attend the celebration ceremony of 10th anniversary of the October Revolution. Many CCP leaders had taken refuge in Guangdong and Hong Kong after the failure of the Nanchang Uprising, and were still there. Su and Li Weihan were still on their way from Wuhan to Shanghai. This left the CCP central organization in disarray, and Xiang was elected to be the director of the delegation to the Soviet Union. On October 15, 1927, Xiang and eight other delegates left for the Soviet Union. They reached Moscow in November, and were warmly welcomed by their Russian counterparts. Xiang attended a celebration ceremony and several major conferences for joint Comintern and Soviet communist activities, and gave talks on Soviet radio. His experience and understanding of workers' movements in China earned him prestige in the Comintern. The Eastern Department of the Comintern was happy to have Xiang help them handle Chinese affairs, such as stopping a Chinese student protest in Moscow Eastern University. At the same time, the interim politburo of the CCP had an extended meeting in Shanghai with the new elected Zhou Enlai and Luo Yinong being intellectuals too, and with Wang Hebo being executed by the KMT early before and Su coming to Moscow as delegate to Comintern, there was no representative of worker in this central organ of CCP, which should be a direct violation of Comintern policy. In January 1928 Xiang wrote letters to Joseph Stalin and Nikolai Bukharin, denouncing the CCP. These letters won attention of Stalin and Bukharin, who became concerned at what Xiang pointed out. Then in March 1928, the Comintern asked the CCP to hold its 6th National Congress in Moscow, which should have reshuffled the leadership of the CCP. With the opening of this congress on June 18, Xiang was appointed as the chairman of the opening and closing sessions, which implied that a promotion was at hand. In this congress, Xiang attacked both the leftism of Qu Qiubai and the rightism of Zhang Guotao, essentially claiming himself to be the only orthodox representative of Chinese revolution. The day before the closing session of this congress, Pavel Mif, the minister of the Eastern Department of the Comintern, also known as the president of Moscow Sun Yat sen University and mentor of 28 Bolsheviks, on behalf of the Comintern brought forward a list of candidates for the Central Committee of the CCP. The Central Committee at that time consisted of 36 members, with 22 workers among them, and stressed obedience to Comintern policy. Xiang was elected as member of the Politburo and made General Secretary of the CCP, which was no great surprise. This ending was a certainty from the beginning, for of the 84 delegates attending this congress, 50 of them were proletariat, compared with the previous congress in 1926, when 71 of the 82 delegates were intellectuals. So it was no wonder that Zhou Enlai would express his discontent by saying there were "a lot of mobs" in this 6th National Congress.

Спад и падение в Шанхае

После того, как Сян был избран верховным лидером КПК, ему было неуместно оставаться в Москве. Поэтому Сян вернулся в Шанхай, чтобы руководить повседневной работой штаб-квартиры КПК, которому помогали новые члены политбюро Цай Хэсен и кандидат в члены политбюро Ли Лисан. Сян официально возглавил штаб-квартиру КПК после сентября 1928 года. Под его руководством произошло несколько важных событий. Во-первых, он исключил Цая из политбюро за его экстремизм в отношении Сунцзиского отделения КПК, что вызвало серьезное недовольство в руководстве КПК. Во-вторых, Сян распространил «Документ Центрального Комитета КПК» среди всех членов КПК, в котором подчеркнул необходимость исправления ошибочных идей в революции и борьбы КПК с опасностями буржуазных мыслей и действий. В-третьих, Сян предложил ряд реформ в органах КПК, таких как объединение профсоюза с рабочим комитетом, отдела пропаганды с крестьянским комитетом и создание военного комитета при политбюро. Самой смелой предложенной реформой было поглощение штаб-квартирой КПК работы Цзянсуского отделения КПК, расположенного вблизи Шанхая. Однако это предложение было отклонено Чжоу Эньлаем, который заручился поддержкой других лидеров. В итоге Сяну пришлось отказаться от этой идеи. Во время пребывания Сяна у власти Ли Лисан постепенно стал играть важную роль. Когда Сян исключил Цая, он назначил Ли на его место, и тот стал одним из четырех постоянных членов политбюро и был назначен министром пропаганды в октябре 1928 года. В 1929 году, когда Дальневосточное бюро Коминтерна издало директиву об антиправом уклоне, обвинив КПК в недостаточной активности в этой области, Сян выразил протест против этого решения. Он выбрал Ли в качестве подходящего кандидата на должность руководителя отдела пропаганды, поскольку тот был красноречив и энергичен. Таким образом, Ли взялся за урегулирование конфликтов с Коминтерном. Когда Сян отправил Чжоу Эньлая в Москву для дальнейших разъяснений, Ли также занял прежнюю должность Чжоу в организации, что дало ему больше возможностей для проявления своих способностей. Узнав о решении Коминтерна по вопросу антиправого уклона, Сян заявил, что китайская революция находится на пике. Ли превратил эту слепоту в экстремизм, который впоследствии стал известен как «линия Ли Лисана», призывая к вооруженному восстанию в городах и распространению революции по всей стране. С июня 1930 года «линия Ли Лисана» оформилась при поддержке Сяна. КПК отказалась от повседневного управления из своей штаб-квартиры, передав его провинциальным отделениям. Были созданы комитеты действий во всех провинциях, и началась подготовка к полномасштабному восстанию в октябре. Однако Коминтерн выразил свое недовольство, заявив, что разрабатывает системную политику для китайской революции и что КПК должна сосредоточиться на восстании в одной или нескольких провинциях. Сян поддержал Ли, отвергая утверждение о том, что наступил «нулевой час» китайской революции. В ходе нескольких раундов дискуссий напряженность между Сяном, Ли и Коминтерном значительно возросла. Подозрения и критика КПК в отношении Коминтерна были восприняты Коминтерном как предательство. В результате экстремизма и слепоты «линии Ли Лисана» КПК понесла большие потери. Коминтерн отправил Ку Цюбая и Чжоу Эньлая обратно в Китай для реализации своей политики. 28 большевиков, отправленных своими наставниками для руководства китайской революцией, воспользовались этой возможностью, чтобы осудить Ли. Сян и Ли все еще не осознавали надвигающуюся опасность и резко критиковали этих молодых и неопытных студентов. Затем Коминтерн отправил телеграмму, отозвав Ли в Москву для отчета о его политике. Павел Миф также прибыл в Шанхай в качестве посланника Коминтерна. Под руководством Мифа было проведено 4-е Пленум 6-го Национального съезда КПК, где Ли был заменен протеже Мифа Ван Мином, а его сторонники – большевики заняли другие важные посты. Хотя Сян пытался подать в отставку, Коминтерн и старшие руководители КПК, такие как Ку и Чжоу, считали, что символическая ценность Сяна как рабочего среди руководства КПК все еще может быть полезна революции, поэтому они отклонили его отставку. Однако роль Сяна как верховного лидера завершилась, когда ключевая работа КПК перешла от городов к советским территориям в сельской местности, с которыми Сян не был знаком и не имел никакого опыта. Ван Мин, в то время возглавлявший КПК, презирал старых членов КПК, что побудило активистов рабочего движения Хэ Мэнсюна и Ло Чжанлуна попытаться создать альтернативный партийный центр. Хотя эта попытка провалилась, Хэ и еще 24 члена этой группы были арестованы и казнены Гоминьданом, что значительно ослабило позиции КПК в Шанхае. Осознавая, что он является марионеткой, Сян потерял веру в революцию и коммунизм. Он увлекся женщинами и роскошной жизнью. Используя партийные средства, Сян жил в вилле со своей любовницей, что вызвало резкую критику со стороны членов КПК и обеспокоило Чжоу Эньлая, которому и так было трудно обеспечить безопасность старших руководителей. Роскошная жизнь Сяна продлилась недолго. В 1931 году после ареста и предательства одного из старших подчиненных Чжоу Эньлая, Гу Шуньчжана, который в то время был начальником охраны КПК, Гу выдал Сяна властям. Сян был арестован 21 июня 1931 года в ювелирном магазине, который он использовал в качестве прикрытия во Французской концессии в Шанхае. Сян был схвачен вместе со своей любовницей Ян Сючжэнь, танцовщицей из шанхайских кабаре. Вскоре Сян рассказал властям Гоминьдана все, что знал о КПК и ее секретных службах, но был расстрелян до того, как до тюрьмы дошла телеграмма с приказом Чан Кайши о его помиловании.

Once Xiang was elected paramount leader of the CCP, it was inappropriate for him to stay in Moscow any longer. So Xiang came back to Shanghai to oversee the daily work of the CCP headquarters, assisted by new members of politburo Cai Hesen and alternate member Li Lisan. Xiang officially ran the headquarters of the CCP after September 1928. There were several notable events under his direction. First, he sacked Cai's membership in the politburo for Cai's extremism towards the Sunzi Division of the CCP, which resulted in severe discontent at the CCP center. Second, Xiang issued the Paper of the Central Committee of the CCP to all CCP members, in which he emphasized that incorrect ideas in the revolution should be corrected, and that the CCP should fight against dangers of bourgeois thoughts and actions. Third, Xiang proposed a series reforms of CCP organs, such as a merger of the labor union with the worker committee, of the propaganda department with the peasant committee, and the establishment of a military committee in the politburo. The boldest proposed reform involved the CCP headquarters taking over the work of the Jiangsu Division of the CCP, which was very near Shanghai. But this last proposal was objected to by Zhou Enlai, who won support from other leaders. In the end, Xiang had to give up this proposal. During the reign of Xiang, Li Lisan gradually began to play an important role. When Xiang sacked Cai, he chose Li to replace Cai, who became one of only four standing members of the politburo, and was named Minister of the Propaganda Department in October 1928. When in 1929 the Far East Bureau of the Comintern issued an order regarding anti rightism, in which it blamed the CCP for not being active enough in this area, Xiang protested against this decision. He chose Li as an appropriate candidate for the Propaganda Department because he was eloquent and energetic. Thus, Li took the job of handling conflicts with the Comintern. When Xiang sent Zhou Enlai to Moscow to provide further explanations, Li took over Zhou's former role in the organization too, which gave Li a larger stage to prove his talent. When Xiang learned of the Comintern's decision on anti rightism, he claimed that the Chinese revolution was in its peak period. Li turned this blindness into extremism, which was later known as the Li Lisan line, calling for armed uprising in the cities and extension of revolution to whole country. From June 1930, the Li Lisan line matured under the support from Xiang. The CCP gave up the daily operation from its headquarters, turning it over to divisions in all provinces. It set up action committees in all provinces, and began preparing for a full scale uprising in October. But the Comintern expressed its discontent by stating that it was working out systemic policies for Chinese revolution, and that the CCP should concentrate instead on the uprising in one or several provinces instead. Xiang stood by Li, both refuting that it was zero hour of Chinese revolution. In several rounds of discussion, the tension between Xiang, Li, and the Comintern rose greatly. The suspicion and criticism by the CCP towards the Comintern was the same as betrayal in the eyes of the Comintern. As a result of the extremism and blindness of the Li Lisan line, the CCP suffered great losses. The Comintern sent Qu Qiubai and Zhou Enlai back to China to enforce its policies. The 28 Bolsheviks sent back by their mentors to take charge of the Chinese revolution took advantage of this opportunity to denounce Li. Xiang and Li still did not realize the clear and present danger and criticized these young, immature students heavily. Then the Comintern sent a telegram recalling Li to Moscow to account for his policies. Pavel Mif went to Shanghai as an envoy of the Comintern too. Under Mif's direction, the 4th Plenary Meeting of 6th National Congress of the CCP was held, Li was replaced by Mif's protégé Wang Ming, and his associates Bolsheviks took other important jobs. Although Xiang sought to tender his resignation, the Comintern and senior leaders of the CCP, such as Qu and Zhou, thought Xiang's symbolic value as a worker among the CCP leadership might still be helpful to the revolution, so they blocked his resignation. But Xiang's role as paramount leader was put to an end with the key work of the CCP changing from cities to Soviet territories in the countryside, with which Xiang was unfamiliar and had no experience at all. Wang Ming, then serving as the leader of the CCP, despised the old CCP members, leading labor activists He Mengxiong (Chinese: 何孟雄) and Luo Zhanglong (Chinese: 罗章龙) to attempt to set up a rival Party center. Although this effort failed, He and the other 24 members of this group were arrested and executed by the KMT later, and the CCP's power in Shanghai was thereby greatly weakened. Aware of being a puppet, Xiang lost confidence in both the revolution and communism. He changed his interest to women and living a luxurious life. Using the party's expense account, Xiang lived in villa with his mistress, which brought about great criticisms from CCP members and made Zhou Enlai nervous, for it was already tough enough for Zhou to ensure the security of senior leaders. Xiang's extravagant life lasted only a short time. With the arrest and defection in 1931 of one of Zhou's senior subordinate, Gu Shunzhang, who was the security guard boss of the CCP at that time, Gu sold Xiang out. Xiang was arrested on June 21, 1931, in the jewelry store he used as a front in the French Concession in the city of Shanghai. Xiang was captured in the company of his mistress, Yang Xiuzhen, a cabaret dancer at local Shanghai nightclubs. In short order, Xiang revealed all he knew about the CCP and its secret services to his KMT captors but was shot before a counterorder signed by Chiang Kai shek to pardon him ever reached his jailers.

Роль Сянга

Как единственный генеральный секретарь, перешедший на сторону противника из КПК и казненный Гоминьданом, Сян считался бесчестием в истории КПК. КПК стремилась стереть из памяти все, что с ним связано. Говорили, что он был уже сломлен, лишь его тело оставалось живым ко времени казни; когда-то он был амбициозным и деятельным революционером, но борьба за власть довела его до отчаяния. В первые годы существования КПК Сян был не единственным представителем пролетариата. На VI Национальном съезде Центральный комитет избрал 22 члена из числа рабочих, 14 из которых впоследствии перешли в КМТ. Неудивительно, что после ареста и казни Сяна другой член Политбюро, Лу Футан (китайский: 卢福坦), также происходивший из рабочего класса, выразил желание занять его место генерального секретаря. Коминтерн отклонил это предложение и выбрал студентов, таких как Ван Мин и Бо Гу, которые учились в Советском Союзе и входили в число 28 большевиков. Они считались более надежными для руководства КПК, несмотря на отсутствие опыта по сравнению с рабочими активистами.