Виктор Рисел: Журналист, ставший жертвой нападения с кислотой.

Введение

Виктор Ризель (/r//ᵻ/'/z//ɛ//l/; 26 марта 1913 – 4 января 1995) – американский журналист и публицист, специализировавшийся на освещении деятельности профсоюзов. В период расцвета карьеры его колонка, посвященная вопросам профсоюзного движения, распространялась в 356 газетах по Соединенным Штатам. 5 апреля 1956 года в Нью-Йорке на улице гангстер бросил ему в лицо серную кислоту, что привело к его полной и необратимой слепоте – этот инцидент почти год не сходил со страниц национальных газет.

Предыстория

Виктор Ризель родился в районе Нижнего Ист-Сайда Манхэттена в Нью-Йорке в семье Натана и Софи Ризель. Семья жила в холодной квартире возле железнодорожных путей и имела карту члена №1 в местном профсоюзе. Со временем Нейтан Ризель был назначен штатным сотрудником профсоюза, затем избран секретарём-казначеем и, наконец, президентом местного профсоюза. Виктор посещал начальную школу П.С. 19 (ныне школа Джудит К. Вайс). Посещение профсоюзных собраний, митингов в помещениях и на открытом воздухе, а также агитация за профсоюз на улицах сформировали многие воспоминания Виктора Ризеля о детстве и юности. На протяжении всего детства и юности он неоднократно видел, как его отец возвращался домой, истекая кровью после драк с коммунистическими активистами или гангстерами. В 1956 году Ризель начал сотрудничать с окружным прокурором США Полом Уильямсом для борьбы с рэкетом в швейной и грузовой отраслях Нью-Йорка. Части лица Ризеля (см. фото справа, выше, в сравнении с фото слева, особенно левая щека, линия челюсти и подбородок; брови и лоб) были навсегда изуродованы шрамами. Ризель носил тёмные очки до конца жизни, чтобы скрыть повреждённые глаза, на которые многим было трудно смотреть. 29 августа 1956 года подначальник преступной семьи Дженовезе Джонни Дио был арестован по обвинению в сговоре в связи с нападением на Ризеля, отрицал свою вину и был освобожден под залог в 100 000 долларов, хотя позже прокуроры публично связали его с убийством Тельви. Джозеф Карлино, сообщник Дио, который нанял Тельви для нападения на Ризеля, признал себя виновным 22 октября, и суд над Дио был отделен от остальных дел. Позже Карлино свидетельствовал, что Дио приказал генуэзскому мафиози Гандольфо Миранти найти киллера и опознать Ризеля, и что Миранти связался с Домиником Бандо, чтобы тот помог ему найти киллера (Бандо связался с Карлино, который искал Тельви). Миранти и Бандо были признаны виновными (Бандо признал вину в последний момент). Обвинения в сговоре против Дио были позже сняты, несмотря на вынесенные приговоры. Адвокат Дио затягивал судебный процесс почти на пять месяцев, подавая ходатайства. Когда суд наконец начался, Карлино и Миранти отказались от своих предварительных показаний и показаний в зале суда, утверждая, что они не знали, кто отдал приказ о нападении на Ризеля. К сентябрю 1957 года правительство больше не стремилось привлечь Дио к ответственности за нападение. Миранти получил от 8 до 16 лет тюрьмы, а Бандо от 2 до 5 лет за нападение с использованием кислоты и ещё пять лет за неуважение к суду. Карлино получил условный срок за сотрудничество со следствием, а трое других соучастников были освобождены после того, как судья в их деле объявил о признании судебного разбирательства недействительным. В 1961 году газета "Дейли Миррор" заплатила одному свидетелю 5000 долларов за информацию, которая привела к установлению личности Авраама Тельви как нападавшего. Нападение на Ризеля имело значительные последствия для национальной трудовой политики США. Президент Дуайт Эйзенхауэр (который видел Ризеля в программе "Meet the Press") сказал президенту AFL-CIO Джорджу Мини, что он настолько возмущен нападением на Ризеля, что намерен внести законопроект, направленный на искоренение коррупции в профсоюзах. Кларк Р. Моленхофф, редактор газеты "Des Moines Register", был настолько встревожен нападением на Ризеля, что приказал провести масштабное расследование коррупции в профсоюзах. Расследования Моленхоффа выявили множество доказательств того, что президент Teamsters Джимми Хоффа был вовлечен в рэкет. Эти расследования привели непосредственно к принятию Закона о отчетности и раскрытии информации о трудовом управлении, который устанавливал требования к финансовой отчетности профсоюзов, ограничивал полномочия попечительских советов и устанавливал многие права членов и работодателей. Он продолжал писать свою колонку, печатая её сам, пока его жена читала ему газеты и сообщения информационных агентств. В 1941 году он заявил Союзу за демократическое действие, что конгрессмен Мартин Дис-младший намерен создать национальные фашистские полицейские силы для подавления свободы слова в Соединенных Штатах. Нападки Ризеля на фашизм ослабли после Второй мировой войны, и после 1950 года он почти исключительно сосредоточился на коммунизме. Атаки Ризеля на коммунизм выходили за рамки профсоюзов. Он критиковал народного музыканта Верна Партлоу за пропаганду коммунизма и подрыв американской национальной безопасности своей беседующей блюзовой песней 1945 года "Atomic Talking Blues" (также известной как "Talking Atom" и "Old Man Atom"). В 1949 году он был назначен директором Комитета по защите Америки путем помощи антикоммунистическому Китаю, части лобби Китая. По крайней мере, один автор утверждает, что Ризель даже сотрудничал с Центральным разведывательным управлением, начиная с начала 1950-х годов, предоставляя информацию о либеральных политиках и профсоюзных лидерах. В начале 1950-х годов он поддерживал движение за прекращение импорта товаров из Советского Союза в Соединенные Штаты, и в течение некоторого времени докеры на Восточном побережье отказывались разгружать советские корабли из-за кампании Ризеля. В 1951 году он публично призвал к "превентивной войне" с Советским Союзом и потребовал от президента Гарри С. Трумэна сбросить атомную бомбу на Россию и Китай. Он резко критиковал Малкольма Икса за встречу с Ширли Грэм Дюбуа и Джулианом Мэйфилдом в середине 1960-х годов и обвинил Малкольма Икса в разжигании коммунистических заговоров. В начале 1970-х годов Ризель стал неофициальным советником президента Ричарда Никсона. Он поддерживал Никсона в своей колонке, лично обсуждал с ним по телефону вопросы, связанные с профсоюзами, и налаживание связей с рабочим классом, а также время от времени встречался с членами кабинета. Даже в 1973 году Ризель защищал COINTELPRO, серию тайных и часто незаконных операций, проводимых ФБР с целью расследования и подрыва диссидентских политических организаций в США.

Victor Riesel was born on the Lower East Side of Manhattan in New York City to Nathan and Sophie Riesel. The family lived in a cold water flat near the elevated railroad tracks. and held the Card No. 1 in the local union. In time, Nathan Riesel was appointed a staff member of the union and elected secretary treasurer and then president of the local union. Victor attended elementary school at P. S. 19 (now the Judith K. Weiss School). Attending union meetings, indoor and outdoor rallies, and standing on street corners promoting the union formed many of Victor Riesel's childhood and teenage memories. Throughout his childhood and teenage years, he saw his father come home bleeding many times after fistfights with communist activists or gangsters. In 1956, Riesel began working with United States Attorney Paul Williams to rein in labor racketeering in the New York City garment and trucking industries. Portions of Riesel's face (see right photo, above, compared to left photo, particularly the left cheek, jaw line, and jowls; the eyebrows; and the forehead) were permanently scarred as well. Riesel wore dark glasses for the rest of his life to hide his damaged eyes, which many people found difficult to look at. On August 29, 1956, Genovese crime family underboss Johnny Dio was arrested for conspiracy in the Riesel attack, pleaded not guilty, and was released on $100,000 bond even though prosecutors later publicly linked him to the Telvi murder. Joseph Carlino, a Dio associate who had hired Telvi to attack Riesel, pleaded guilty on October 22, and prosecutors severed Dio's trial from the others. Carlino later testified that Dio had ordered Genovese mob associate Gandolfo Miranti to find a hitman and identify Riesel, and that Miranti had contacted Dominick Bando to assist him in finding the hitman (Bando contacting Carlino, who sought out Telvi). Miranti and Bando were then found guilty (Bando pleading guilty at the last moment). Conspiracy charges against Dio were later dropped despite the convictions. Dio's attorney delayed the trial for nearly five months with motions. When the trial finally began, Carlino and Miranti recanted their pre trial statements and courtroom testimony, claiming they did not know who had ordered the attack on Riesel. By September 1957, the government no longer sought to prosecute Dio for the attack. Miranti received 8 to 16 years in prison and Bando 2 to 5 years in prison for the acid attack and another five years for contempt of court. Carlino received a suspended sentence for cooperating with the prosecution, and three other co conspirators were freed after the judge in their case declared a mistrial. The Daily Mirror paid one witness $5,000 in 1961 for information leading to the identification of Abraham Telvi as the assailant. The attack on Riesel had significant implications for national American labor policy. President Dwight Eisenhower (who had seen Riesel on Meet the Press) told AFL CIO President George Meany that he was so incensed by the attack on Riesel that he intended to introduce legislation designed to root out corruption in labor unions. Clark R. Mollenhoff, editor of the Des Moines Register, was so alarmed by the attack on Riesel that he ordered extensive investigations into trade union corruption. Mollenhoff's investigative efforts unearthed much evidence that Teamsters President Jimmy Hoffa was engaged in labor racketeering. This committee's investigations led directly to the passage of the Labor Management Reporting and Disclosure Act, which imposed financial reporting requirements on labor unions, limited the power of trusteeships, established many member and employer rights. He continued to write his column, typing it himself while his wife read newspapers and wire service articles to him. In 1941, he told the Union for Democratic Action that Rep. Martin Dies Jr. was intent on establishing a national fascist police force to suppress freedom of speech in the United States. Riesel's attacks on fascism lessened after World War II, and he focused almost exclusively on communism after 1950. Riesel's attacks on communism extended beyond labor unions. He attacked folk musician Vern Partlow for promoting communism and undermining American national security with his 1945 talking blues song "Atomic Talking Blues" (also known as "Talking Atom" and "Old Man Atom"). In 1949, he was named a director of the Committee to Defend America by Aiding Anti Communist China, a part of the China Lobby. At least one author alleges that Riesel even cooperated with the Central Intelligence Agency beginning in the early 1950s, providing information on liberal politicians and union leaders. In the early 1950s, he supported a movement to stop the importation of goods from the Soviet Union into the United States, and for a time longshoremen on the East Coast refused to unload Soviet ships due to Riesel's campaign. He publicly called for a "preventive war" with the Soviet Union in 1951, and demanded that President Harry S. Truman drop the atomic bomb on Russia and China. He strongly criticized Malcolm X for meeting with Shirley Graham Du Bois and Julian Mayfield in the mid 1960s, and accused Malcolm X of fomenting communist conspiracies. In the early 1970s, Riesel became an unofficial advisor to President Richard Nixon. He supported Nixon in his column, discussed labor union issues and outreach to working class voters with him personally over the phone, and occasionally met with Cabinet members. Even as late as 1973, Riesel was defending COINTELPRO, a series of covert and often illegal projects conducted by the FBI aimed at investigating and disrupting dissident political organizations in the U. S.

Ризель был тесно вовлечен в голливудский "чёрный список" конца 1940-х и 1950-х годов. Он резко критиковал военный фильм Сэмюэля Фуллера "Стальной шлем" 1951 года за пропаганду коммунизма и изображение американских солдат как убийц. Он также атаковал просоюзный фильм "Соль земли" 1954 года как коммунистический и предположил, что близость съемочной группы к Лос-Аламосской национальной лаборатории и испытательному полигону в Неваде была прикрытием для советского шпионажа в отношении американской программы ядерного оружия. Ризель считал своим патриотическим долгом публиковать обвинения в коммунистическом влиянии, выдвигаемые против актеров, режиссеров, продюсеров и других (особенно те обвинения, которые выдвигали консервативные актеры Адольф Менжу и Уорд Бонд). Когда "чёрный список" был снят, Ризель согласился использовать свою колонку как средство для того, чтобы люди из "чёрного списка" могли признать свои проступки, осудить коммунизм и снова стать активными в киноиндустрии. Вместе с Хеддой Хоппер и Уолтером Уинчеллом он тайно встречался с этими людьми, оценивал искренность их раскаяния, а затем, если считал, что они честны с ним, помогал им восстановить карьеру.

Поздние годы

После того, как Daily Mirror прекратил публикацию в октябре 1963 года, Ризель продолжал публиковать свою синдицированную колонку. В 1962 году он был избран в совет директоров Заморского пресс-клуба, а в 1966 году – президентом организации (он занимал эту должность в течение одного года). Ризель прекратил писать свою колонку в 1990 году.

Личная жизнь и смерть

Ризель женился на бывшей Эвелин Лобелсон после окончания колледжа. У супругов родились сын Майкл в 1942 году и дочь Сьюзан в 1949 году. Ризель скончался от сердечного приступа в своей квартире на Манхэттене в возрасте 81 года. Его пережили жена, сын и дочь.

Публикации

"Прецедент наглости в декорациях". Los Angeles Times (1 апреля 1965 г.), ч. II, с. 5. "Следователи полагают, что Руби убедил Освальда убить Кеннеди". Rome News Tribune (5 октября 1978 г.), с. 4.