Введение

Пьеса Тома Стоппарда "Скачки" – пьеса Тома Стоппарда, впервые поставленная в 1972 году. Она исследует и сатирически изображает область академической философии, уподобляя её не слишком удачному выступлению в спортивной гимнастике. "Скачки" ставит вопросы, такие как: "Что мы знаем?" и "Каковы истоки ценностей?". Действие разворачивается в альтернативной реальности, где британские астронавты высадились на Луне, а к власти в Великобритании пришли "радикальные либералы" (то есть прагматики и релятивисты) – пьеса как бы намекает, что прагматики и релятивисты были бы лишены морали, поскольку Арчи утверждает, что убийство не является предосудительным, а лишь "антиобщественным". Пьеса была вдохновлена мыслью о том, что пилотируемая высадка на Луну разрушит Луну как поэтический образ и, возможно, приведет к падению моральных устоев. Говорят, что "Скачки" – это "пьеса, которую часто считают чересчур изощренной", однако многие другие писатели относят её к лучшим работам Стоппарда.

Сюжет

Значительной частью пьесы являются безуспешные попытки Джорджа определить "добро" и другие философские абстракции, в которых он демонстрирует свою глупость и оторванность от реального мира. Батетическая кульминация наступает, когда Джордж, стреляя стрелой для демонстрации парадокса Зенона, случайно убивает домашнего зайца, которого он использовал в качестве модели для басни о Зайце и Черепахе. Ослепленный горем, он наступает и раздавливает черепаху, составлявшую другую часть демонстрации. Британская высадка на Луну пародирует экспедицию "Терра-Нова" 1910–1913 годов на Южный полюс под руководством Роберта Скотта, поскольку астронавты, вместо того чтобы погибнуть вместе, начинают враждовать в трудных обстоятельствах.

Постановки

Впервые спектакль был поставлен Национальной театральной компанией в театре "Олд Вик" в Лондоне 2 февраля 1972 года с Майклом Хордерном и Дианой Ригг в главных ролях Джорджа и Дороти. Режиссером снова стал Питер Вуд, хореография и постановка – Деннис Нахат, а музыка – Клаус Огерман. В постановке также участвовали Брайан Бедфорд и Джилл Клейберг. Бедфорд получил премию "Drama Desk Award" за выдающуюся игру. В 1984 году Николас Хитнер поставил спектакль в Королевском обмене в Манчестере с Томом Куртенеем в роли Джорджа, Джули Уолтерс в роли Дотти и Джоном Беннетом в роли Арчи. Возобновленная постановка, режиссером которой был Дэвид Лево, открылась в лондонском театре Литтлтон 19 июня 2003 года. Спектакль переехал на Бродвей 25 апреля 2004 года, где шел в театре Брукс Аткинсон и закрылся 11 июля 2004 года после 89 представлений и 23 предварительных показов. В бродвейской постановке сыграли Саймон Рассел Бил в роли Джорджа и Эсси Дэвис в роли Дотти. Пьеса была номинирована на премию "Tony Award" как лучшее возрождение пьесы.

Прием

Лондонская премьера "Путицы" была встречена с одобрением, и к 1976 году пьеса возобновилась в Национальном театре, но, по словам Пола Делани, "Путица" прибыла в Соединенные Штаты в постановке, получившей безразличный прием, а в 1975 году подверглась катастрофической премьере в районе Чикаго в театре Эванстона (позже ставшем театром "Нордлайт"). Первоначально критики "упрекали пьесу в 'поверхностном показе сценической пиротехники', а поклонники хвалили ее за 'ослепительное проявление виртуозности'". Делани соглашался, утверждая, что персонаж Мура не является ни шедевром Стоппарда, ни объектом комического осмеяния в фарсе, и что пьеса вместо этого "ведет нас к сложному видению, которое исключает однозначный ответ на вопрос, занимает ли Стоппард сторону Джорджа". Майкл Хинден в 1981 году назвал "Путицу" "самой амбициозной работой Стоппарда", отметил многочисленные отсылки к другим литературным деятелям и философам и охарактеризовал ее как очень эрудированную пьесу, "которая множеством нитей связана с уходящей традицией литературы и мысли. [ ] Мало современных пьес столь же страстны и умно написаны". Ричард Кристиансен похвалил "искрометный ум и мрачное отчаяние" текста. Несмотря на то, что он описал посещенное им представление в Театре Корта как несколько отстраненное, Кристиансен утверждал, что "Стоппард удерживает разрозненные силы [пьесы] вместе благодаря игривому остроумию и комедии положений". Постановка Билла Александра 1999 года была раскритикована, но сама пьеса все еще была отмечена в The Independent как обладающая "живой умственной гимнастикой". Тереза Монтана Сабо отметила, что "действие пьесы во многих отношениях богато и забавно драматизирует философские вопросы, которые Джордж развивает в своих монологах и аргументах", и похвалила "пафос ситуации Джорджа". Критик посчитал философию устаревшей: "Тот упрощенный, позитивистский подход к морали, который не нравится Стоппарду, давно вышел из моды". Тем не менее, Хэнкс назвал "Путицу" "чудесным проявлением словесной изобретательности Стоппарда, с искусно выстроенными перекрестными мотивами и остроумными шутками". В 2003 году Майкл Биллингтон из The Guardian заявил, что политика устарела и что "пьеса лучше всего раскрывается в отслеживании распада дисфункционального брака и постепенного унижения его героя". В 2004 году Элиза Гарднер из USA Today описала произведение как "свободный фарс с чуткой, обжигающей совестью". Она утверждала, что Мур "высказывает рассуждения, которые одновременно ищут, провокационны и до болезненного смешны. [ ] Стоппард отвергает представление о том, что религиозные и духовные убеждения автоматически приводят к антиинтеллектуализму". Бен Брэнтли из The New York Times назвал "Путицу" "пронзительным признанием границ интеллекта [ ] Как и Джордж, 'Путица' может казаться слишком увлеченной собственными интеллектуальными прихотями. Но она также похожа на Джорджа в серьезности, которая скрыта за ее отвлекающей поверхностью". Брэнтли сказал, что это "менее демонстрация знаний Стоппарда, чем смиренное размышление о том, что он и все человечество никогда не узнают". Габриэль Клопперс из Bwog похвалила "убедительные образы персонажей и безграничный сексуальный подтекст". Чарльз Ишервуд из Variety похвалил постановку 2004 года, но имел более неоднозначное мнение о самой пьесе. Он высоко оценил устойчивое невежество Джорджа относительно насильственного акта, лежащего в основе сюжета, как "исключительно смешную постоянную шутку". Однако Ишервуд писал: "Письмо Стоппарда здесь часто излишне многословно, а идеи в 'Путице' не так элегантно интегрированы в действие, как в более поздних пьесах, таких как 'Аркадия' и 'Изобретение любви'". Некоторые рецензенты критиковали пьесу. Джонатан Беннетт утверждал: "Розенкранц не демонстрирует свое философское содержание; но философия все равно присутствует, и она прочная, серьезная и функциональная. В отличие от этого, философия, которая выставляется напоказ на протяжении всей 'Путицы', поверхностна и неинтересна, и служит пьесе лишь декоративно и второстепенно". Дэвид Финкл жаловался, что Стоппард "резко закрывает свой мешок с трюками". Он утверждал, что в произведении может быть скрытый смысл, но создается впечатление, что "Стоппард создал соблазнительную ситуацию и довел ее до предела [ ] У него достаточно энергии, чтобы пройти первый акт, но он не знает, что делать во втором акте". Финкл назвал сцену сновидения "перегруженной и недоработанной; она также отвлекает внимание от Джорджа". Критикуя левые политические взгляды Стоппарда, Малькольм Джонсон назвал "Путицу" "сложным, даже запутанным текстом" и написал: "Из-за чрезмерной изобретательности Стоппарда 'Путица' может быть утомительной. И иногда она не складывается в убедительное целое". Лиззи Лаверидж написала: "Хотя 'Путица' - это комедия с обычным набором блестящих стоппардовских остроумий и проницательных наблюдений, ее довольно трудно воспринимать как единое целое. [ ] Чтение пьесы как текста затруднено из-за вставки многочисленных и причудливых сценических указаний, которые трудно представить, если вы их не видели, и труднее интерпретировать, если вы их видели". Брайан Кловер утверждал, что взгляд другого критика на письмо Стоппарда как на "неутомимо легкомысленное" можно применить к "Путице". Кловер сказал, что в первом акте драматург иногда "кажется, что вываливает все афоризмы из своей записной книжки, а не пишет. Второй акт работает в лучшем темпе и складывается как театральное произведение, хотя и не как драма, поскольку вопросы, поднятые в первой половине, как человеческие, так и абстрактные, остаются неразрешенными".