Введение
Конфликт экономических интересов
Дилемма Триффина (иногда называемая парадоксом Триффина) — это конфликт экономических интересов, возникающий между краткосрочными внутренними и долгосрочными международными целями для стран, чьи валюты служат глобальными резервными валютами. Эта дилемма была выявлена в 1960-х годах бельгийско-американским экономистом Робертом Триффином, который отметил, что страна, чья валюта является глобальной резервной валютой, которую иностранные государства стремятся держать в качестве валютных резервов, должна быть готова предоставлять миру дополнительный объем своей валюты для удовлетворения мирового спроса на эти резервы, что приводит к торговому дефициту. Использование национальной валюты, такой как доллар США, в качестве глобальной резервной валюты создает напряженность между ее национальной и глобальной денежно-кредитной политикой. Это проявляется в фундаментальных дисбалансах платежного баланса по текущему счету, поскольку для достижения одних целей требуется отток долларов из Соединенных Штатов, а для других — приток. Дилемма Триффина обычно используется для объяснения проблем, связанных с ролью доллара США как резервной валюты в рамках Бреттон-Вудской системы. Джон Мейнард Кейнс предвидел эту трудность и выступал за использование глобальной резервной валюты под названием «Банкор». Исторически, Специальные права заимствования (СПЗ) МВФ были наиболее близким аналогом предложенного Банкора, но они не получили достаточного распространения, чтобы заменить доллар в качестве глобальной резервной валюты. После финансового кризиса 2007–2008 годов губернатор Народного банка Китая назвал статус доллара США как резервной валюты одним из факторов, способствующих глобальному избытку сбережений и инвестиционным дисбалансам, которые привели к кризису. Таким образом, дилемма Триффина связана с гипотезой о глобальном переизбытке сбережений, поскольку роль доллара в качестве резервной валюты усугубляет дефицит текущего счета США из-за повышенного спроса на доллары.
Начало в эпоху Бреттон-Вудса
В 1959 году из-за оттока капитала из страны по плану Маршалла, военного бюджета США и покупок американцами иностранных товаров, количество долларов США в обращении превысило объем золота, обеспечивающего их поддержку. К осени 1960 года унция золота на лондонском рынке обменивалась по 40 долларов США, в то время как официальный курс в Соединенных Штатах составлял 35 долларов США. Эта разница в цене была обусловлена контролем над ценами на золото в США: официальная цена золота в долларах США не менялась на протяжении 27 лет, что привело к расхождению между внутренней стоимостью доллара США и его стоимостью на зарубежных рынках. Официальная цена была установлена после принятия в 1933 году исполнительного приказа № 6102, в соответствии с которым правительство США выкупало золото у граждан США под угрозой штрафов и/или тюремного заключения по цене 20,67 доллара США за унцию, а затем оперативно переоценило золото до 35 долларов США за унцию. Решением дилеммы Триффина для Соединенных Штатов было сокращение количества долларов в обращении путем сокращения дефицита и повышения процентных ставок для привлечения долларов обратно в страну. Однако некоторые экономисты полагали, что обе эти меры могут привести к рецессии в экономике США. В поддержку Бреттон-Вудской системы и для контроля над обменным курсом золота, Соединенные Штаты в 1961 году инициировали Лондонский золотой пул и Генеральные соглашения о заимствованиях (GAB), которые поддерживали систему до 1967 года, когда последовала паника вокруг золота и девальвация фунта стерлингов, после чего система прекратила свое существование.
Дилемма платежного баланса
Для поддержания Бреттон-Вудской системы, США должны были демонстрировать дефицит текущего счета платежного баланса, чтобы обеспечить ликвидность для конвертации золота в доллары США. Поскольку в системе циркулировало больше долларов США, чем было обеспечено золотом согласно Бреттон-Вудскому соглашению, доллар США был переоценен по отношению к золоту. Золотые резервы Соединенных Штатов сокращались, поскольку иностранные правительства обменивали доллары США на золото и вывозили его за рубеж. Иностранные спекулянты не способствовали напрямую оттоку золота из США, так как Бреттон-Вудское соглашение разрешало только правительствам обменивать валюту США на физическое золото. Более того, пока действовало Бреттон-Вудское соглашение, прямые спекуляции со стороны граждан США не влияли на дисбаланс цен и возможности арбитража из-за значительной разницы в ценах на золото между США и другими рынками, поскольку гражданам США было запрещено владеть золотом, за исключением ювелирных изделий, согласно исполнительному указу № 6102, изданному в 1933 году президентом Франклином Д. Рузвельтом, чтобы правительство США могло конфисковать все золотые монеты, золотые сертификаты и золотые слитки, принадлежащие гражданам. После конфискации золота у своих граждан в 1933 году правительство США зафиксировало цену золота на уровне 35 долларов США за унцию. Как и любой контроль над ценами, это привело к дисбалансу между спросом и предложением и создало возможность для арбитража, что быстро истощило золотые резервы Соединенных Штатов. Это уменьшило количество золота в стране и привело к еще большей переоценке доллара США по отношению к золотым резервам США, что создало самоподдерживающийся цикл. Кроме того, США должны были демонстрировать профицит текущего счета платежного баланса, чтобы поддерживать доверие к доллару США. В результате Соединенные Штаты столкнулись с дилеммой, поскольку невозможно одновременно иметь дефицит и профицит текущего счета платежного баланса.
Шок Никсона
В августе 1971 года президент Ричард Никсон признал крах Бреттон-Вудской системы. В связи с ростом дефицита военных расходов и ухудшением экономической ситуации, различные страны стали требовать обмена своих долларов на золото. Незаметно начался отток долларов в обмен на золото из Федеральной резервной системы, и Франция, как известно, направила военный корабль в Нью-Йорк, чтобы вернуть золото во Францию, что вызвало резкое осуждение. Никсон объявил, что доллар больше не подлежит обмену на золото, что впоследствии вошло в историю как «шок Никсона». Хотя это преподносилось как временная мера, она осталась в силе. «Золотое окно» было закрыто, и Соединенные Штаты фактически допустили «неисполнение обязательств» по своим долгам. Неисполнение в том смысле, что изначально страны предоставляли кредиты Соединенным Штатам (покупая государственные облигации США) при условии, что эти доллары можно будет обменять на золото, но после «шока Никсона» эта возможность исчезла, и доллары фактически обесценились по отношению к золоту (выражаясь в росте долларовой стоимости золота). Таким образом, это можно рассматривать как «мягкий» дефолт, а не как явный дефолт (типичный дефолт по облигациям, когда заемщик не выплачивает их номинальную стоимость).
Влияние на кризис 2008 года
В связи с финансовым кризисом 2007–2008 годов, губернатор Народного банка Китая открыто назвал дилемму Триффина первопричиной экономического хаоса в своей речи под названием «Реформирование международной валютной системы». В речи Чжоу Сяочуана от 29 марта 2009 года было предложено усилить существующий глобальный валютный контроль посредством МВФ. Это предполагало постепенный отказ от доллара США как резервной валюты и переход к использованию специальных прав заимствования МВФ (СДР) в качестве глобальной резервной валюты. Чжоу утверждал, что одной из причин краха оригинальной Бреттон-Вудской системы был отказ от принятия банкора, предложенного Кейнсом, который должен был стать специальной международной резервной валютой, альтернативной доллару. Американский экономист Брэд ДеЛонг утверждает, что почти по каждому вопросу, в котором Кейнс был отвергнут американцами на переговорах в Бреттон-Вудсе, последующие события подтвердили его правоту. Предложение Чжоу привлекло значительное международное внимание; в статье, опубликованной в журнале Foreign Affairs в ноябре 2009 года, экономист С. Фред Бергстен утверждал, что предложение Чжоу или аналогичное изменение международной валютной системы отвечало бы интересам как Соединенных Штатов, так и остального мира. Хотя предложение Чжоу до сих пор не было принято, лидеры, собравшиеся в апреле 2009 года на саммите G20 в Лондоне, согласились разрешить МВФ создать 250 миллиардов СДР, которые будут распределены между всеми странами-членами МВФ пропорционально их голосующим правам. 13 апреля 2010 года Департамент стратегии, политики и анализа МВФ опубликовал всесторонний доклад, в котором рассматривались вышеупомянутые проблемы, а также другие вопросы, связанные с мировыми резервными валютами, и рекомендовал странам принять глобальную резервную валюту (банкор) и создать глобальный центральный банк для управления ею. В этом докладе анализируются текущие проблемы, связанные с использованием национальной валюты в качестве глобальной резервной. Преимущества, трудности и эффективность создания многовалютной резервной системы сопоставляются со стратегией СДР, или стратегией «валютной корзины», и с созданием новой «глобальной резервной валюты». Также призывается к созданию новой многосторонней структуры и «многополярной системы» для управления потоками капитала и государственным долгом, однако МВФ предостерегает, что предпочитает постепенный переход к этой новой системе, а не резкие изменения.