Введение

"Море" – пьеса Эдварда Бонда, написанная в 1973 году. Это комедия, действие которой разворачивается в небольшой приморской деревушке в сельской Восточной Англии в эдвардианскую эпоху и которая вдохновлена некоторыми темами, затронутыми в шекспировской пьесе "Буря". Пьеса получила положительные отзывы критиков.

Краткое содержание сюжета

Действие пьесы разворачивается в 1907 году и начинается с бурной грозы, в которой тонет известный и всеми любимый член общины. Затем пьеса исследует реакцию жителей деревни и попытки двух молодых влюбленных освободиться от ограничений иерархического и порой нелогичного общества. Параллельно с этим, городской торговец тканями страдает от жестокого обращения и травли со стороны "первой дамы" города, миссис Рафи. Он верит, что на Землю прибыли инопланетяне с целью вторжения, из-за чего отказался помочь другу утопающего в попытках его спасти и в конечном итоге теряет рассудок.

Возрождение

В 1991 году пьеса была поставлена Национальным театром под руководством Сэма Мендеса с Джуди Денч в роли миссис Рафи и Кеном Стоттом в роли Хэтча. В 2000 году Шон Холмс поставил спектакль в театре «Минерва» в Чичестере с Сьюзан Энгель в роли миссис Рафи и Майклом Гоулдом в роли Хэтча. В 2008 году Джонатан Кент поставил пьесу в театре «Королевский Хеймаркет» с Эйлин Аткинс в роли миссис Рафи и Дэвидом Хейгом в роли Хэтча. Эта постановка получила положительный отзыв в Evening Standard. В 2009 году пьесу поставила театральная компания 1812 в Центре искусств Хелмсли в Хелмсли, Йоркшир. В 2014 году постановкой руководила Ева Холмс, а игра Фионы Рид в роли Луизы Рафи была высоко оценена в The Buffalo News и Toronto Star. В 2007 году в нью-йоркской постановке Off Broadway пьесу поставил театр The Actors Company Theatre (TACT).

Прием

Энн Мари Демлинг в 1983 году написала, что пьеса «Море» получила признание как публики, так и критиков, и что в ней Бонд «наиболее четко и выразительно формулирует видение, которое лишь намекалось в пьесах «Свадьба Папы» и «Спасенные». Лоуренс Макдональд высоко оценил динамику между Карсоном и Хэтчем, а также образ Эвенса. Однако Макдональд отметил, что восемь сцен пьесы «не вполне складываются в цельную, самодостаточную структуру» и высмеял сцены «между Вилли Карсоном и Роуз Джонс. Они кажутся плоскими и банальными уступками синдрому «мальчик встречает девочку». Ян Шаттлворт в статье для Financial Times написал: «Его комедия часто столь же широка, как в телевизионном ситкоме 1970-х годов, а его более глубокие размышления, как правило, грубо прерывают эту нелепость, вместо того чтобы проникать под ее троянским конем. [ ] «Море» постоянно заявляет о своей глубине, но Бонд так и не находит решимости исследовать ее должным образом». Колин Дабковски из The Buffalo News написал: «Сочетание столь мрачного экзистенциализма с такой тонкой манеристской комедией необычно, но часто захватывает дух. [ ] Размещая пронзительные размышления о жизни в умирающем приморском городке рядом с фарсовой комедией, Бонд, кажется, делает заявление о силе театра как противоядия пустоте или, по крайней мере, отвлечения от нее». В 1999 году Ян Стюарт из Университета Южной Калифорнии описал пьесу как «превосходную». Марк Равенхилл назвал миссис Раффи «ужасающе смешной, правящей небольшим приморским сообществом железной рукой и язвительным языком». В 2007 году Нил Генцлинджер из The New York Times назвал «Море» пьесой «смешной в британском стиле». В следующем году Пол Тейлор в The Independent отметил, что в пьесе присутствуют «смешные» и «жуткие» элементы. Сюзанна Клэпп назвала ее «одновременно великолепной и хаотичной [ ] не стоит считать недостатком пьесы, которая одновременно является картиной мира на грани разрушения и сатирой на британское общество, если она не складывается в единое целое: разве «Король Лир» идеально структурирован?» Чарльз Спенсер из The Telegraph описал пьесу как «классический образец английской эксцентричности». В статье для The Wall Street Journal в 2014 году Терри Тичхаут назвал пьесу «шедевром», заслуживающим большего количества постановок. Грант Голден из Buffalo Rising сказал, что хотя «Море» «немного уступает сумме его выдающихся частей», некоторые ее фрагменты «остались в моей голове гораздо дольше, чем я ожидал». Он назвал заключительную оценку миссис Раффи самой себя «одновременно забавной и трогательной». Карен Фрикер из Variety выразила некоторые сомнения относительно первого акта, но отметила, что пьеса «достигает необходимого комического, трагического и патетического величия во второй сцене похорон», водная локация которой, по мнению критика, создает «резкий, но эффективный тональный контраст с пародией на английскую идентичность». Фрикер утверждала: «Бонд явно не любит красную ручку, и пьеса от этого страдает. Но в широте его отсылок, социальной совести и театральной фантазии есть что-то воодушевляющее». Джон Каплан из Now похвалил пьесу как «вдумчивую и проницательную» и отметил, что актерский ансамбль фестиваля Шоу «умеет находить в тексте и эмоциональном подтексте произведения». Журналист The Globe and Mail Дж. Келли Нестрак похвалил Хэтча как «самое захватывающее театральное творение» Бонда. Тамара Маккарти сказала о «Море»: «Сложные персонажи, поэтичность пьесы и абсолютный, разрывающий душу юмор еще долго резонировали во мне». Роберт Кушман из National Post назвал Хэтча и миссис Раффи «выдающимися персонажами», отметив речь последней о своем будущем как «одну из величайших речей в современной драме»; Кушман также похвалил сцену похорон как «блестяще гротескную». Хотя он критиковал концовку пьесы как морализаторскую дискуссию между тремя второстепенными персонажами, он все же назвал ее «почти шедевром». Некоторые критики были менее благосклонны. Ричард Узуниан из Toronto Star писал, что «на протяжении всей пьесы присутствует блестящая острота и язвительная политическая сатира», и что «потрепанный старый ром-кувшин [предлагает] удивительно верные философские взгляды на вселенную» в конце. Но он также сказал: «В «Море» много замечательных моментов, но это не единый, чудесный опыт. Виноват ли в этом Эдвард Бонд или Эда Холмс? Я не знаю». Майкл Биллингтон из The Guardian похвалил актерскую игру в постановке Кента как «высший класс» и написал, что «Бонд достигает моментов чистой поэзии, например, когда местный мудрый шут объявляет: «В конце концов, жизнь смеется над смертью». Но [ ] я не уверен, что сюжет достаточно силен, чтобы выдержать возложенный на него космический вес». Крис Вера из Time Out отметил, что тема страха Хэтча перед вторжением инопланетян «неожиданно перекликается с все более абсурдной политической ситуацией», но «неуютно сочетается» с другими частями пьесы.