Введение

Французский психоаналитик венгерского происхождения Николас Абрахам (a. bʁa. am; Ábrahám Miklós; 23 мая 1919 – 18 декабря 1975) наиболее известен своей совместной работой с Марией Тёрок. Этот дуэт разработал оригинальный подход к психоаналитической теории, полагая, что применение готовых схем (кастрация, желание матери и т.п.) может сужать понимание индивидуальных мотивов в контексте личного опыта человека.

Жизнь

Авраам родился в Кечкемéте и переехал в Париж в 1938 году. Он изучал философию, находясь под влиянием Гуссерля. Его анализировал Бела Грунбергер.

Фантом и крипта

Авраам (вместе с Марией Тёрок) работал в рамках фрейдистской парадигмы, но опираясь на выводы Сандора Ференци; и действительно расширил как эту парадигму, так и концепции Ференци, например, своей идеей «паразитического включения», являющейся развитием «интроекции, как её определил Ференци». Вместе с Тёрок они ввели несколько ключевых концепций современной психоаналитической теории: семейный секрет, передаваемый из поколения в поколение (теория фантома), невозможность проживания горя после появления стыдных либидозных импульсов у скорбящего до или после потери близкого человека (расстройство горя), тайная идентификация с другим (инкорпорация), погребение неприемлемого опыта (крипта). Особенно значимой является работа Николаса Абраама и Марии Тёрок по межпоколенческой передаче фантома, порожденного травмой. Абраам и Тёрок используют термин «неведение» (nescience) для описания эффекта фантома. Он обозначает пробел в знаниях, где локализуется травма. По крайней мере, можно утверждать, что «фантом» представляет собой радикальную переориентацию фрейдистских и постфрейдистских теорий психопатологии, поскольку симптомы здесь не берут начало в личном опыте индивида, а исходят из психических конфликтов, травм или секретов другого человека. Не менее влиятельной стала их концепция «крипты». Согласно теории Абраама и Тёрок, формирование крипты происходит, когда потеря, «фрагмент прожитой Реальности, настолько значимой, что её невозможно выразить словами и, следовательно, она недоступна для постепенной ассимиляции в процессе проживания горя», не признается как потеря. Таким образом, крипта – это «место внутри субъекта, где утраченный объект «поглощается и сохраняется». Эти две идеи взаимосвязаны в их концепции «криптономии» – реконфигурации фрейдистского бессознательного как психического «склепа», своеобразного хранилища, в котором скрываются не до конца осознанные «фантомы» (fantomes) или секреты из ранней истории анализируемого. Таким образом, крипта стала частью постоянно углубляющейся системы защитных механизмов: «Под фетишем скрыта тайная любовь к словесному объекту, под этой любовью – табуированная память о катастрофе, и, наконец, под катастрофой – вечная память о накопленном удовольствии». Однако, как настаивает Деррида, хотя «эффекты призраков и криптические эффекты (включения) были открыты почти одновременно, в одном и том же проблемном поле», тем не менее, необходимо признать «их строгое различие» как концептуальное.

Наследие

Было предложено, что в период с 1959 по 1975 год работа Абрахама способствовала обновлению психоаналитической теории и практики, поскольку его открытия конкретизируют теории Фрейда и помогают расширить границы анализа. Во Франции работа Абрахама представляла собой третий путь между ортодоксальным фрейдизмом и лаканизмом. Преодолев различные формы сопротивления, он достиг всемирного признания. Существует премия, учрежденная Европейской ассоциацией Николя Абрахама и Марии Торок и носящая имя этой пары, которая вручается каждые два года за работу (книгу, диссертацию или статью), выполненную на французском языке в течение предыдущих двух лет. Премия призвана подчеркнуть интерес, который Ассоциация сохраняет к исследовательским работам, продолжающим любое из множества направлений, открытых трудами Николя Абрахама и Марии Торок. При оценке работ учитываются как их теоретические достоинства и клиническая ценность, так и их новаторский характер.

С Марией Торок

Раковина и ядро: обновления психоанализа. Пер. Николас Рэнд. Магическое слово «Человека-волка»: криптонимия.