Введение
Философские термины
Интернализм и экстернализм – это два противоположных подхода к объяснению различных областей в нескольких разделах философии, включая человеческую мотивацию, знание, обоснование, смысл и истину. Данное различие возникает во многих областях дискуссий, имея схожие, но различные значения. Разграничение интернализма и экстернализма – это различие, используемое в философии для разделения онтологии на две части: внутреннюю, касающуюся наблюдений, связанных с философией, и внешнюю, касающуюся вопросов, связанных с философией. Интернализм – это тезис о том, что ни один факт о мире не может служить основанием для действия независимо от желаний и убеждений. Экстернализм – это тезис о том, что основания следует отождествлять с объективными характеристиками мира. Иными словами, нет необходимой связи между убеждением в том, что X неправильно, и мотивационным импульсом не делать X. (Использование этих терминов восходит к работе У. Д. Фолка (1947) "'Обязанность' и мотивация"). Эти взгляды в моральной психологии имеют различные следствия. В частности, если мотивационный интернализм верен, то аморальность немыслима (и метафизически невозможна). Аморалист – это не просто безнравственный человек, а скорее тот, кто знает, что такое морально правильные поступки, но не испытывает мотивации их совершать. Такой агент непонятен для мотивационного интерналиста, поскольку моральные суждения о том, что правильно делать, уже содержат в себе соответствующие мотивации к совершению тех действий, которые агент считает морально правильными. С другой стороны, аморалист вполне понятен мотивационному экстерналисту, поскольку тот считает, что моральные суждения о том, что правильно, не подразумевают автоматически наличие мотивации к совершению этих действий; скорее, требуется независимое желание, например, желание поступать правильно (Бринк, 2003), (Розати, 2006).
Internalism and externalism are two opposite ways of integration of explaining various subjects in several areas of philosophy. These include human motivation, knowledge, justification, meaning, and truth. The distinction arises in many areas of debate with similar but distinct meanings. Internal–external distinction is a distinction used in philosophy to divide an ontology into two parts: an internal part concerning observation related to philosophy, and an external part concerning question related to philosophy. Internalism is the thesis that no fact about the world can provide reasons for action independently of desires and beliefs. Externalism is the thesis that reasons are to be identified with objective features of the world. That is, there is no necessary connection between the conviction that X is wrong and the motivational drive not to do X. (The use of these terms has roots in W. D. Falk's (1947) paper "'Ought' and Motivation"). These views in moral psychology have various implications. In particular, if motivational internalism is true, then amorality is unintelligible (and metaphysically impossible). An amoralist is not simply someone who is immoral, rather it is someone who knows what the moral things to do are, yet is not motivated to do them. Such an agent is unintelligible to the motivational internalist, because moral judgments about the right thing to do have built into them corresponding motivations to do those things that are judged by the agent to be the moral things to do. On the other hand, an amoralist is entirely intelligible to the motivational externalist, because the motivational externalist thinks that moral judgments about what is right do not necessitate some motivation to do those things that are judged to be the right thing to do; rather, an independent desire—such as the desire to do the right thing—is required (Brink, 2003), (Rosati, 2006).
Причины
Существует также различие в этике и теории действия, в значительной степени популяризированное Бернардом Уильямсом (1979, переизданное в 1981 году). Это точка зрения, согласно которой существуют внешние причины для действия; то есть, существуют причины для действия, которые могут быть у человека, даже если это действие не входит в его субъективный мотивационный набор. Рассмотрим следующую ситуацию. Предположим, что кража у бедных противоречит моральному закону, и Саша это знает. Однако Саша не испытывает желания следовать моральному закону, и рядом с ним в данный момент находится бедный человек. Имеет ли смысл утверждать, что у Саши есть причина следовать моральному закону прямо сейчас (не красть у бедного человека рядом с ним), даже если он этого не хочет? Сторонники внешних причин ответят утвердительно ("Да, у Саши есть причина не красть у этого бедного человека"), поскольку они считают, что у человека могут быть причины для действия, даже если у него нет соответствующего желания. Напротив, сторонники внутренних причин ответят на этот вопрос отрицательно ("Нет, у Саши нет причины не красть у этого бедного человека, хотя у других она может быть"). Сторонники внутренних причин утверждают, что внешние причины бессмысленны; у человека есть причина для действия только в том случае, если у него есть соответствующее желание (то есть, только внутренние причины могут быть причинами для действия). Сторонники внутренних причин утверждают следующее: моральные факты являются причиной для действия Саши – не красть у бедного человека рядом с ним – только в том случае, если он в данный момент хочет следовать моральному закону (или если не красть у бедного человека – это способ удовлетворить его другие текущие цели, то есть является частью того, что Уильямс называет его "субъективным мотивационным набором"). Коротко говоря, обоснование интернализма, по словам Уильямса,
Один из популярных аргументов в пользу интернализма известен как «новая проблема злого демона». Эта проблема косвенно поддерживает интернализм, бросая вызов внешним взглядам на обоснование, в частности, надежности. Аргумент предлагает представить себе субъекта с убеждениями и опытом, идентичными нашим, но этот субъект систематически обманывается злонамеренным картезианским демоном, так что все его убеждения оказываются ложными. Несмотря на несчастливое заблуждение субъекта, мы не считаем, что этот субъект перестает быть рациональным, воспринимая вещи такими, какие они кажутся, как и мы. В конце концов, возможно, что и нас могут радикально обмануть таким же образом, но мы все равно будем оправданы в придерживании большинства наших убеждений, несмотря на эту возможность. Поскольку надежность утверждает, что убеждения человека обоснованы посредством надежных процессов формирования убеждений (где надежность означает получение истинных убеждений), субъект в сценарии злого демона, вероятно, не будет иметь никаких обоснованных убеждений, согласно теории надежности, поскольку все его убеждения будут ложными. Поскольку этот результат, как предполагается, противоречит нашей интуиции, что субъект оправдан в своих убеждениях, несмотря на систематическое обман, некоторые рассматривают новую проблему злого демона как причину для отказа от внешних взглядов на обоснование.
Историография науки
Интернализм в историографии науки утверждает, что наука полностью обособлена от социальных влияний, и что чистая естественная наука может существовать в любом обществе и в любое время при наличии необходимого интеллектуального потенциала. Имре Лакатос – видный представитель историографического интернализма. Экстернализм в историографии науки – это точка зрения, согласно которой история науки определяется её социальным контекстом – социально-политическим климатом и окружающей экономической ситуацией, которые влияют на научный прогресс.