Консеквенциализм: этика, основанная на последствиях.

Введение

Этическая теория, основанная на последствиях

В этической философии консеквенциализм – это класс нормативных, телеологических этических теорий, утверждающих, что последствия действий человека являются конечным основанием для оценки их правильности или неправильности. Таким образом, с консеквенциалистской точки зрения, морально правильное действие (или бездействие) – это то, которое приведет к хорошему исходу. Консеквенциализм, наряду с эвдемонизмом, входит в более широкую категорию телеологической этики, объединяющую взгляды, согласно которым моральная ценность любого действия заключается в его способности порождать вещи, обладающие внутренней ценностью. Консеквенциалисты в целом считают, что действие правильно, если и только если оно (или, в некоторых представлениях, правило, которому оно подчиняется) породит, вероятно породит или предназначено породить больший баланс добра над злом, чем любая доступная альтернатива. Различные консеквенциалистские теории различаются в определении моральных благ, среди основных кандидатов – удовольствие, отсутствие боли, удовлетворение предпочтений и более широкие представления об «общем благе». Консеквенциализм обычно противопоставляется деонтологической этике (или деонтологии): деонтология, в которой центральное место занимают правила и моральный долг, выводит правильность или неправильность действий из характера самого поведения, а не из его результатов. Он также противопоставляется этике добродетели, которая фокусируется на характере действующего лица, а не на природе или последствиях самого действия (или бездействия), и прагматической этике, которая рассматривает мораль как науку: развивающуюся коллективно в обществе на протяжении многих поколений, в связи с чем любой моральный критерий подлежит пересмотру. Некоторые утверждают, что консеквенциалистские теории (например, утилитаризм) и деонтологические теории (например, кантовская этика) не обязательно являются взаимоисключающими. Например, Т. М. Сканлон выдвигает идею о том, что права человека, которые обычно считаются «деонтологической» концепцией, могут быть оправданы только со ссылкой на последствия обладания этими правами.

Этимология

Термин "консеквенциализм" был введен Г. Э. М. Анскомб в её эссе "Современная моральная философия" в 1958 году. Однако со временем значение этого слова изменилось: в том смысле, в котором Анскомб его впервые использовала, она однозначно отнесла Дж. С. Милля к неконсеквенциалистам, а У. Д. Росса – к консеквенциалистам, тогда как в современном понимании их классифицировали бы наоборот. Это обусловлено изменением значения самого слова, а не пересмотром взглядов У. Д. Росса и Дж. С. Милля. Иными словами, если цель достаточно морально значима, то допустим любой способ её достижения. Телеологические этические теории противопоставляются деонтологическим этическим теориям, которые утверждают, что действия сами по себе являются изначально хорошими или плохими, а не хорошими или плохими из-за внешних факторов (таких как последствия действия или моральные качества действующего лица).

Утилитаризм

Природа поставила человечество под власть двух суверенных повелителей – боли и удовольствия. Только они указывают нам, что мы должны делать, и определяют, что мы будем делать. С одной стороны, к их трону прикреплены критерии добра и зла, с другой – цепочка причин и следствий. Они управляют всеми нашими действиями, словами и мыслями. Джереми Бентам, «Принципы морали и законодательства» (1789) Глава I, стр. 1.

В сущности, Джереми Бентам утверждает, что люди движимы своими интересами и страхами, однако интересы преобладают над страхами; реализация интересов происходит в соответствии с тем, как люди оценивают возможные последствия, связанные с этими интересами. В данном контексте счастье определяется как максимизация удовольствия и минимизация боли. Можно утверждать, что для придания опыту удовольствия или боли этического значения необходимо существование феноменального сознания и "квалиа". Исторически гедонистический утилитаризм является классическим примером консеквенциалистской моральной теории. Эта форма утилитаризма исходит из того, что имеет значение совокупное счастье – счастье всех, а не счастье какого-либо отдельного человека. Джон Стюарт Милль, в своем изложении гедонистического утилитаризма, предложил иерархию удовольствий, подразумевая, что стремление к определенным видам удовольствий оценивается выше, чем стремление к другим. Однако некоторые современные утилитаристы, такие как Питер Сингер, сосредоточены на максимизации удовлетворения предпочтений, что приводит к теории утилитаризма предпочтений. Другие современные формы утилитаризма соответствуют формам консеквенциализма, описанным ниже.

Следовательность правил

В целом, консеквенциалистские теории фокусируются на действиях. Однако, это не обязательно должно быть так. Правильный консеквенциализм – это теория, которая иногда рассматривается как попытка примирить консеквенциализм с деонтологией, или этикой, основанной на правилах, – и в некоторых случаях это формулируется как критика правильного консеквенциализма. Подобно деонтологии, правильный консеквенциализм утверждает, что моральное поведение предполагает следование определенным правилам. Однако, правильный консеквенциализм выбирает правила, основываясь на последствиях, к которым приводит выбор этих правил. Правильный консеквенциализм существует в форме утилитаризма правил и эгоизма правил. Различные теоретики расходятся во мнениях относительно того, являются ли правила единственным определяющим фактором морального поведения или нет. Например, Роберт Нозик считал, что определенный набор минимальных правил, которые он называет «ограничениями-сторонами», необходим для обеспечения надлежащих действий. Лучший аргумент в пользу правильного консеквенциализма не в том, что он проистекает из всеобъемлющего стремления к максимизации блага. Лучший аргумент в пользу правильного консеквенциализма заключается в том, что он лучше, чем его конкуренты, сопоставляет и объединяет наши моральные убеждения, а также помогает нам разрешать моральные разногласия и преодолевать неопределенность. Дерек Парфит описал книгу Хукера как «наиболее полное изложение и защиту одной из важнейших моральных теорий на сегодняшний день».

Государственный консеквенциализм

Дело благодетельного человека – стремиться к увеличению блага в мире и искоренению зла, а также служить образцом для подражания. То, что приносит пользу, он будет претворять в жизнь; то, что не приносит пользы людям, он оставит без внимания. Mozi, Mozi (5 век до н.э.) Часть I. Государственный консеквенциализм, также известный как мохистский консеквенциализм, – это этическая теория, оценивающая моральную ценность действия исходя из его вклада в благосостояние государства. В отличие от утилитаризма, который рассматривает полезность как единственное моральное благо, "основными благами в мохистском консеквенциалистическом мышлении являются порядок, материальное благосостояние и увеличение численности населения". Во времена Мози войны и голод были распространены, и рост населения считался моральной необходимостью для гармоничного общества. "Материальное благосостояние" мохистского консеквенциализма относится к удовлетворению базовых потребностей, таких как жилье и одежда; а "порядок" – к позиции Мози, выступавшего против войн и насилия, которые он считал бессмысленными и угрозой социальной стабильности. В "Кембриджской истории древнего Китая" синолог Стэнфордского университета Дэвид Шепард Нивисон пишет, что моральные ценности мохизма "взаимосвязаны: больше базового благосостояния ведет к увеличению рождаемости; больше людей – к увеличению производства и благосостояния; если у людей достаточно всего, они будут добрыми, почтительными, отзывчивыми и так далее без каких-либо проблем". Термин государственный консеквенциализм также применяется к политической философии конфуцианского философа Кунцзы. С другой стороны, "легалист" Хань Фэй "практически полностью руководствуется интересами правителя".

Этический эгоизм

Этический эгоизм можно понимать как консеквенциалистскую теорию, согласно которой последствия для действующего лица имеют большее значение, чем любые другие результаты. Таким образом, эгоизм предписывает действия, которые могут быть полезными, вредными или нейтральными для благополучия других. Некоторые, например, Генри Сиджвик, утверждают, что определенная степень эгоизма способствует общему благосостоянию общества по двум причинам: потому что люди лучше всех знают, как удовлетворить себя, и потому что, если бы каждый был строгим альтруистом, общее благосостояние неизбежно снизилось бы.

Этический альтруизм

Этический альтруизм можно рассматривать как консеквенциалистскую теорию, предписывающую индивиду совершать действия, приводящие к наилучшим последствиям для всех, кроме него самого. Эту идею отстаивал Огюст Конт, который ввел термин "альтруизм", и чью этику можно суммировать фразой "Живи ради других".

Двухуровневый консеквенциализм

Подход двух уровней предполагает критическое осмысление и рассмотрение всех возможных последствий своих действий перед принятием этического решения, но обращение к общепринятым и надежным моральным принципам, когда нет возможности остановиться и всесторонне изучить дилемму. На практике это означает следование консеквенциализму, основанному на правилах, когда рассуждение возможно лишь на интуитивном уровне, и консеквенциализму, основанному на действиях, когда есть возможность отстраниться и рассуждать более критически.

Мотивированный консеквенциализм

Другая консеквенциалистская версия – консеквенциализм мотивов, который оценивает, является ли состояние дел, возникшее в результате мотива, побудившего к действию, лучше или, по крайней мере, не хуже, чем каждое альтернативное состояние дел, которое возникло бы в результате альтернативных действий. Эта версия придает значение мотиву поступка и связывает его с последствиями. Следовательно, поступок нельзя считать неправильным, если решение действовать было основано на благом мотиве. Из этого можно заключить, что человека нельзя винить за ошибочные суждения, если его мотивацией было стремление к добру.

Отрицательный консеквенциализм

Большинство теорий консеквенциализма сосредоточены на содействии каким-либо благоприятным последствиям. Однако негативный утилитаризм представляет собой консеквенциалистскую теорию, которая фокусируется исключительно на минимизации неблагоприятных последствий. Одно из ключевых различий между этими двумя подходами заключается в ответственности действующего лица. Позитивный консеквенциализм требует от нас достижения благоприятного положения дел, в то время как негативный консеквенциализм требует от нас избежания неблагоприятного. Более строгие версии негативного консеквенциализма потребуют активного вмешательства для предотвращения зла и смягчения существующего вреда. В более слабых версиях достаточно просто воздерживаться от действий, которые могут причинить вред другим. Примером этого является аргумент о "скользком склоне", который побуждает избегать определенного действия, поскольку оно может в конечном итоге привести к нежелательным последствиям. Часто "негативные" консеквенциалистские теории утверждают, что уменьшение страданий важнее, чем увеличение удовольствия. Карл Поппер, например, утверждал, что "с моральной точки зрения боль не может быть компенсирована удовольствием". (Хотя Поппер сам по себе не является консеквенциалистом, это считается классическим выражением негативного утилитаризма.) При разработке теории справедливости негативные консеквенциалисты могут использовать принцип, охватывающий всю страну или весь мир: сокращение страданий (для неблагополучных) более ценно, чем увеличение удовольствия (для состоятельных или живущих в роскоши).

Действия и бездействие

Поскольку чистый консеквенциализм утверждает, что действие следует судить исключительно по его последствиям, большинство консеквенциалистических теорий считают преднамеренное действие ничем не отличным от преднамеренного решения бездействовать. Это противопоставляется "доктрине действий и упущений", которую придерживаются некоторые специалисты по медицинской этике и некоторые религии: она утверждает о существенном моральном различии между действиями и преднамеренным бездействием, приводящими к одному и тому же исходу. Это различие проявляется в таких вопросах, как добровольная эвтаназия.

Идеальный наблюдатель

Одной из распространенных тактик среди консеквенциалистов, особенно тех, кто придерживается альтруистического (бескорыстного) понимания консеквенциализма, является обращение к идеальному, нейтральному наблюдателю, с позиции которого можно выносить моральные суждения. Джон Роулз, критик утилитаризма, утверждает, что утилитаризм, наряду с другими формами консеквенциализма, опирается на перспективу такого идеального наблюдателя. Однако, если этот подход применять бездумно, то можно утверждать, что моральные агенты, которые, например, опрометчиво не анализируют свою ситуацию и действуют таким образом, что приводят к ужасным последствиям, действуют морально оправданно. Действия, предпринятые без предварительного ознакомления с обстоятельствами, могут привести к тому, что даже самые благие намерения обернутся печальными результатами. Следовательно, можно утверждать, что существует моральный императив для агентов максимально полно изучать ситуацию, прежде чем принимать решение о наилучшем способе действий. Этот императив, разумеется, проистекает из консеквенциалистского мышления: более информированный агент способен добиться лучших последствий.

Последствия для кого

Моральные действия всегда влекут за собой последствия для определенных людей или объектов. Различные варианты консеквенциализма различаются в зависимости от того, кто является выгодоприобретателем положительных последствий. Иными словами, можно спросить: "Последствия для кого?"

Ориентированный на агенты или нейтральный по отношению к агентам

Можно провести фундаментальное различие между теориями, которые требуют, чтобы агенты действовали ради целей, возможно, не связанных с их собственными интересами и побуждениями, и теориями, которые допускают, что агенты действуют ради целей, в которых у них есть личный интерес или мотивация. Соответственно, они называются теориями, "нейтральными к агенту", и теориями, "ориентированными на агента". Консеквенциализм, нейтральный к агенту, игнорирует специфическую ценность ситуации для какого-либо конкретного агента. Таким образом, в теории, нейтральной к агенту, личные цели действующего лица не имеют большего значения, чем цели любого другого, при оценке того, какое действие ему следует предпринять. Консеквенциализм, ориентированный на агента, напротив, фокусируется на конкретных потребностях морального агента. Таким образом, в подходе, ориентированном на агента, как, например, тот, который описывает Питер Райлтон, агент может быть обеспокоен общим благосостоянием, но больше обеспокоен немедленным благосостоянием себя, своих друзей и семьи. Эти два подхода можно согласовать, признав напряженность между интересами агента как индивида и как члена различных групп, и стремясь каким-то образом оптимизировать все эти интересы. Например, может быть уместно говорить о том, что действие полезно для кого-то как для личности, но вредно для него как для гражданина его города.

- Человекоцентрированный?

Многие консеквенциалистские теории могут казаться в первую очередь сосредоточенными на людях и их отношениях с другими людьми. Однако некоторые философы утверждают, что мы не должны ограничивать наши этические соображения только интересами людей. Джереми Бентам, которого считают основателем утилитаризма, утверждает, что животные способны испытывать удовольствие и боль, и, следовательно, "нечеловеческие животные" должны быть серьезным объектом морального внимания. В последнее время Питер Сингер утверждал, что неразумно не учитывать интересы животных в той же степени, что и интересы людей, когда мы определяем, как с ними обращаться. Такое равное внимание не обязательно подразумевает одинаковое обращение с людьми и животными, как и не подразумевает одинаковое обращение со всеми людьми.

Значение последствий

Один из способов классификации различных консеквенциализмов – это разделение по типам последствий, которые считаются наиболее значимыми, то есть какие последствия рассматриваются как благоприятные состояния дел. Согласно утилитаризму, хорошее действие – это действие, приводящее к увеличению удовольствия, а наилучшее действие – это действие, максимизирующее удовольствие для наибольшего числа людей. Тесно связан с ним эвдаймонический консеквенциализм, согласно которому полноценная, процветающая жизнь, которая может совпадать, а может и не совпадать с получением большого удовольствия, является высшей целью. Аналогично, можно принять эстетический консеквенциализм, в котором высшей целью является создание красоты. Однако можно сосредоточиться на непсихологических благах как на релевантном результате. Таким образом, вместо мимолетного "удовольствия" можно стремиться к увеличению материального равенства или политической свободы. Другие теории рассматривают совокупность нескольких благ, которые должны продвигаться в равной степени. Поскольку консеквенциалистский подход исходит из врожденного предположения о том, что результаты морального решения можно количественно оценить в терминах "добра" и "зла", или, по крайней мере, ранжировать по степени предпочтения, он особенно хорошо подходит для вероятностного и принятия решений на основе теории решений.

Добродетель - этика

Консеквенциализм также может быть противопоставлен аретаистским моральным теориям, таким как этика добродетели. Если консеквенциалистские теории утверждают, что последствия действий должны быть главным объектом наших этических размышлений, то этика добродетели настаивает на том, что в центре внимания должен быть именно характер, а не последствия действий. Некоторые сторонники этики добродетели полагают, что консеквенциалистские теории полностью упускают из виду развитие и значимость морального характера. Например, Филиппа Фут утверждает, что сами по себе последствия не имеют этического содержания, если им не придает его такая добродетель, как благожелательность. Другие консеквенциалисты учитывают влияние действия на характер его участников при оценке последствий. Кроме того, консеквенциалистская теория может быть направлена на максимизацию определенной добродетели или набора добродетелей. Наконец, следуя идеям Фут, можно принять форму консеквенциализма, утверждающую, что добродетельная деятельность в конечном итоге приводит к наилучшим последствиям.

Конечный конец

Конечная цель — это понятие в моральной философии Макса Вебера, согласно которому люди действуют преданно, а не рационально.

Критика

Г. Э. М. Анскомб возражает против консеквенциализма Сиджвика, утверждая, что моральная ценность действия основывается на способности индивида предвидеть последствия, тем самым освобождая его от ответственности за "негативность" поступка, если ему удастся доказать, что он не мог предвидеть отрицательные результаты. Важным фактором, затрудняющим предсказание этической ценности последствий, является то, что большинство согласны с тем, что моральная ответственность несут лишь предсказуемые последствия. Бернард Уильямс утверждал, что консеквенциализм отчуждает, поскольку он требует от моральных агентов чрезмерной дистанции между ними и их собственными проектами и обязательствами. Уильямс утверждает, что консеквенциализм требует от моральных агентов строго безличного взгляда на все действия, поскольку важны лишь последствия, а не тот, кто их порождает. Уильямс утверждает, что это предъявляет к моральным агентам чрезмерные требования, поскольку (по его мнению) консеквенциализм требует от них готовности пожертвовать любыми личными проектами и обязательствами в любой ситуации ради достижения наиболее благотворного результата. Он далее утверждает, что консеквенциализм не способен объяснить интуицию о том, что имеет значение, является ли кто-то лично автором конкретного последствия. Например, участие в преступлении может иметь значение, даже если оно было бы совершено в любом случае или даже было бы хуже без участия этого человека. Некоторые консеквенциалисты, в частности Питер Райлтон, попытались разработать форму консеквенциализма, которая учитывает и избегает возражений, выдвинутых Уильямсом. Райлтон утверждает, что критики Уильямса можно избежать, приняв форму консеквенциализма, в которой моральные решения должны определяться тем образом жизни, который они выражают. По его мнению, агент должен выбирать тот образ жизни, который в целом будет приводить к наилучшим общим результатам.