Расследование радикализма в Нью-Йорке (1919–1920)

Введение

Расследование радикализма в 1919–1920 годах

Совместный законодательный комитет по расследованию подстрекательской деятельности, широко известный как Комитет Луска, был создан в 1919 году законодательным собранием штата Нью-Йорк для расследования лиц и организаций в штате Нью-Йорк, подозреваемых в подрывной деятельности.

Фаза расследования

Частное, двухмесячное расследование радикализма, проведенное комитетом Нью-Йоркского клуба «Юнион Лига», привело к единогласному голосованию членов клуба с целью подачи петиции в законодательное собрание штата Нью-Йорк о проведении правительственного расследования. В течение нескольких дней, 26 марта 1919 года, законодательное собрание штата Нью-Йорк учредило Объединенный законодательный комитет по расследованию подстрекательской деятельности посредством совместного резолюции. Девять членов Комитета были уполномочены расследовать преступления, совершенные в соответствии со статьями Уголовного кодекса штата о преступной анархии. Комитетом руководил Клейтон Р. Луск, начинающий сенатор штата от округа Кортленд, имевший опыт в бизнесе и консервативные политические взгляды, называвший радикалов «чужими врагами». За исключением одного незначительного случая, это был первый раз, когда законы штата о преступной анархии были приведены в действие после их принятия в 1902 году, последовавшего за убийством президента США Уильяма Маккинли анархистом в Буффало, штат Нью-Йорк. Более года Комитет собирал информацию о подозреваемых радикальных группах путем проведения обысков в офисах и изучения документов, внедрения на собрания, оказания помощи сотрудникам правоохранительных органов в тысячах арестов и вызова свидетелей для дачи показаний на слушаниях Комитета. Использование Комитетом ордеров на обыск и рейдов было исключительным отступлением от законодательной практики. Комитет также сотрудничал с местными полицейскими управлениями и прокурорами, что позволило ему действовать решительно, несмотря на ограниченный бюджет. Комитет и Федеральное бюро расследований, предшественник ФБР, сотрудничали, обмениваясь информацией, опытом допросов и агентурными данными. Рейм У. Финч, бывший агент нью-йоркского офиса Бюро, стал главным следователем Комитета. Это сотрудничество позволило федеральным властям, чьи полномочия были ограничены отсутствием антиседиционного законодательства в мирное время, использовать полномочия штата против радикалов. 12 июня полиция и частные детективы, работавшие на Комитет, провели обыск в Русском советском бюро, агентстве во главе с Людвигом Мартенсом, которое добивалось признания американцами нового большевистского правительства. Некоторые из арестованных были немедленно допрошены Комитетом относительно советской пропаганды в США, а другие свидетели цитировали изъятые документы, чтобы продемонстрировать, что Российское бюро стремилось к насильственному свержению правительства. После этого был проведен второй обыск в Школе Рэнда, учреждении, которое выступало за мирную эволюцию социализма и преподавало историю, экономику и английский язык. Среди изъятых документов был большой объем литературы по контролю над рождаемостью. В то время как пресса проявляла мало симпатии к Русскому бюро, либеральная и радикальная пресса, поддержанная Американским союзом гражданских свобод (ACLU), защищала Школу Рэнда. Другие рейды были направлены против левого крыла Социалистической партии и IWW. При анализе изъятых материалов особое внимание уделялось попыткам организации американских афроамериканцев и призывам к революциям в журналах на иностранных языках. 8 ноября агенты Комитета провели обыски в 73 отделениях недавно созданной Коммунистической партии, в субботу вечером, когда радикалы отмечали годовщину Большой Октябрьской революции. Они также провели обыски в офисах десятков радикальных изданий. Большая часть литературы, полученной в результате обысков, свободно продавалась в книжных магазинах. После этого последовали обыски в городах северной части штата, включая Буффало, Ютику и Рочестер, а затем в офисах коммунистических газет в Нью-Йорке.

A private, two month long investigation of radicalism conducted by a committee of the New York City Union League Club produced a unanimous vote of the club's members to petition to the New York State Legislature for a government investigation. Within days, the New York State Legislature established the Joint Legislative Committee to Investigate Seditious Activities by Concurrent Resolution on March 26, 1919. The nine member Committee targeted offenses committed under the criminal anarchy articles of the State's Penal Code. The committee was chaired by freshman State Senator Clayton R. Lusk of Cortland County. who had a background in business and conservative political values, referring to radicals as "alien enemies." With the exception of a minor case, this was the first time that the state's criminal anarchy statutes had been invoked since they were enacted in 1902 following the assassination of United States President William McKinley by an anarchist in Buffalo, New York. For more than a year the Committee gathered information on suspected radical groups by raiding offices and examining documents, infiltrating meetings, assisting law enforcement agents in thousands of arrests, and subpoenaing witnesses to testify at the committee's hearings. The committee's use of search warrants and raids was an exceptional departure from legislative practice. It also had the cooperation of local police departments and prosecutors to enable it to operate aggressively despite its limited budget. The committee and the federal government's Bureau of Investigation, forerunner of the FBI, cooperated by sharing information, interrogation expertise, and informants. Rayme W. Finch, formerly an agent in the Bureau's New York office, became the committee's chief investigator. This cooperation allowed federal authorities whose powers were limited by the lack of a peacetime anti sedition statute to use state authority against radicals. On June 12, the police and private detectives working for the Committee raided the Russian Soviet Bureau, an agency headed by Ludwig Martens, that sought American recognition of the new Bolshevik government. Some of those arrested were immediately interrogated by the Committee about Soviet propaganda in the U. S. and other witnesses quoted from seized documents to demonstrate that the Russian Bureau aimed at the violent overthrow of the government. A second raid on the Rand School, an institution that espoused the peaceful evolution of socialism and taught history, economics, and English language skills, followed. Among the documents seized was a large volume of birth control literature. While the press had demonstrated little sympathy for the Russian Bureau, the liberal and radical press, joined by the American Civil Liberties Union (ACLU), defended the Rand School. Others raids targeted the left wing of the Socialist Party and the IWW. When they analyzed the materials it hauled away, it made much of attempts to organize American Negroes and calls for revolutions in foreign language magazines. The committee's agents raided 73 branches of the newly organized Communist party on November 8, a Saturday evening when the radicals would be celebrating the anniversary of the Bolshevik Revolution. They raided the offices of dozens of radical publications as well. Most of the literature obtained in the raids was available for sale in bookstores. Raids in upstate cities followed, including Buffalo, Utica, and Rochester, and then on the offices of Communist newspapers in New York City.

Доклад Ласка и его последствия

Расследование комитета официально завершилось, когда в апреле 1920 года он представил свой окончательный доклад с рекомендациями законодательному органу. Доклад, опубликованный под названием «Революционный радикализм: его история, цели и тактика с изложением и обсуждением предпринимаемых и необходимых мер по его подавлению», насчитывал более 4000 страниц. Фактическим редактором доклада был Арчибальд Э. Стивенсон, помощник юрисконсульта комитета, которого критики обвиняли в том, что он «направлял его деятельность с самого начала». Только десять процентов четырехтомного издания составлял сам доклад, остальное – перепечатанные материалы, изъятые в ходе рейдов или предоставленные свидетелями, большая часть которых содержала подробное описание деятельности в Европе или анализ усилий по противодействию радикализму в каждом штате, включая программы гражданства и другие патриотические образовательные инициативы. Работа комитета привела к осуждению двух анархистских редакторов по обвинению в преступном анархизме, которые были приговорены к тюремному заключению на несколько лет, а другие радикальные иммигранты были депортированы. В результате работы комитета в 1920 году пять членов законодательного органа от Социалистической партии были исключены из его состава. Это вызвало негативную реакцию прессы и общественности, что способствовало изменению общественного мнения по отношению к антикрасной кампании 1919–1920 годов. Законодательный орган рассмотрел рекомендации комитета по сдерживанию и противодействию радикальной пропаганде. Он принял ряд законов, финансирующих антирадикальную деятельность генерального прокурора и подготовку учителей патриотизма, которые должны были использовать свой опыт на фабриках и предприятиях. Другие законопроекты определяли типы учреждений, имеющих право осуществлять образовательную деятельность, и запрещали частное обучение вне их стен. Еще один законопроект требовал от учителей государственных школ принесения присяги на верность. Губернатор Эл Смит наложил вето на законодательство, возражая, в частности, против вмешательства правительства в образовательный процесс. Он назвал сторонников закона «предубежденными», «истеричными» и «в основном заинтересованными в контроле над либеральной мыслью». В обосновании своего вето на законопроект о лицензировании школ он заявил: «Безопасность этого правительства основана на разумной и преданной лояльности его граждан. Ему не нужна для своей защиты система интеллектуальной тирании, которая, стремясь подавить заблуждения силой, неизбежно подавит и истину». Законодательный орган вновь принял те же законопроекты после ухода Смита с поста, и республиканский губернатор Нейтан Л. Миллер подписал их 12 мая 1921 года. Смит был переизбран в ноябре 1922 года. Законы Ласка были отменены в начале 1923 года, а попытка привлечь школу Рэнд к ответственности за деятельность образовательного учреждения без лицензии была приостановлена. В сентябрьском выпуске журнала Current Opinion за 1921 год Ласк описал работу своего комитета как «репрессии, осуществляемые с согласия подавляющего большинства в интересах этого большинства», и объяснил свою уверенность в том, что «разумное и мудрое подавление революционной деятельности способствует поддержанию закона, порядка и мира в обществе».

The committee's investigation officially ended when it submitted its final report with recommendations to the legislature in April 1920. The report, published as Revolutionary Radicalism: Its History, Purpose and Tactics with an Exposition and Discussion of the Steps being Taken and Required to Curb It, ran to more than 4,000 pages. De facto editor of the report was Archibald E. Stevenson, Assistant Counsel of the committee, whom critics asserted "directed its activities from the start." Only ten percent of the four volume work constituted a report, while the rest reprinted materials seized in raids or supplied by witnesses, much of it detailing European activities, or surveyed efforts to counteract radicalism in every state, including citizenship programs and other patriotic educational activities. The committee's work led to the conviction on charges of criminal anarchy of two anarchist editors, who were sentenced to years in prison and other radical immigrants were deported. As a result of the committee's work, five Socialist Party members of the legislature were expelled in 1920. It produced a negative reaction on the part of the press and the public that helped change national attitudes against the anti red campaign of 1919–20. The legislature considered the committee's recommendations for curbing and countering radical propaganda. It passed a series of laws funding anti radical work by the Attorney General and the training of teachers of patriotism who would use their expertise in factories and businesses. Other bills defined the kinds of institutions that could provide education and forbade private instruction outside them. Another required public school teachers take loyalty oaths Governor Al Smith vetoed the legislation, objecting in particular to government power over instruction. He called the legislation's supporters "prejudiced," "hysterical," and "mainly interested in the control of liberal thought." His veto of the school licensing bill said: "The safety of this government rests upon the reasoned and devoted loyalty of its people. It does not need for its defense a system of intellectual tyranny, which, in the endeavor to choke error by force must of necessity crush truth as well." The legislature passed the same bills again after Smith left office, and Republican Governor Nathan L. Miller signed them on May 12, 1921. Smith was re elected in November 1922. The Lusk laws were repealed early in 1923 and an attempt to prosecute the Rand School for operating an educational institution without a license was suspended. Writing in the September 1921 issue of Current Opinion, Lusk described his Committee's work as "repression carried on by and with the consent of the vast majority in the interests of that majority" and explained his belief that " a reasonable and wise repression of revolutionary activities tends toward the maintenance of law, order and peace in the community."