Инсайдерская торговля: правовые аспекты и экономические последствия

Введение

Торговля акциями или ценными бумагами публичных компаний с использованием непубличной информации

Инсайдерская торговля – это торговля акциями или другими ценными бумагами публичной компании (такими как облигации или опционы на акции) на основе существенной, непубличной информации об этой компании. В различных странах некоторые виды торговли, основанные на инсайдерской информации, являются незаконными. Это обусловлено тем, что такая торговля считается несправедливой по отношению к другим инвесторам, не имеющим доступа к данной информации, поскольку инвестор, обладающий инсайдерской информацией, потенциально может получить более высокую прибыль, чем обычный инвестор. Правила, регулирующие инсайдерскую торговлю, сложны и существенно различаются в разных странах. Степень обеспечения соблюдения этих правил также варьируется от страны к стране. Определение понятия «инсайдер» в различных юрисдикциях может быть широким и охватывать не только самих инсайдеров, но и любых лиц, связанных с ними, таких как брокеры, партнеры и даже члены семьи. Лицо, получившее доступ к непубличной информации и совершившее сделку на ее основе, может быть признано виновным в совершении преступления. Торговля, осуществляемая определенными инсайдерами, например, сотрудниками, как правило, разрешена, при условии, что она не основана на существенной информации, недоступной широкой общественности. Во многих юрисдикциях требуется отчитываться о таких сделках для осуществления контроля за ними. В Соединенных Штатах и ряде других юрисдикций сделки, совершаемые руководителями корпораций, ключевыми сотрудниками, директорами или крупными акционерами, должны быть сообщены регулирующему органу или публично раскрыты, обычно в течение нескольких рабочих дней после совершения сделки. В этих случаях инсайдеры в Соединенных Штатах обязаны подавать форму 4 в Комиссию по ценным бумагам и биржам США (SEC) при покупке или продаже акций своих компаний. Авторы одного исследования утверждают, что незаконная инсайдерская торговля увеличивает стоимость капитала для эмитентов ценных бумаг, что приводит к замедлению общего экономического роста. Некоторые экономисты, такие как Генри Манн, утверждали, что инсайдерская торговля должна быть разрешена и даже может принести пользу рынкам. В академических кругах, среди специалистов в области бизнеса и права, уже давно ведутся "значительные дебаты" о том, следует ли считать инсайдерскую торговлю незаконной. Было выявлено несколько аргументов против запрета инсайдерской торговли: например, хотя инсайдерская торговля и является незаконной, большинство случаев не обнаруживаются правоохранительными органами, и, следовательно, ее незаконность может создать у общественности потенциально вводящее в заблуждение впечатление, что "торговля на фондовом рынке – это честная игра, в которую может играть каждый". Некоторые юридические анализы ставят под сомнение, действительно ли инсайдерская торговля наносит кому-либо ущерб в юридическом смысле, поскольку существует вопрос о том, приводит ли инсайдерская торговля к фактическим "убыткам" и несут ли инсайдеры юридическую ответственность перед лицами, понесшими убытки.

Insider trading is the trading of a public company's stock or other securities (such as bonds or stock options) based on material, nonpublic information about the company. In various countries, some kinds of trading based on insider information are illegal. This is because it is seen as unfair to other investors who do not have access to the information, as the investor with insider information could potentially make larger profits than a typical investor could make. The rules governing insider trading are complex and vary significantly from country to country. The extent of enforcement also varies from one country to another. The definition of insider in one jurisdiction can be broad and may cover not only insiders themselves but also any persons related to them, such as brokers, associates, and even family members. A person who becomes aware of non public information and trades on that basis may be guilty of a crime. Trading by specific insiders, such as employees, is commonly permitted as long as it does not rely on material information not available to the general public. Many jurisdictions require that such trading be reported so that the transactions can be monitored. In the United States and several other jurisdictions, trading conducted by corporate officers, key employees, directors, or significant shareholders must be reported to the regulator or publicly disclosed, usually within a few business days of the trade. In these cases, insiders in the United States are required to file Form 4 with the U. S. Securities and Exchange Commission (SEC) when buying or selling shares of their own companies. The authors of one study claim that illegal insider trading raises the cost of capital for securities issuers, thus decreasing overall economic growth. Some economists, such as Henry Manne, argued that insider trading should be allowed and could, in fact, benefit markets. There has long been "considerable academic debate" among business and legal scholars over whether or not insider trading should be illegal. Several arguments against outlawing insider trading have been identified: for example, although insider trading is illegal, most insider trading is never detected by law enforcement, and thus the illegality of insider trading might give the public the potentially misleading impression that "stock market trading is an unrigged game that anyone can play." Some legal analysis has questioned whether insider trading actually harms anyone in the legal sense, since some have questioned whether insider trading causes anyone to suffer an actual "loss" and whether anyone who suffers a loss is owed an actual legal duty by the insiders in question.

Незаконно

Правила, запрещающие или криминализирующие инсайдерскую торговлю на основе существенной непубличной информации, существуют в большинстве юрисдикций мира (Bhattacharya и Daouk, 2002), однако детали и усилия по их обеспечению значительно различаются. В Соединенных Штатах статьи 16(b) и 10(b) Закона о торговле ценными бумагами 1934 года прямо и косвенно регулируют инсайдерскую торговлю. Конгресс США принял этот закон после краха фондового рынка 1929 года. Более широкая сфера действия европейского модельного законодательства обеспечивает более строгие меры противодействия незаконной инсайдерской торговле. В Европейском союзе и Соединенном Королевстве любая торговля с использованием непубличной информации, в рамках злоупотребления рынком, подлежит как минимум гражданской ответственности и возможной уголовной ответственности. Один из комментаторов утверждал, что если бы генеральный директор компании А не совершал инсайдерскую торговлю на основе нераскрытой информации о поглощении, а передал эту информацию своему зятю, который совершил сделку, незаконная инсайдерская торговля все равно имела бы место (хотя и косвенно, через передачу информации "не инсайдеру", чтобы генеральный директор компании А не был вовлечен напрямую).

Теория присвоения

Новый подход к инсайдерской торговле, теория присвоения, в настоящее время признается в законодательстве США. Она утверждает, что любой, кто неправомерно использует существенную непубличную информацию и совершает сделки на ее основе с любыми акциями, может быть признан виновным в инсайдерской торговле. Это может включать в себя получение существенной непубличной информации от инсайдера с намерением использовать ее для торговли или передачу ее лицу, которое будет это делать. Эта теория служит основой для регулирования рынка ценных бумаг, обеспечивающего соблюдение запрета на инсайдерскую торговлю. Возмещение представляет собой незаконно полученные доходы (или убытки, которых удалось избежать) в результате нарушения законодательства о ценных бумагах. Как правило, в странах, где инсайдерская торговля запрещена, уполномоченный орган стремится к возмещению, чтобы гарантировать, что нарушители законодательства о ценных бумагах не извлекают выгоду из своей незаконной деятельности. При необходимости возмещенные средства возвращаются пострадавшим инвесторам. Возмещение может быть назначено как в административном порядке, так и в ходе гражданского судопроизводства, а дела могут быть урегулированы или рассматриваться в суде. Оплата возмещения может быть полностью или частично отменена, если ответчик докажет свою неплатежеспособность. В рамках урегулированного административного производства регулирующий орган может рекомендовать, при необходимости, отказ от взыскания возмещения. Существуют различные подходы к определению размера возмещения; инновационная методика, основанная на теории вероятностей, была разработана Марчелло Миненной путем непосредственного анализа временных периодов сделок, связанных с инсайдерской торговлей.

Доказательство ответственности

Доказать, что кто-то несёт ответственность за сделку, может быть сложно, поскольку трейдеры могут пытаться скрыться за подставными лицами, офшорными компаниями и другими посредниками. Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) возбуждает более 50 дел ежегодно, и многие из них урегулированы административным путем вне суда. SEC и несколько фондовых бирж активно отслеживают торговлю, выявляя подозрительную активность. SEC не обладает полномочиями по уголовному преследованию, но может передавать серьезные дела в офис окружного прокурора США для дальнейшего расследования и судебного преследования.

Торговля информацией в целом

В Соединенных Штатах и большинстве неевропейских юрисдикций не вся торговля на основе конфиденциальной информации является незаконной инсайдерской торговлей. Однако, даже если получатель информации сам не является инсайдером, но знает, что информация является конфиденциальной, и за нее была заплачена плата, или передавший информацию получил выгоду за ее предоставление, то в юрисдикциях с более широким подходом последующая торговля признается незаконной. В Соединенных Штатах, помимо гражданско-правовой ответственности, трейдер может быть привлечен к уголовной ответственности за мошенничество, либо, в случае нарушения правил Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC), Министерство юстиции США (DOJ) может начать независимое параллельное расследование. Если DOJ установит признаки преступления, ведомство может предъявить уголовные обвинения.

Юридическая

Юридические сделки инсайдеров – обычное явление, поскольку сотрудники публичных компаний часто владеют акциями или опционами на акции. Информация об этих сделках публикуется в США посредством отчетов Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC), которые также предоставляются академическим исследователям в виде структурированных наборов данных. Правило 10b5-1 SEC США разъясняет, что для признания инсайдерской торговли незаконной не требуется доказывать, что инсайдер фактически использовал существенную непубличную информацию при совершении сделки; само по себе владение такой информацией достаточно для нарушения этого правила, и SEC будет предполагать, что инсайдер, владеющий существенной непубличной информацией, использовал ее при совершении сделки. Однако правило 10b5-1 SEC также предусматривает для инсайдеров освобождение от ответственности, если инсайдер сможет доказать, что сделки, совершенные от его имени, были осуществлены в соответствии с ранее заключенным договором или письменным обязательным планом торговли на будущее. Например, если инсайдер планирует выйти на пенсию через определенный период времени и, в рамках планирования выхода на пенсию, разработал письменный обязательный план продажи определенного количества акций компании ежемесячно в течение двух лет, а затем получил существенную непубличную информацию о компании, сделки, совершенные в соответствии с первоначальным планом, могут не рассматриваться как запрещенная инсайдерская торговля.

Право Соединенных Штатов

До XXI века, до принятия законов Европейского Союза о злоупотреблениях на рынке, Соединенные Штаты были лидером в запрете инсайдерской торговли, основанной на существенной конфиденциальной информации.

Законодательно

Запреты США на инсайдерскую торговлю основаны на запретах английского и американского общего права против мошенничества. В 1909 году, задолго до принятия Закона о фондовых биржах, Верховный суд США постановил, что корпоративный директор, купивший акции своей компании, зная о предстоящем росте их цены, совершил мошенничество, приобретая акции и не раскрывая имеющуюся у него инсайдерскую информацию. Раздел 15 Закона о ценных бумагах 1933 года содержал запреты на мошенничество при продаже ценных бумаг, которые впоследствии были значительно усилены Законом о фондовых биржах 1934 года. Раздел 16(b) Закона о фондовых биржах 1934 года запрещает получение краткосрочной прибыли (от любых покупок и продаж в течение шести месяцев) директорами, должностными лицами или акционерами, владеющими более чем 10% акций компании. В соответствии с разделом 10(b) Закона 1934 года и правилом 10b-5 Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC), запрещается мошенничество, связанное с операциями с ценными бумагами. Закон о санкциях в отношении инсайдерской торговли 1984 года и Закон об усилении мер по борьбе с инсайдерской торговлей и мошенничеством с ценными бумагами 1988 года устанавливают штрафы за незаконную инсайдерскую торговлю в размере до трехкратной суммы полученной прибыли или избежанных убытков от незаконных операций.

Правила SEC

Регулирование SEC FD ("Fair Disclosure") требует, чтобы, если компания намеренно раскрывает существенную непубличную информацию одному лицу, она одновременно раскрывала эту информацию широкой общественности. В случае непреднамеренного раскрытия существенной непубличной информации одному лицу, компания должна сделать публичное раскрытие "незамедлительно". Директор, который ожидает действий, влияющих на стоимость акций, не может использовать эти знания для приобретения акций у тех, кто не осведомлен об ожидаемых действиях. Хотя, как правило, обычные отношения между директорами и акционерами в корпорации не носят такого фидуциарного характера, чтобы возлагать на директора обязанность раскрывать акционеру общие сведения о стоимости акций компании перед их покупкой у акционера, в некоторых случаях существуют особые обстоятельства, налагающие такую обязанность. В 1968 году Апелляционный суд второго округа выдвинул теорию "равных возможностей" в деле SEC v. Texas Gulf Sulphur Co., согласно которой любой, владеющий инсайдерской информацией, должен либо раскрыть ее, либо воздержаться от торговли. Должностные лица компании Texas Gulf Sulphur использовали инсайдерскую информацию об открытии рудника Кидд для получения прибыли, покупая акции и опционы на акции компании. В 1984 году Верховный суд США постановил в деле Dirks v. Securities and Exchange Commission, что получатели информации из вторых рук (tippees) несут ответственность, если у них были основания полагать, что источник информации (tipper) нарушил фидуциарные обязанности, раскрывая конфиденциальную информацию. Например, если источник информации получил какую-либо личную выгоду от раскрытия информации, тем самым нарушив свой долг лояльности к компании. В деле Dirks "получатель информации" получил конфиденциальную информацию от инсайдера, бывшего сотрудника компании. Причина, по которой инсайдер раскрыл информацию, и причина, по которой получатель информации раскрыл ее третьим лицам, заключалась в разоблачении масштабного мошенничества в компании. В результате усилий получателя информации мошенничество было раскрыто, и компания обанкротилась. Однако, хотя получатель информации предоставил "инсайдерскую" информацию клиентам, которые получили прибыль, Верховный суд США постановил, что получатель информации не может нести ответственность в соответствии с федеральными законами о ценных бумагах, поскольку инсайдер, от которого он получил информацию, не раскрывал ее в корыстных целях (для личной выгоды), а для разоблачения мошенничества. Верховный суд постановил, что получатель информации не мог способствовать нарушению закона о ценных бумагах, совершенному инсайдером, поскольку инсайдер не совершил такого нарушения. (В 2019 году в деле United States v. Blaszczak Апелляционный суд США по второму округу постановил, что тест "личной выгоды", сформулированный в деле Dirks, не применяется к законам о мошенничестве, содержащимся в статье 18, таким как 18 USC 1348.) В деле Dirks Верховный суд также определил понятие "условных инсайдеров" (constructive insiders) – юристов, инвестиционных банкиров и других лиц, получающих конфиденциальную информацию от корпорации при оказании ей услуг. Условные инсайдеры также несут ответственность за нарушения инсайдерской торговли, если корпорация ожидает сохранения конфиденциальности информации, поскольку они принимают на себя фидуциарные обязанности настоящего инсайдера. Следующее расширение ответственности за инсайдерскую торговлю произошло в деле SEC v. Materia, 745 F.2d 197 (2d Cir. 1984), которое впервые представило теорию о неправомерном присвоении информации (misappropriation theory) в контексте ответственности за инсайдерскую торговлю. Materia, корректор финансовой типографии, очевидно не являлся инсайдером по определению, был признан виновным в определении целей поглощения на основе проверки документов о тендерных предложениях в ходе своей работы. После двухнедельного судебного разбирательства окружной суд признал его виновным в инсайдерской торговле, а Апелляционный суд второго округа подтвердил это решение, установив, что кража информации у работодателя и использование этой информации для покупки или продажи ценных бумаг другой организации является мошенничеством в связи с покупкой или продажей ценных бумаг. Так родилась теория о неправомерном присвоении информации, и ответственность была расширена, чтобы охватить более широкую группу посторонних лиц. В деле United States v. Carpenter (1986) Верховный суд США сослался на предыдущее решение, единогласно подтвердив обвинительные приговоры по фактам мошенничества, совершенного по почте и посредством проволочной связи, в отношении подсудимого, получившего информацию от журналиста, а не от самой компании. Журналист R. Foster Winans также был признан виновным, поскольку он неправомерно присвоил информацию, принадлежащую его работодателю, The Wall Street Journal. В этом широко освещавшемся деле Winans торговал до публикации колонки "Heard on the Street" в журнале. В деле Carpenter Суд заявил: "Устоявшаяся практика гласит, что лицо, получившее специальные знания или информацию в силу конфиденциальных или фидуциарных отношений с другим лицом, не вправе использовать эти знания или информацию в своих личных интересах, а должно отчитываться перед своим принципалом за любую полученную прибыль". Однако при подтверждении обвинительных приговоров за мошенничество с ценными бумагами (инсайдерскую торговлю) судьи разделились. В 1997 году Верховный суд США принял теорию о неправомерном присвоении информации в деле United States v. O'Hagan, 521 U. S. 642, 655 (1997). O'Hagan был партнером в юридической фирме, представлявшей Grand Metropolitan, когда рассматривалось предложение о поглощении Pillsbury Company. O'Hagan использовал эту инсайдерскую информацию, купив опционы на акции Pillsbury, что принесло ему прибыль свыше 4,3 миллиона долларов. O'Hagan утверждал, что ни он, ни его фирма не несут фидуциарных обязательств перед Pillsbury, поэтому он не совершил мошенничества, покупая опционы Pillsbury. Суд отклонил аргументы O'Hagan и подтвердил его обвинительный приговор. "Теория о неправомерном присвоении информации" гласит, что лицо совершает мошенничество "в связи с" сделкой с ценными бумагами и тем самым нарушает положения 10(b) и Правило 10b-5, когда оно неправомерно присваивает конфиденциальную информацию для целей торговли ценными бумагами, нарушая тем самым обязанность перед источником информации. Согласно этой теории, нераскрытое, корыстное использование информации принципала фидуциаром для покупки или продажи ценных бумаг, нарушающее долг лояльности и конфиденциальности, обманывает принципала, лишая его исключительного права на использование информации. Вместо того чтобы основывать ответственность на фидуциарных отношениях между инсайдером компании и покупателем или продавцом акций компании, теория о неправомерном присвоении информации основывает ответственность на обмане фидуциара, которому было доверено получение доступа к конфиденциальной информации. Суд конкретно признал, что информация компании является ее собственностью: "Конфиденциальная информация компании квалифицируется как собственность, на которую компания имеет исключительное право использования. Нераскрытое неправомерное присвоение такой информации с нарушением фидуциарных обязанностей является мошенничеством, аналогичным растрате – мошенническому присвоению чужих денег или товаров, вверенных кому-либо на хранение". В 2000 году SEC приняла Правило 10b5-1, которое определило торговлю "на основе" инсайдерской информации как любую торговлю, совершаемую лицом, знающим о существенной непубличной информации. Больше не является защитой утверждение о том, что сделка была бы совершена в любом случае. Правило также создало положительную защиту для заранее спланированных сделок. В деле Morgan Stanley v. Skowron, 989 F. Supp. 2d 356 (S. D. N. Y. 2013), применяя доктрину недобросовестного слуги штата Нью-Йорк, суд постановил, что портфельный менеджер хедж-фонда, совершивший инсайдерскую торговлю в нарушение кодекса поведения своей компании, который также требовал от него сообщать о своих проступках, должен возместить своему работодателю полную сумму в 31 миллион долларов, выплаченную ему в качестве компенсации за период его недобросовестности. Суд назвал это...

SEC regulation FD ("Fair Disclosure") requires that if a company intentionally discloses material non public information to one person, it must simultaneously disclose that information to the public at large. In the case of unintentional disclosure of material non public information to one person, the company must make a public disclosure "promptly". that a director who expects to act in a way that affects the value of shares cannot use that knowledge to acquire shares from those who do not know of the expected action. Even though, in general, ordinary relations between directors and shareholders in a business corporation are not of such a fiduciary nature as to make it the duty of a director to disclose to a shareholder general knowledge regarding the value of the shares of the company before he purchases any from a shareholder, some cases involve special facts that impose such duty. In 1968, the Second Circuit Court of Appeals advanced a "level playing field" theory of insider trading in SEC v. Texas Gulf Sulphur Co. The court stated that anyone in possession of inside information must either disclose the information or refrain from trading. Officers of the Texas Gulf Sulphur Company had used inside information about the discovery of the Kidd Mine to make profits by buying shares and call options on company stock. In 1984, the Supreme Court of the United States ruled in the case of Dirks v. Securities and Exchange Commission that tippees (receivers of second hand information) are liable if they had reason to believe that the tipper had breached a fiduciary duty in disclosing confidential information. One such example would be if the tipper received any personal benefit from the disclosure, thereby breaching his or her duty of loyalty to the company. In Dirks, the "tippee" received confidential information from an insider, a former employee of a company. The reason the insider disclosed the information to the tippee, and the reason the tippee disclosed the information to third parties, was to blow the whistle on massive fraud at the company. As a result of the tippee's efforts the fraud was uncovered, and the company went into bankruptcy. But, while the tippee had given the "inside" information to clients who made profits from the information, the U. S. Supreme Court ruled that the tippee could not be held liable under the federal securities laws—for the simple reason that the insider from whom he received the information was not releasing the information for an improper purpose (a personal benefit), but rather for the purpose of exposing the fraud. The Supreme Court ruled that the tippee could not have been aiding and abetting a securities law violation committed by the insider—for the simple reason that no securities law violation had been committed by the insider. (In 2019, in the case of United States v. Blaszczak, the U. S. Court of Appeals for the Second Circuit ruled that the “personal benefit” test announced in Dirks does not apply to Title 18 fraud statutes, such as 18 USC 1348.) In Dirks, the Supreme Court also defined the concept of "constructive insiders", who are lawyers, investment bankers, and others who receive confidential information from a corporation while providing services to the corporation. Constructive insiders are also liable for insider trading violations if the corporation expects the information to remain confidential, since they acquire the fiduciary duties of the true insider. The next expansion of insider trading liability came in SEC vs. Materia 745 F.2d 197 (2d Cir. 1984), the case that first introduced the misappropriation theory of liability for insider trading. Materia, a financial printing firm proofreader, and clearly not an insider by any definition, was found to have determined the identity of takeover targets based on proofreading tender offer documents in the course of his employment. After a two week trial, the district court found him liable for insider trading, and the Second Circuit Court of Appeals affirmed holding that the theft of information from an employer, and the use of that information to purchase or sell securities in another entity, constituted a fraud in connection with the purchase or sale of a securities. The misappropriation theory of insider trading was born, and liability further expanded to encompass a larger group of outsiders. In United States v. Carpenter (1986) the U. S. Supreme Court cited an earlier ruling while unanimously upholding mail and wire fraud convictions for a defendant who received his information from a journalist rather than from the company itself. The journalist R. Foster Winans was also convicted, on the grounds that he had misappropriated information belonging to his employer, The Wall Street Journal. In that widely publicized case, Winans traded in advance of "Heard on the Street" columns appearing in the Journal. The Court stated in Carpenter: "It is well established, as a general proposition, that a person who acquires special knowledge or information by virtue of a confidential or fiduciary relationship with another is not free to exploit that knowledge or information for his own personal benefit but must account to his principal for any profits derived therefrom." However, in upholding the securities fraud (insider trading) convictions, the justices were evenly split. In 1997, the U. S. Supreme Court adopted the misappropriation theory of insider trading in United States v. O'Hagan, 521 U. S. 642, 655 (1997). O'Hagan was a partner in a law firm representing Grand Metropolitan, while it was considering a tender offer for Pillsbury Company. O'Hagan used this inside information by buying call options on Pillsbury stock, resulting in profits of over $4.3 million. O'Hagan claimed that neither he nor his firm owed a fiduciary duty to Pillsbury, so he did not commit fraud by purchasing Pillsbury options. The Court rejected O'Hagan's arguments and upheld his conviction. The "misappropriation theory" holds that a person commits fraud "in connection with" a securities transaction and thereby violates 10(b) and Rule 10b 5, when he misappropriates confidential information for securities trading purposes, in breach of a duty owed to the source of the information. Under this theory, a fiduciary's undisclosed, self serving use of a principal's information to purchase or sell securities, in breach of a duty of loyalty and confidentiality, defrauds the principal of the exclusive use of the information. In lieu of premising liability on a fiduciary relationship between company insider and purchaser or seller of the company's stock, the misappropriation theory premises liability on a fiduciary turned trader's deception of those who entrusted him with access to confidential information. The Court specifically recognized that a corporation's information is its property: "A company's confidential information qualifies as property to which the company has a right of exclusive use. The undisclosed misappropriation of such information in violation of a fiduciary duty constitutes fraud akin to embezzlement – the fraudulent appropriation to one's own use of the money or goods entrusted to one's care by another." In 2000, the SEC enacted SEC Rule 10b5 1, which defined trading "on the basis of" inside information as any time a person trades while aware of material nonpublic information. It is no longer a defense for one to say that one would have made the trade anyway. The rule also created an affirmative defense for pre planned trades. In Morgan Stanley v. Skowron, 989 F. Supp. 2d 356 (S. D. N. Y. 2013), applying New York's faithless servant doctrine, the court held that a hedge fund's portfolio manager engaging in insider trading in violation of his company's code of conduct, which also required him to report his misconduct, must repay his employer the full $31 million his employer paid him as compensation during his period of faithlessness. The court called the insider trading the "ultimate abuse of a portfolio manager's position".

Членами Конгресса

Члены Конгресса США не освобождены от законов, запрещающих инсайдерскую торговлю. Однако, поскольку они обычно не имеют конфиденциальных отношений с источником информации, которую они получают, они не подпадают под обычное определение "инсайдера". Правила Палаты представителей, тем не менее, могут считать инсайдерскую торговлю со стороны членов Конгресса неэтичной. Исследование 2004 года показало, что сделки с акциями, совершенные сенаторами, опережали рынок на 12,3% в год. Питер Швейцер приводит несколько примеров инсайдерской торговли членами Конгресса, в том числе действия Спенсера Бачуса после закрытой встречи вечером 18 сентября 2008 года, когда Хэнк Полсон и Бен Бернанке проинформировали членов Конгресса о проблемах, вызванных финансовым кризисом 2007–2008 годов. На следующее утро Бачус продал акции в шорт и реализовал прибыль в течение недели. В той же встрече участвовали сенатор Дик Дёрбин и спикер Палаты представителей Джон Бёнер; в тот же день (сделки вступили в силу на следующий день) Дёрбин продал паи взаимного фонда на сумму 42 696 долларов и реинвестировал их в компанию Уоррена Баффета. Также в тот же день (сделки вступили в силу на следующий день) Бёнер обналичил активы паевого инвестиционного фонда. В мае 2007 года был предложен законопроект под названием "Закон о прекращении торговли на основе информации, полученной в Конгрессе", или "Закон о СТОКЕ", который предусматривал бы привлечение к ответственности членов Конгресса и федеральных служащих за сделки с акциями, совершенные с использованием информации, полученной по службе, а также регулирование деятельности аналитиков и компаний политической разведки, занимающихся изучением деятельности правительства. Закон о СТОКЕ был принят 4 апреля 2012 года. По состоянию на 2021 год, за примерно девятимесячный период до сентября 2021 года, члены Сената и Палаты представителей сообщили о 4000 сделках на сумму не менее 315 миллионов долларов США в акциях и облигациях.

Аргументы в пользу легализации

Некоторые экономисты и юристы (такие как Генри Манн, Милтон Фридман, Томас Соуэлл, Дэниел Фишель и Фрэнк Истербрук) утверждали, что законы, запрещающие инсайдерскую торговлю, следует отменить. Они утверждают, что инсайдерская торговля, основанная на существенной непубличной информации, в целом приносит пользу инвесторам, поскольку способствует более быстрому распространению новой информации на рынке. Фридман, лауреат Нобелевской премии по экономике, говорил: "Вам нужно больше инсайдерской торговли, а не меньше. Вы хотите предоставить стимул людям, которые с наибольшей вероятностью обладают информацией о недостатках компании, чтобы сделать эту информацию общедоступной". Фридман не считал, что трейдер должен быть обязан сообщать о своей сделке общественности, поскольку само давление спроса или предложения является информацией для рынка. Сторонники легализации также задаются вопросом, почему "торговля", в которой одна сторона обладает большей информацией, чем другая, законна на других рынках, таких как рынок недвижимости, но не на фондовом рынке. Например, если геолог знает о высокой вероятности обнаружения нефти на земле фермера Смита, он может иметь право предложить Смиту купить землю и приобрести ее, не сообщая Смиту предварительно о геологических данных. Сторонники легализации также приводят аргументы в пользу свободы слова. Наказание за распространение информации, имеющей отношение к ценам акций на следующий день, может показаться актом цензуры. Если передаваемая информация является конфиденциальной, а корпоративный инсайдер заключил соглашение о неразглашении, он не имеет большего права ее распространять, чем раскрывать конфиденциальные новые разработки продуктов компании, формулы или пароли от банковских счетов. Некоторые авторы использовали эти аргументы, чтобы предложить легализовать инсайдерскую торговлю на основе негативной информации (но не на основе позитивной информации). Поскольку негативная информация часто скрывается от рынка, торговля такой информацией представляет большую ценность для рынка, чем торговля позитивной информацией. Законы, запрещающие "инсайдерскую торговлю" на товарных рынках, ограничены, в частности, потому, что понятие "инсайдер" не всегда напрямую применимо к самим товарам (кукуруза, пшеница, сталь и т. д.). Однако аналогичные действия, такие как "front running", незаконны в соответствии с законодательством США о торговле сырьевыми товарами и фьючерсами. Например, товарный брокер может быть обвинен в мошенничестве за получение крупного заказа на покупку от клиента (который, вероятно, повлияет на цену товара) и последующую покупку этого товара до исполнения заказа клиента с целью получения прибыли от ожидаемого повышения цены.

Some economists and legal scholars (such as Henry Manne, Milton Friedman, Thomas Sowell, Daniel Fischel, and Frank H. Easterbrook) have argued that laws against insider trading should be repealed. They claim that insider trading based on material nonpublic information benefits investors, in general, by more quickly introducing new information into the market. Friedman, laureate of the Nobel Memorial Prize in Economics, said: "You want more insider trading, not less. You want to give the people most likely to have knowledge about deficiencies of the company an incentive to make the public aware of that." Friedman did not believe that the trader should be required to make his trade known to the public, because the buying or selling pressure itself is information for the market. Legalization advocates also question why "trading" where one party has more information than the other is legal in other markets, such as real estate, but not in the stock market. For example, if a geologist knows there is a high likelihood of the discovery of petroleum under Farmer Smith's land, he may be entitled to make Smith an offer for the land, and buy it, without first telling Farmer Smith of the geological data. Advocates of legalization make free speech arguments. Punishment for communicating about a development pertinent to the next day's stock price might seem an act of censorship. If the information being conveyed is proprietary information and the corporate insider has contracted not to expose it, he has no more right to communicate it than he would to tell others about the company's confidential new product designs, formulas, or bank account passwords. Some authors have used these arguments to propose legalizing insider trading on negative information (but not on positive information). Since negative information is often withheld from the market, trading on such information has a higher value for the market than trading on positive information. There are very limited laws against "insider trading" in the commodities markets if, for no other reason than that the concept of an "insider" is not immediately analogous to commodities themselves (corn, wheat, steel, etc.). However, analogous activities such as front running are illegal under US commodity and futures trading laws. For example, a commodity broker can be charged with fraud for receiving a large purchase order from a client (one likely to affect the price of that commodity) and then purchasing that commodity before executing the client's order to benefit from the anticipated price increase.

Коммерциализация

Появление Интернета создало платформу для коммерциализации торговли на основе инсайдерской информации. В 2016 году было выявлено несколько даркнет-сайтов, функционировавших как площадки для купли-продажи такой конфиденциальной информации. По крайней мере, на одном из таких сайтов использовались биткоины для обхода валютных ограничений и затруднения отслеживания операций. Эти сайты также служат местом для поиска корпоративных осведомителей, где конфиденциальная информация может быть использована не только для торговли акциями, но и в других целях.

Правовые различия между юрисдикциями

В США и Великобритании различаются подходы к толкованию и применению законодательства об инсайдерской торговле. В Великобритании соответствующими законами являются Закон об уголовном правосудии 1993 года, часть V, приложение 1; Закон о финансовых услугах и рынках 2000 года, определяющий преступление "злоупотребление рынком"; и Регламент Европейского Союза № 596/2014. Основной принцип заключается в том, что незаконно совершать сделки на основе конфиденциальной информации, не являющейся общедоступной. Это значительно более широкое понятие, чем предусмотренное законодательством США. Ключевые отличия от законодательства США заключаются в отсутствии требования о наличии отношений между совершающим сделку лицом и эмитентом ценных бумаг или лицом, предоставившим информацию; требуется лишь, чтобы виновное лицо совершало (или инициировало) сделки, обладая инсайдерской информацией, и в законодательстве Великобритании отсутствует требование о наличии умысла. В Японии первый закон против инсайдерской торговли был принят в 1988 году. Родерик Симан отметил: "Даже сегодня многие японцы не понимают, почему это незаконно. Ранее считалось само собой разумеющимся извлекать прибыль из своих знаний". На Мальте законодательство соответствует более широкой европейской модели. Соответствующим законом является Закон о предотвращении злоупотреблений на финансовых рынках 2005 года с последующими поправками. Ранее действовали Закон о злоупотреблении финансовыми рынками 2002 года и Закон об инсайдерской торговле и злоупотреблении рынком 1994 года. В документе Международной организации комиссий по ценным бумагам (IOSCO) "Цели и принципы регулирования рынка ценных бумаг" (в редакции 2003 года) указано, что три основные цели эффективного регулирования рынка ценных бумаг – защита инвесторов, обеспечение справедливости, эффективности и прозрачности рынков, а также снижение системного риска. В обсуждении этих "основных принципов" говорится, что "защита инвесторов" в данном контексте означает, что "инвесторы должны быть защищены от вводящих в заблуждение, манипулятивных или мошеннических практик, включая инсайдерскую торговлю, опережающую торговлю или торговлю впереди клиентов, а также неправомерное использование активов клиентов". Более 85 процентов регуляторов рынков ценных бумаг и товаров в мире являются членами IOSCO и подписали эти основные принципы. Всемирный банк и Международный валютный фонд теперь используют основные принципы IOSCO при оценке финансового состояния регуляторных систем различных стран в рамках программы оценки финансового сектора, поэтому международное сообщество ожидает наличия законов, запрещающих инсайдерскую торговлю на основе конфиденциальной информации. Применение законов об инсайдерской торговле значительно различается в разных странах, но подавляющее большинство юрисдикций в настоящее время запрещают эту практику, по крайней мере, на бумаге. Ларри Харрис утверждает, что различия в эффективности ограничений инсайдерской торговли в разных странах помогают объяснить различия в уровне вознаграждения руководителей в этих странах. Например, в США зарплаты генеральных директоров значительно выше, чем в Японии или Германии, где инсайдерская торговля менее эффективно ограничена.

The US and the UK vary in the way the law is interpreted and applied with regard to insider trading. In the UK, the relevant laws are the Criminal Justice Act 1993, Part V, Schedule 1; the Financial Services and Markets Act 2000, which defines an offence of "market abuse"; and the European Union Regulation No 596/2014. The principle is that it is illegal to trade on the basis of market sensitive information that is not generally known. This is a much broader scope than under U. S. law. The key differences from U. S. law are that no relationship to either the issuer of the security or the tipster is required; all that is required is that the guilty party traded (or caused trading) whilst having inside information, and there is no scienter requirement under UK law. Japan enacted its first law against insider trading in 1988. Roderick Seeman said, "Even today many Japanese do not understand why this is illegal. Indeed, previously it was regarded as common sense to make a profit from your knowledge." In Malta the law follows the European broader scope model. The relevant statute is the Prevention of Financial Markets Abuse Act of 2005, as amended. Earlier acts included the Financial Markets Abuse Act in 2002, and the Insider Dealing and Market Abuse Act of 1994. The International Organization of Securities Commissions (IOSCO) paper on the "Objectives and Principles of Securities Regulation" (updated to 2003) states that the three objectives of good securities market regulation are investor protection, ensuring that markets are fair, efficient and transparent, and reducing systemic risk. The discussion of these "Core Principles" state that "investor protection" in this context means "Investors should be protected from misleading, manipulative or fraudulent practices, including insider trading, front running or trading ahead of customers and the misuse of client assets." More than 85 percent of the world's securities and commodities market regulators are members of IOSCO and have signed on to these Core Principles. The World Bank and International Monetary Fund now use the IOSCO Core Principles in reviewing the financial health of different country's regulatory systems as part of these organization's financial sector assessment program, so laws against insider trading based on non public information are now expected by the international community. Enforcement of insider trading laws varies widely from country to country, but the vast majority of jurisdictions now outlaw the practice, at least in principle. Larry Harris claims that differences in the effectiveness with which countries restrict insider trading help to explain the differences in executive compensation among those countries. The US, for example, has much higher CEO salaries than have Japan or Germany, where insider trading is less effectively restrained.

Австралия

Действующее австралийское законодательство возникло на основе отчета парламентского комитета 1989 года, в котором рекомендовалось отказаться от требования о том, чтобы трейдер был "связан" с управляющей компанией. Это могло ослабить значимость обоснования, основанного на фидуциарных обязанностях, и, возможно, включить в сферу его действия новых потенциальных нарушителей. В Австралии, если лицо обладает инсайдерской информацией и знает или должно разумно знать, что эта информация не является общедоступной и существенно влияет на цену, то это лицо не должно совершать сделки с использованием данной информации. Ему также запрещено побуждать других к совершению сделок и передавать эту информацию другим лицам. Информация будет считаться общедоступной, если она состоит из легко наблюдаемых фактов или была доведена до сведения широкого круга инвесторов, и после этого прошел разумный срок для ее распространения среди этих инвесторов.

Норвегия

В 2009 году журналист издания Nettavisen (Томас Гулбрандсен) был приговорен к четырем месяцам лишения свободы за инсайдерскую торговлю. Самый длительный срок тюремного заключения в норвежском судебном процессе, где основным обвинением являлась инсайдерская торговля, составил восемь лет (два условно), когда Ален Анжелил был признан виновным в окружном суде 9 декабря 2011 года.

Великобритания

Хотя инсайдерская торговля в Великобритании является незаконной с 1980 года, добиться успешного привлечения к ответственности лиц, обвиняемых в инсайдерской торговле, оказалось затруднительно. Имело место несколько громких случаев, когда обвиняемым удавалось избежать уголовного преследования. Вместо этого британские регуляторы полагались на ряд штрафов для наказания за злоупотребления на рынке. Эти штрафы широко рассматривались как неэффективное средство сдерживания, и регулятор Великобритании (Управление финансовых услуг) заявил о намерении использовать свои полномочия для обеспечения соблюдения законодательства, в частности Закона о финансовых услугах и рынках 2000 года. В период с 2009 по 2012 год FSA добилось 14 обвинительных приговоров по делам об инсайдерской торговле.

Соединенные Штаты

Анил Кумар, старший партнер консалтинговой фирмы McKinsey & Company, признал себя виновным в 2010 году в инсайдерской торговле, совершив "падение с вершины делового мира". Чип Скоурон, соуправляющий портфелем хедж-фонда FrontPoint Partners LLC, был осужден за инсайдерскую торговлю в 2011 году и отбыл пять лет тюремного заключения. Его проинформировал консультант одной компании о том, что компания собирается сделать негативное объявление относительно клинических испытаний лекарственного препарата. Поначалу Скоурон отрицал обвинения, а его адвокат заявил о намерении заявить о невиновности, сказав: "Мы с нетерпением ждем возможности предоставить более полный ответ на обвинения в суде в надлежащее время". Однако после того, как консультант, обвиняемый в передаче информации, признал себя виновным, он изменил свою позицию и признал свою вину. Раджат Гупта, управляющий партнер McKinsey & Co. и директор Goldman Sachs Group Inc. и Procter & Gamble Co., был признан виновным федеральным жюри в 2012 году и приговорен к двум годам тюремного заключения за передачу инсайдерской информации менеджеру хедж-фонда Раджу Раджаратнаму, который был приговорен к 11 годам тюрьмы. Дело расследовалось офисом прокурора США по Южному округу Нью-Йорка, Прета Бхарары. Мэтью Мартома, бывший трейдер хедж-фондов и управляющий портфелем в S. A. C. Capital Advisors, был обвинен в получении, возможно, самой крупной прибыли от инсайдерской торговли в истории, в размере 276 миллионов долларов. После признания вины Перкинса Хиксона в 2014 году за инсайдерскую торговлю в период с 2010 по 2013 год, когда он работал в Evercore Partners, Бхарара заявил в пресс-релизе, что 250 обвиняемых, против которых его офис выдвинул обвинения с августа 2009 года, были признаны виновными. 10 декабря 2014 года федеральный апелляционный суд отменил обвинительные приговоры двух бывших трейдеров хедж-фондов, Тодда Ньюмана и Энтони Чиассона, основываясь на "неправильных" инструкциях, данных присяжным судьей. Ожидалось, что это решение повлияет на апелляцию по отдельному обвинительному приговору бывшего управляющего портфелем SAC Capital Майкла Штайнберга, и прокуратура США и SEC в 2015 году отказались от своих дел против Штайнберга и других. В 2016 году Шон Стюарт, бывший управляющий директор Perella Weinberg Partners LP и вице-президент JPMorgan Chase, был осужден за передачу информации своему отцу о предстоящих сделках в сфере здравоохранения. Отец, Роберт Стюарт, ранее признал себя виновным, но не давал показаний во время судебного процесса. Было установлено, что в качестве компенсации за информацию отец оплатил более 10 000 долларов свадебного фотографа Шона. В 2017 году Билли Уолтерс, игрок из Лас-Вегаса, был признан виновным в получении 40 миллионов долларов на основе конфиденциальной информации о компании по переработке молочных продуктов Dean Foods, базирующейся в Далласе, и приговорен к пяти годам тюремного заключения. Источник Уолтерса, директор компании Томас С. Дэвис, использовал предоплаченный мобильный телефон и иногда кодовые слова "Даллас Ковбойз" для обозначения Dean Foods, помогая ему с 2008 по 2014 год получать прибыль и избегать убытков от акций, установило федеральное жюри. Гольфист Фил Микельсон "также упоминался во время судебного разбирательства как лицо, торговавшее акциями Dean Foods и имевшее задолженность по азартным играм перед Уолтерсом на сумму почти 2 миллиона долларов". Микельсон "заработал около 1 миллиона долларов на торговле акциями Dean Foods; он согласился отказаться от этой прибыли в связанном гражданском деле, возбужденном Комиссией по ценным бумагам и биржам". Уолтерс обжаловал приговор, но в декабре 2018 года его приговор был оставлен в силе вторым окружным апелляционным судом США в Манхэттене. В 2018 году Дэвид Блащак, "король политической разведки", Теодор Хьюбер и Роберт Олан, два партнера хедж-фонда Deerfield Management, и Кристофер Уорралл, сотрудник Центров по обслуживанию Medicare и Medicaid (CMS), были осуждены за инсайдерскую торговлю прокуратурой США по Южному округу Нью-Йорка. Уорралл передал конфиденциальную правительственную информацию, украденную им из CMS, Блащаку, который, в свою очередь, передал эту информацию Хьюберу и Олану, которые заработали 7 миллионов долларов на торговле ценными бумагами. Приговоры были подтверждены в 2019 году вторым окружным апелляционным судом США в Манхэттене; это решение было отменено Верховным судом в 2021 году, и второй округ в настоящее время пересматривает свое решение. В 2023 году Террен Пайзер был обвинен SEC в инсайдерской торговле, которая утверждала, что он продал акции Ontrak Inc. на сумму 20 миллионов долларов, находясь во владении существенной непубличной негативной информацией. Пайзер был генеральным директором и председателем правления Ontrak. Дело рассматривается в Окружном суде США по Центральному округу Калифорнии перед судьей Дэйлом С. Фишером. В случае признания виновным Пайзер может получить до 65 лет тюремного заключения.

Anil Kumar, a senior partner at management consulting firm McKinsey & Company, pleaded guilty in 2010 to insider trading in a "descent from the pinnacle of the business world". Chip Skowron, a hedge fund co portfolio manager of FrontPoint Partners LLC's health care funds, was convicted of insider trading in 2011, for which he served five years in prison. He had been tipped off by a consultant to a company that the company was about to make a negative announcement regarding its clinical trial for a drug. At first Skowron denied the charges against him, and his defense attorney said he would plead not guilty, saying "We look forward to responding to the allegations more fully in court at the appropriate time". However, after the consultant charged with tipping him off pleaded guilty, he changed his position, and admitted his guilt. Rajat Gupta, who had been managing partner of McKinsey & Co. and a director at Goldman Sachs Group Inc. and Procter & Gamble Co., was convicted by a federal jury in 2012 and sentence to two years in prison for leaking inside information to hedge fund manager Raj Rajaratnam who was sentenced to 11 years in prison. The case was prosecuted by the office of United States Attorney for the Southern District of New York Preet Bharara. Mathew Martoma, former hedge fund trader and portfolio manager at S. A. C. Capital Advisors, was accused of generating possibly the largest single insider trading transaction profit in history at a value of $276 million. With the guilty plea by Perkins Hixon in 2014 for insider trading from 2010 to 2013 while at Evercore Partners, Bharara said in a press release that 250 defendants whom his office had charged since August 2009 had now been convicted. On December 10, 2014, a federal appeals court overturned the insider trading convictions of two former hedge fund traders, Todd Newman and Anthony Chiasson, based on the "erroneous" instructions given to jurors by the trial judge. The decision was expected to affect the appeal of the separate insider trading conviction of former SAC Capital portfolio manager Michael Steinberg and the U. S. Attorney and the SEC in 2015 did drop their cases against Steinberg and others. In 2016, Sean Stewart, a former managing director at Perella Weinberg Partners LP and vice president at JPMorgan Chase, was convicted on allegations he tipped his father on pending health care deals. The father, Robert Stewart, previously had pleaded guilty but did not testify during his son's trial. It was argued that by way of compensation for the tip, the father had paid more than $10,000 for Sean's wedding photographer. In 2017, Billy Walters, Las Vegas sports bettor, was convicted of making $40 million on private information of Dallas based dairy processing company Dean Foods, and sentenced to five years in prison. Walters's source, company director Thomas C. Davis employing a prepaid cell phone and sometimes the code words "Dallas Cowboys" for Dean Foods, helped him from 2008 to 2014 realize profits and avoid losses in the stock, the federal jury found. Golfer Phil Mickelson "was also mentioned during the trial as someone who had traded in Dean Foods shares and once owed nearly $2 million in gambling debts to" Walters. Mickelson "made roughly $1 million trading Dean Foods shares; he agreed to forfeit those profits in a related civil case brought by the Securities and Exchange Commission". Walters appealed the verdict, but in December 2018 his conviction was upheld by the 2nd U. S. Circuit Court of Appeals in Manhattan. In 2018, David Blaszczak, the "king of political intelligence," Theodore Huber and Robert Olan, two partners at hedge fund Deerfield Management, and Christopher Worrall, an employee at the Centers for Medicare and Medicaid Services (CMS), were convicted for insider trading by the U. S. Attorney's Office in the Southern District of New York. Worrall leaked confidential government information that he stole from CMS to Blaszczak, and Blaszczak passed that information to Huber and Olan, who made $7 million trading securities. The convictions were upheld in 2019 by the Second Circuit, U. S. Court of Appeals in Manhattan; that opinion was vacated by the Supreme Court in 2021, and the Second Circuit is now reconsidering its decision. In 2023, Terren Peizer was charged with insider trading by the SEC, which alleged that he sold $20 million of Ontrak Inc. stock while he was in possession of material nonpublic negative information. Peizer was the CEO and chairman of Ontrak. The case is assigned to the U. S. District Court for the Central District of California before U. S. District Judge Dale S. Fischer. If convicted, Peizer could face up to 65 years in prison.

Канада

В 2008 году полиция раскрыла сговор с целью незаконной торговли инсайдерской информацией, в котором участвовали адвокат Гил Корнблум, работавший на Бэй-стрит и Уолл-стрит, ранее в Sullivan & Cromwell, а в то время в Dorsey & Whitney, и бывший адвокат Стэн Громвсек. Было установлено, что они получили свыше 10 миллионов долларов незаконной прибыли за 14 лет. Корнблум покончил жизнь самоубийством, спрыгнув с моста во время расследования, незадолго до планируемого ареста, но до предъявления ему каких-либо уголовных обвинений, за день до того, как его предполагаемый соучастник Громвсек признал свою вину. Громвсек признал себя виновным в инсайдерской торговле и был приговорен к 39 месяцам лишения свободы. Это был самый длительный срок, когда-либо назначенный за инсайдерскую торговлю в Канаде. Эти преступления были подробно описаны в документальной книге Марка Кокли 2011 года "Tip and Trade".

Кувейт

SEC США обвинила кувейтского трейдера Хазема Аль Брайкана в инсайдерской торговле, заявив, что в 2009 году он ввел общественность в заблуждение относительно возможных попыток поглощения двух компаний. Через три дня после подачи иска SEC Аль Брайкан был найден мертвым от огнестрельного ранения в голову в своем доме в Кувейте 26 июля 2009 года. Кувейтская полиция квалифицировала это как самоубийство. Позднее SEC достигла соглашения на сумму 6,5 млн долларов по гражданскому иску об инсайдерской торговле с его наследниками и другими лицами.

Индия

Инсайдерская торговля в Индии является правонарушением в соответствии с Разделами 12А и 15G Закона о ценных бумагах и биржах Индии 1992 года. Инсайдерская торговля – это когда лицо, имеющее доступ к конфиденциальной информации, существенно влияющей на цену ценных бумаг компании, приобретает, продает или иным образом совершает сделки с этими ценными бумагами, или соглашается на совершение таких сделок, или побуждает к их совершению другое лицо в качестве принципала или агента. Информация, существенно влияющая на цену, – это информация, которая может оказать существенное влияние на стоимость ценных бумаг. Наказание за инсайдерскую торговлю – лишение свободы на срок до пяти лет и штраф в размере не менее пяти лакхов рупий (500 000) и не более 25 кроров рупий (250 миллионов), или в три раза превышающий размер полученной прибыли, в зависимости от того, что больше. В статье газеты The Wall Street Journal за 2014 год под названием «Почему трудно выявить инсайдерскую торговлю в Индии» отмечается, что, несмотря на широко распространенное убеждение о регулярном совершении инсайдерской торговли в Индии, количество случаев привлечения к ответственности за инсайдерскую торговлю остается небольшим. Один из бывших высокопоставленных регуляторов заявил, что инсайдерская торговля глубоко укоренилась в Индии и особенно распространена, поскольку у регуляторов отсутствуют необходимые инструменты для борьбы с ней.

Бразилия

Инсайдерская торговля является незаконным действием в соответствии с бразильским законодательством, поскольку представляет собой недобросовестное поведение, которое угрожает безопасности и равенству правовых условий на рынке. С 2001 года эта практика также считается преступлением. Закон 6,385/1976, измененный Законом 10,303/2001, ввел статью 27-D, которая квалифицирует как преступное деяние "использование релевантной информации, еще не раскрытой рынку, которую лицо знает и обязано сохранять в тайне, способной обеспечить себе или другим неправомерное преимущество посредством операций с ценными бумагами от своего имени или от имени третьего лица: наказание – лишение свободы на срок от 1 (одного) до 5 (пяти) лет и штраф в размере до 3 (трех) размеров незаконно полученной выгоды в результате преступления". Первое решение суда по делу о "злоупотреблении привилегированной информацией" было вынесено в Бразилии в 2011 году федеральным судьей Марсело Костенаро Кавали из Шестого уголовного суда Сан-Паулу. Речь идет о слиянии компаний Sadia и Perdigão. Бывший финансовый директор и директор по связям с инвесторами Луис Гонсага Мурат Жуниор был приговорен к одному году и девяти месяцам лишения свободы в открытом режиме, заменяемого общественными работами, а также к лишению права занимать должности директора или члена совета директоров публичной компании на срок отбывания наказания и к штрафу в размере 349 711,53 реалов. Член совета директоров Романо Анчельмо Фонтана Филью был приговорен к одному году и пяти месяцам лишения свободы в открытом режиме, также заменяемого общественными работами, а также к лишению права занимать должности директора или члена совета директоров акционерного общества. Он также был оштрафован на 374 940,52 реалов.