Константин Вагинов: Жизнь и творчество русского поэта и прозаика

Введение

Константин Константинович Вагинов (Константи́н Константи́нович Ва́гинов, род. Вагенгейм, 3 октября 1899 [по ст. ст. 21 сентября 1899] – 26 апреля 1934) – русский поэт и романист.

Биография

Вагинов родился в Санкт-Петербурге в 1899 году. Его мать была дочерью богатого сибирского предпринимателя и землевладельца. Его отец, занимавший высокий пост в полиции, происходил из рода немцев, переселившихся в Россию в XVII веке. Во время Первой мировой войны фамилия Вагенгейм была русифицирована. По желанию отца Вагинов изучал юриспруденцию. В период Гражданской войны Вагинов служил в Красной Армии, как на Польском фронте, так и к востоку от Урала. Он вернулся в Петроград и после демобилизации продолжил обучение в области искусства и гуманитарных наук. В 1926 году он женился на Александре Ивановне Фёдоровой. Они оба входили в круг писателей, объединившихся вокруг поэта, путешественника и героя войны Николая Гумилёва, который был расстрелян в 1921 году по ложному обвинению в заговоре против правительства. Константин Вагинов умер от туберкулёза в 1934 году.

Работа

Вагинов написал свои первые стихи в подростковом возрасте, а его первый сборник, «Путешествие в Хаос», был опубликован в 1921 году. Другие сборники вышли в 1926 и 1931 годах. Его первые прозаические произведения, «Монастырь нашего Господа Аполлона» и «Звезда Вифлеема», были опубликованы в 1922 году. Первый роман Вагинова, «Козлиная песнь» (буквально «Песня козы», но также переводившийся на английский как «Башня» и «Сатирский хор»), был написан между 1925 и 1927 годами. Роман основан на интеллектуальном круге, сформировавшемся вокруг философа и литературного теоретика Михаила Бахтина. Вагинов завершил еще два романа: «Работы и дни Свистонова» (1929) и «Бамбоччада» (1931). По мере ухудшения здоровья он работал над четвертым романом, «Харпагония», который остался незавершенным. Незадолго до смерти он начал работу над романом о революции 1905 года, материалы для которого были конфискованы властями. В середине 1920-х годов Вагинов преимущественно писал стихи, которые можно охарактеризовать как постсимволистские и акмеистские. Благодаря переплетающимся аллюзиям на современные потрясения, а также историческим и мифологическим отсылкам, его поэзия порой почти герметична. Обращение к роману знаменует собой переломный момент. А «Козлиную песнь» можно рассматривать как переходное произведение, с ее фрагментами поэзии и разрозненными комментариями о возникновении поэзии и ее деградации. Книга также представляет собой наиболее откровенное исследование автором роли литературы и критики в обществе. В 1920-е годы Вагинов поддерживал контакты с большинством крупных литературных кругов Петрограда/Ленинграда. В 1927 году он примкнул к левому авангардному объединению писателей, известному как OBERIU, которое иногда описывают как «абсурдистское» и которое наиболее известно по работам Даниила Хармса. Примерно в это же время переход Вагинова к прозе сопровождался увлечением сюрреализмом – бытовой мифологией повседневной жизни. Человек, жадно поглощавший литературу на разных языках и разных эпох, Вагинов был страстным коллекционером книг, многие из которых были спасены из разграбленных библиотек и продавались подержанными на улице. Но он собирал все подряд – от старых монет до оберток от конфет и пачек сигарет. В то время как некоторые его персонажи коллекционировали вещи, хотя бы отдаленно связанные с высокой культурой, Вагинов исследовал взаимосвязь между изменчивостью материи и разумом, преследуемым памятниками, даже в руинах. Соломон Волков пишет: Он уподоблял победу русской революции, разрушившую его семью, триумфу варварских племен над Римской империей. Для Вагинова Петербург был волшебной сценой этой культурной трагедии, и он воспевал призрачный город в дадаистских стихах (в которых также прослеживалось влияние Мандельштама), в которых примечательно появлялись «бледно-голубые паруса мертвых кораблей». Мандельштам, в свою очередь, высоко ценил Вагинова, включив его в список с Ахматовой, Пастернаком, Гумилевым и Ходасевичем как поэта «не на сегодня, а навсегда».

Vaginov wrote his earliest poetry when he was a teenager, and his first collection, Journey to Chaos, was published in 1921. Other collections were published in 1926 and 1931. His first prose works, "The Monastery of Our Lord Apollo" and "The Star of Bethlehem," were published in 1922. Vaginov's first novel, Kozlinaya Pesn''' (literally "Goat Song," but also translated into English as "[The Tower]" and "Satyr Chorus," was written between 1925 and 1927. The novel is based on the intellectual circle grouped around the philosopher and literary theorist Mikhail Bakhtin. Vaginov completed two other novels, Works and Days of Svistonov (1929) and Bambocciada (1931). As Vaginov's health declined, he worked on a fourth novel, Harpagoniana, which was left incomplete. Shortly before his death, he started work on a novel about the 1905 revolution. The materials for that work were confiscated by the authorities. Through the mid 1920s, Vaginov mainly wrote poetry that might be described as post Symbolist and Acmeist. With its overlapping allusions to contemporary upheavals, along with historical and mythological references, the poetry is at times almost hermetic. His turn to the novel marks a turning point. And Kozlinaya Pesn'' might be thought of as a transitional work, with its fragments of poetry and scattered commentary on the generation of poetry and its degeneration. The book also marks the author's most transparent examination of the role of literature and criticism in society. During the 1920s, Vaginov had some contact with most of the major literary circles in Petrograd/Leningrad. In 1927, he became affiliated with a left avant garde collective of writers known as OBERIU, sometimes described as "Absurdist" and chiefly known through the work of Daniil Kharms. Around this time, Vaginov's turn to prose was marked by a drift toward a preoccupation with Surrealism—the throwaway mythology of everyday life. A man who devoured literature in multiple languages from various centuries, Vaginov was an avid collector of books, many of them salvaged from ransacked libraries and peddled secondhand on the street. But he was also a collector of anything from old coins to candy wrappers and cigarette packs. While some of his characters collected things having at least an association with high culture, Vaginov explored the intersection between the mutability of matter and minds haunted by monuments, even those in ruins. Solomon Volkov writes:He likened the victory of the Russian Revolution, which ruined his family, to the triumph of the barbaric tribes over the Roman Empire. For Vaginov, Petersburg had been a magical stage for that cultural tragedy, and he sang the praises of the spectral city in dadaist poems (which also showed the influence of Mandelstam), in which "pale blue sails of dead ships" appeared tellingly. Mandelstam, in turn, rated Vaginov highly, including him as a poet "not for today but forever" in a list with Akhmatova, Pasternak, Gumilyov, and Khodasevich.