Введение

Добыча и переработка минералов на Сардинии восходят к древнейшим временам. Древние торговцы и завоеватели, привлеченные поразительными подземными богатствами, устремлялись к берегам острова. Свидетельства древней металлообработки отражены во многих названиях мест, связанных с горным делом: например, Арджентьера, Монтиферру, Фунтана Раминоза и Капо Феррато. Происхождение термина Gennargentu (носящий серебро) связано с именем Эухенио Маркезе, управляющего горным округом Сардинии, который вернул его к упоминаниям о древней обработке драгоценного металла в окрестностях деревни Талана.

Предыстория

Долгая история горного дела на Сардинии началась, вероятно, около 6-го тысячелетия до нашей эры с добычи обсидиана на склоне Монте-Арчи в центрально-восточной части острова. Монте-Арчи был одним из важнейших средиземноморских центров по добыче и обработке этого вулканического стекла в регионе. Фактически, обнаружено не менее семидесяти обработанных гектаров земли и около 160 постоянных или временных поселений, из которых впоследствии обсидиан экспортировался в Южную Францию и Северную Италию. Около 3000 г. до н.э. методы металлообработки, вероятно, завезенные из восточной части Средиземного моря, распространились и на Сардинию, где достигли высокого уровня практического применения. Добыча серебра была одной из самых ранних в Европе, известной с эпохи раннего халколита. Параллельно с металлообработкой развивались и методы горного дела, позволявшие добывать все большее количество минералов, а затем и металлов. Географическое положение острова и его минеральные ресурсы привлекли в период между X и VIII веками до н.э. финикийских торговцев, которых впоследствии сменили карфагеняне. Финикийцы и карфагеняне активно использовали горные богатства, особенно в районе Иглесиенте, где сохранились следы разработок и шлаки, датируемые этим периодом. Интенсивная металлообработка, как при добыче, так и при плавке, подтверждается археологическими данными, а также крупными рудными телами, богатыми металлами, из Саррабуса, состоящими из минералов, содержащих оксиды и сульфид железа, меди и свинца.

Римские времена

В 238 году до н.э. началась эпоха римского господства на Сардинии. Карфаген был вынужден официально уступить остров Риму после поражения в Первой Пунической войне и восстания наемников, расквартированных на острове. В 226 году до н.э. Сардиния получила статус римской провинции. При римлянах добыча полезных ископаемых значительно возросла, прежде всего благодаря богатым месторождениям свинца, серебра и золота. С 269 года до н.э. Римская республика использовала серебро в качестве денежной единицы, а свинец применялся в самых разных сферах гражданской жизни – от посуды до водопроводных труб. Сардиния занимала третье место среди всех римских владений после Испании и Британии по объему добываемых металлов. Общий объем добычи за весь период римского правления оценивается примерно в шестьсот тысяч тонн свинца и одну тысячу тонн серебра. Горнодобывающая промышленность римлян не ограничивалась бассейном Иглесиенте (Металлы); они также знали и активно разрабатывали богатые серебряные руды Саррабуса, о значении которых упоминал географ Солин, писавший: "Индия славится слоновой костью, Сардиния – серебром, а Аттика – медом". Развитие горного дела в римскую эпоху в основном заключалось в разработке выемок и шахт – некоторые из них достигали глубины более ста метров – с использованием ручного инструмента и иногда технологии выжигания для разрушения скальных пород. Первоначально рабочими были свободные горняки, называемые "metallari", а начиная с 190 года – рабы и пленники, известные как "damnati ad effodienda metalla". В 369 году император Валентиниан II издал указ, согласно которому каждое судно, прибывающее на Сардинию, должно было платить налог в размере 5 солидов за каждого "metallarius" на борту. Впоследствии императоры Грациан, Валент и Валентиниан II запретили переселение "metallari" на остров, опасаясь, что исключительное богатство сардинских руд может угрожать серебряным рудникам Испании, принадлежавшим императору. В поздней Римской империи горнодобывающая промышленность Сардинии значительно сократилась, и из-за ограниченного спроса на местном рынке многие рудники были заброшены, а некоторые из них, например, рудники Саррабуса, были забыты.

Средние века

После падения Западной Римской империи исторические события Сардинии отделились от событий на Итальянском полуострове. После непродолжительного периода вандальской оккупации остров перешел под власть Византии. В период византийского правления горнодобывающая промышленность и металлообработка пережили определенный ренессанс, и серебро вновь стало одним из важнейших экспортных товаров Сардинии, хотя около 700 года н.э. торговля в Средиземном море несколько затруднилась из-за набегов арабов. Для Сардинии постоянные набеги арабов вдоль побережья на протяжении долгого времени представляли собой нависшую угрозу, спровоцировавшую обезлюдение обширных прибрежных районов и миграцию населения вглубь острова. Все более изолированная от центра Византийской империи, Сардиния в этот период впервые в своей истории обрела реальную административную и политическую автономию. Остров был реорганизован в четыре суверенных и независимых государства – Джудикаты Кальяри, Арбореи, Торреса и Галлуры, названные по титулу их правителей (ит. giudice, что означает «судья»). Документов об истории горного дела периода Джудикатов сохранилось немного, но можно обоснованно предположить, что горнодобывающая промышленность не была полностью прекращена. В 1131 году судья Гонарио II Торресский передал половину Арджентьеры Нурры примальной церкви Санта-Мария в Пизе, что свидетельствует об укреплении политических связей между слабыми сардинскими государствами и пизанской коммуной. В начале IX века, под покровительством Папского двора, которым тогда правил Бенедикт XIII, в истории Сардинии две морские республики – Генуя и Пиза, первоначально союзные против мусульманского эмира Мусы, захватившего часть острова, впоследствии стали соперничать за господство над слабыми Джудикатами. Противостояние завершилось в пользу Пизы. Мир 1087 года между генуэзцами и пизанцами принес, в период, непосредственно предшествующий арагонскому завоеванию, доминирование Пизы над всей Сардинией. С точки зрения истории горного дела, пизанское правление, по-видимому, хорошо задокументировано. Пизанский род графов Доноратико, представленный Уголино делла Геррардеска, способствовал возрождению горнодобывающей промышленности в своих владениях на Сардинии, особенно в современном Иглесиенте. Уголино работал на территории площадью около , известной как Арджентария дель Сигерро благодаря богатству ее серебряных руд. Он также поддержал переезд на остров тосканских специалистов по горному делу и в целом стремился заселить свои владения. Основной целью демографической политики Геррардески было основание и развитие города Вилла-ди-Кьеза, ныне Иглесиас. В Иглесиенте пизанцы возобновили работы, начатые римлянами, открывая новые шахты и восстанавливая старые жилы. Сильная горнодобывающая промышленность, как и политическая, экономическая и социальная жизнь, регулировалась законами, собранными в кодексе, разделенном на четыре книги, более известном как Breve di Villa Chiesa. В этом кодексе важную роль играют правила горнодобывающей промышленности, особенно разведки серебра. Преступления против горного дела наказывались с особой строгостью: смертная казнь грозила тем, кто воровал серебро или серебряные руды, а также плавильщикам, перерабатывавшим серебро из краденого сырья. Любой на территории Арджентьеры мог заниматься горнодобывающей деятельностью, часто для этого создавались компании, участники которых (парсонавили) владели долями в обществе (trente). Некоторые члены этих компаний, так называемые «бистанте», ограничивались предоставлением необходимой суммы денег. Работы велись путем прокладки канав и разработки шахт (bottini) и туннелей. Следовали за простиранием жилы или минеральной линзы, поэтому масштаб разработки был ограничен. Для разработки скальной породы использовались кирки, клинья и другие ручные инструменты; иногда применяли огонь для разрушения более твердых пород. Рабочая неделя начиналась в полдень понедельника и заканчивалась в полдень субботы. Шахтеры работали по 12 часов в день и в течение недели не могли покидать работу. Летом работы прекращались из-за неблагоприятного климата, особенно в прибрежных районах, страдающих от малярии. По оценкам, сардинские рудники поставляли Пизе около 15 тонн ценного металла в год в период с конца XII века до начала XIV века. В период своего наивысшего расцвета, под властью тосканской коммуны, рудники вокруг Вилла-ди-Кьеза давали работу 6500 рабочих. Около 1326 года Пиза потеряла свои сардинские владения в пользу Арагонской короны. Потеря острова, а прежде всего его серебряных рудников, стала началом упадка тосканского города, который на континенте подвергался давлению своих соперников – Лукки и Флоренции. Арагонская корона взяла под контроль права на разработку богатых серебряных руд, чтобы избежать споров между арагонскими дворянами из-за минеральных богатств региона. Уровень горнодобывающей промышленности в этот период значительно снизился по сравнению с периодом пизанского правления. После полного завоевания острова арагонцы попытались стимулировать добычу серебра: были снижены пошлины, налоги и сборы в пользу короны за металлы. Однако эта политика не смогла вернуть сардинским рудникам былое процветание. Под властью Арагона, а затем Испании, горнодобывающая промышленность пришла в упадок; Сардиния, на протяжении веков бывшая одним из важнейших центров добычи серебра, начала импортировать этот ценный металл, который в больших количествах поступал из испанских колоний в Новом Свете. Даже в этот период сардинские рудники не прекратили свою деятельность полностью, сохранился небольшой внутренний рынок. Под испанским правлением было принято подчинять горнодобывающую деятельность выдаче концессий от государственной администрации. Было выдано не менее сорока концессий на разведку и разработку сардинских рудных месторождений. Восемь из них были генеральными концессиями, распространявшимися на всю территорию острова, а восемнадцать – ограничены округом Иглесиас. Лица, получившие концессии на разработку территории острова, должны были выплачивать казначейству 10% от стоимости добытого минерала. К этому периоду относится первая попытка возобновить разработку серебряной жилы Саррабуса, которая не разрабатывалась более тысячи лет. Так, 6 июня 1622 года некий Джо. Антонио Агус получил разрешение на разведку в районе Монте-Нарба, недалеко от города Сан-Вито. Менее чем через четыреста лет испанское господство на Сардинии завершилось в результате событий, связанных с Войной за испанское наследство и попыткой реконкисты кардинала Альберони.

Эпоха Савой

В 1720 году, в соответствии с положениями Гаагского договора, остров перешел под власть Дома Савой, который получил титул королей Сардинии. Савойское государство вновь активизировало горнодобывающую промышленность. Даже при Пьемонте добыча полезных ископаемых была связана с выдачей генеральных концессий на проведение разведочных и добывающих работ на всей территории острова. Первыми, кто получил такую концессию сроком на двадцать лет, были Пьетро Ниедду и Стефано Дуранте. В 1740 году генеральная концессия сроком на тридцать лет была предоставлена британцу Чарльзу Брандеру, барону Карлу фон Хольцендорфу и шведскому консулу в Кальяри Карлу Густаву Манделю. Согласно соглашению, концессионеры должны были выплачивать Королевской казне 12% добываемого галенита и 2% серебра в течение первых 4 лет, 5% в течение следующих 6 лет и 10% в течение оставшихся 20 лет. Обязательные налоги должны были уплачиваться при отправке экспортируемых товаров и в течение шести месяцев для тех, которые были проданы на острове. Новая компания, особенно поддержанная Манделем, внедрила ряд технологических новшеств, в том числе использование взрывчатых веществ при горных работах. На Сардинию были привезены квалифицированные рабочие, специализирующиеся в горнодобывающей промышленности, особенно из Германии. Мандель также построил вблизи Виллачидро крупный литейный завод. Однако Королевская интендантура обвинила его в пренебрежении разведкой новых месторождений, ограничиваясь эксплуатацией существующих. Было также возбуждено расследование по поводу предполагаемых налоговых нарушений, которое в 1758 году привело к отмене концессии Манделя. В 1762 году управление сардинскими рудниками перешло к директору горного округа Пьетро Де Белли, который препятствовал развитию частной горнодобывающей промышленности, полагая, что государству выгоднее напрямую эксплуатировать богатства сардинского недр. Белли также пытался вновь ввести принудительный труд на шахтах, за что в 1771 году подвергся критике со стороны Квинтино Селлы. К недостаткам, которые следует отнести к Белли, также относится отсутствие разработки богатой серебряной жилы в Саррабусе, потенциал которой Мандель уже предполагал. Белли утверждал, что добыча в этом районе слишком затратна из-за труднодоступной местности и проблем со связью. Лишь в следующем столетии была вновь открыта минеральная ценность юго-восточного региона. Последние годы XVIII века были важными для горнодобывающей промышленности Сардинии; следы железа были обнаружены вблизи Арцаны, а антимона – в окрестностях Баллао. В начале XIX века на Сардинии насчитывалось 59 шахт, в основном свинцовых, железных, медных и серебряных. С возобновлением интереса к горному делу, к поиску сокровищ присоединились и авантюристы из Пьемонта и других европейских стран. Среди них был и французский писатель Оноре де Бальзак, который в 1838 году начал неудачное предприятие по переработке старых свинцовых отходов в Нура. В 1840 году был принят новый горный закон, который предусматривал разделение права собственности на землю и недра. Согласно новому закону, любой, кто намеревался проводить горнодобывающую разведку, должен был получить разрешение: требовалось письменное согласие владельца земли, на которой должны были проводиться исследования, но если владелец земли возражал против запроса и отказ не был должным образом обоснован, начальник полиции мог официально разрешить проведение разведки. Единственным обязательством концессионера было уплата казначейству трех процентов от стоимости добытых полезных ископаемых и возмещение ущерба землевладельцам за причиненный вред. Этот закон вступил в полную силу на Сардинии только в 1848 году, после завершения «идеального объединения» Сардинии и континентальных стран под властью Дома Савой. Новый закон облегчил получение горных концессий, привлекая на остров многих специалистов, особенно из Лигурии, Пьемонта и первых компаний, с целью разработки перспективных сардинских рудных месторождений. В 1848 году сардинский предприниматель Джованни Антонио Санна стал владельцем шахты Монтевеккьо, расположенной на юго-западе Сардинии, которая была крупнейшим горнодобывающим предприятием в Италии. Он начал современную промышленную добычу полезных ископаемых в этом районе. Среди прочих была и «Национальная компания по разработке рудников в Сардинии» из Генуи, которая безуспешно пыталась получить генеральную концессию. Этот тип концессии был фактически запрещен новым законом, чтобы предотвратить установление монополий в горнодобывающей промышленности. Проект Национального общества не был реализован. Открытие большого числа компаний было отмечено теми же участниками проекта Национального общества, чтобы все же контролировать большинство возможных разрешений. Большинство горнодобывающих компаний, действующих на Сардинии, зависели от капитала, не принадлежащего Сардинии. Примечательным исключением был сардинский предприниматель Джованни Антонио Санна, который в 1848 году получил бессрочную концессию на около 1200 гектаров в районе Монтевеккьо. Не все компании, основанные в этот период, имели возможности выйти на рынок, многие из них обанкротились, а некоторые слились, образовав более крупные и надежные компании. В 1858 году эмигрант Энрико Серпьери из Романьи основал литейный завод в Домусновас для переработки свинцовых руд из ранее обработанных отходов, а вскоре после этого – второй завод во Флуминимаджоре. В 1862 году два завода Серпьери произвели 56% всей сардинской свинцовой руды, добытой из отходов. С 1850 года небольшие группы квалифицированных рабочих из Штирии (Австрия), за которыми последовали немецкие шахтеры из Фрайбурга, начали временно селиться в Иглезиенте, особенно в горнодобывающих районах Монтевеккьо, Гуспини и Ингуртозу. Немецкое влияние все еще заметно в архитектуре и топонимике этого района. Одновременно с этим, более значительный и стабильный поток мигрантов с Апеннинского полуострова направлялся в сардинские горнодобывающие районы Иглезиенте; эти шахтеры происходили в основном из Ломбардии, Пьемонта, Тосканы и Романьи. Согласно переписи 1882 года, проведенной французским инженером Леоном Гуэном, на юго-западных сардинских рудниках работало 9780 шахтеров, 3571 из которых были родом с материковой Италии; большинство из них поселились в Иглезиасе и его окрестностях.

После объединения Италии

С 1865 года к свинцу и серебру, к тому времени наиболее добываемым минералам на острове, добавился цинк, и в том же году в шахте Малфидано в Бугерру были обнаружены знаменитые "каламины" (силикаты цинка). Около 1868 года в Италии был внедрен динамит, изобретенный годом ранее шведским химиком Альфредом Нобелем. В короткий срок это изобретение произвело революцию в горнодобывающих техниках, позволяя вести работы с относительно низкими затратами даже во влажных выработках. Тем временем росло недовольство Сардинии в недавно образованном Итальянском государстве. В 1867 году сардинские депутаты обратились к премьер-министру Беттино Рикасоли с просьбой об усилении участия государства в облегчении бедственного положения населения острова. В апреле 1868 года социальное недовольство вызвало большие волнения в Нуоро: все население подняло крики, выкрикивая "su connottu! su connottu!" против продажи государственных земель. После этого парламентская следственная комиссия, возглавляемая, составила документ, имеющий исключительную важность для понимания этой темы. В ходе 18-дневного путешествия Селла, в сопровождении инженера Эухенио Маркезе, управляющего горным округом Сардинии, посетил основные шахты и металлургические заводы острова. Из его доклада следует растущая важность знания этого вопроса для итальянской экономики. В 1868–1869 годах на сардинских шахтах работало 9171 человек, почти в три раза больше, чем в 1860 году. Это произошло после распространения на Сардинию горного закона 1840 года, действовавшего в Пьемонте, и его последующей модификации 1859 года, направленной на создание более благоприятных условий для горнодобывающих предпринимателей, что привело к быстрому развитию исследований и добычи, увеличению производства и числа занятых. К 1870 году разрешения на разведку, составлявшие 83 к концу 1861 года, увеличились до 420, а концессии – с 16 до 32. Добыча минералов возросла с 9 379 800 килограммов в 1860 году до 127 924 600 килограммов в 1868 году, а ее стоимость увеличилась в пять раз, достигнув в 1868–1869 годах 13 464 780 фунтов стерлингов. Из доклада Селлы также следует, что для облегчения транспортировки минералов к пунктам отгрузки к 1870 году горнодобывающие компании построили около 30 километров железных дорог и 1081 километр грунтовых дорог. Стабильное развитие горнодобывающей промышленности привело к притоку специалистов (инженеров и геологов) и управленческого персонала из других регионов королевства. Из-за низкого уровня образования и технической подготовки сардинских рабочих даже большинство квалифицированных рабочих, занятых на шахтах, были выходцами с материка. Часто управление горнодобывающими компаниями, работавшими на острове, осуществлялось по критериям, которые можно было бы назвать колониальными; поэтому они часто ограничивались разработкой самых богатых участков рудных жил, а затем вывозили добытый материал из Сардинии для переработки на предприятиях, расположенных на материке. Значительные доходы от эксплуатации сардинских рудников редко реинвестировались на месте, за исключением случаев, когда это было необходимо для обеспечения деятельности компании. Расследование Селлы не выявило экономического неравенства между сардинскими шахтерами и шахтерами с материка, не говоря уже о необходимости основания школы для литейщиков и горных инженеров в Иглесиасе. В заключении доклада содержались рекомендации об увеличении капиталовложений в горную промышленность, прежде всего в строительство дорожной сети между шахтами и завершение строительства железных дорог. Также была подчеркнута необходимость создания и развития адекватной телеграфной сети связи: Селла отметил, что основные горнодобывающие компании требовали права строить за свой счет новые телеграфные линии для ускорения связи. Однако эта цель была сорвана законом, гарантировавшим государству монополию на строительство этих важных объектов. В 1872 году резиденция Сардинского горного округа была перенесена из Кальяри в Иглесиас. Годом ранее, в 1871 году, в итальянской горнодобывающей промышленности родилась новая отрасль. С окончательным открытием и началом разработки сереброносной жилы Саарабуса даже в Италии началось производство серебристых минералов. Начался новый производственный цикл, продолжавшийся около сорока лет. В короткий срок добыча минералов выросла с пятнадцати миллионов тонн в 1871 году, когда было объявлено об открытии шахты Монте-Нарба, до 2000 тонн в год в течение десяти лет между 1880 и 1890 годами, которые Роланди назвал "серебряным десятилетием", когда производство достигло двух миллионов лир. Количество шахт, созданных на рудном теле в 1871 году, увеличилось с трех до десяти в течение двадцати лет, а затем сократилось до одной, когда шахта была окончательно закрыта. В Саррабусе началась настоящая "серебряная лихорадка": наряду с крупными компаниями, такими как Общество Ланузеи и Общество Монтепони, многие случайные старатели ценных металлов подали сотни заявок на проведение минералогических поисков на территории муниципалитетов Муравера, Виллапутцу и, особенно, Сан-Вито. В 1851 году генуэзская компания "Unione Sulcis e Sarrabus" приобрела разрешения на разведку в районе Монте-Нарба, в муниципалитете Сан-Вито. В 1885 году французский инженер Леон Гуэн основал в Генуе "Società Tacconis Sarrabus" для разработки шахты Такконис. В 1888 году сам Гуэн учредил в Париже "Societé des mines de Rio Ollastu". В период своего расцвета рудное тело Саррабуса использовало до 1500 рабочих, распределенных по шахтам Мазалони, Джованни Бону, Монте-Нарба, Пер'Арба, Бакку Арродас, Тувиоис, С'ерра и С'Иликси и Никола Секки. Чтобы точнее оценить качество серебряного рудного тела Саррабуса, можно сказать, что в то время как в остальном мире средний выход серебра на 100 килограммов свинца колебался в пределах 200–300 граммов, в рудном теле Саррабуса достигалось в среднем 1 килограмм на 100 килограммов. На Бакку Арродас результаты анализов были еще выше. В 1930-е годы во время фашистского правительства наблюдалась массовая эмиграция с материка, когда люди из Венето, а также из Марке, Абруццо и Сицилии приезжали на Сардинию для заселения новых шахтерских городов, основанных в регионе Сульчис-Иглесиенте, таких как Карбония и Кортогиана, обеспечивая сардинские угольные электростанции на десятилетия. Геоминеральный парк Сардинии, основанный в 1989 году и поддерживаемый ЮНЕСКО, сегодня сохраняет древние шахты и бывшие шахтерские поселки, которые стали примерами промышленной археологии.