Введение

Преступления в английском, валлийском и ирландском общем праве
Engrossing, forestalling и regrating были правонарушениями в сфере торговли по английскому, валлийскому и ирландскому общему праву. Эти термины использовались для описания недопустимых методов воздействия на рынок, иногда путем создания местной монополии на определенный товар, как правило, продукты питания. Эти термины часто употреблялись вместе и имели пересекающиеся значения. Они вышли из употребления в 1844 году. В «Комментариях к законам Англии» Блэкстоуна они описываются как правонарушения против общественной торговли:

Forestalling – скупка или заключение договоров на товары или провизию до поступления на рынок; или отговаривание людей от привоза своих товаров или продовольствия на рынок; или убеждение их повысить цену уже на рынке; любая из этих практик делает рынок дороже для добросовестного торговца. Regrating – покупка зерна или другой провизии на любом рынке и перепродажа ее на том же рынке или в пределах четырех миль от него. Это также повышает цены на продовольствие, поскольку каждый последующий продавец должен получать прибыль. Engrossing – приобретение или скупка больших объемов зерна или другой провизии с намерением перепродать их. Это, безусловно, наносит ущерб обществу, предоставляя одному или двум богатым людям возможность повышать цены на продовольствие по своему усмотрению. Блэкстоун описал монополию как «то же правонарушение в других отраслях торговли», то есть не в сфере продовольствия.

Лесозащита

Блэкстоун утверждает, что это было правонарушение, регулируемое общим правом. Происхождение этого явления заключается не в установке прилавка перед другим, а в покупке товаров до того, как они поступят в продажу на открытом рынке. Как правило, под перекупкой понималась практика перехвата продавцов по пути на рынок, скупки их товаров, а затем вывоза их на рынок и продажи с наценкой, что является разновидностью арбитража. Это также могло означать создание партнерств или соглашений, в соответствии с которыми товары не выставлялись бы на рынок. Перекупка часто используется и понимается как всеобъемлющая формулировка для правонарушений в сфере маркетинга. В «Книге Страшного суда» зафиксировано, что «foresteel» (то есть перекупка, практика скупки товаров до того, как они достигнут рынка, а затем завышения цен) была одним из трех видов конфискации, которые король Эдуард Исповедник мог проводить по всей Англии. Уже в 1321 году практика перекупки была признана конкретным правонарушением и регулировалась в Лондоне в начале двенадцатого века, а также в других городах и поселках, включая товары, прибывающие по суше или морю. Однако изначально само слово не использовалось. В законах Генриха I Английского перекупка считалась преступлением, связанным с нападением на дороге, правонарушением против Королевского мира. Значение маркетингового правонарушения она приобрела благодаря распространению правил Маршалси, чьи должностные лица были уполномочены Эдуардом I Английским регулировать торговлю в округах. Со временем эти правила стали известны как Статут о перекупке, хотя, вероятно, никогда не были приняты в установленном порядке. Законы предусматривали суровые наказания за перекупку. На практике обычным наказанием был штраф или, в случае повторных нарушений, публичное порицание на эшафоте.

Закон против лесозаготовителей, лесозаготовителей и лесозаготовителей

В 1552 году парламент Эдуарда VI принял закон о регулировании торговли, в преамбуле которого указывалось, что предыдущие законы оказались недостаточными (5 и 6 Эдв VI c 12). Закон освобождал от установленных им штрафов покупку и продажу "на открытой ярмарке или рынке" "зерна, рыбы, масла или сыра" любым "торговцем-посредником, скупщиком, перекупщиком или перевозчиком", получившим лицензию от трех мировых судей из округа его проживания.

Закон о ящерицах кукурузы и скотоводах, подлежащих лицензированию

Как и его предшественники, этот закон был признан недостаточным. Поэтому в 1562 году парламент Елизаветы I принял еще один закон, ужесточающий регулирование погонщиков скота и торговцев (5 Eliz. 1. c. 12). В законе указывалось, что "слишком большое число людей, стремящихся лишь к легкой жизни и оставивших свой честный труд, ежедневно добиваются разрешения и лицензии, будучи совершенно непригодными и некомпетентными для этих целей, тем самым уменьшая число хороших и необходимых земледельцев". Согласно этому закону, лицензия могла быть выдана только при строгом соблюдении условий. Погонщики должны были быть мужчинами, проживающими в графстве не менее 3 лет, домовладельцами, состоящими в браке и достигшими возраста 30 лет или старше. Слуги и наемники не могли подавать заявки. Помимо права покупать зерно на рынках или ярмарках для последующей перепродажи, лицензия должна была содержать четкое разрешение на это. Лицензии выдавались только на четвертьсессиях и тремя судьями, один из которых должен был входить в кворум. Каждый судья должен был подписать и заверить лицензию. Срок действия лицензии не мог превышать одного года, а все лицензии истекали 1 мая, если иное не было специально указано. Судьи имели право, но не были обязаны, требовать от погонщика "залог или поручительство" путем признания. Сумма залога могла достигать 5 фунтов стерлингов – максимального наказания за первое нарушение закона. Писарь суда или его заместитель, но не нижестоящий чиновник, должен был выписать лицензию стоимостью 12 пенсов и внести условия лицензии в реестр, который необходимо было представить на четвертьсессиях. Закон был сформулирован с большой детализацией. Жесткие технические требования свидетельствуют о том, что законодатели были обеспокоены не только угрозой рынкам со стороны нерегулируемых торговцев, но и слишком легким доступом к лицензиям, как законным (из-за незнания судьями количества выданных лицензий), так и незаконным (возможно, через коррумпированных чиновников или фальсификаторов). Поддельные лицензии для бродяг и других лиц были постоянной проблемой. На практике лицензии выдавались с отступлениями от установленных условий, в том числе и женщинам. Хотя погонщики, как и большинство путешественников в средневековье и эпоху Елизаветы, обязаны были иметь лицензию, которую, предположительно, носили с собой и предъявляли по требованию, законодательство не требовало ношения знака отличия. Существуют лишь отдельные упоминания об этом, и возможно, что на практике у них была привычка носить такой знак или требование носить его на некоторых рынках (например, на Смитфилдском рынке).

Отмена

Законы, регулирующие барсуков, были отменены в 1772 году Законом об отмене некоторых законов 1772 года. Однако было установлено, что отмена не была осуществлена в полной мере из-за повторных запретов, содержащихся в предыдущих законах. В 1800 году некто Джон Расби был обвинен в покупке девяноста четвертей овса по 41 шиллингу за четверть и продаже тридцати из них по 43 шиллингу в тот же день. Лорд Кенион, председательствующий судья, решительно высказался против закона об отмене и обратился к присяжным с обвинениями в адрес подсудимого. Расби был подвергнут крупному штрафу, но при апелляции мнения в суде разделились относительно того, являлись ли скупка, перехват и перепродажа все еще преступлениями по общему праву. В 1844 году потребовался еще один закон об отмене, а именно Закон о перехвате, перепродаже и скупке 1844 года (7 и 8 Vict. c. 24, Закон об отмене преступлений перехвата, перепродажи и скупки, а также об отмене определенных статутов, принятых в целях ограничения торговли), который окончательно упорядочил законодательство, отменив 19 других актов, принятых в период правления Генриха III и Эдуарда VI.