Карл фон Гофман: Солдат, авантюрист и фотограф

Введение

Балтийский немецкий солдат и авантюрист

Карл фон Хоффман (ок. 1889 года в Санкт-Петербурге или Латвии, Россия – 8 июля 1982 года в Нью-Йорке, Нью-Йорк, США) был солдатом, авантюристом, писателем и фотографом немецкого происхождения. Возможно, он был потомком Мельхиора Хоффмана; журналист Николас фон Хоффман – его сын. В 1905 или 1906 году фон Хоффман, тогда ещё военный кадет, ослушался матери и поступил на службу в русскую армию во время Русско-японской войны. За проявленные действия в ходе войны он был награждён орденом Святой Анны. Участвовал в Первой мировой войне, служил в российской армии, а затем под командованием адмирала Колчака в Белой армии в Гражданской войне в России. Фон Хоффман утверждал, что в 1913 году участвовал в научно-исследовательской экспедиции Рузвельта-Рондона; однако Теодор Рузвельт не упоминает его в своих мемуарах об экспедиции, но видеозаписи, подтверждающие присутствие фон Хоффмана, можно найти здесь. Фон Хоффман был исследователем, который однажды возглавил сафари из Кейптауна (Южная Африка) в Каир – путешествие, занявшее три года и ставшее основой для его двух книг: *Jungle Gods* (Нью-Йорк, H. Holt and Company [ок. 1929]) и *Jerry on Safari: A 7,000 Mile Journey from Cairo to the Cape* (Филадельфия: J. B. Lippincott Company, 1936). Фотографии фон Хоффмана, посвященные Мексиканской революции и Те́одору Рузвельту, получили признание; его снимки Рузвельта и Панчо Ви́льи были выставлены в 2002 году в музее Martin & Osa Johnson Safari Museum. Он был оператором-постановщиком в фильмах, включая «Жизнь генерала Ви́льи» (1914), в котором снялся сам Панчо Ви́лья. Продюсером фильма был Д.У. Гриффит. Фон Хоффман часто говорил, что его знания в области применения пулеметов были одним из аргументов, которые Гриффит предложил Ви́лье, чтобы добиться его участия в фильме. (В 2003 году съемки документального фильма о Ви́лье были превращены в телевизионный фильм «И в главной роли – Панчо Ви́лья», режиссёром которого был Брюс Бересфорд, сценарий написал Ларри Гелбарт, а роль фон Хоффмана в эпизодической роли исполнил Джулиан Седжвик.) Фон Хоффман также был оператором-постановщиком фильма «Узы брака» (1916) режиссёра Лоуренса Марстона. Он был членом Клуба исследователей. Также являлся почётным пожизненным членом и бывшим президентом (1962) Клуба авантюристов Нью-Йорка. Следующие разделы основаны исключительно на интервью с капитаном фон Хоффманом и не подтверждаются другими документами.

Carl von Hoffman (c. 1889 in St. Petersburg or Latvia, Russia – 8 July 1982 in New York, New York, US) was a soldier, adventurer, author, and photographer of German ancestry. He was possibly a descendant of Melchior Hoffman; journalist Nicholas von Hoffman is his son. In 1905 or 1906, von Hoffman—then a military cadet—disobeyed his mother's wishes and joined the Russian army during the Russo Japanese War. For actions during the war he was awarded the Order of St. Anna. He participated in World War I, serving in the Russian army, and then under Admiral Kolchak on the White Russian side in the Russian Civil War. Von Hoffman claimed to have been on the Roosevelt Rondon Scientific Expedition in 1913; however, Theodore Roosevelt does not mention him in his memoir of the expedition, but footage proving von Hoffman's presence can be found here. Von Hoffman was an explorer who once led a safari from Cape Town, South Africa, to Cairo—a walk that took him three years and was the basis of his two books, Jungle Gods (New York, H. Holt and Company [c1929]) and Jerry on Safari: A 7,000 Mile Journey from Cairo to the Cape (Philadelphia: J. B. Lippincott Company, 1936). Von Hoffman's photographs of the Mexican Revolution and of Theodore Roosevelt were celebrated; his photographs of Roosevelt and Pancho Villa were exhibited in 2002 at the Martin & Osa Johnson Safari
Museum. He was the cinematographer for films including The Life of General Villa, (1914,), featuring Pancho Villa himself. The movie was produced by D. W. Griffith. Von Hoffman often said his knowledge of the use of machine guns was one of the things Griffiths offered Villa to gain his participation in the movie. (In 2003, the filming of the documentary about Villa was turned into a TV movie, And Starring Pancho Villa as Himself, directed by Bruce Beresford and written by Larry Gelbart with the minor role of von Hoffman played by Julian Sedgwick.) Von Hoffman was also cinematographer of The Marriage Bond (1916) directed by Lawrence Marston. He was a member of the Explorers Club. He was also an Honorary Life Member and past president (1962) of the Adventurers' Club of New York. The following sections are based entirely on an interview with Capt. von Hoffman with no support from other documents.

Ранние годы

Фон Хоффман родился в прибалтийском портовом городе Риге 13 февраля 1890 года, где его отец работал ботаником и лесничим в обширных лесных владениях царя. Благодаря положению семьи, юному Карлу удалось поступить в Третью военную академию в Санкт-Петербурге. Именно семейные связи и знакомства с капитанами кораблей, ходивших между этим портом и Англией с грузами древесины, обеспечили Карлу приглашение в Англию, которое он с радостью принял, получив отпуск из академии и достигнув 17-летнего возраста. Находясь на корабле в Ливерпуле, он заинтересовался и завел разговоры о больших судах, стоявших у причала и готовившихся к отплытию в Соединенные Штаты. Капитан предложил организовать бесплатный проезд в Нью-Йорк, и Карл, стремясь к приключениям, с благодарностью принял это предложение. Не имея средств, он смог одолжить у капитана 300 долларов и немедленно отправился в Америку.

Прибытие в Нью-Йорк

Прибыв в Нью-Йорк, он немного осмотрел город и вскоре решил не возвращаться, а остаться в Соединенных Штатах. К счастью, в Нью-Йорке оказалась немецкая семья, которая когда-то жила на их земле и иммигрировала раньше, и он остановился у них. Его семья не смирилась с этим и попыталась уговорить его вернуться, обратившись к американскому послу, которого они знали. Не владея английским языком, он записался на заочные курсы, чтобы начать его изучать, и, несмотря на трудности, постепенно овладел языком. Из-за нехватки средств он устроился на работу на фабрику мужских рубашек, которую сейчас можно назвать «потогонной мастерской», где почти все рабочие говорили по-русски. Его задачей было разворачивать ткань на длинных, почти квартал в длину, столах и подготавливать ее для раскройщиков. Все это время семья продолжала попытки вернуть его, связываясь с российским послом, но все было безуспешно. Он принял окончательное решение.

Фотографическое обучение

В результате его любительских знаний и увлечения фотографией, ему посчастливилось получить ученичество в фотокомпании Brown Brothers. В то время было обычной практикой, когда газеты поручали фотосъемку независимым компаниям. После обучения у Brown Brothers он узнал, что New York Globe ищет штатного фотографа. Поскольку руководство "Globe" было знакомо с его выдающимися работами, созданными в Brown Brothers, ему предложили эту должность. Это произошло в 1910 году. Должность – фотокорреспондент. Одной из первых задач Карла в The Globe было обустройство темной комнаты, так как фотографы того времени самостоятельно выполняли всю лабораторную обработку. Он продолжал делать выдающиеся новостные снимки, но все еще испытывал трудности из-за языкового барьера, поскольку в то время от фотографа требовалось подписывать свои работы. К счастью, известный карикатурист Уолтер Давенпорт подружился с молодым фотографом и помогал ему придумывать подписи к фотографиям. В конце 1910 года тот же работодатель, Globe, предоставил ему новую возможность для приключений, когда редактор сообщил, что его отправляют за границу для освещения событий в практически неизвестном городе Тимбукту. Карл, не уверенный, была ли это шутка, сразу же пошел к своему другу-карикатуристу Давенпорту и поделился с ним этой новостью. Тогда он узнал, что Тимбукту охвачена бубонной чумой, и никто другой не решался на эту командировку. Он отплыл вместе с группой католических миссионеров, которым было поручено оказание медицинской помощи. Сначала группа добралась до Англии, а затем до западного побережья Африки. Последний отрезок пути по суше был пройден на верблюжьем караване. Задача заключалась в том, чтобы запечатлеть на пленку работу миссионеров и сожжение хижин и имущества жертв чумы. Они старались избежать заражения, не заходя в хижины и соблюдая все возможные санитарные меры, поскольку в то время не существовало никакой другой защиты, кроме факела. По возвращении в The Globe из Тимбукту, газета переехала в новое здание, и Карл связался с компанией, которая предоставила ему возможность изучить искусство кинопроизводства. Эта возможность заложила основу для его многолетней карьеры пионера в создании документальных фильмов.

As the result of his amateur knowledge and interest in photography, he was fortunate to be able to secure an apprenticeship with Brown Brothers, a photographic company. At this time in our history, it was common for newspapers to give photo assignments to an independent company to complete for them. After serving an apprenticeship with Brown Brothers, he learned that the New York Globe wanted to have their own staff photographer. As the Globe was aware of some of the outstanding work he had done with Brown Brothers, he was offered the job. The year was 1910. The job, press photographer. One of his early tasks while with The Globe, was to establish a darkroom, as the photographers of that era had to do all of their own lab work. He continued to secure outstanding news photographs but was still handicapped by the language barrier, as it was also required at that time that the photographer provide captions for their work, Fortunately a noted cartoonist named Walter Davenport became friendly with the young photographer and assisted him developing the titles. This same employer, the Globe, late in 1910, provided additional opportunity for adventure when the editor advised him he was to be assigned overseas to cover a story in the then virtually unheard of city of Timbuktu. Carl, not being sure if this was a practical joke or not, went at once to his cartoonist friend Davenport and told him the good news. It was then he learned that Timbuktu was in the grips of the bubonic plague and no one else would accept the assignment. He set sail with a group of Catholic missionaries assigned to provide medical aid. The group sailed first to England and then to Africa's west coast. The final leg of the trip overland was completed by camel caravan. The assignment was to record on film the work of the missionaries and the burning of the huts and possessions of those who had fallen victim to the plague. They attempted to minimize the possibility of becoming victims themselves by staying out of the huts and observing the best sanitary methods they could muster, there being no protection known at the time except the torch. Upon his return to The Globe from the Timbuktu assignment, the paper moved to new quarters and Carl made contact with a company that was to provide him with the opportunity to learn the art of moviemaking. This opportunity provided the basics to launch him on a decades long career as a pioneer in the art of making documentary films.

Взаимная кинокомпания

Работая в компании Mutual Film Company, Карла выбрали для сопровождения злополучной экспедиции Тедди Рузвельта по реке Сомнения в бразильских джунглях. По прибытии в последний пункт отправления в глуши выяснилось, что обеспечить транспортировку могли только полковника Рузвельта, Кермита Рузвельта, генерала армии и их личного фотографа. Карлу пришлось вернуться на главную базу с отснятым материалом. Позже стало известно, что во время возвращения экспедиции вниз по реке перегруженная каноэ перевернулась, и вся пленка была утеряна. Единственным фотодокументом экспедиции оказалась камера Карла. Благодаря этому Карл получил задание от Д.У. Гриффита снять документальные кадры Панчо Вильи для использования в фильме. За это Панчо Вилье должны были заплатить 25 000 долларов, что позволило бы Карлу сопровождать его в различные лагеря и снимать их деятельность. Планировалось, что проект займет год, но его сократили примерно до девяти месяцев, когда Карл узнал, что посредник присвоил себе 10 000 долларов и дезинформировал Панчо о выплаченной сумме. Выяснилось, что был разработан план: стрелок, затаившийся на холме, должен был застрелить Карла во время съемки, устранив тем самым угрозу раскрытия этой информации Панчо, с которым Карл сблизился и подружился. В то время было немало людей, обладающих техническими знаниями об оборудовании, но они не были фотографами. Не хватало художественного подхода, такого как использование крупных планов и различных ракурсов. Освоив основы, Карл устроился оператором в независимую фирму, и после проверки его работы ему поручили освещать инаугурацию Уилсона, хотя он все еще работал в The Globe. Во время этого задания, благодаря друзьям в Вашингтоне, он смог сфотографировать мистера Тафта во время его последнего посещения церкви, когда президент снимал шляпу. Таких фотографий раньше не делали, так как Тафт категорически запрещал их. Съемка инаугурационного парада велась с уровня земли, что позволило Карлу запечатлеть реакцию толпы, детей на тротуаре и торговцев, а также само шествие. Это придало новостным фильмам человеческий, художественный оттенок – первый пример проявления интереса к личности в этих фильмах.

While employed by the Mutual Film Company, Carl was chosen to accompany the Teddy Roosevelt ill fated expedition on the River of Doubt in the Brazilian jungle. Upon arrival at the last deep forest jumping off spot, it was learned that inadequate provision had been made to transport anyone but Colonel Roosevelt, Kermit Roosevelt, and an army general, along with their personal photographer, leaving Carl to return to the main base with the film taken up to that point. Later it was learned that as the expedition was returning down river, an overburdened canoe swamped and all the film taken was lost. The only photo record of the expedition was safely in Carl's camera. From this activity, Carl received an assignment from D. W. Griffith to gather factual films of Pancho Villa for use in a film. For this, Poncho Villa was to be paid $25,000. This would permit Carl to travel with him to various camps and film their activity. The plans were for a one year project, but this was cut short after about nine months when Carl became privy to the information that the go between had pocketed $10,000 and misinformed Poncho as to the amount paid. It was learned that there was a plan afoot to have a rifleman stationed on a hillside shoot Carl while he was operating his camera, thereby eliminating the threat of his revealing this information to Poncho with whom Carl had developed a friendship and closeness. At this point in history, there were a number of persons who had the technical and mechanical knowledge of the equipment, but they were not photographers. The artistic approach was missing, such as the use of close ups and varied camera angles. Having learned the basics, Carl applied to an independent firm for a job as a cameraman and after testing his work was given the assignment to cover the Wilson inauguration though he was still on the staff of The Globe. It was during this assignment, through friends in Washington, that he was able to photograph Mr. Taft on his last visit to church as the president was removing his hat. This had never been photographed before, as Taft expressly forbade such photos. The coverage of the inaugural parade was viewed at the ground level where he could photograph the crowd reactions, children on the curb, and vendors selling their wares, as well as the procession. This gave a human, artistic touch not heretofore found in news films the first human interest introduced to these films.

Назначения на Востоке

На основе исключительного качества и техники, он получил штатную должность в Universal. Первым заданием компании было сделать первые киносъемки маневров американского флота. Спустя несколько лет, во время лекционного тура по Японии, фон Хоффман загорелся идеей посетить Тайвань, тогда известный как Формоза и находившийся под японским контролем, с его неисследованными и не заснятыми дикими областями. Правительство не одобряло посещения, и иностранцам фактически запрещали въезд. Это лишь усилило его интерес, и ему обманным путем удалось приобрести билет на правительственное судно, следовавшее туда с профессорами для обслуживания небольшой образовательной системы, которую японцы поддерживали на острове. Исследование этого региона позволило ему запечатлеть на пленку ритуалы племен охотников за головами, все еще обитавших в отдаленных горных районах. Эта семимесячная работа привела к созданию замечательного фильма, продемонстрированного в Клубе исследователей. Поездка также позволила ему собрать ценную коллекцию артефактов, связанных с жизнью этих людей, и подготовить серию лекций на эту тему. Ранее, с совершенствованием своей техники, Карл решил снять независимый фильм – антропологический и этнологический документальный фильм о Марокко под названием «Земля мавров», который впоследствии был показан в театре Strand в Нью-Йорке. Эта работа стала началом его глубокого участия в качестве пионера документального и образовательного кино о примитивных народах, их земле и обычаях. Эти фильмы были сняты при поддержке Института Урбана, в который вступил Карл, возглавляемого сэром Чарльзом Урбаном. Именно эта компания расширила использование документальных фильмов и впоследствии разработала собственный цветной кинопроцесс. Эта поездка привела к ряду интересных встреч, в том числе к ужину у паши, состоявшему из бесконечных блюд, которые ели руками вместо столовых приборов. Именно после этого ужина, когда собрались многочисленные жены хозяина, паша рассказал, что один из гостей родом из России и имеет грузинскую мать. Это, конечно, было особенно интересно собравшимся, поскольку в то время было принято покупать жен в Грузии и перевозить их домой на свадебную церемонию на спинах маленьких пустынных ослов – долгое путешествие по любым меркам. Вскоре после этого маленький посыльный доставил Карлу записку, написанную на обратной стороне оберточной бумаги. Его попросили на русском языке следовать за мальчиком, который вызовет его на следующее утро, а затем встретиться с таинственным автором записки. На следующий день он поступил так, как ему было велено, и его отвезли в маленькую хижину в деревне, где приказали снять одежду европейского образца и надеть свободный кафтан, вуаль и специальные сандалии. Обувь имела особое значение для Карла, поскольку на каждой паре была выгравирована семейная принадлежность на арабском языке, и он не знал, чье именно имя он носит. Надев идеальный маскировочный костюм и получив заверение на языке жестов, что его вещи будут в безопасности, мальчик жестом приказал ему следовать за собой. Они пошли извилистой дорогой и, наконец, прибыли к одному из входов в дом паши. У мальчика был доступ к этой территории, и они прошли мимо арабов, сидящих вдоль коридоров, которые не обратили на них внимания. Вскоре они подошли к служебному входу, прошли через него и вошли в главный комплекс зданий. В этом районе было много небольших построек и площадей, занятых многочисленными женами, у каждой из которых была своя квартира и слуги. Важно отметить, что слуги были полностью преданы хозяйке, которой они служили, и с их помощью осуществлялись заговоры против мужей. Наконец, когда слуги разместили его в одной из этих квартир, появилась хозяйка дома и обратилась к нему по-русски. Она объяснила, что ее муж, хозяин ужина предыдущего вечера, рассказал ей о Карле и его российском происхождении, а также о том, что его мать была грузинкой из знатной семьи, которую она узнала. Услышав это, она решила, что должна увидеть его и начала разрабатывать план по его тайной переправке в гарем. Семья, у которой произошла переодежа, была родителями одной из ее служанок и также была лояльна. Карлу удалось спрятать камеру под своими просторными одеждами и сделать один снимок трех женщин, сидящих в квартире во время визита. Затем ему рассказали историю о грузинской жене, проданной мужу, и о ее караванном путешествии на осле к ее нынешнему дому в гареме. Позже он совершил второй визит, хотя разоблачение могло стоить ему головы. Фильм, когда он был завершен, стал не только выдающимся достижением в создании документальных фильмов, но и послужил основой для серии лекций в Соединенных Штатах и Европе. Малоизвестный факт заключается в том, что значительная часть съемок была проведена оператором фон Хоффманом, смотрящим в направлении задней части камеры. По религиозным соображениям марокканцы не одобряли воспроизведение своего изображения на пленке и прятались. Чтобы преодолеть это, Карл установил на камере зеркало, чтобы смотреть назад, успокаивая любые подозрения у населения, что их фотографируют. Более того, это заставляло многих следовать за его обратным взглядом, тем самым глядя прямо в камеру, что приводило к получению выдающихся кадров.

On the basis of the exceptional quality and technique displayed, he was given a full time staff position by Universal. The first assignment from this company was to take the first motion pictures of the United States fleet on maneuvers. A number of years later, while on a lecture tour of Japan, von Hoffman came upon the idea of visiting Taiwan, which was then called Formosa and under Japanese control, and had wild areas not heretofore explored or photographed. Entry was not encouraged by the government, and in fact no foreigners were permitted. This made it all the more appealing to him, and by trickery he secured a ticket for passage on a government boat, with professors en route there to service the small educational system the Japanese maintained on the island. His exploration of this region permitted him to record on film some of the rites of the tribes of headhunters still living in the remote mountain areas. This seven month effort produced a remarkable film shown at the Explorers Club. The visit also permitted him to secure a collection of treasured artifacts relating to the lives of these people and produced a lecture series on the subject. Earlier, with his technique improving, Carl decided to make an independent film which was an anthropological and ethnological documentary on Morocco entitled "Land of the Moors" which was later featured at the Strand Theater in New York. This effort was the beginning of his deep involvement as a pioneer of documentary and educational films of primitive people, their land, and customs. These films were produced by the Urban Institute, which Carl joined, headed by Sir Charles Urban, and it was this company that expanded the use of documentary films and later its own motion picture color process. This visit produced a number of interesting encounters, among them being the guest of the Pasha for a dinner consisting of endless courses eaten with fingers instead of utensils. It. was after such a dinner, when the many wives of the host were gathered, that the Pasha revealed that one of the guests was originally from Russia and had a Georgian mother. This was, of course, particularly interesting to the gathering, as it was common at that time for them to buy their wives in Georgia and transport them home for the wedding ceremony on the backs of small desert donkeys, a long trip by any standard. Shortly after this encounter, a small messenger delivered a note to Carl on the back of some wrapping paper. He was requested, in Russian, to follow the young boy, who would call for him the next morning, and subsequently meet the mystery author of the note. The following day, he did as asked, and was taken to a small hut in the village where he was instructed to remove his western style clothing in exchange for a flowing caftan, veil, and special sandals. The footwear was of special significance to Carl as each pair bore the family identification in Arabic and he had no idea just which family name he bore. Having donned the perfect disguise, and being assured in sign language that his effects would be safe, the boy beckoned him to follow. They followed a circuitous route, finally arriving at one of the entrances to the home of the Pasha. The boy had access to the area and they walked past Arabs sitting along the passageways who did not give them a second glance. They shortly arrived at the servants' entrance, passed through, and entered the main building complex. The area had many smaller buildings and areas which were occupied by the many wives, each having her own apartment and servants. It is important to note that the servants were completely devoted to the wife they served and conspiracies against husbands were carried out with their assistance. Finally, after being settled in one of these apartments by the servants, the lady of the house appeared and addressed him in Russian. She went on to explain that her husband, the host of the previous evening's dinner, had told her about Carl and his Russian background and the fact that his mother was a Georgian from a prominent family which she recognized. It was upon hearing this that she decided she must see him and began the plot to smuggle him into the harem area. The family where the costume change occurred were the parents of one of her house servants and also loyal. Carl had managed to conceal a camera within his flowing robes and was able to take one photo of the three women sitting in the apartment while visiting. He was then told the story of the Georgian wife being sold to her husband and her donkey caravan trip to her current home in the harem. At a later date, he made a second visit, though to be exposed would have meant beheading. The film, when completed, was not only one of the prominent achievements in the making of documentary films, but provided the subject matter for a series of lectures within the United States and Europe. A little known fact was that a considerable amount of footage was taken with cameraman Von Hoffman looking toward the' rear of the camera. By religious custom, the Moroccans frowned upon reproducing their image on film, and would hide. To overcome this, Carl devised a mirror on the camera to enable him to look backwards, quieting any suspicions the populace had that they were being photographed. Furthermore, it caused many to follow his backward gaze, thereby looking directly into the camera, producing some outstanding footage.

Путешествие в Африку

В 1924 году к Карлу обратилась группа из четырех бизнесменов из Детройта и пригласила его принять участие в африканском переходе из Каира в Кейптаун пешком, на расстояние чуть более 7000 миль, который в итоге занял 11 месяцев. Это был самый протяженный переход в истории исследований. Группа, состоявшая из врача, риелтора, юриста и изобретателя 12-цилиндрового двигателя Packard, посчитала необходимым участие профессионального исследователя, поэтому пригласили Карла. Для всех, кроме Карла, целью поездки было само ее совершение, тогда как Карл надеялся получить уникальные кадры для киносъемок. Группа отплыла из Нью-Йорка в Англию незадолго до Рождества 1924 года. По прибытии в Англию они разделились: трое отправились в Париж. Карл и врач остались, чтобы получить информацию о защите от тропических болезней. Им было трудно связаться с нужным врачом, и они почти потеряли надежду, когда, незадолго до отъезда в аэропорт, им удалось дозвониться до него и застать его в офисе. Врач вернулся в офис в момент их последней попытки дозвониться из-за забытого рождественского подарка. Благодаря этому контакту они отменили бронирование авиабилетов. Самолет, на который они не попали, загорелся в воздухе и потерпел крушение, все находившиеся на борту погибли. Об этом незначительном изменении планов группа в Париже не знала и, полагая, что Карл и врач погибли, отменила планы по завершению экспедиции. Их появление утром стало для остальных полной неожиданностью. Маршрут перехода проходил относительно прямо, для перевозки припасов на юг было нанято большое количество носильщиков. Носильщики доставляли груз только до границ своих территорий. К счастью, благодаря связям с колониальными комиссарами, на каждой границе удавалось обеспечить необходимое количество рабочей силы. Каждый носильщик нес на голове до 50 фунтов груза и получал плату солью и хлопчатобумажной тканью. По мере расходования припасов требовалось все меньше носильщиков. Путешествуя по районам, сильно зараженным малярией, они передвигались ночью, когда комары и мухи цеце были менее активны. Единственная проблема заключалась в том, что ночью, когда насекомые спали, активизировались леопарды и львы. Нередко местные комиссары сопровождали сафари на части пути в знак доброй воли. Этот жест и недостаточная бдительность привели к тому, что одного комиссара серьезно покалечил лев, сбросив его с лошади и утащив в кусты. (Голову комиссара лев сжал так сильно, что тот слышал его сердцебиение. Благодаря своей силе, комиссар смог вонзить нож в льва и убить его, прежде чем тот успел его съесть. В то время это был единственный задокументированный случай выживания человека в рукопашной схватке со львом.) Повторное посещение тогдашней Родезии предоставило Карлу исследовательские данные для его книги «Боги джунглей», которая была издана на нескольких языках. В книге описываются религиозные обряды и обычаи одного африканского племени в течение года. В этот период Карл смог много времени провести с местным населением, глубоко изучая их образ жизни и ритуалы, которые, возможно, никогда раньше не видел белый человек. Он также является автором книги для юношества «Джерри на сафари».

During 1924, Carl was approached by a group of four businessmen from Detroit and invited to participate in an African trek from Cairo to Cape Town completely on foot, a distance of slightly over 7,000 miles, ultimately taking 11 months to complete. This was the longest trek in the history of exploration. The group, which consisted of a doctor, realtor, lawyer, and the inventor of the Packard 12 cylinder automobile, felt the need of a professional explorer, hence Carl's participation. The purpose of the trip was the sheer accomplishment of the act for all except Carl who wanted the films that such a trip could generate. The group sailed from New York to England shortly before Christmas in 1924. Upon arrival in England, they separated with three of the group going to Paris. Carl and the doctor remained behind to secure medical information relative to protection from tropical diseases. They experienced much difficulty in reaching the doctor having the needed information, and had abandoned hope of making contact, when a last minute call before leaving for the airport found him in his office. A forgotten Christmas gift had caused the doctor to return to his Office at the moment of their last telephone attempt. This contact caused them to cancel their air passage. The flight they cancelled caught fire in air and crashed en route with the loss of all aboard. This minor change in plans was unknown to the remainder of the group in Paris, who believing them lost, were cancelling plans to complete the expedition. Their arrival was quite a shock to the others the next morning. The trek followed a relatively direct course with large numbers of porters engaged to move the supplies south. The porters carried only to their territorial borders. Fortunately, contacts with Colonial commissioners gave them the opportunity to have the needed manpower available at each border. Porters carried 50 pounds each on their heads and were paid in salt and calico cloth. As supplies diminished, less porters were required. While traveling in the areas having a heavy infestation of malaria, they traveled at night, as the mosquitoes and tsetse flies were not as active during this period. The only problem with this hiking technique was that while the insects slept, the leopard and lion became active. It was not uncommon for a tribal commissioner to travel part of the distance with the safari as a show of good will. This gesture and lack of vigilance caused one commissioner to be badly mauled by a lion that pulled him from his horse and dragged him into the bush. (His head was held so tightly to the animal's body he could hear the lion's heart beat. The man's great strength enabled him to plunge a knife into the lion and kill it before being eaten. At that time, this was the only recorded case of man's survival in hand to hand combat with a lion. A return visit to what was then Rhodesia provided the research data for Carl's book Jungle Gods, which was printed in several languages. The book follows the religious rites and customs of a single African tribe for a full year. It was during this period that Carl was able to spend much time with the native population and study in depth their way of life and rituals, probably never before witnessed by a white man. He is also author of Jerry on Safari, a book for young people.

Австралийская глубинка

Позднее Карл посетил австралийский внутренний регион, пытаясь запечатлеть жизнь аборигенов. Хотя ему удалось снять много уникальных кадров, это оказалось чрезвычайно сложной задачей, поскольку аборигены вели кочевой образ жизни и в то время не имели постоянных поселений, поэтому удавалось получить лишь мимолетные взгляды. Перед отъездом в Австралию зоопарк Бронкса поручил ему привезти группу животных и змей, которых искали для экспозиции. Благодаря тщательной подготовке и планированию Карла, ни одно из животных не погибло во время обратного пути, что вызвало изумление у сотрудников зоопарка. Во время возвращения корабль проходил мимо острова Питкэрн, и капитан получил телеграмму с острова, в которой жители выражали желание увидеть кенгуру. Поскольку животных содержали на верхней палубе, корабль замедлил ход, достигнув острова, и местные жители на каноэ выплыли к нему, чтобы подняться на борт и посмотреть на кенгуру и других животных, размещенных на палубе. В знак благодарности островные жители подарили Карлу красивую вазу, вырезанную из красного дерева. Карл также внес значительный вклад в разработку многих фотографических техник и оборудования. В частности, он участвовал в разработке ранних этапов синхронизированной вспышки, что, несомненно, открыло перед фотографами множество новых возможностей.

Личная жизнь

Карл часто вспоминает многих ярких и известных членов раннего Клуба исследователей, с которыми он поддерживал близкие отношения, таких как Мартин Джонсон, Питер Фройхен, Лоуэлл Томас, Бернт Балхен и другие. Будучи другом Мартина Джонсона, он пытался уговорить его остаться в Нью-Йорке для ежегодного ужина накануне его рокового вылета. Не имея возможности задержаться еще на один день, Джонсон улетел и погиб в авиакатастрофе. Мартин Джонсон погиб в крушении коммерческого рейса Boeing 247 авиакомпании Western Air Express близ Ньюхолла, Калифорния, в 1937 году. Помимо работы в области этнологии, антропологии и кинематографии, благодаря которой он носил флаг Клуба исследователей в самые отдаленные уголки мира и посещал первобытные народы, он был основателем клубных "Сафари-ужинов". Эти ужины долгое время были популярной частью лекционного цикла. На этих ужинах можно было отведать такие деликатесы, как: гигантский лосось (из Аляски); разнообразная дичь (предоставленная друзьями); ящики пива (из скандинавских источников) и, наконец, знаменитный сливочно-арахисовый дип Карла. Он также инициировал многие из первых ежегодных ужинов, проводившихся в Plaza Hotel, которые имели большой успех. Его легендарная преданность Клубу исследователей как председателя комитета и члена совета директоров общеизвестна. На протяжении многих лет его неустанные усилия и участие в мероприятиях и рабочих проектах Клуба внесли значительный вклад в развитие Клуба и его членов. Благодаря его дружбе с Альбертом Эйнштейном и братом Далай-ламы, они посетили Клуб исследователей, чтобы послушать лекции, которые запомнились старожилам Клуба. Глубокая беседа с Карлом была записана на протяжении нескольких месяцев. Эти записи охватывают большую часть его жизни, включая период службы кадетом в русско-японской войне в 1904 году, где он был награжден Георгиевской медалью за доставку важного сообщения через линию фронта, а также его опыт участия в революции и чудесное выздоровление от тифа в последние дни русской революции в Сибири. Карл служил лейтенантом в Корпусе связи армии США во время Первой мировой войны, а после перемирия присоединился к американскому отряду, воевавшему в Белой армии под командованием адмирала Колчака. Эти записи содержат больше деталей, чем этот рассказ, и будут переданы в архив Клуба исследователей.

Carl often recalls the many colorful and prominent early Explorers Club members with whom he had a close relationship, such as Martin Johnson, Peter Freuchen, Lowell Thomas, Bernt Balchen, and others. As a friend of Martin Johnson, he attempted to prevail upon him to remain in New York for the Annual Dinner on the eve of Johnson's fateful flight. Unable to stay the extra day, he left and was aboard the flight that resulted in his death. Martin Johnson died in the crash of a Western Air Express Boeing 247 commercial flight near Newhall, California in 1937. In addition to work in the fields of ethnology, anthropology and cinematology, that has seen him carry the Explorers Club flag into far flung places and visits to primitive people, he was the founder of the club's Safari Dinners. These dinners were a popular feature of the lecture series for a long time. Some of the specialties at these dinners might be such items as: giant salmon (from Alaska); a variety of big game (provided by friends); cases of beer (from a Scandinavian source); and last, but not least, Carl's famous cream cheese and peanut butter spread dip. He also initiated many of the early annual dinners held at the Plaza, which were a great success. His legendary devotion to the Explorers Club as committee chairman and board member is well known. Over the years, his untiring efforts and presence at Club functions and work projects have contributed much to the club and its members. His friendship with Albert Einstein and the brother of the Dali (sic) Lama brought them to the Explorers Club to attend lectures, which events have been remembered by those members of long standing. An in depth conversation with Carl has been taped over a period of months. These tapes cover most of his activities, including a stint while still a cadet in the Russo Japanese War in 1904, winning the medal of St. George for getting a vital message through the lines, and later his experience in the revolution and his miraculous recovery from typhus fever in the last days of the Russian revolution in Siberia. Carl had served as a lieutenant in the U. S. Signal Corp during World War I and after the Armistice had joined an American unit to fight in the White Army with Admiral Kolchak. These tapes are in greater detail than this account and will be made part of the Explorers Club Archives.