Введение

Символ судьбы в средневековой и античной философии. В средневековой и античной философии Колесо Фортуны, или Rota Fortunae, является символом изменчивой природы Судьбы. Колесо принадлежит богине Фортуне (греческий эквивалент Тихе), которая вращает его случайным образом, меняя положение находящихся на нем: одни терпят великие несчастья, другие обретают неожиданные богатства. Эта метафора уже была общепринятой в античности, на что жаловался Тацит, но получила широкое распространение в Средние века благодаря развернутому изложению в трактате Боэция «Утешение философией», написанном около 520 года. Она стала распространенным образом в манускриптах этой книги, а затем и в других средствах визуализации, где Фортуна, часто с завязанными глазами, вращает большое колесо, подобное используемому в водяных мельницах, к которому прикреплены короли и другие влиятельные лица.

Боэций

Богиня и ее Колесо в конечном итоге были усвоены западной средневековой мыслью. Римский философ Боэций (ок. 480–524) сыграл ключевую роль, используя и ее, и ее Колесо в своем трактате «Утешение философией». Например, из первой главы второй книги:

Я знаю многочисленные козни этой чудовищной дамы, Фортуны; в особенности ее льстивую дружбу с теми, кого она намерена обмануть, до того момента, как она неожиданно покидает их, обрекая на невыносимые муки. [ ]

Отдав себя во власть Фортуны, ты должен подчиняться нравам своей госпожи. Что, ты пытаешься остановить вращение ее Колеса? Невежественнейший из смертных, ты должен осознать, что если Колесо перестанет вращаться, оно перестанет быть источником случайности.

Политическое образование

В средневековый и эпоху Возрождения популярным жанром литературы были "Зеркала для правителей", в которых давались советы правящим классам о том, как использовать власть (самым известным примером является "Государь" Никколо Макиавелли). В таких политических трактатах концепция Колеса Фортуны могла использоваться как поучительное руководство для читателей. Примечательным примером является "Падение князей" Джона Лидгейта, написанная для его покровителя Хамфри, герцога Глостерского. Многие артуровские романы той эпохи также использовали эту концепцию, часто размещая на Колесе Девять доблестных рыцарей в различных точках. Фортуна столь изменчива, а колесо столь подвижно, что нет ничего постоянного, и это подтверждается многими старинными хрониками о благородном Гекторе, Троиле, Александре, могущественном завоевателе, и многих других; когда они достигли вершины своего могущества, они пали до самого низа. ~ Ланселот из "Смерти Артура" Томаса Малори, глава XVII. Подобно "Зеркалам для правителей", это могло использоваться для передачи наставлений читателям. Например, в большинстве романов величайшее военное достижение Артура – завоевание Римской империи – помещается в конце повествования. Однако в произведении Малори завоевание Рима и зенит правления короля Артура устанавливаются в самом начале. Таким образом, все последующее можно рассматривать как некий упадок. Артур, Ланселот и другие рыцари Круглого стола должны были быть образцами рыцарства, но в интерпретации Малори они обречены на неудачу. В средневековом мировоззрении лишь Бог был совершенен, и даже великая фигура, как король Артур, должна была быть смирена. Для знатного читателя этой истории в Средние века эта мораль могла служить предостережением, но и стимулом к самосовершенствованию. Малори мог использовать концепцию Колеса Фортуны, чтобы намекнуть, что если даже величайшие рыцари совершали ошибки, то обычный дворянин XV века не обязан быть образцом добродетели, чтобы быть хорошим рыцарем.

Позднее использование

Фортуна и ее колесо оставались стойким образом на протяжении всей истории. Колесо Фортуны также встречается в "Утопии" Томаса Мора.

Викторианская эпоха

В романе Энтони Троллопа "The Way We Live Now" персонаж леди Карбери пишет роман под названием "Колесо фортуны" о героине, переживающей серьезные финансовые лишения.