Борьба за независимость Шри-Ланки в XX веке

Движение за независимость Шри-Ланки (Цейлона) от Великобритании в XX веке: мирный переход власти, роль образованной элиты и получение независимости в 1948 году.

21 мин чтения

100%

Источник: Sri Lankan independence movement — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Движение за независимость Шри-Ланки (Британский Цейлон) от Британской империи в XX веке – это мирное политическое движение, целью которого было достижение независимости и самоуправления для страны Шри-Ланка, тогда известной как Британский Цейлон, от Британской империи. Передача власти обычно описывалась как мирный переход полномочий от британской администрации к представителям Цейлона, что подразумевало значительную преемственность с длившейся 400 лет колониальной эпохой. Движение началось примерно в начале XX века и возглавлялось преимущественно образованной средой. Оно увенчалось успехом 4 февраля 1948 года, когда Цейлон получил независимость в качестве Доминиона Цейлона. Статус доминиона в составе Британского Содружества сохранялся в течение следующих 24 лет, до 22 мая 1972 года, когда страна стала республикой и была переименована в Республику Шри-Ланка.

Британское колониальное правление

Британская империя доминировала в Азии после битвы при Ассае; после битвы при Ватерлоо Британская империя стала еще более влиятельной. Произошло современное движение по огораживанию земель, приведшее к обнищанию населения. В 1848 году неудачное восстание в Матале, возглавленное Хеннидиге Франсиско Фернандо (Пуран Аппу) и Гонгалегодой Банда, стало первым переходным шагом к отказу от феодальной формы восстания, по сути являясь крестьянским восстанием. Народ остался без руководства своего законного короля (свергнутого в 1815 году) и вождей (либо уничтоженных после восстания в Уве, либо сотрудничавших с колониальной властью). Впервые в кандянских провинциях руководство перешло в руки простых людей, не принадлежавших к аристократии. Лидерами были ремесленники и мелкие землевладельцы, напоминающие левеллеров периода Английской гражданской войны, и мастера, подобные Полу Ревиру и Тому Пейну, которые были в центре Американской революции. Однако, по словам Колвина Р. де Силвы, «у восстания были лидеры, но не было единого руководства. Старая феодальная знать была разгромлена и лишена власти. Новый класс, способный возглавить борьбу и привести ее к победе, еще не сформировался».

Сельское хозяйство

Сельское хозяйство было основным источником доходов страны и валютных поступлений. Земля в Шри-Ланке имела огромное значение, поскольку из-за нее разразилось множество войн между различными государствами. В 1830-х годах в Шри-Ланку был завезен кофе – культура, хорошо растущая в высокогорных районах, и его начали выращивать на землях, отнятых у крестьян. Главным стимулом для развития капиталистического производства в Шри-Ланке стал спад производства кофе в Вест-Индии после отмены там рабства. Однако лишенное земли крестьянство не было привлечено к работе на плантациях: жители кандийских сингальских деревень отказались покидать свои традиционные натуральные хозяйства и становиться наемными рабочими в тяжелых условиях, царивших на этих новых поместьях, несмотря на давление со стороны колониальной администрации. Поэтому британцам пришлось привлекать резервную армию рабочей силы из Индии для работы на плантациях в своей прибыльной новой южной колонии. Через систему индийского отхожего промысла сотни тысяч тамильских "кули" из Южной Индии были перевезены в Шри-Ланку для работы на плантациях, принадлежащих европейским компаниям. Кофейная экономика рухнула в 1870-х годах, когда плантации поразила болезнь кофейных деревьев, но экономическая система, которую она создала, сохранилась и перешла к своему преемнику – чаю, который с 1880 года начали выращивать в широких масштабах. Чай требовал больших капиталовложений и значительных первоначальных инвестиций для переработки, поэтому отдельные владельцы плантаций уступили место крупным английским консолидированным компаниям, базирующимся либо в Лондоне ("стерлинговые фирмы"), либо в Коломбо ("рупиевые фирмы"). Таким образом, монокультура все больше дополнялась монополией в плантационной экономике. Созданная в XIX веке модель сохранялась вплоть до 1972 года. Единственным существенным изменением в колониальной экономике стало добавление сектора производства резины в центральных районах страны.

Возрождение буддизма и бунт 1915 года

Новый слой городских капиталистов рос в прибрежных районах, вокруг транспортной отрасли, торговли, винокурения, плантаций и деревообработки. Эти предприниматели происходили из разных каст и остро возражали против исторически беспрецедентной и не соответствующей буддийским принципам практики «кастовой дискриминации», принятой Сиамской Никаей в 1764 году, всего через 10 лет после её основания тайским монахом. Около 1800 года они организовали Амарапура Никайю, которая к середине XIX века стала доминирующей в прибрежных районах. Буддизм насаждался королями и жрецами, поскольку они принадлежали к касте брахманов, что давало им власть продвигать ту религию, которую они хотели исповедовать. Буддизм, практикуемый среди высших каст (брахманов), дополнительно укреплялся властью королей и жрецов, и их влияние росло и распространялось на вновь освоенные земли. Попытки британцев дать протестантское христианское образование молодым людям из коммерческих слоев населения провалились, поскольку они трансформировали буддизм, практикуемый на Шри-Ланке, в нечто, напоминающее неконформистскую протестантскую модель. Была организована серия дебатов с представителями духовенства методистской и англиканской церквей, кульминацией которых стало «поражение» последних в Панадуре благодаря современным логическим аргументам. Буддийскому возрождению способствовали теософы во главе с американским полковником Генри Стил Олкоттом, который помог основать буддийские школы, такие как колледж Ананды в Коломбо, колледж Дхармараджи в Канди, колледж Малиадева в Курунегале, колледж Махинда в Галле и колледж Мусаеус в Коломбо, одновременно внедряя более современные светские западные идеи в «протестантское» буддийское течение мысли.

Дхармапала, 1915 год и Цейлонский национальный конгресс

Сингальские буддийские реформаторы, такие как Анагарика Дхармапала, начали связывать «протестантский» буддизм с сингальской идентичностью, формируя сингальское буддийское самосознание, связанное с движением за умеренность. Это разрушило старые кастовые барьеры и стало началом пансингальской буддийской идентичности. Это особенно привлекло мелких предпринимателей и землевладельцев, которые теперь вышли на передний план в противостоянии мудалиярам – англицизированному классу новой элиты, созданной британскими властями. Коллаборационистские компрадорские элементы элиты во главе с С. В. Р. Д. Бандаранаике, Ф. Р. Сенанаяке и Д. С. Сенанаяке сменили популистов во главе с Дхармапалой в руководстве движением за умеренность. Немецкий крейсер, атаковавший порт Пенанг в Малайе, потопивший русский крейсер, бомбардировавший Мадрас и беспрепятственно проследовавший вдоль восточного побережья британского Цейлона, нанес удар по британской ауре непобедимости. Его влияние было настолько велико, что в Шри-Ланке до сих пор «Эмден» – это бука, которой матери пугают своих детей, и этот термин до сих пор используется для обозначения особенно неприятного человека. В панике колониальные власти заключили в тюрьму бурского чиновника по охране дикой природы Х. Х. Энгельбрехта, ложно обвинив его в поставках мяса крейсеру. Еще одним ударом по ауре британской непобедимости стало их поражение в Галлипольской кампании в 1915 году. В 1915 году в Коломбо вспыхнуло коммерческое этническое соперничество, переросшее в беспорядки против мусульман, в которых участвовали как христиане, так и буддисты. Британские колониальные власти отреагировали жестко, поскольку беспорядки были направлены и против них. Дхармапале сломали ноги, и его заключили в Джаффне, где вскоре умер его брат. Капитан Д. Э. Генри Педрис, командир ополчения, был расстрелян за мятеж. Генеральный инспектор полиции Герберт Доубиггин прославился своими методами. Сотни сингальских буддистов были арестованы британским колониальным правительством во время беспорядков 1915 года. Среди заключенных без предъявления обвинений были будущие лидеры движения за независимость: Ф. Р. Сенанаяке, Д. С. Сенанаяке, Анагарика Дхармапала, доктор К. А. Хевавитарне, Артур В. Диас, Х. М. Амарасурия, доктор В. А. де Силва, барон Джаятиллака, Эдвин Виджеяратне, А. Э. Гунесингхе, Джон Сильва, Пиядаса Сирисена и другие. Сэр Джеймс Пейрис инициировал и разработал секретный меморандум при поддержке сэра Поннамбалама Раманатана и Э. В. Переры, который, рискуя минами и подводными лодками (а также полицией), переносили в подошвах своих ботинок государственному секретарю по колониям, прося отменить военное положение и описывая действия полиции во главе с Доубиггином во время беспорядков. Британское правительство приказало освободить задержанных лидеров. Несколько высокопоставленных чиновников были переведены. Новый губернатор, сэр Джон Андерсон, был отправлен на замену сэра Роберта Чалмерса с инструкциями расследовать и доложить правительству Его Величества. Газеты, такие как «Ceylon Morning Leader», сыграли важную роль в формировании общественного мнения. В 1919 году был основан Цейлонский национальный конгресс (CNC) для борьбы за большую автономию. Однако он не стремился к независимости, представляя компрадорскую элиту, которая выступала против Дхармапалы. Эта же элита решительно выступала против предоставления всеобщего избирательного права Конституционной комиссией Доноумора. Дхармапала был изгнан из страны пресс-кампанией, организованной группой «Lake House» под руководством медиамагната Д. Р. Виджевардены. Его наследие перешло к следующему поколению, воплощенному в таких людях, как Валисинге Харишандра, Гунапала Малаласекера и Л. Х. Меттананда, которые были радикализированы словами Дхармапалы.

Sinhala Buddhist Revivalists such as Anagarika Dharmapala started linking 'Protestant' Buddhism to Sinhalese ness, creating a Sinhala Buddhist consciousness, linked to the temperance movement. This cut across the old barriers of caste and was the beginning of a pan Sinhala Buddhist identity. It appealed in particular to small businessmen and yeomen, who now began to take centre stage against the Mudaliyars, an anglicised class of new elites created by the British rulers. The collaborationist compradore elements of the elite, led by S. W. R. D. Bandaranaike, F. R. Senanayake and D. S. Senanayake succeeded the populists led by Dharmapala from the leadership of the temperance movement. A jolt was given to the British aura of invincibility by the German cruiser , which attacked the seaport of Penang in Malaya, sinking a Russian cruiser, bombarded Madras and sailed unimpeded down the eastern coast of British Ceylon. Such was its impact that, in Sri Lanka to this day, 'Emden' is the bogeyman that mothers scare their children with, and the term is still used to refer to a particularly obnoxious person. In a panic, the colonial authorities jailed a Boer wildlife official, H. H. Engelbrecht, after accusing him falsely of having supplied meat to the cruiser. Another jolt to the aura of British invincibility was their defeat in the Gallipoli campaign in 1915. In 1915 commercial ethnic rivalry erupted into a riot in the Colombo against the Muslims, with Christians participating as much as Buddhists. The British colonial authorities reacted heavy handedly, as the riot was also directed against them. Dharmapala had his legs broken and was confined to Jaffna; his brother died there. Captain D. E. Henry Pedris, a militia commander was shot for mutiny. Inspector General of Police Herbert Dowbiggin became notorious for his methods. Hundreds of Sinhalese Buddhists were arrested by the British colonial government during the Riots of 1915. Those imprisoned without charges included future leaders of the independence movement; F. R. Senanayake, D. S. Senanayake, Anagarika Dharmapala, Dr C A Hewavitarne, Arthur V Dias, H. M. Amarasuriya, Dr. W. A. de Silva, Baron Jayatilaka, Edwin Wijeyeratne, A. E. Goonesinghe, John Silva, Piyadasa Sirisena and others. Sir James Peiris initiated and drafted a secret memorandum with the support of Sir Ponnambalam Ramanathan and E. W. Perera braved mine and submarine infested seas (as well as the Police) to carry it in the soles of his shoes to the Secretary of State for the Colonies, pleading for the repeal of martial law and describing the actions committed by the Police led by Dowbiggin during the riots. The British government ordered the release of the leaders who were in detention. Several high officials were transferred. A new Governor, Sir John Anderson was sent to replace Sir Robert Chalmers with instructions to inquire and report to His Majesty's Government. Newspapers such as The Ceylon Morning Leader played a vital role to mold public opinion. In 1919 the Ceylon National Congress (CNC) was founded to agitate for greater autonomy. It did not seek independence, however, representing the comprador elite which opposed Dharmapala. This same elite vigorously opposed the grant of universal suffrage by the Donoughmore Constitutional Commission. Dharmapala was hounded out of the country by a press campaign by the Lake House group of the press baron D. R. Wijewardena. His mantle fell on the next generation, epitomised by the likes of Walisinghe Harischandra, Gunapala Malalasekera, and L. H. Mettananda, who were radicalised by Dharmapala's words.

Молодежные лиги и борьба за независимость

Молодые люди, последовавшие примеру Дхармапалы, организовались в молодежные лиги, стремясь к независимости и справедливости для Шри-Ланки. Первые шаги были предприняты Лигой молодых Ланки во главе с А. Э. Гунасиной, С. Х. З. Фернандо, EAP Wijerathne и AP Thambayah. В 1924 году был основан Яффнский студенческий конгресс, позднее переименованный в Яффнский молодежный конгресс (JYC). Под влиянием движения за независимость Индии, он был светским и привержен принципам Пурана Сварадж (полного самоуправления), национального единства и искоренения неравенства, обусловленного кастовой системой. В 1927 году JYC пригласил лидера индийского движения за независимость Махатму Ганди посетить Джаффну. JYC успешно бойкотировал первые выборы в Государственный совет в Джаффне в 1931 году, утверждая, что реформы Доноумора не обеспечили достаточного самоуправления. В 1930-х годах на Юге были сформированы молодежные лиги, вокруг группы интеллектуалов, вернувшихся из Великобритании после получения образования и находящихся под влиянием левых идей. Министры CNC обратились к колониальному правительству с просьбой расширить их полномочия, вместо того чтобы требовать независимости или даже статуса доминиона. Они были вынуждены отозвать свой "Меморандум министров" после активной кампании, проведенной молодежными лигами. Южная молодежная лига Коломбо участвовала в забастовке на прядильно-ткацких фабриках Веллаватте. Она издавала нерегулярный журнал на сингальском языке под названием Kamkaruwa («Рабочий»).

Движение "Сурья-Мал"

В знак протеста против того, что доходы от продажи мака в День перемирия (11 ноября) использовались на благо британских ветеранов в ущерб шри-ланкийским, один из последних, Элиан Перера, начал конкурирующую продажу цветов Сурия (дерево Портия) в этот же день, а вырученные средства направлялись на помощь нуждающимся цейлонским ветеранам. В 1933 году британский учитель Дорин Янг Викремасинге написала статью "Битва цветов", опубликованную в Ceylon Daily News, в которой раскритиковала практику принуждения шри-ланкийских школьников покупать маки для помощи британским ветеранам за счет собственных нужд, что вызвало резкую критику в ее адрес со стороны соотечественников. Южная молодежная лига Коломбо включилась в движение "Сурья Мал" и возродила его на новой антиимпериалистической и антивоенной платформе. Ежегодно, до начала Второй мировой войны, молодые люди продавали цветы Сурия на улицах в День перемирия, конкурируя с продавцами маков. Покупателями "Сурья Мал" обычно были представители малообеспеченных слоев населения, и собранные средства были незначительными. Однако движение стало объединяющим центром для антиимпериалистически настроенной молодежи того времени. Британские колониальные власти попытались снизить эффективность движения, приняв "Постановление о регулировании уличных сборов". Дорин Янг была избрана первым президентом движения "Сурья Мал" на собрании, проходившем в доме Уилмота Переры в Горане. Теренс де Зильва и Робин Ратнам были избраны со-секретарями, а Рой де Мел – казначеем.

Эпидемия малярии и наводнения

В 1934 году произошла засуха, вызвавшая дефицит риса, оцениваемый в 3 миллиона бушелей. Начиная с октября, начались наводнения, за которыми в 1934–35 годах последовала эпидемия малярии, в ходе которой пострадало 1 000 000 человек и погибло не менее 125 000 человек. Движение «Сурья Мал» сформировалось благодаря волонтерской работе среди бедных во время эпидемии малярии и наводнений. Волонтеры обнаружили широко распространенное недоедание, которое усугублялось нехваткой риса и снижало сопротивляемость болезням. Они помогли бороться с эпидемией, изготавливая таблетки из дрожжевого экстракта «Мармит». Филип Гунавардена и Н. М. Перера стали известны как Ависсавель Пилиппува (Филипп из Ависсавеллы) и Париппува Махатхая («Господин Чечевица») из-за чечевицы, которую он раздавал в качестве сухих пайков пострадавшим в те дни. Как Сибил описала много лет спустя в журнале Forward: The Progressive Weekly: «Работа, связанная с оказанием помощи при малярии, открыла глаза многим из этих людей, которые только начинали знакомиться с крестьянскими массами. Бедность была невероятной, перенаселенность – еще более ужасающей: пятнадцать, двадцать и более человек теснились в крошечных хижинах, умирали, как мухи. Такова суть колониальной эксплуатации: хуже, чем самые тяжелые условия, царившие в Британии, когда Маркс и Энгельс анализировали положение рабочего класса. С этим нужно было бороться».

Партия Ланка Сама Самаджа была сформирована

Марксистская Ланка Сама Самаджа Партия (ЛССП), выросшая из Молодежных лиг в 1935 году, была первой партией, потребовавшей независимости. В первом манифесте Ланка Сама Самаджа Партии было заявлено, что ее цели – достижение полной национальной независимости, национализация средств производства, распределения и обмена, а также отмена неравенства, возникающего из-за различий в расе, касте, вероисповедании или поле. Депутатам от партии в Государственном совете после всеобщих выборов 1936 года, Н. М. Перере и Филиппу Гунавардене, а также другим лидерам – Лесли Гуневардене и Колвину Р. де Силве – в этой борьбе помогали члены, не столь радикальные, как Дон Алвин Раджапакса из Рухуны и К. Натеса Айер из числа индийских тамилов. Поддерживали их также Джордж Э. де Силва из Канди, Б. Х. Алувихаре из Матале, Д. П. Джаясурия из Гампаха, А. Ратнаяке из Думбары и Сусанта де Фонсека, заместитель спикера. Они также требовали заменить английский язык сингальским и тамильским в качестве официальных языков. В ноябре 1936 года Государственный совет принял и передал Юридическому секретарю предложения о том, что "в муниципальных и полицейских судах острова судебные разбирательства должны вестись на местном языке" и что "записи в полицейских участках должны вестись на языке, на котором они были первоначально представлены", однако никаких мер по этим вопросам предпринято не было, и английский язык оставался языком управления до 1956 года. Были установлены братские отношения между ЛССП и Социалистической партией Конгресса (CSP) Индии, и делегация ЛССП приняла участие в Файзпурской сессии Индийского национального конгресса в 1936 году. В апреле 1937 года Камаладеви Чаттопадьяя, лидер CSP, провела серию встреч в различных частях страны в рамках национального тура, организованного ЛССП. Это способствовало осознанию неразрывности борьбы за независимость Шри-Ланки и Индии. В Джаффне, где также выступала Камаладеви, левое движение нашло последовательных и верных сторонников среди бывших членов JYC.

The Marxist Lanka Sama Samaja Party (LSSP), which grew out of the Youth Leagues in 1935, was the first party to demand independence. The first manifesto of the Lanka Sama Samaja Party declared that its aims were the achievement of complete national independence, the nationalisation of the means of production, distribution, and exchange, and the abolition of inequalities arising from differences of race, caste, creed or gender. Its deputies in the State Council after the 1936 general election, N. M. Perera and Philip Gunawardena and the other leaders Leslie Goonewardene and Colvin R. de Silva were aided in this struggle by not quite so radical members like Don Alwin Rajapaksa of Ruhuna and K. Natesa Iyer of the Indian Tamils. Others who supported them from time to time were George E. de Silva of Kandy, B. H. Aluwihare of Matale, D. P. Jayasuriya of Gampaha, A. Ratnayake of Dumbara and Susantha de Fonseka, Deputy Speaker. They also demanded the replacement of English as the official language by Sinhala and Tamil. In November 1936, motions that 'in the Municipal and Police Courts of the Island the proceedings should be in the vernacular' and that 'entries in police stations should be recorded in the language in which they are originally stated' were passed by the State Council and referred to the Legal Secretary, but nothing was done about these matters and English continued to be the language of the rule until 1956. Fraternal relations were established between the LSSP and the Congress Socialist Party (CSP) of India and an LSSP delegation attended the Faizpur Sessions of the Indian National Congress in 1936. In April 1937 Kamaladevi Chattopadyaya, a leader of the CSP addressed a large number of meetings in various parts of the country on a national tour organised by the LSSP. This helped to establish the indivisibility of the fights for the independence of Sri Lanka and India. In Jaffna, where Kamaladevi also spoke, the left movement found consistent and loyal supporters from among one time members of the JYC.

Даса Лакша Петсама

В 1954 году, узнав о предстоящем королевском визите королевы Елизаветы II на Цейлон, К. А. С. Марикар и Генри Абевикрема собрали миллион подписей граждан для петиции против этого визита. Основанием для их протеста было то, что если Цейлон действительно независим, то зачем приглашать монархию посещать страну, несмотря на то, что согласно Конституции Цейлона королева Елизавета II являлась формальным главой государства как монарх Цейлона. Их целью было показать жителям сельской местности Шри-Ланки, что обретенная в 1948 году независимость была лишь номинальной и представляла собой лишь смену формы управления. Чтобы предотвратить возможные беспорядки, правительство поместило Марикара и Абевикраму под домашний арест на весь период королевского визита.

Вторая мировая война

После начала Второй мировой войны сторонники независимости перешли к оппозиции поддержке британских военных усилий со стороны министров. Министры внесли предложения о выделении средств налогоплательщиков Шри-Ланки для британской военной машины, против чего выступили члены Государственного совета, выступавшие за независимость. В Шри-Ланке существовала значительная оппозиция войне, особенно среди рабочих и националистов, многие из которых надеялись на победу Германии. Среди буддистов вызывало возмущение то, что буддийские монахи немецкого происхождения были интернированы как «враждебные иностранцы», в то время как итальянские и немецкие католические священники – нет. Два члена правящей партии, Джуниус Ричард Джаявардене и Дадли Сенанаяке, вели переговоры с японцами о возможном сотрудничестве с целью свержения британского правления.

Волна забастовок

Начиная с ноября 1939 года и в течение первой половины 1940 года, на британских плантациях прокатилась волна спонтанных забастовок, в основном направленных на завоевание права на организацию. Существовали два основных профсоюза плантаций: Цейлонский индийский конгресс Айера и Всецейлонский союз рабочих плантаций (позже Ланкийский союз рабочих плантаций, LEWU), возглавляемый самасамаджистами. В Центральной провинции забастовочная волна достигла пика в забастовке на поместье Мул-Оя, которую возглавляли самасамаджисты, включая Велухами, секретаря Союза рабочих плантаций. В ходе этой забастовки, 19 января 1940 года, рабочий Говиндан был застрелен полицией. В результате агитации как внутри Государственного совета, так и за его пределами, правительство было вынуждено назначить комиссию по расследованию. Колвин Р. де Силва представлял интересы вдовы Говиндана и разоблачил сообщничество полиции и работодателей в системе белого плантационного господства. После Мул-Оя волна забастовок распространилась на юг, в Уву, забастовки стали более продолжительными, и рабочие все больше стремились к решительному руководству самасамаджистов. В Уве лидерами были самасамаджисты, включая Вилли Джаятиллеке, Эдмунда Самаракоди и В. Ситампалама. Администрация плантаций добилась от магистра Бадуллы издания запрета на собрания. Н. М. Перера нарушил запрет и выступил на большом митинге в Бадулле 12 мая, и полиция оказалась бессильна что-либо предпринять. На поместье Вевесса рабочие создали избранный совет, и управляющий согласился действовать в консультации с Рабочим советом. Вооруженный полицейский отряд, прибывший для восстановления «закона и порядка», был разоружен рабочими. В конечном итоге волна забастовок была подавлена волной насилия со стороны полиции, чему способствовали наводнения, отрезавшие Уву от остальной страны более чем на неделю. Однако колониальные власти осознали, что борьба за независимость стала слишком сильной, чтобы ее игнорировать.

Подземная борьба

После Дюнкерка британские колониальные власти отреагировали в панике (как стало известно из секретных файлов, рассекреченных спустя многие десятилетия), и Н. М. Перера, Филип Гунавардена и Колвин Р. де Силва были арестованы 18 июня 1940 года, а Эдмунд Самараккоди – 19 июня. Типография ЛССП была разгромлена и опечатана. Были введены правила, которые практически сделали невозможной открытую партийную работу. Однако опыт, полученный при сокрытии Брейцегирдла, теперь пригодился. Подпольная организация ЛССП, которой руководили Дорик де Соуза и Реджи Сенанаяке, действовала уже несколько месяцев. На Лесли Гуневардену были выданы ордера на арест, но он избежал задержания и ушел в подполье. ЛССП участвовала в волне забастовок, начавшейся в мае 1941 года, охватившей рабочих Коломбоской гавани, зернохранилищ, мельниц Веллаватта, газовой компании, муниципалитета Коломбо и автобусного маршрута Форт – Маунт-Лавиния. С вступлением Японии в войну, и особенно после падения Сингапура, Шри-Ланка превратилась в передовую британскую базу против японцев. 5 апреля 1942 года японский флот бомбардировал Коломбо. В тот вечер, в последовавшей после атаки суматохе, лидеры ЛССП смогли бежать при помощи одного из охранников. Несколько из них бежали в Индию, где приняли участие в движении за независимость. Однако значительный отряд остался, во главе с Робертом Гунаварденой, братом Филиппа. В 1942 и 1944 годах ЛССП возглавила ряд других забастовок и в результате смогла установить контроль над руководством профсоюзов государственных служащих в Коломбо.

Кокосовые острова

Падение Сингапура и последовавшее за этим поражение и потопление линкора и боевого крейсера развеяли миф о британской непобедимости. Авторитет и престиж Великобритании были еще больше подорваны гибелью авианосца и крейсеров у берегов Шри-Ланки в начале апреля 1942 года, сопровождавшейся практически беспрепятственной бомбардировкой британских колониальных баз на острове и обстрелом Мадраса (Ченнаи). Паника среди британцев в Шри-Ланке была настолько сильной, что австралийское подразделение приняло крупную морскую черепаху, вышедшую на берег, за японские десантные машины. Цейлонская гарнизонная артиллерия на острове Хорсбург в архипелаге Кокосовых островов подняла мятеж в ночь с 8 на 9 мая, намереваясь сдать острова японцам. Мятеж произошел отчасти из-за подстрекательства ЛССП. Мятеж был подавлен, и трое мятежников стали единственными военнослужащими Британского Содружества, казненными за мятеж во время Второй мировой войны. Гратиан Фернандо, лидер мятежа, оставался непоколебимым до конца. После мятежа на Кокосовых островах британцы больше не развертывали ни один боевой полк Шри-Ланки в боевых условиях. Оборона Шри-Ланки была усилена до трех дивизий британской армии, поскольку остров имел стратегическое значение и содержал почти все запасы каучука Британской империи. Было введено нормирование, чтобы жители Шри-Ланки были обеспечены продовольствием лучше, чем их индийские соседи, с целью предотвратить недовольство местного населения.

Полк Ланка и Хикари Кикан

Сингальцы и тамилы в Сингапуре и Малайзии сформировали "полк Ланка" Индийской национальной армии, находясь в непосредственном подчинении у Нетаджи Субхаса Чандра Боса. Был разработан план переброски их на британский Цейлон на подводной лодке для начала восстания за независимость против колониального правления, но от него отказались. Японский отдел связи для Южной Азии, "Хикари Кикан", вербовал сингальцев, тамилов, индийцев и других южноазиатов, проживавших в Малайе и Сингапуре, для проведения шпионских операций против союзников. Четверо из них должны были быть высажены с подводной лодки в Киринде, на южном побережье Шри-Ланки, для организации работы секретного радиопередатчика и донесения о деятельности командования Юго-Восточной Азии. Однако, по ошибке, их высадили на побережье Тамил-Наду, где они были схвачены и казнены.

Законопроект о свободной Ланке

Против британского колониального правления продолжало расти общественное сопротивление. Среди элиты вызывало раздражение соблюдение цветовой дискриминации в ведущих клубах. Сэр Оливер Эрнест Гуонетильке, комиссар по гражданской обороне, пожаловался, что британский командующий Цейлоном, адмирал сэр Джеффри Лейтон, назвал его «черным ублюдком». CNC согласился принять коммунистов, исключенных троцкистами из партии "Сам-Самаджа", но теперь поддерживавших военные усилия. На своей 25-й ежегодной конференции CNC принял решение требовать «полной свободы после войны». Лидер палаты и министр сельского хозяйства и земель Дон Стивен Сенанаяке покинул CNC по вопросу о независимости, не согласившись с пересмотренной целью «достижения свободы». В ноябре 1944 года сэр Сусанта де Фонсека, член Государственного совета от Панадуры, внес в Государственный совет предложение о разработке конституции доминионного типа для Свободной Ланки. Впоследствии, 19 января 1945 года, в Государственном совете был представлен «Законопроект о Свободной Ланке». На ежегодной сессии Сейлонского национального конгресса, проходившей 27–28 января 1945 года, его президент Джордж Э. де Силва заявил: «Сегодня мы клянемся бороться за свободу. Ничего меньшего быть не может». Конгресс принял резолюцию: «Ввиду того, что решение Государственного совета «о разработке Конституции доминионного типа для Свободной Ланки» не соответствует полному национальному праву на свободу, тем не менее, настоящий Конгресс поручает своим членам в Государственном совете поддержать законопроект, предусматривающий «новую конституцию для Свободной Ланки», как шаг вперед в нашей борьбе за свободу».

Второе чтение Законопроекта было внесено и принято без голосования в феврале. Законопроект был вынесен на третье чтение с поправками 22 марта. Г.А. Уилл, член Государственного совета, назначенный британской администрацией, предложил отложить третье чтение Законопроекта на шесть месяцев, что было отклонено 40 голосами против 7.

Послевоенные волнения

С окончанием войны против Германии общественное давление с требованием освобождения заключенных возросло. 30 мая 1945 года А. П. Джаясурия внес в Государственный совет резолюцию о безоговорочном освобождении задержанных борцов за независимость. Она была принята, лишь два британских члена выступили против. Однако заключенные были освобождены только 24 июня, после двухдневной голодовки. Освобожденных встречали как героев и устраивали приемы по всей стране. Левые силы окрепли по сравнению с довоенным периодом, завоевав значительный авторитет. Угнетение в годы войны сдерживало беспорядки, но с ослаблением военного времени произошел взрыв народного гнева. Начиная с сентября, в Коломбо прокатилась волна забастовок на трамваях и в порту. В ноябре LSSP возглавила Всейлонский объединенный профсоюз работников автомобильного транспорта, который организовал общеостровную забастовку автобусов, успешно завершившуюся, несмотря на арест Н. М. Переры, Филиппа Гунавардены и других лидеров. Всейлонский крестьянский конгресс предпринял действия в связи с принудительным сбором риса правительством по цене 8 рупий за бушель. В некоторых районах фермеры отказывались сдавать рис правительству, и сотни были привлечены к суду. В 1946 году Конгресс организовал марш на Государственный совет, который вынудил министров отказаться от системы принудительного сбора. В октябре 1946 года забастовка государственных служащих, включая железнодорожников, распространилась на порт и газовую компанию, перерастая во всеобщую забастовку. Власти поначалу отказались от переговоров, но в итоге исполняющий обязанности губернатора согласился встретиться с делегацией Федерации профсоюзов государственных работников. Советник делегации Н. М. Перера был арестован полицией, но рабочие отказались идти на соглашение в его отсутствие. В конце концов Перера был освобожден, и соглашение было достигнуто. Однако некоторые обещания, данные исполняющим обязанности губернатора, не были выполнены, и в мае-июне 1947 года вспыхнула вторая всеобщая забастовка. Силы обороны Цейлона были отозваны из отпуска для помощи полиции в подавлении этого подъема. В. Кандасами из профсоюза государственных служащих был застрелен в Дематагоде по дороге в Колонаву после забастовочного собрания в Хайд-парке, Коломбо, когда полиция неоднократно открыла огонь по толпе. Подавление забастовки удалось. Однако британским властям стало очевидно, что их положение в стране неустойчиво. Бомбейский мятеж и другие признаки беспорядков в вооруженных силах Индии уже заставили англичан начать отступление из этой страны.

With the conclusion of the war against Germany, public pressure for the release of the detenus increased. On 30 May 1945 A. P. Jayasuriya moved a resolution in the State Council that the detained independence agitators be released unconditionally. This was passed, opposed only by two British nominated members. However, the detainees were only released on 24 June, after a two day hunger strike. The released prisoners were hailed as heroes and given receptions throughout the country. The Left had emerged stronger than before the war, having earned tremendous prestige. The oppression during the war years had kept unrest under control but, with the relaxation of wartime restrictions, there was an eruption of popular anger. From September onwards, there was a wave of strikes in Colombo, on the tramways and in the harbour. In November the LSSP led All Ceylon United Motor Workers' Union launched an island wide bus strike, which was successful in spite of the arrest of N. M. Perera, Philip Gunawardena and other leaders. The All Ceylon Peasant Congress took action on the compulsory collection of rice by the government at 8 rupees per bushel. In some areas the farmers refused to give their rice to the Government and hundreds were charged in the courts. In 1946 the Congress organised a march on the State Council, which compelled the Ministers to drop the system of compulsory collection. In October 1946 a strike of Government workers, including those in the railway, extended to the harbour, the gas company, and became a general strike. The authorities at first refused to negotiate, but finally the Acting Governor agreed to meet a deputation of the Government Workers' Trade Union Federation. The adviser to the deputation, N. M. Perera was arrested by the police, but the workers refused to come to a settlement in his absence. In the end Perera was released and a settlement was reached. However, some of the promises made by the Acting Governor were not honoured, and a second general strike broke out in May–June 1947. The Ceylon Defence Force was recalled from leave in order to aid the police in crushing this upsurge. V. Kandasamy of the Government Clerical Service Union was shot dead at Dematagoda, on the way to Kolonnawa after a strike meeting at Hyde Park, Colombo, when the police repeatedly fired on the crowd. The suppression was successful in breaking the strike. However, it was set in stone for the British authorities that their position in the country was untenable. The Bombay Mutiny and other signs of unrest in the armed forces of India had already caused the British to start their retreat from that country.

Общие выборы 1947 года

Д. С. Сенанаяке основал Объединенную национальную партию (ООНП) в 1946 году, когда была достигнута договоренность о новой конституции. На выборах 1947 года ООНП выиграла меньшинство мест в парламенте, но сформировала коалиционное правительство с Сингальской Маха Сабхой С. В. Р. Д. Бандаранайке и Тамильским конгрессом Г. Г. Понамбалама. Именно этому правительству британцы готовились передать власть.