Введение

Дело о свободе слова в Верховном суде Канады R v Zundel [1992] 2 S. C. R. 731 – решение Верховного суда Канады, в котором Суд признал недействительной норму Уголовного кодекса, запрещающую публикацию ложных сведений, на основании того, что она нарушает положение о свободе выражения мнения, закрепленное в пункте 2(b) Канадской хартии прав и свобод. В 1985 году Эрнст Зундль, уроженец Германии, был обвинен в "распространении ложных сведений" в соответствии с Уголовным кодексом. Первоначально Зундль был признан виновным, но этот приговор был отменен в Апелляционном суде провинции Онтарио, и было назначено повторное рассмотрение дела. Однако во время второго судебного процесса Зундль вновь был признан виновным и приговорен к девяти месяцам лишения свободы. В Апелляционном суде приговор Зундлю был оставлен в силе. Решением 4–3 Верховный суд Канады установил, что статья 181 Уголовного кодекса нарушает пункт 2(b) Хартии, ущемляя права Зундля. Суд объявил статью 181 недействительной, а приговор Зундлю – отмененным.

Предыстория

Немец Эрнст Зюндель (1939–2017) иммигрировал в Торонто в 1958 году, где вступил в контакт с антисемитскими группами и много читал об антисемитской идеологии. В 1970-х годах он основал издательство Samisdat Books прямо в своем доме в Торонто с целью распространения литературы, отрицающей Холокост, по всему миру. Канадская ассоциация памяти жертв Холокоста возбудила частное уголовное дело против Зюнделя, к которому её подтолкнул бывший государственный обвинитель Роберт МакГи. До этого правительство провинции Онтарио и генеральный прокурор Онтарио Рой Макмертри не решались предъявлять обвинения по статье 281 Уголовного кодекса за литературу, разжигающую ненависть, полагая, что такое дело не имеет шансов на успех. В 1985 году дело перешло в ведение государства, и Зюнделя обвинили в «распространении заведомо ложных сведений» за публикацию в Канаде брошюры «Действительно ли погибло шесть миллионов?» (1974), что являлось нарушением статьи 181 Уголовного кодекса. В этой статье говорится, что «каждый, кто умышленно публикует заявление, рассказ или новость, зная, что они ложны, и причиняет или может причинить ущерб общественным интересам, виновен в уголовном преступлении и подлежит лишению свободы».

Первое судебное разбирательство

Зюндель был первоначально признан виновным в суде под председательством судьи Хью Рассела Локка и впоследствии приговорен к пятнадцати месяцам тюремного заключения и трем годам условного осуждения. Условием условного осуждения было запрещение Зюнделю публиковать любые материалы, касающиеся Холокоста. На протяжении всего судебного процесса защита Зюнделя основывалась на его искреннем убеждении в правдивости памфлета. Зюндель подал апелляцию, и 23 января 1987 года единогласным решением Апелляционного суда провинции Онтарио первоначальное решение было отменено и назначено новое судебное разбирательство. Коллегия судей, в состав которой входили главный судья Онтарио Уильям Голдвин Каррингтон Хоуленд и судьи Джон Уотсон Брук, Г. Артур Мартин, Морис Норберт Лакурсьер и Ллойд Уильям Холден, постановила провести новое судебное разбирательство в связи с процессуальными нарушениями, допущенными в ходе предыдущего процесса, в частности, при отборе присяжных и неправильном толковании элементов состава преступления. Апелляционный суд также рассмотрел вопрос о конституционности статьи 181 Уголовного кодекса и пришел к выводу, что она не нарушает права, гарантированные статьей 2(b) Хартии прав и свобод, и даже если бы нарушение имело место, данное положение было бы оправдано в соответствии со статьей 1 Хартии.

Второе судебное разбирательство

13 мая 1988 года Зюндель был признан виновным в последовавшем судебном процессе и приговорен к девяти месяцам лишения свободы. Окружной судья Томас отметил, что его приговор был менее строгим, чем в первом суде, поскольку он не обнаружил доказательств того, что Зюндель смог вызвать "значительную общественную реакцию на свои убеждения". 5 февраля 1990 года коллегия апелляционного суда в составе судей Джона Уотсона Брука, Джона Уилсона Мордена и Патрика Томаса Галлигана единогласно оставила в силе и решение, и приговор. В ответ Зюндель подал апелляцию в Верховный суд. Предметом рассмотрения Верховного суда был вопрос о том, нарушает ли статья 181 (ранее статья 177) Уголовного кодекса "гарантию свободы выражения, закрепленную в пункте 2(b) Канадской хартии прав и свобод, и, если да, то является ли статья 181 оправданной в соответствии с пунктом 1 Хартии".

Верховный суд Канады

Зюндель обжаловал решение Апелляционного суда провинции Онтарио в Верховный суд Канады, который заслушал дело 10 декабря 1991 года. 27 августа 1992 года судья Беверли МакЛачлин изложила мнение большинства, поддержанное четырьмя судьями, а судьи Питер Кори и Фрэнк Якобуччи написали особое мнение. Суд заключил, что статья 181 Уголовного кодекса, запрещавшая распространение заведомо ложных сведений, была признана неконституционной, поскольку она нарушала право на свободу выражения, гарантированное статьей 2(b) Хартии прав и свобод. Более того, Суд постановил, что это нарушение не могло быть оправдано положениями статьи 1 Хартии. В результате апелляция Зюнделя была удовлетворена, и его обвинительный приговор был отменен.

Решение большинством голосов

Судья Беверли МакЛачлин, изложив позицию узкого большинства судей, заключила, что Зюндель действительно нарушил статью 181. Суд тщательно изучил оспариваемую книгу и установил, что она "искажает работы историков, содержит неверные цитаты свидетелей, сфабрикованные доказательства и ссылки на несуществующие источники". При оценке статьи 181 в контексте статьи 2(b) Хартии прав и свобод, суд применил критерий, установленный в деле Irwin Toy Ltd v Quebec (AG). Суд пришел к выводу, что статья 181 соответствует обоим элементам этого критерия. В рамках первого элемента критерия Суд отметил, что любая форма выражения защищена, за исключением случаев, когда она носит насильственный характер – критерий, которому речь Зюнделя не соответствовала. Во втором элементе критерия Суд признал, что государственное вмешательство, направленное на ограничение подобного выражения, безусловно имело место, поскольку статья 181 была направлена на подавление данного типа речи. При определении возможности оправдания статьи 181 в соответствии со статьей 1 Хартии, Суд установил отсутствие доказательств цели или обоснования, лежащих в основе статьи 181. Суд также отклонил утверждение государства о "смене цели" положения в сторону продвижения "общественной гармонии". По мнению судьи МакЛачлин, Суд "не вправе назначать цели или придумывать новые, исходя из предполагаемой текущей полезности оспариваемого положения". Более того, судья МакЛачлин заявила, что статья 181 не может быть оправдана в соответствии со статьей 1 Хартии, поскольку ограничение всех выражений, "способных причинить ущерб или вред общественному интересу", является чрезмерно широким. Таким образом, окончательным итогом решения Суда стала отмена статьи 181 и признание ее недействительной.

Отсутствие согласия

В несогласных мнениях отмечалось, что пункт 2(b) защищает все формы ненасильственного выражения, делая само содержание не имеющим значения (пункт 2(b) не зависит от содержания). Судьи, выразившие особое мнение, сослались на статьи 15 (равная защита перед законом) и 27 (поддержка многокультурного наследия) Хартии в обоснование цели статьи 181 Уголовного кодекса. Цель статьи 181 была признана направленной на продвижение "социальной гармонии" и, следовательно, соответствовала требованию "рациональной связи" в рамках теста на соразмерность. Кроме того, несогласные судьи пришли к выводу, что статья 181 оказывает минимальное воздействие на свободу выражения мнений, поскольку сторона обвинения должна доказать, что обвиняемый умышленно опубликовал ложные сведения, и что данное заявление, вероятно, нанесет ущерб общественным интересам.

Последствия

Статья 181 Уголовного кодекса была признана недействительной, но оставалась в кодексе. 21 июня 2019 года данное положение было исключено из Уголовного кодекса Законом о внесении изменений в Уголовный кодекс, Закон о молодежном уголовном правосудии и другие законы, а также о внесении соответствующих поправок в другие законы, после принятия его 42-м парламентом Канады.