Введение

R v Vaillancourt, [1987] 2 S. C. R. 636, является знаковым делом Верховного суда Канады, касающимся конституционности концепции "конструктивного убийства" в Уголовном кодексе. Суд поднял вопрос о том, что для преступлений, несущих значительный "клеймо позора", таких как убийство, требуется доказывать наличие субъективного предвидения смерти как элемента "mens rea", но отказался выносить решение на этом основании. Вместо этого, Суд заключил, что для признания любого деяния преступлением необходимо доказать наличие хотя бы объективной вины, что оспариваемое положение не соответствует этому требованию, и, следовательно, данная норма Уголовного кодекса о конструктивном убийстве была признана неконституционной.

Предыстория

Иван Вейланкур и его друг планировали ограбить местный бильярдный зал. До ограбления они договорились использовать только ножи. Однако, когда его друг явился на ограбление с оружием, Вейланкур заставил его вынуть пули и положить их в перчатку. Сразу после совершения ограбления Вейланкур увидел, как его друг вернулся в зал, где между ним и посетителем началась драка. В ходе борьбы посетитель был застрелен из пистолета его друга и впоследствии скончался от полученных ранений. Вейланкур был задержан полицией на месте преступления, а его сообщник скрылся. Вейланкуру было предъявлено обвинение в убийстве по статье 213(d) (в настоящее время отменена) Уголовного кодекса, поскольку он считался соучастником в силу действия статьи 21(2) Кодекса. Согласно статье 213(d), лицо, использовавшее оружие, повлекшее смерть при совершении ограбления, признавалось виновным в убийстве, независимо от умысла на причинение смерти или знания о том, что смерть может наступить. Он был признан виновным коллегией присяжных, и приговор был оставлен в силе Апелляционным судом провинции Квебек. Вопрос, поставленный перед судом, заключался в том, нарушает ли статья 213(d) пункт 7 или пункт 11(d) Хартии прав и свобод. Вейланкур утверждал, что одним из основополагающих принципов правосудия является то, что обвиняемый не должен нести ответственность за преступление без доказательства некоторой степени субъективной вины (mens rea).

Мотивирование Суда

Большинство высказалось через судью Ламера Дж., к которому присоединились судьи Диксон, Эсти и Уилсон. Суд рассмотрел элементы состава преступления, а также сопутствующее ему наказание. Наказание за убийство представляло собой автоматическое пожизненное заключение, что налагало "клеймо" на осужденного. Судья Ламер, выражая собственное мнение, полагал, что поскольку моральная вменяемость обвиняемого должна быть соразмерна наказанию и клейму за преступление, для определенных преступлений, таких как убийство, необходимо доказывать субъективное предвидение вне разумных сомнений. Однако решать этот вопрос не требовалось, поскольку уже было установлено, что осуждение за любое преступление невозможно без доказательства хотя бы объективного предвидения. Суд скорректировал аргумент Ваянкура, признав, что данное положение даже не требует наличия объективного элемента вины, который Суд признал принципом фундаментальной справедливости. Таким образом, поскольку статья 213(d) не требовала какого-либо предвидения смерти, она нарушала принцип фундаментальной справедливости и, следовательно, статью 7 Хартии, и не могла быть оправдана в соответствии со статьей 1. Положение о том, что преступления, влекущие за собой суровое наказание и клеймо, должны предполагать наличие субъективной вины, впоследствии было принято большинством судей в деле R. v. Martineau, [1990] 2 SCR 633.