Введение

Beaver v The Queen [1957] – это знаковое решение Верховного суда Канады относительно требования mens rea в уголовном праве для установления факта "владения". Суд постановил, что для состава преступления, основанного на владении, например, на владении наркотическим веществом, сторона обвинения должна доказать, что обвиняемый обладал субъективным знанием о природе предмета, находящегося во владении.

Предыстория

Луи Бобер и его брат Макс Бобер были арестованы за продажу героина сотруднику RCMP под прикрытием и обвинены в хранении и сбыте незаконного наркотического средства в соответствии с Законом об опиуме и наркотических препаратах. Макс имел при себе наркотик физически, но Луи был привлечен к ответственности по связи, поскольку знал, что у Макса есть героин. В свою защиту Луис заявил, что полагал, что в пакете был молочный сахар, и что они лишь пытались обмануть сотрудника RCMP. На суде судья дал указания присяжным, сообщив им, что если они установят факт владения, то их фактическое знание о содержимом не имеет значения. Вопрос, поставленный перед Верховным судом, заключался в том, требует ли признание виновным за владение наркотиками знания о природе этого вещества.

Мнение суда

Суд постановил, что требовалось наличие умысла. Судья Картрайт, изложивший позицию большинства, заявил, что фундаментальным принципом уголовного права является необходимость доказывать *mens rea* в отношении каждого элемента состава преступления для признания вины. Было установлено, что положения Закона о наркотиках относятся к уголовному праву, и любое преступление, предусматривающее наказание в виде лишения свободы, требует доказательства *mens rea*. Суд постановил, что Бивер не знал о природе вещества, и он был оправдан по обвинению в его хранении. Однако он выдавал это вещество за наркотик и, следовательно, был признан виновным в продаже наркотических средств.