Введение

Работа Сорена Кьеркегора «Заключительное ненаучное послесловие к философским фрагментам» (Afsluttende uvidenskabelig Efterskrift til de philosophiske Smuler) – одно из ключевых произведений Сорена Кьеркегора. Эта работа представляет собой критику гегельянства, философии Гегеля, и в особенности «Науки логики» Гегеля. Произведение также известно своим афоризмом: «Субъективность – это истина». Это была атака на то, что Кьеркегор рассматривал как детерминистическую философию Гегеля. В противовес системе Гегеля, Кьеркегора часто интерпретируют как сторонника метафизического либертарианства или свободы воли, хотя существует мнение, что несовместимость концепции свободы воли не является основополагающей для экзистенциализма, сформулированного Кьеркегором. Как следует из названия, «Послесловие» является продолжением более ранних «Философских фрагментов». Название произведения иронично, поскольку «Послесловие» почти в пять раз превышает «Фрагменты» по объему. Авторство «Послесловия» приписывается «Иоганну Климакусу», а Кьеркегор указан в качестве редактора. Подобно другим его произведениям, написанным под псевдонимом, «Послесловие» не отражает личные убеждения Кьеркегора. Однако, в отличие от других псевдонимных работ, Кьеркегор указывает свое имя как редактора этого произведения, подчеркивая его важность для всего творчества Кьеркегора.

Контраст в заключении ненаучного постскрифта

Объективность Субъективность Объективная истина относится к утверждениям и не зависит от существования познающего субъекта. История, наука и спекулятивная философия имеют дело с объективным знанием. Согласно Климакусу, все объективное знание подвержено сомнению. Она фокусируется на том, что утверждается. Субъективная истина – это существенная, этическая или религиозная истина. Она не состоит из утверждений или восприятия внешнего мира, а из самоанализа, переживаний и, особенно, отношений с Богом. Прямое общение – это высказывания, которые можно передать и понять без присвоения, то есть без личного переживания сообщаемого. Объективное знание может быть передано напрямую. Косвенное общение требует присвоения со стороны получателя. Получатель должен пережить или уже пережить то, что сообщается, а не просто услышать это.

Прием

Эдуард Гейсмар был одним из первых лекторов по трудам Сёрена Кьеркегора. Он читал лекции в Принстонской теологической семинарии в марте 1936 года и говорит об Иоганне Климаке следующее:

Уолтер Лоури охарактеризовал авторство Кьеркегора до «Заключительного постскриптума» как сначала «Уход от эстетического», а затем произведения, приписываемые Иоганну Климаку, как «Уход от спекуляции». Эмиль Брунер упомянул Кьеркегора 51 раз в своей книге 1937 года «Человек в бунте» и написал полусерьезную пародию на идею Кьеркегора об истине как субъективности, представив истину как объективность в 1947 году. Герберт Рид подвел итог книге Кьеркегора следующим образом в своей книге 1947 года «Плащ многих цветов»: «Ненаучный постскриптум» – это всего лишь еще один объемный комментарий к главной теме всех работ Кьеркегора, дилемме, которую он выразил формулой «или – или»: либо эстетическая немедленность, включающая в себя не только эвдемонистический поиск удовольствия, но и отчаяние («болезнь к смерти») и религиозное или метафизическое самообъяснение; либо этика вместе с религией имманентности и немедленности и (как ее кульминация) христианство, понимаемое как парадокс. В «Постскриптуме» Кьеркегор в основном стремится определить природу религиозной альтернативы: дать понять своим читателям, что это не выбор между эстетической жизнью и какой-либо религией, а между истинной религией и любой другой возможной альтернативой. И истинная религия отличается своей немедленностью, без которой она не может существовать. Немедленность противоположна рефлексии: это прямое постижение, либо через чувства, либо через интуицию, и это единственный способ, которым мы можем постичь «бытие». «Субъективность – это истина», и именно на этой основе христианство должно быть истолковано и принято. Герберт Рид, «Плащ многих цветов», с. 253

Вопрос о том, был ли Кьеркегор экзистенциалистом, подняла Либусе Лукас Миллер. В 1957 году она написала следующее:

В 1962 году Жан Т. Уайльд отредактировал сборник «В поисках бытия» и включил отрывок из «Заключительного постскриптума» Кьеркегора, касающийся Готтфрида Лессинга. Уайльд пишет: «В «Заключительном постскриптуме» в первой части рассматривается вопрос об «объективной проблеме относительно истины христианства». Кьеркегор показывает, что ни исторически, ни спекулятивно мы не можем обладать объективным знанием об истинности или ложности христианства. Он утверждает, что «логическая система возможна, но экзистенциальная система невозможна». В 1963 году Кеннет Гамильтон описал Пола Тиллиха как человека, столь же антигегелевского, как и Кьеркегор. Он имел в виду недоверие Кьеркегора к создателям систем, которое он обсуждал в «Завершающем ненаучном постскриптуме» (с. 13–15, 106–112). Ануп Гупта (род. 1969) обсудил идею истины Кьеркегора в своей книге «Романтическое наследие Кьеркегора: две теории Я» (2005, с. 19). Гупта сказал: «Нам нужно понять, что Кьеркегор подразумевает под «истиной». Он не считает, что одни лишь факты (истина) освобождают человека. Например, «истинно», что при определенной чистоте воды и атмосферном давлении вода будет кипеть при ста градусах Цельсия. Разумеется, Кьеркегор не думает, что осознание этой истины сделает человека свободным. Скорее, истина – это нечто, чего нужно достичь, реализовать, прожить. Короче говоря, истина – это не какой-то объективный факт, на который мы можем смотреть беспристрастно, как наблюдатель в лаборатории. Если мы мобилизуем нашу свободу для достижения этой цели, для самостановления, мы будем использовать нашу свободу, чтобы породить истину». (University of Ottawa Press)

Джозеф Х. Смит (1927) утверждает, что Кьеркегор смещает внимание с (объективной) истины на вопрос о функции, поскольку существуют и другие истины, помимо пропозиций, такие как «истина о людях и то, как эта истина соответствует содержанию исповедуемых убеждений». Он считает, что Кьеркегор говорит о серьезном человеке, который всегда «хранит честное подозрение к себе».