Гибралтарский спор: Территориальные претензии и интерпретация Утрехтского договора.

Введение

Территория Гибралтара в настоящее время включает в себя протяженный участок перешейка, соединяющий Скалу с материковой Испанией. Испания не признает британский суверенитет над Гибралтаром за пределами укрепленного периметра города, существовавшего в 1704 году. Соединенное Королевство основывает свои претензии на южную часть перешейка на длительном периоде непрерывного владения. На этой земле, которая де-факто является неотъемлемой частью территории Гибралтара, помимо аэропорта, расположены два крупных жилых комплекса, спортивный стадион, средняя школа, марина и пляж.

Позиции каждой стороны

Одним из источников спора является отсутствие четких определений того, что именно было уступлено Великобритании. Утрехтский договор не содержал ни карты, ни конкретного описания уступленных территорий, поэтому статья X допускает различные интерпретации с обеих сторон. Согласно статье X Утрехтского договора, Великобритании уступается господство над городом и крепостью Гибралтар, вместе с портом, укреплениями и относящимися к ним фортами.

Позиция Испании

Испания не признает британский суверенитет над Гибралтаром, поскольку считает, что была уступлена лишь укрепленная территория города, а остальная часть не подлежала территориальной юрисдикции (дословная формулировка договора: "Католический король желает и принимает к сведению, что вышеупомянутая собственность должна быть уступлена Великобритании без какой-либо территориальной юрисдикции"). Следовательно, Договор не предусматривал передачу какой-либо части перешейка. Испания полагает, что данная территория была оккупирована Великобританией с XIX века (1815 г.), и такая "оккупация перешейка [Соединенным Королевством] является незаконной и противоречит принципам международного права". По этой причине Испания не признает британский суверенитет, считая себя владельцем этой территории (см. карту). В 1815 году британцы уведомили Испанию о намерении построить казармы на нейтральной территории перешейка, на что Испания согласилась на время и с целью оказания помощи в борьбе с эпидемией желтой лихорадки в Гибралтаре, после чего здания остались на месте. Аэропорт был построен британцами в одностороннем порядке на другом участке нейтральной территории в 1938 году, когда в Испании шла гражданская война, что привело к дальнейшему уменьшению первоначального размера нейтральной территории. В отношении текущей демаркации, в официальной испанской терминологии всегда используется слово "ограждение" (verja на испанском языке) вместо "границы", поскольку Испания не признает возможности наличия границы с территорией, которую она считает своей.

Британская позиция

Соединенное Королевство опирается на фактические аргументы о владении по давности в отношении южной части перешейка, поскольку осуществлялось «непрерывное владение [перешейком] в течение длительного периода». 2 декабря 1987 года в совместной британско-испанской декларации об использовании аэропорта, а также в нескольких актах ЕС, Великобритания признала, что Испания оспаривает суверенитет над перешейком (Данные договоренности не ущемляют соответствующие правовые позиции Испании и Соединенного Королевства в отношении спора о суверенитете над территорией, в которой расположен аэропорт.), хотя и отвергает основания для этого спора. Правительство Гибралтара полностью отвергает аргументы Испании. Оно указывает на то, что Утрехтский договор уступил «город и замок Гибралтар вместе с портом, укреплениями и фортами, к нему принадлежащими», и вдоль линии нынешней границы (Башня Дьявола, Эль Молино) располагались такие «укрепления и форты», следовательно, эта территория была включена в уступку. Более того, по их мнению, существовавшая в то время международная практика предусматривала, что все территориальные уступки включали прилегающую территорию, эквивалентную дальности двух пушечных выстрелов. Когда в 1729 году между Великобританией, Францией и Испанией был заключен Севильский договор, между Испанией и Великобританией развернулись длительные споры о том, насколько далеко на север простиралось «неоспоримое право» Великобритании от северной стороны Гибралтарской скалы. В конечном итоге было принято, что расстояние в 600 туазов, превышающее дальность двух пушечных выстрелов между британскими и испанскими орудиями, будет считаться «нейтральной зоной». В любом случае, Соединенное Королевство также основывает свои претензии на установленных, по их мнению, правовых прецедентах, предоставляющих права собственности на территорию, которая постоянно занята и используется исключительно в течение продолжительного периода времени. Фактически, эта земля теперь является неотъемлемой частью территории Гибралтара с одной стороны и, аналогично, испанской территории с другой. Хотя на карте может быть обозначена линия, каких-либо признаков границы «нейтральной зоны» больше нет. Карты демонстрируют эволюцию британской оккупации перешейка, а также местоположение двух объектов, которые, по мнению правительства Гибралтара, входили в состав фортов, уступленных по Утрехтскому договору (Торре-дель-Диабло, Башня Дьявола и Молино). Торре-дель-Молино обозначена буквой «F». Фактически, Гибралтар начинается у границы/ограждения, «нейтральная земля» на севере была поглощена городом Ла-Линеа, а южная часть является неотъемлемой частью Гибралтара.

The United Kingdom relies on de facto arguments of possession by prescription in relation to the southern part of the isthmus, as there has been "continuous possession [of the isthmus] over a long period". On December 2, 1987, in a joint British Spanish declaration about the use of the airport, as well as in several EU acts, the UK has acknowledged that Spain disputes the sovereignty of the isthmus (The arrangements are understood to be without prejudice to the respective legal positions of Spain and the United Kingdom with regard to the dispute over sovereignty over the territory in which the airport is situated. ), although they reject the basis for that dispute. The Gibraltar government rejects Spain's argument in its entirety. They point out that as "Utrecht" ceded "the town and castle of Gibraltar, together with the port, fortifications, and forts thereunto belonging" and there were such "fortifications and forts" along the line of the current frontier (Devil's Tower, El Molino), then this area was included in the cession. Furthermore, they argue, international practice at the time was that all territorial cessions included an extended surrounding area equivalent to the length of two cannon shots. When the treaty of Seville was concluded between Great Britain, France and Spain in 1729, long arguments ensued between Spain and Britain as to how far north the 'undoubted right' of Britain extended from the north face of the Rock of Gibraltar. It was finally accepted that a distance of 600 Toises, being more than two cannon shots distance between the British guns and the Spanish guns, would be considered “the neutral ground”. In either case, the United Kingdom further bases its claim upon what they consider to be established legal precedents that grant property rights over an area that is continually occupied and made sole use of, for an extended period. In practice, the land is now an integral part of the territory of Gibraltar on one side, and similarly on the Spanish side, and, although there may be a line on the map, there is no longer any indication of the boundary of the 'neutral ground'. Maps show the evolution of the British occupation of the isthmus as well as the location of the two items that, according to the Gibraltarian government, were part of the forts ceded in the Treaty of Utrecht (Torre del Diablo, Devil's Tower, and Molino). The Torre del Molino is marked with an "F". In practice Gibraltar begins at the frontier/fence and the 'neutral land' to the north has been absorbed into the town of La Linea, and that to the south is an integral part of Gibraltar.