Иудеохристианство: история и критика термина

Введение

Термин, объединяющий иудаизм и христианство

Термин «иудео-христианский» используется для объединения христианства и иудаизма, будь то в связи с происхождением христианства от иудаизма, признанием христианством еврейских писаний в качестве Ветхого Завета христианской Библии, или ценностей, которые, как считается, разделяют обе религии. Термин «иудейский христианин» впервые появился в XIX веке для обозначения евреев, принявших христианство. Этот термин вызвал много критики, особенно со стороны еврейских мыслителей, поскольку он опирается на и увековечивает по сути антисемитские представления о суперсессионизме, а также затушевывает фундаментальные различия в еврейской и христианской мысли, теологии, культуре и практике. В Соединенных Штатах этот термин широко использовался во время холодной войны в попытке представить США как обладающие единой американской идентичностью, противопоставляемой коммунизму. Использование термина «авраамические религии» для обозначения общей группы верований, восходящих к Аврааму (ислам, вера бахаи, самаритянство, друзизм и другие верования, помимо иудаизма и христианства), также иногда считается проблематичным.

История

Термин «иудеохристианин» впервые появляется в письме Александра Маккоула от 17 октября 1821 года. В этом случае под этим термином подразумевались евреи, принявшие христианство. Аналогично этот термин использовал Джозеф Вольф в 1829 году по отношению к типу церкви, которая соблюдала бы некоторые еврейские традиции с целью обращения евреев в христианство. Марк Силк отмечает, что в начале XIX века этот термин «был широко распространен (как на французском, так и на английском языках) для обозначения первых последователей Иисуса, которые выступали против» воли апостола Павла и стремились «ограничить проповедь Иисуса евреями и настаивать на сохранении иудейского закона и обрядов». Фридрих Ницше использовал немецкий термин «Judenchristlich» («еврейский христианин») для описания и подчеркивания, по его мнению, упущенных аспектов преемственности между еврейским и христианским мировоззрением. Это выражение встречается в книге «Антихрист», опубликованной в 1895 году, но написанной за несколько лет до этого; более полное развитие аргументации Ницше можно найти в его более ранней работе «К генеалогии морали». Понятие иудеохристианской этики или иудеохристианских ценностей в этическом (а не богословском или литургическом) смысле использовал Джордж Оруэлл в 1939 году, наряду с фразой «иудеохристианская система морали». По мнению теолога Ричарда Л. Рубенштейна, «нормативное иудеохристианское толкование истории» заключается в рассмотрении человеческих страданий, таких как чума, как наказания за человеческую вину. По словам историка К. Хилана Гастона, термин стал использоваться для характеристики США в 1930-х годах, когда страна стремилась сформировать единую культурную идентичность, чтобы отграничиться от фашизма и коммунизма в Европе. Став частью американской гражданской религии к 1940-м годам, термин приобрел большую известность во время холодной войны, особенно когда использовался для выражения оппозиции коммунистическому атеизму. В 1970-х годах термин особенно ассоциировался с американским христианским правым движением и часто используется в политических попытках ограничить иммиграцию и права ЛГБТ.

The term "Judæo Christian" first appears in a letter by Alexander McCaul which is dated October 17, 1821. The term in this case referred to Jewish converts to Christianity. The term was similarly used by Joseph Wolff in 1829, in reference to a type of church that would observe some Jewish traditions in order to convert Jews. Mark Silk states in the early 19th century the term was "most widely used (in French as well as English) to refer to the early followers of Jesus who opposed" the wishes of Paul the Apostle and wanted "to restrict the message of Jesus to Jews and who insisted on maintaining Jewish law and ritual". Friedrich Nietzsche used the German term "Judenchristlich" ("Jewish Christian") to describe and emphasize what he believed were neglected aspects of the continuity which exists between the Jewish and Christian worldviews. The expression appears in The Antichrist, published in 1895 but written several years earlier; a fuller development of Nietzsche's argument can be found in the prior work, On the Genealogy of Morality. The concept of Judeo Christian ethics or Judeo Christian values in an ethical (rather than a theological or liturgical) sense was used by George Orwell in 1939, along with the phrase "the Judaeo Christian scheme of morals". According to theologian Richard L. Rubenstein, the "normative Judaeo Christian interpretation of history" is to treat human suffering, such as a plague, as punishment for human guilt. According to historian K. Healan Gaston, the term became a descriptor of the U. S. in the 1930s, when the country sought to forge a unified cultural identity in an attempt to distinguish itself from fascism and communism in Europe. Becoming part of the American civil religion by the 1940s, the term rose to greater prominence during the Cold War, especially when it was used to express opposition to communist atheism. In the 1970s, the term became particularly associated with the American Christian right, and it is often employed in political attempts to restrict immigration and LGBT rights.

В Соединенных Штатах

Рост антисемитизма в 1930-х годах побудил обеспокоенных протестантов, католиков и евреев предпринять шаги для укрепления взаимопонимания и снижения уровня антисемитизма в Соединенных Штатах. В этих усилиях предшественники Национальной конференции христиан и евреев создали группы, состоящие из священника, раввина и пастора, для проведения программ по всей стране и формирования более плюралистической Америки, которая больше не определялась бы как христианская страна, а как "страна, взращенная тремя возвышающими традициями: протестантизмом, католицизмом и иудаизмом". Фраза "иудео-христианская" вошла в современный лексикон как стандартный либеральный термин для идеи о том, что западные ценности основаны на религиозном консенсусе, включающем евреев. После Второй мировой войны и Холокоста "в американской христианской теологии произошла революция. [ ] Наибольший сдвиг в христианском отношении к еврейскому народу со времен обращения Константина Римской империи". Рост христианского сионизма, религиозно мотивированный интерес христиан и поддержка государства Израиль усилили интерес к иудаизму среди американских евангелистов. Этот интерес особенно сосредоточен на областях общности между учениями иудаизма и их собственными убеждениями. В конце 1940-х годов евангелисты, сторонники нового иудео-христианского подхода, лоббировали Вашингтон в поддержку дипломатической поддержки нового государства Израиль. С 1990-х годов и в течение первых двух десятилетий 21-го века интерес и позитивное отношение к иудео-христианской традиции Америки стали мейнстримом среди евангелистов и (в некоторой степени) политического консервативного движения в Соединенных Штатах. В отличие от этого, к 1970-м годам основные протестантские деноминации и Национальный совет церквей оказывали большую поддержку палестинцам, чем Израилю. Натан Шаранский отметил в 2019 году, что впервые он столкнулся с ситуацией, когда государства оказывают значительную государственную поддержку Израилю, но еврейское население проявляет незаинтересованность и даже открытую враждебность. Библейская основа для этого нового позитивного отношения к евреям среди евангелистов содержится в Бытии 12:3, где Бог обещает благословить тех, кто благословляет Авраама, и проклясть тех, кто проклинает его. В евангельской интерпретации это обещание распространяется и на потомков Авраама. Другие факторы нового филосемитизма включают благодарность евреям за их вклад в теологические основы христианства и за то, что они являются источником пророков и Иисуса; раскаяние в истории антисемитизма Церкви; и страх, что Бог будет судить народы в конце времен на основании их отношения к еврейскому народу. Кроме того, для многих евангелистов Израиль рассматривается как инструмент, через который исполняются пророчества о конце времен. Использование термина "иудео-христианский" в дискурсе 21-го века подвергается критике за приравнивание двух разных религий и за то, что он является вектором исламофобии посредством исключения.

The rise of antisemitism in the 1930s led concerned Protestants, Catholics, and Jews to take steps to increase mutual understanding and lessen the level of antisemitism in the United States. In this effort, precursors of the National Conference of Christians and Jews created teams consisting of a priest, a rabbi, and a minister, to run programs across the country, and fashion a more pluralistic America, no longer defined as a Christian land, but "one nurtured by three ennobling traditions: Protestantism, Catholicism and Judaism The phrase 'Judeo Christian' entered the contemporary lexicon as the standard liberal term for the idea that Western values rest on a religious consensus that included Jews." In the aftermath of World War 2 and the Holocaust, "there was a revolution in Christian theology in America. [ ] The greatest shift in Christian attitudes towards the Jewish people since Constantine converted the Roman Empire." The rise of Christian Zionism, religiously motivated Christian interest, and support for the state of Israel increased interest in Judaism among American evangelicals. This interest is especially focused on areas of commonality between the teachings of Judaism and their own beliefs. During the late 1940s, evangelical proponents of the new Judeo Christian approach lobbied Washington for diplomatic support of the new state of Israel. From the 1990s, continuing through the first two decades of the 21st century, interest in and a positive attitude towards America's Judeo Christian tradition has become mainstream among evangelicals and (to some extent) the political conservative movement in the United States. In contrast, by the 1970s, mainline Protestant denominations and the National Council of Churches were more supportive of Palestinians than Israel. Natan Sharansky observed in 2019, that for the first time, he was encountering the situation of nations with ample governmental support for Israel but disinterest and even overt hostility by the Jewish populace. The scriptural basis for this new positive attitude towards Jews among evangelicals is found in Genesis 12:3, in which God promises that he will bless those who bless Abraham, and curse those who curse them. In the evangelical interpretation this promise includes the descendants of Abraham. Other factors in the new philo Semitism include gratitude to the Jews for contributing to the theological foundations of Christianity and being the source of the prophets and Jesus; remorse for the Church's history of antisemitism; and fear that God will judge the nations at the end of time based on how they treated the Jewish people. Moreover, for many evangelicals Israel is seen as the instrument through which prophecies of the end times are fulfilled. The use of the term "Judeo Christian" in 21st century discourse has been criticized for equating two different faiths and being a vector for Islamophobia by exclusion.

Еврейские ответы

Отношение еврейской общины к этой концепции было неоднозначным. В 1930-х годах "в условиях всемирных антисемитских усилий по стигматизации и уничтожению иудаизма, влиятельные христиане и евреи в Америке работали над её поддержанием, вытесняя иудаизм с периферии американской религиозной жизни к её центру". Во время Второй мировой войны еврейские капелланы сотрудничали с католическими священниками и протестантскими пасторами, чтобы укреплять дружелюбие, обращаясь к военнослужащим, которые "во многих случаях никогда не видели, и тем более не слышали речи раввина". На похоронах неизвестного солдата раввины стояли рядом с другими капелланами и произносили молитвы на иврите. В одной из широко освещаемых военных трагедий, при затоплении судна "Синдерс", многоконфессиональные капелланы корабля уступили свои спасательные жилеты для эвакуации моряков и стояли вместе "рука об руку в молитве", когда судно шло ко дну. Почтовая марка 1948 года увековечила их героизм словами: "Межконфессиональное сотрудничество в действии". В 1950-х годах "духовное и культурное возрождение захлестнуло американское еврейство" в ответ на травму Холокоста. Американские евреи стали более уверенно заявлять о своем желании быть признанными отличными. Две известные книги, посвященные взаимоотношениям между современным иудаизмом и христианством, – "Где иудаизм отличается" Аббы Гиллеля Сильвера и "Иудаизм и христианство" Лео Бека – были мотивированы стремлением прояснить самобытность иудаизма "в мире, где термин "иудео-христианский" затушевывал критические различия между двумя верами". В противовес размыванию теологических различий, раввин Элиезер Берковиц писал: "Иудаизм есть иудаизм, потому что он отвергает христианство, а христианство есть христианство, потому что оно отвергает иудаизм". Богослов и автор Артур А. Коэн в книге "Миф об иудео-христианской традиции" поставил под сомнение теологическую состоятельность концепции иудео-христианства и предположил, что она, по сути, является изобретением американской политики, в то время как Яков Неуснер в книге "Иудеи и христиане: миф об общей традиции" пишет: "Эти две веры представляют собой разных людей, говорящих о разных вещах разным людям". Профессор права Стивен М. Фельдман, рассматривая период до 1950 года, преимущественно в Европе, рассматривает обращение к "иудео-христианской традиции" как супериорность: как только человек признает, что христианство исторически порождало антисемитизм, эта так называемая традиция представляется опасной христианской догмой (по крайней мере, с еврейской точки зрения). Для христиан концепция иудео-христианской традиции удобно предполагает, что иудаизм развивается в христианство, что иудаизм каким-то образом завершается в христианстве. Концепция иудео-христианской традиции вытекает из христианской теологии супериорности, согласно которой христианский завет (или Завет) с Богом заменяет еврейский. Христианство, согласно этой вере, реформирует и заменяет иудаизм. Следовательно, эта вера подразумевает, во-первых, что иудаизм нуждается в реформировании и замене, а во-вторых, что современный иудаизм остается лишь "пережитком прошлого". Самое главное, вера в иудео-христианскую традицию коварно скрывает реальные и существенные различия между иудаизмом и христианством.

The Jewish community's attitude towards the concept has been mixed. In the 1930s, "In the face of worldwide anti semitic efforts to stigmatize and destroy Judaism, influential Christians and Jews in America labored to uphold it, pushing Judaism from the margins of American religious life towards its very center." During World War II, Jewish chaplains worked with Catholic priests and Protestant ministers in order to promote goodwill, addressing servicemen who, "in many cases had never seen, much less heard a Rabbi speak before." At funerals for the unknown soldier, rabbis stood alongside the other chaplains and recited prayers in Hebrew. In a much publicized wartime tragedy, the sinking of the , the ship's multi faith chaplains gave up their lifebelts to evacuate seamen and stood together "arm in arm in prayer" as the ship sank. A 1948 postage stamp commemorated their heroism with the words: "interfaith in action." In the 1950s, "a spiritual and cultural revival washed over American Jewry" in response to the trauma of the Holocaust. American Jews became more confident in their desire to be identified as different. Two notable books addressed the relationship between contemporary Judaism and Christianity, Abba Hillel Silver's Where Judaism Differs and Leo Baeck's Judaism and Christianity, both motivated by an impulse to clarify Judaism's distinctiveness "in a world where the term Judeo Christian had obscured critical differences between the two faiths." Reacting against the blurring of theological distinctions, Rabbi Eliezer Berkovits wrote that "Judaism is Judaism because it rejects Christianity, and Christianity is Christianity because it rejects Judaism." Theologian and author Arthur A. Cohen, in The Myth of the Judeo Christian Tradition, questioned the theological validity of the Judeo Christian concept and suggested that it was essentially an invention of American politics, while Jacob Neusner, in Jews and Christians: The Myth of a Common Tradition, writes, "The two faiths stand for different people talking about different things to different people." Law professor Stephen M. Feldman looking at the period before 1950, chiefly in Europe, sees invocation of a "Judeo Christian tradition" as supersessionism:
Once one recognizes that Christianity has historically engendered antisemitism, then this so called tradition appears as dangerous Christian dogma (at least from a Jewish perspective). For Christians, the concept of a Judeo Christian tradition comfortably suggests that Judaism progresses into Christianity—that Judaism is somehow completed in Christianity. The concept of a Judeo Christian tradition flows from the Christian theology of supersession, whereby the Christian covenant (or Testament) with God supersedes the Jewish one. Christianity, according to this belief, reforms and replaces Judaism. The belief, therefore, implies, first, that Judaism needs reformation and replacement, and second, that modern Judaism remains merely as a "relic". Most importantly the belief of the Judeo Christian tradition insidiously obscures the real and significant differences between Judaism and Christianity.